6. Кукольник

Я распаковал целлофан. Заказной японский корпус был извлечён из кокона под свет лампы. Дорогой, но деньги здесь не главное. Главное – «Ву», как её называют китайцы, особая внутренняя сущность. Душа вещи, передавшаяся ей от создателя.

Налюбовавшись достаточно, я стал размещать электронную начинку. Это почти, как собирать паззл. До ужаса интимный процесс, мой личный монстр Франкенштейна рождался на глазах. Никакой романтичке-Шелли такого не снилось. Наконец, корпус легко щёлкнул – телефон готов.

– Сука! – пшикнул динамик, – Подохнешь!

Я улыбнулся. Забавная получилась вещица. Маленький сюрприз включён в стоимость, хотя клиент об этом не знает. Впрочем, скоро мы расстанемся. Заказчик заберёт моё творение. Унесёт его в нечистом кармане своей куртки или ещё как-нибудь. К чёрту, вещи должны дарить радость. Я работаю себе в убыток, ради удовольствия.

Я вышел на балкон, разминая в пальцах последнюю сигарету (все запасы были выкурены во время работы). Звёзды светили ярко и слегка мигали. Из широкой ниши двора поднимались звонкие детские голоса, смех и скрипучий собачий лай. Красивый вид: вдалеке по своим эстакадам двигаются жёлтооконные змейки монорельсов, летят по проспектам светлячки автомобилей, а под землёй, невидимые, несутся поезда метро. У самого горизонта плывёт между звёзд игла Останкинской телебашни. Всё это наполняет меня какой-то ностальгией, какой-то радостной тоской, будто бы вот-вот должно произойти что-то действительно прекрасное. Но всё никак не происходит.

«И дух рождества вошёл в их сердца», – подумал я и бросил окурок вниз.

Октябрь – декабрь 2006