Глава 20

АВТОР

— Эльза, уходи. — говорит тревожно Кай Элизабет, что поражала его своей глупой храбростью, когда Гарри делает шаг в её сторону. — Черт, Гарри, оставь её, она просто выпила и несет какой-то бред.

Гарри жестом заставляет друга заткнуться и делает еще один шаг в сторону застывшей девушки.

Что он сделает со мной? Не убьет же. Нет, его поступки говорят об обратном. Он не сделает ей больно. По крайней мере, она так думает.

Эльза хмурится из-за разыгравшееся фантазии.

— Чувак, — перед Гарри встает Зейн, пряча Эльзу за своей спиной. — Остынь.

Гарри смотрит на мулата спокойным взглядом, а потом его кулак приходится по лицу стоящего напротив пьяного Зейна, из-за чего парень падает и теперь она снова стоит перед ним с застывшим страхом в крови. В гостиной стало жарче на несколько градусов и ноги начали подгибаться от нахлынувших ощущений, когда Гарри хватает Элизабет за руку и куда-то уводит.

Их пытаются догнать, остановить, сделать, что угодно лишь бы они не оставались наедине. Ведь тогда они легко смогут поубивать друг друга. Точнее, Гарри - Эльзу. Его длинные пальцы сжимают её запястье, пока она пытается жалкими попытками освободиться.

Гарри сильнее сдавливает запястье, вызывая у девушки писк и кучу брани в его сторону. Он ведет её наверх и заводит в первую попавшуюся комнату, где полный мрак. Пальцы касаются включателя, освещая значительную часть комнаты. Он отпускает её руку и хочет что-то сказать, но единственное чего он сейчас действительно хотел - её. Он не знал каким образом, она смогла зажечь его, как спичку, но вся злость ушла, когда она начала говорить какой-то бред с диким желанием задеть его. Ее яркие глаза, а распылявший искры вид - вызывали волну мурашек возбуждения и желания.

— Что ты творишь? Выпусти меня! — произносит Эльза и ей кажется, что голос звучит вполне трезво.

Она боялась не Гарри, а себя. Сейчас наедине, она боялась, что не сможет во время включить мозг и уйти, пока есть время. Пока он или она не сказали чего-то лишнего.

— Что? — произносит Гарри, уже очевидно, зная ответ. — Ненавидишь меня?

— Нет, — она поворачивается. — Теперь я понимаю, почему ты такой. — она оглядывает его, задрав курносый нос. — Мне жаль тебя.

Мне жаль тебя.

Гарри был уверен, что ослышался. Эти слова заставили его замереть и жечь легкие недостатком кислорода. Ей жаль его. Ей его жаль. Хотя, это он унижает её, но нет. Это ей жаль его.

— Я пойду. — произносит Эльза.

Гарри успевает перехватить её, преградив ей путь и закрыв дверь, пока та хмурится и жмет губы.

— Гарри.. — она предупреждающее вставляет руку вперед. — Не смей подходить ко мне.

Её тон раздражителен и, кажется ещё секунда и она наорет на него. Он сам еле сдерживается, чтоб не наорать на нее.

— Боишься? — Гарри зло усмехается.

Еще шаг и он почти заставляет её сесть на стоящую позади тумбу. Снова ощущает его запах. Он буквально вливается в легкие, размягчая тот огонь, что горел внутри для продолжения ссоры.

— Противоречишь сам себе. — хмыкает она, отводя глаза в сторону и стараясь запомнить это чувство, что вызывает у нее Гарри.

— О чем ты?

— О том, что я чуть сексуальнее полки книг. — выплевывает она, на этот раз с вызовом поддаваясь вперед. Он слегка отстраняется, усмехаясь.

— Что, задело?

— Ошибаешься. Чего от тебя стоило ожидать кроме этого?

— О, поверь я многое могу сказать. — она хочет выйти из оков рук, но Гарри не дает ей этого сделать. — Например, то, что говорю любой девушке при новой встречи.. Например Бри..

— Прекрати. — процедила она.

Гарри касается её щеки кончиком носа, ощущая, как она вздрагивает и это заставляет его ухмыльнуться.

— У Бри такие длинные ноги и такой нежный голос из-за которого мне сразу хочется закрыться с ней в какой-нибудь комнате и заняться с ней сексом. Войти в нее так глубоко..

Голос хрипит и он чувствуют, как действуют на нее эти слова, как сбивается её дыхание, как поднимается её грудь и касается его, вызывая табун мурашек.

— Чтобы она стонала так громко мое имя..

Она вжимается в тумбу, но он чувствует этот исходящий от них жар. В полутьме, освещенной одной лампой, блеснули её глаза, когда он отстранился от нее. Такие темные и горящие, словно у каждого из них есть по одному собственному сердцу.

— Согласились, такой, как ты, нравятся, когда обращаются грубо. — голос был тихим и слегка задыхающимся. — Не играй со мной в Святую, Элизабет.

Ему нравилось называть её полным именем, и она это чувствовала, понимала.

Она удивляется, когда её занесенная рука для удара, останавливается на полпути к его лицу, а затем врезается в стенку, прижатая его рукой.

— Я уже говорил тебе насчет этого. — выдыхает ей в лицо эти слова.

Он чувствовал, как дрожит её рука, прижатая к холодной тумбе. Элизабет против воли садится на неё, уровняв их рост и смотря в эти горящие огнем глаза.

Такая нежная кожа. Разбросанные волосы на плечах, распахнутые глаза и влажные губы. Он не знает, когда успел так отчетливо изучить её тело. Это все путало мысли. Чертовски путло. В штанах стало тесно, и ощущение полной беспомощности мисс-сама-идеальность сидевшей напротив него, не уменьшало эрекцию, а только увеличивало её.

Кровь в ушах начала пульсировать. Зачем я вообще приехал сюда? Я ведь знал, что она может быть здесь и снова создает вокруг себя проблемы. Поздравляю, Эльза, я - твоя новая проблема.

— Пусти. — совсем тихо и нежно до мурашек по коже.

Гарри борется желанием прикрыть глаза и впитать этот злой от обиды голос.

— Не смей больше даже думать о том, чтобы ударить меня, поняла?

Он медленно отпустил её руку, которую она быстро поднесла к груди, растирая запястье.

Гарри впивается пальцами в тумбу по обе сторону от нее, опасно приближаясь к ней. Огромные зеленые глаза смотрят таким выразительным взглядом, что хочется попросить, чтобы она перестала. Она словно видит меня насквозь.

— Неужели ничего не скажешь? — шепчет он и ловит её взгляд. — Ну же..

Мне нужно, чтобы ты что-то сказала, иначе я не сдержусь и возьму тебя прямо здесь. В чей-то комнате. Пьяный. Потому что, мать твою, я хочу тебя, как проклятый.

Она продолжает молчать, но не двигается и смотрит в глаза, таким внимательным взглядом. Он задыхается от этого взгляда. Невинный и вызывающий. Он ахренительно быстро тонет в этом море глаз и видит свое отражение.

— К черту.. — шепчет он, притягивая её к себе, обхватывая рукой за шею, зарываясь в волосы.

Она сводит меня с ума.

В следующее мгновение, он целует её, соединяясь с горячими губами. Её голова ударилась о стенку, но это не останавливает никого из них. Осторожно, почти не раскрывая рта, она чувствует внезапную дрожь по спине от этих нежности прикосновений, когда он касается её ребер. И она снова застывает. Пару секунду и она позволяет проникнуть вовнутрь его холодной руке куда-то под чашку лифа. Так горячо и возбуждающее.

Он толкает её бедрами, к прижатой тумбе, отрываясь от губ, глядя в глаза.

Чувствуешь, что ты делаешь со мной? Чувствуешь, как я ненавижу тебя?

Он касается пальцем её покрасневших губ.

— Я трахну тебя и все это пройдет. — произносит Гарри, облизывая губы, словно в трансе. — Исчезнет из меня.

Кажется, нам нужно это обоим. И тогда мы сможем разойтись и больше никогда не пересекаться. Нам нужно это.

Руки скользят вверх по бедру девушки, заставляя её сжаться, но твердое тело парня не позволяет ей сжать ноги, задирая края платья и вызывая мелкую дрожь у обоих. Она ничего не соображает. Руки сами тянутся к краю футболки парня и снимают, обнажая не только тело.

Медленно и жарко, чтобы он мучился, как и она. И этот способ действовал лучше, чем, когда они кричали друг на друга, вытаскивая из друг друга медленно жизнь и энергию для поддержания существования друг без друга.

Губы касаются ключицы и тело пробивает током, словно это правильное решение, словно это все верно, пока его пальцы стаскивали бретельки этого платья, что подливало масло в огонь и заставило его задохнуться, когда он увидел её там на входе.

Платье спадает, обнажая грудь и руки тут же метнулись вверх, но Гарри перехватил их, отводя и кладя их к себе на плечи.

Этот яркий взгляд с испугом и вожделением устремившийся куда-то в область души и сердца. Он выдохнул, наклоняясь и чувствуя сбившее дыхание на своих волосах.

Губы обхватили затвердевший сосок, и из нее вырвался стон, который ударил по сознанию, словно физически. Заставляя его дернуться, а её слегка выгнуться, почти вывернуться и вжаться в него.

Холодные пальцы зарылись в волосы и слегка оттянули.

Она сводит с ума. Она сводит с ума.

Ладони лезут вверх, прижимая к себе горячие бедра и задирая платье вверх. Ноги снова пытаются захлопнуться, закрыться и не позволить ему оказаться.. там. И от этого сводит дыхание, потому что Гарри уже представляет - какого это быть в ней. Глубоко, горячо, почти насквозь двигаться и получать один оргазм за другим.

Руки не дают сдвинуть ноги и Эльза отворачивается, стыдливо пряча глаза и закусывая губу до острой боли. Пускай она очень сильно этого хотела, но не разочаровывать себя хотелось больше. Это словно был один из лучших снов наяву.

Сейчас или никогда.

Щеки горят, она поднимает глаза. Руки смещаются немого глубже, подхватывая её и разводя ноги шире и подтягивая слегка вверх, чтобы раскрытая промежность была на одном уровне с пахом так, что можно было легко прижаться и сделать несколько толчков, словно он уже был в ней.

Его горящие глаза, сильне руки, что вытворяли такие.. невероятные движения, которых хотелось больше и больше, еще и еще. Подаваться на встречу и вторить, которых хотелось коснуться и удвоить сводящее чувство во всем теле.

Эльза слегка выгибается, проводя руками по мускулистым плечам. От этого движения, она прижимается к Гарри еще ближе, плотнее. Ладони двигаются вверх, прижимаясь к широкой груди сильнее.

Парень прикрывает глаза, когда неумелые ручки так жадно касаются его горячей кожи.

В следующее мгновение, Элизабет обхватает его плечи и трется носом о границу его волос за ухом. Она не успевает сделать даже вдоха, когда он возвращается к её лицу. Язык нетерпеливо касается нижней губы, страстно поглощая её. Этот стон, что она издает прямо ему в рот, обжигая горячим дыханием.

Руки сами тянутся к ремню джинс и неумело их расстегивает. От щелчка пряжки сердце у девушки начинает стучать быстрее. Вот он - определяющий для нее момент. Радар говорит какие-то непонятные вещи о совести и последствиях, которые сейчас не понятны для затуманенного разума. Она хочет его, она хочет сделать это и пускай, что это не так, как она себе представляла время от времени лежа в спальне или находясь в душе, но этот момент был просто неописуем и важен для нее. Через несколько секунд она станет женщиной, и будет ли она от этот счастлива?

Штаны падают вниз и девушка ощущает это горячее тело стоящее на против нее и делает судорожный вдох, прямо куда-то рядом с ухом шатена, произнося его имя и заставляя татуированную кожу покрыться мурашками.

Пальцы касаются влаги и это вызывает в нем шквал эмоций, заставляя его закусить губу и держать себя в руках до последнего.

Она мокрая для него. Уже не в мечтах или жесткой фантазии, а наяву. Проникает одним пальцем, затем вторым, застывая. Так горячо и влажно и.. узко. Немного разводит пальцы и шатенка тут же втягивает в себя раскаленный воздух. Неужели ей больно? Эльза удивляется, как может быть одновременно божественно и больно.

Пульсация в члене, оттягивающая черную ткань дает о себе знать. Он не сдержится, если она еще раз застонет. Рука отрывается от нее и стаскивает ненужную ткань, что прилипла к вспотевшему, возбужденному телу.

— Гарри..

Эльза сжимает руки и острые ноготки врезаются в кожу, когда он прикасается уже без разделяющей их ткани. Головка члена упирается меж складочек и слегка дергается вверх к клитору и снова чуть ниже. Одно резкое движение и он - внутри.

Её негромкий крик вперемешку со стоном заставляет замереть парня на пару секунд. Напряженное тело девушки мякнет в его руках, а её голова опускается на его плечо, тяжело дыша. Что-то лопнуло внутри у них обоих, но сейчас это не было важно. Завтра. Всё завтра.

Ты у нее первый. Ты даже не успел подумать о том, что она девственница. Он не понимает, как её парень смог пройти мимо у-меня-самые-красивые-ноги или самая-красивые-глаза в то время, пока Гарри не раз ловил себя на мысли о том, что она давно смогла затащить кого-нибудь в кровать. И он, почему-то был уверен, что это был не один парень.

Гарри не двигался и в голову приходило осознание того, что сейчас произошло. Теперь то, что он сделал принадлежало лишь ему. Это заставило тело еще раз покрыться приятными мурашками, но напряженные руки девушки не давали в полной мере насладиться происходящем. Пальцы сжимались и разжимались на широких плечах и это заставило парня расслабиться и дать слово ей.

Гарри ловит себя на мысли, что он позволил себе задать вопрос, который никогда его не волновал во время секса.

— Как.. — голос необычно мягко и нежен. — Как мне..

— Медленнее. — едва касаясь дыханием его плеча.

И с первыми толчками, он чувствует, как сходит с ума. Так узко и приятно, что внутри все разрывается и собирается по кусочкам за секунды.

Неприятная резкая боль пропала, оставляя что-то другое, что-то, что сводило с ума все внутри.

Глубже, медленно, в нее.

— Ты - моя.

Элизабет кажется, что такие слова слетают точно не с его губ, но, когда он повторяет ей это и целует, она падает вниз. Дайте умереть ей - умереть самой счастливой.

Руки гуляют по липкому, но горячему телу. Она насаживается на него, заставляя издать что-то на подобии рычания или стона. И ей приятно. И ему приятно. Оба пьяные.