Venatio

Тихий вздох сорвался с губ Тэхена, когда он осторожно улегся обратно на матрас и потер лицо ладонями. Голова все еще болела, особенно в месте удара. От недостатка воздуха, от того, что он забывал про шишку и резко опускал голову на матрас, как секундой ранее. Непривычно. За все то время, что он скитался по лесу в одиночестве, он еще ни разу не травмировал голову. Ноги, руки, даже корпус, но не голову. И, кажется, эта травма была самой неприятной из всех пережитых.

Грустный, уставший взгляд с сожалением скользнул по ведру для отходов, которое принес для него Чонгук. Было неловко, когда альфа пытался объяснить ему, что на протяжении всего этого времени нужду придется справлять именно туда, без возможности подняться наверх. Ему все еще так сильно не доверяли? Но он ведь спас их, разве нет?

Омега фыркнул самому себе под нос и потянулся до хруста позвоночника. Совсем скоро должен был явиться Чонгук и принести для него завтрак. Он не знал, сколько времени было, но слышал первый щебет птиц после ночи.

Уснуть больше не вышло. Плед, что за эти несколько дней практически полностью выветрил из себя запах муската, не особо согревал по утрам и глубокой ночью, но был единственной вещью, в которую можно было укутать слегка продрогшие пальцы. Сколько он здесь еще пробудет? Выпустят ли его, или придется сидеть здесь до тех пор, пока дом не разорят какие-нибудь мародеры или орда ходячих трупов? Даже думать об этом не хотелось.

Шаги, раздавшиеся со стороны лестницы, весьма удачно отвлекли Тэхена от неприятных мыслей.

— Утречка! — громко пропел Чонгук, сбежав вниз по лестнице с какой-то тарелкой в руках. Едой особо не пахло, и Тэхен, прищурившись, присел, не отвечая на радостное приветствие альфы. — Хорошо спалось? Сегодня у нас завтрак попозже будет, но я решил, что не стоит нарушать режим твоего питания и сделал кое-что на скорую руку, — сообщил альфа и присел у решетки, поставив под нее глубокую железную миску.

Тэхен сухо хмыкнул и, вытянув шею, заглянул в тару. Яичница и какие-то ягоды? Голубика? Тэ мельком бросил взгляд на довольно улыбающегося Чонгука и даже не стал говорить что-то против того, что все было сгружено в одну миску.

— Откуда ты это взял? — поинтересовался омега, а Чон, улыбнувшись еще шире от того, что с ним заговорили, плюхнулся на пятую точку.

— Для тебя собрал, веришь? За яйцами пришлось по деревьям полазить, а голубика — вообще деликатес. Знаешь, чего мне стоило ее найти в этом огромном лесу? — поинтересовался Чонгук, и Тэхен тихо усмехнулся, качнув головой. Нет, он не знал и, признаться честно, не особо хотел знать. Его покормят — и на этом спасибо.

Омега не стал долго ждать, принялся за еду, иногда поглядывая в сторону альфы, наблюдающего за ним в полной тишине. Даже как-то непривычно. И стоило об этом подумать — Чонгук разрушил хорошее впечатление о себе, как карточный домик.

— Я вот чего не понимаю: ты мне не угрожаешь, потому что у нас типа уровень доверия вырос? У меня как бы есть шанс, да? Ну, если здесь конечно не бродит какой-нибудь твой муж. Ты говорил, что замужем, но кольца на пальце нет. Врешь, значит? А зачем? Я тебе прям вот вообще не нравлюсь? Любовь с первого взгляда, вообще-то, обычно взаимная, ты знал? А еще ты про себя вообще ничего не рассказывал. Я вот боксер бывший, в лиге сражался, точнее, метил туда, уже почти дошел, но тут этот апокалипсис... А, и еще Лидер решил, что ты стоишь нашего доверия, и раз уж ты знаешь, где здесь достать медикаменты, пойдешь с нами на вылазку. Здорово, правда? — Тэхен даже перестал жевать и отставил тарелку в сторону. Он не ослышался? — Так вот о лиге, ты ж со мной в группе наверняка будешь, я если что...

— Стоп, — перебил Тэхен, подняв ладонь, и Чонгук тут же замолчал, — замолчи хоть на секунду. Вы выпустите меня отсюда? — переспросил он и получил в ответ уверенный кивок.

— Здорово, да? Ты только представь. Ты, я, уничтожаем кучу мертвецов, а потом начинается дождь и мы с тобой...

— Меня сейчас стошнит, — прервал романтическую историю Тэхен.

Воздыхания Чонгука были совершенно неуместны. Он тут вынужден есть рядом с ведром, в которое ночью пришлось-таки справить нужду. И вообще, сырой подвал с единственным небольшим окошком, сквозь которое и белке будет проблематично проскочить, не особо располагает к романтике. Но Чонгука как будто бы вообще не волновала окружающая обстановка.

— Ладно, я замолчу. Только потому, что ты должен поскорее поесть, и я отведу тебя помыться. У нас такой ритуал: перед вылазкой обязательно нужно вымыться, — рассказал альфа, и Тэхен постарался незаметно принюхаться к себе.

Да уж, помыться ему бы не помешало, это точно. Да и одежду было бы хорошо сменить наконец. Только он не был уверен, что ему дадут хоть что-нибудь.

— У вас есть одежда? — поинтересовался он и закинул в рот сразу несколько ягод голубики.

Чонгук поиграл бровями и сел на полу поудобнее, чтобы их глаза были на одном уровне. Так общаться ведь намного приятнее. В конце концов, если опустить все шутки, этот омега и правда приглянулся ему, хотелось бы узнать о нем больше, стать ближе, но менять для этого стратегию своего общения он не собирался. Был уверен, что вот такой он — точно сможет покорить этого неприступного омегу.

— Могу одолжить тебе свою, — усмехнулся альфа.

— Нет, спасибо. Я в грязной похожу.

Хватит и того, что Тэхен целую ночь засыпал в окутывающем запахе муската, исходящего от пледа. Не нужно было повторять этот чудесный опыт.

Заметив пустую тарелку в руках омеги, Чонгук поднялся на ноги и открыл клетку спрятанным в задний карман джинсов ключом, наблюдая за тем, как омега поднимается и с хрустом и наслаждением разминает затекшую от недостатка движений спину. Красивый буквально во всем, что делал. Как будто бы вообще не с этой планеты.

— Мы, кстати, решили, что я буду за тобой присматривать, пока мы катаемся, так что теперь я твой личный надзиратель, можно сказать. Буду с тобой везде-везде ходить. Я так рад, что Лидер позволил мне это! Знаешь, сколько у меня охеренных историй в запасе? — радостно сообщил Чонгук, отойдя немного в сторону, чтобы Тэхен смог беспрепятственно покинуть свою темницу.

Тэхен энтузиазма Чонгука не разделял. От услышанного омега остановился, внимательно посмотрев на альфу, и Чон вопросительно вскинул брови.

— Что? — в его голосе так и сквозило удивление, он действительно не понимал, что вызвало такой ступор у парня. Не понимал ровно до тех пор, пока Тэхен не шагнул обратно в камеру, потянув тяжелую дверь камеры на себя.

— Да ладно, серьезно? — возмутился Чонгук, в свою очередь подтянув дверь к себе, не позволяя упирающемуся омеге закрыть ее до конца. — Тебе так неприятна моя компания?

— Вполне, — проворчал Тэ, чувствуя, что ноги проскальзывают по пыльному полу, явно не ставя его в выигрышное положение.

— А если я буду молчать? — поинтересовался Чонгук, подавшись вперед к прутьям, отчего Тэхену пришлось немного отстраниться, не прекращая держать железные створки. Слишком близко. Непозволительно.

Он прищурился, несколько секунд внимательно разглядывая альфу, а затем вдруг склонил голову набок, в своей странной привычке, и потянул губы в пугающей, кажущейся неискренней улыбке.

— Не сможешь ты долго молчать, но если вернешь мне оружие, я подумаю, — заверил он, и Чонгук громко фыркнул.

Тэхен отстранился от клетки, вздохнув, оглядел место своего временного пристанища.

— Отвернись. Я хотя бы уберу за собой, — подал он голос спустя пару секунд молчания, и когда альфа закатил глаза и отвернулся, перехватил рукой ведро, выходя из-за решетки.

— Я и сам бы вынес, как будто впервой, — пожал плечами Чонгук, но вперед все же пошел. Вряд ли же омега наденет ему на голову ведро с помоями, так ведь? И если так подумать, с этим возвращением в камеру Тэхен ведь пошутил? Да? Значит, и чувство юмора у него отличное! Чонгуку такое по нраву.

Тэхена удивляло то, как альфа шел впереди него и даже не оборачивался. Ведь было бы намного логичнее всегда держать его, Тэ, на виду. А теперь у него была возможность напасть на парня со спины, и это было странно настолько, что задумавшись, он перестал слушать болтовню альфы, склонив голову набок, просто неспешно шагал по лестнице, придерживаясь ладонью за перила.

Поднялись на улицу они в тишине. Чонгук проводил Тэхена к выгребной яме, куда они выливали всякое, а затем отвел его к реке.

Тэхен был рад наконец-то вдохнуть свежего воздуха и подставить лицо солнечным лучам, размять ноги. Ощущать ветерок, путающий волосы, было настолько приятно, что он даже остановился и закрыл глаза, позабыв о том, что ему стоило бы быть предельно осторожным и внимательным, ведь катаны с ним все еще не было.

Мысли о безопасности отступили на второй план, он просто наслаждался свободой и природой, пусть и недолго. Настолько недолго, что Чонгук даже не заметил секундной заминки со стороны омеги.

Открыв отремонтированную Сокджином калитку, альфа указал на стопку вещей и кусок мыла.

— Это мы тебе приготовили. Тут новое белье, кофта, штаны, полотенце, мыло. Вот река, — сказал он вполне очевидную вещь и указал ладонью на речушку с таким довольным лицом, как будто бы этого без его комментария никто бы не понял.

Чонгук плюхнулся на пятую точку и, сорвав травинку, сунул ее в зубы, глядя на Тэхена. Ему приходилось щуриться от солнца, но он все равно довольно улыбался. Когда ему еще выдастся возможность понаблюдать за этим омегой вот так?

Подхватив стопку одежды, Тэхен обвел берег взглядом. Кусты были, но закрывали обзор они только со стороны дома. От взгляда Чонгука они закрыть были точно не способны, и омега, нахмурившись, смерил Чона недовольным взглядом.

— Ты извращенец? — поинтересовался он, а когда альфа непонятливо захлопал глазами, выронив изо рта травинку, прищурился. — Ты что, собираешься тут сидеть и пялиться на то, как я моюсь? Знаешь ли, для того, чтобы кастрировать тебя, катана мне не понадобится. Если мечтаешь стать отцом через пару-тройку лет, позови какого-нибудь омегу.

Озадаченно почесав затылок, потому что в голову Чонгука даже и близко не закрадывалось мысли о том, что это и правда как-то слишком, альфа поднялся на ноги и подошел к калитке. В это время обычно Чимин возился с грядками и было бы хорошо, если бы он оказался где-то в поле зрения альфы. Иначе придется ему таскать за собой Тэхена по всему участку.

— О, Чимин-щи! — закричал он омеге, который удачно оказался в нужном месте и поднялся на ноги, показываясь из-за кустов. — Иди сюда!

Недовольно закатив глаза, потому что Чимин был на сто процентов уверен: его отвлекают из-за какого-то пустяка, омега все-таки не спеша подошел к Чону.

— Я занимаюсь травами, Чонгук, мне не до рассказов про твое прошлое. Что нужно?

— Ты у нас мастер вырубать омег по необходимости и без, так что вот, присмотри за Тэхеном, окей? Если что, бей не по лицу.

Чимин мгновенно поумерил пыл и, неуверенно глянув за плечо Чонгука, повел плечами. Как же, черт возьми, неловко.

— Вали отсюда, — проворчал омега, и Чонгук, широко улыбнувшись, в последний раз окинул Тэхена взглядом и зашел на территорию, не оборачиваясь.

Чимин отряхнул руки от земли и, пройдя ближе к реке, настороженно глянул на омегу.

Тэхен же, смерив его взглядом, отвернулся, наконец стягивая с себя кофту с отрезанными рукавами и откидывая ее в сторону.

— Прости, что вырубил тебя, не разобравшись, — все же подал голос Чимин и неспешно присел на землю. Запах ириса, исходящий от чужака, был мягким и кротким, несмотря на то, кем он являлся. И, кажется, парень совсем не злился, даже после того, что озвучил Чимин.

— Ты защищал свою территорию, — пожал плечами Тэхен и, скинув последний элемент одежды, подхватил новый кусочек мыла, входя в воду.

Чимин скользнул взглядом по гибкой ровной спине, по широкому для омеги развороту плеч и слабо выраженным мышцам и тихо вздохнул. Физическая форма омеги была потрясающей, а ноги — до умопомрачения ровными и длинными. Чимин бы подумал, что он какая-нибудь модель, если бы не был уверен в том, что никогда не видел этого парня в шоу-бизнесе.

— Ты раньше чем-то в сфере моделинга занимался? — осторожно поинтересовался Чимин.

Тэхен, услышав его вопрос, оторвался от намыливания плеч и поднял на омегу взгляд. Его губы дрогнули в подобии улыбки, словно он принял это за комплимент, и он покачал головой.

— Нет. Никогда, — негромко отозвался Тэ.

В воздухе повисла тишина. Лишь шум быстротечной реки и тихий шелест листьев от ветра разбавлял ее, да плеск воды, когда омега смывал с себя пот и грязь, тщательно намыливая одни и те же участки кожи по несколько раз.

Он делал все словно на автомате, а мысли уносились туда, на полгода назад. Когда ему казалось, что он, вроде бы, счастлив.

Сколько себя помнил, Тэхен восхищался культурой своей страны и культурой других восточных и азиатских стран. Еще в глубоком детстве папа позволил ему пойти на кендо, где он занимался наравне с другими альфами, ничуть не уступая им в своих умениях. Восток — его мечта, его жизнь, его цель. Он посвятил этому всю свою жизнь. И когда пришло время выбрать, с чем он будет работать всю свою оставшуюся жизнь, — Тэхен без сомнений пошел учиться на востоковеда. Там же он познакомился со своим женихом. Линхо — его преподаватель по культуре — был на двенадцать лет старше. Он ухаживал за ним столько времени, что омеге казалось, будет попросту нечестно, если он скажет нет. И когда Тэхен по окончании университета представил мужчину своему единственному любимому родителю, тот сразу озвучил свое единственное пожелание — он хочет, чтобы Тэ создал с ним семью. Так оно и вышло. Почти. После смерти папы Линхо сделал ему предложение. Тэхен жил с мужчиной около полугода. Любил ли? Сложный вопрос. Если любовь — это уважение, наверное — да. И все же он не знал, почему после смерти, казалось бы, любимого мужчины, он испытал лишь вспышку горечи и облегчение.

Тихий шелест листвы от сильного дуновения ветра и прохлада на коже привели омегу в чувства. Тэхен облизал губы, умывая лицо, и поежился. Он не хотел обо всем этом вспоминать. Все то, что происходило после его неуверенного «да», возможно, было ошибкой. Быть может, откажи Тэхен мужчине тогда, он был бы жив. Уехал бы из Кореи, как и хотел год назад, и жизнь сложилась бы по-другому. По крайней мере он бы, наверное, не превратился в кровожадное нечто, что пыталось откусить кусок от любого живого существа.

— Чья это одежда? — негромко поинтересовался Тэ, привлекая к себе внимание Чимина.

Омега тут же встрепенулся, оглядев фиолетовую водолазку и штаны, и перевел взгляд на Тэхена.

— Белье новое. Мы держим запас на всякий случай. Водолазка, кажется, нашего ветврача, а штаны — Чонгука. Придется немного подвязать, могут быть большеваты. Оно все постирано. Запаха почти не будет, — заверил он, и Тэ кивнул, усмехнувшись. Даже здесь Чонгук все же попытался оставить свой след.

Странный парень.

Белье оказалось действительно новым, даже заводская бирка все еще висела на ярлыке. Тэхен оторвал ее одним движением и, надев их на бедра, опустил взгляд на водолазку.

Он не очень любил рукава, и катаной пользоваться было удобнее без них, так что пока сезон позволял, он собирался избавляться от них. Взяв кофту, Тэхен расправил ее и внимательно осмотрел. Симпатичная шмотка, но убранные рукава были просто вопросом его комфорта.

Увидев ножны, Тэхен кивнул на рукоять ножа.

— Можно? — поинтересовался он прямо. Юлить было не в его правилах.

Поняв, куда направлен взгляд омеги, Чимин закрыл ладонью рукоять ножа и нахмурился, поднявшись на ноги, и отступил от парня на шаг, чтобы иметь место для маневра. Просто на всякий случай.

— Нельзя.

Тяжело вздохнув, Тэхен бросил водолазку в Чимина и скрестил руки на груди.

— Тогда отрежь рукава сам.

Это недоверие хоть и было понимаемо, но все же раздражало. Эти люди относились к нему с неоправданным подозрением, ведь он не только не нападал на них, но и помог закончить ту злополучную стычку, защитил беременного омегу. Он сделал достаточно, чтобы заслужить хорошее к себе отношение, но эти люди все еще относились к нему настороженно, и это начинало раздражать.

К тому же не будет же он нападать на другого омегу в одних трусах! Бред.

Чимин даже растерялся, едва не выронив одежду из рук, и, достав нож, не стал ничего спрашивать, просто попытался выполнить просьбу.

Это заняло какое-то время, за которое Тэхен надел штаны и, благодаря внутренней шнуровке, затянул их на бедрах. Он даже успел влезть в свои берцы и зашнуровать их, пока омега возился с кофтой.

— Держи, — Чимин не рискнул подходить ближе, бросил водолазку, уже лишенную рукавов, в руки Тэхена и, спрятав нож, но не убрав ладонь с рукояти, стал внимательно наблюдать за Тэхеном.

Этот омега был опасным. Чимину казалось, что он способен в любой момент лишить его головы, даже не имея в руках катаны, ощущения от него были, мягко сказать, неприятные, они заставляли напрягаться и ежиться. И если всего пару минут назад он был спокоен, пока парень вымывался и был вдалеке, то сейчас напряжение выросло.

Тэхен чувствовал это. Запах жасмина стоял невыносимый, напряженный. Если к нему так все будут относиться, стоит ли вообще пытаться влиться в ряды этой группы? Может, попросить оружие и уйти с миром? Это ведь не последняя группа людей на Земле, так что...

— Вау, — голос Чонгука разрезал напряженную тишину. Чимин вздрогнул, отвернувшись, а Тэхен впился в лицо альфы внимательным взглядом. Чон, кажется, вообще ничего не смущался. Оглядел Тэ с ног до головы и, потянув губы в усмешке, показал большой палец.

— Выглядишь — отпад. Я же говорил: у меня охуенный вкус. Это мой самый красивый будущий муж из всех когда-либо существовавших будущих мужей в моей жизни, — заверил он, и Чимин скривил губы, заходя на территорию лагеря. С его приходом вмиг стало спокойнее.

— Эта фраза тебя не красит, — фыркнул Мини, пройдя мимо, а Чонгук, задумавшись, снова взглянул на усмехнувшегося Тэхена.

— Правда? Тогда я девственник. Стопроцентный. Даже нецелованный, веришь?

Тэхен не спешил отвечать, молча прошел вслед за Чимином и, когда Чонгук двинулся рядом с ним, снова бросил на альфу задумчивый взгляд. Он не боялся. Не боялся находиться совсем рядом, не боялся поворачиваться спиной. И на фоне остальных это выглядело странно.

— Так что там насчет моей нецелованности? Хочешь быть первым? А если серьезно, у меня партнеров можно по трем пальцам пересчитать, веришь? Возьмемся за ручки? — Чонгук вывалил такой поток слов, что до Тэхена даже не сразу дошло, что именно хочет от него альфа. Он глянул на большую ладонь, протянутую в его сторону, и демонстративно сложил руки на груди, отвернувшись, пусть и продолжал шагать рядом. Чонгук не загрустил. Улыбнулся пошире и дал пять сам себе.

— Ничего. Вот ты позавтракаешь получше и сразу станешь добрее. У нас знаешь какой завтрак сегодня вкусный? — болтал он, и не думая затыкаться. Тэхену оставалось лишь слушать его и вздыхать. Дурачок, что с него взять?

***

Завтракали они на свежем воздухе и не все. Были только лидер группы, какой-то Хосок, сам Чонгук, Чимин и очень неприятный на вид альфа, имя которого Тэхен решил не запоминать. Просто внутренняя чуйка подсказывала, что более близкое знакомство с ним ему не понравится.

— Окей. Вы поедете небольшой группой. Хосок будет с вами, он разбирается в ветеринарных препаратах. Ноа, твоя обязанность: защищать Хосока. Даже ценой собственной жизни. Он — доктор, вы обязаны вернуть его домой живым, — Намджун внимательно и очень серьезно смотрел на альфу.

Этот Ноа Тэхену доверия не внушал. Он выглядел высокомерным типом с комплексом неполноценности. Само его присутствие рядом очень напрягало. И, судя по потяжелевшему запаху муската, не его одного.

Чонгук и правда до последнего надеялся, что с ними поедет кто угодно, пусть даже Чимин, а еще лучше Юнги, только не Ноа. После их последней ссоры с Чимином, Чонгук этого парня буквально не переваривал, а руки все еще чесались, чтобы набить его самодовольную рожу. Хотя... Судя по кровоподтеку на губе Ноа, рожу ему все-таки кто-то набил. Вот только кто? Все молчали, как воды в рот набрали.

— Чонгук, — обратил на себя внимание альфы Лидер, — твоя обязанность — защищать и присматривать за новеньким.

Намджун перевел на Тэхена серьезный взгляд и нахмурился.

— Твоя катана пока что побудет у нас. Может быть, в поездке ты ее заслужишь, но на данный момент я ее тебе не доверю.

Смерив мужчину хмурым взглядом, Тэхен скрестил руки на груди.

— Откуда мне знать, что они не выкинут меня посреди трассы без припасов и оружия?

Пожав плечами, Намджун сделал к омеге шаг, одним движением заставляя всех расступиться, и посмотрел парнишке в глаза.

Потяжелевший гвоздичный запах давил на легкие, не давал свободно дышать, но Тэхен, уже привыкший к тому, что альфы вот так на него напирали, даже бровью не повел на этот выпад.

— Ниоткуда. Но это — мое окончательное решение, и обсуждать я его не собираюсь. Покажешь, что достоин быть частью моей семьи, — и я тебя в нее приму. На данный момент ты все еще чужак.

Развернувшись на пятках, мужчина ушел в дом, и Чонгук шумно втянул носом посвежевший воздух.

— Отличная у нас команда собралась, — негромко фыркнул Хосок.

Тэхен, отведя взгляд от закрывшейся за лидером двери, окинул щуплого альфу взглядом. Он был подтянутым и жилистым, но в сравнении с Ноа и Чонгуком выглядел как тот, кто вряд ли сможет сильно навредить, если вдруг завяжется драка.

— Херня, а не компания. Если Чонгук не будет приглядывать за этой сукой, даю руку на отсечение, что он перережет нас ночью, — хмуро сообщил Ноа и скривился, окинув спокойного Тэхена взглядом. И подобное Тэхен в свой адрес слышал уже не единожды. Ничего нового.

— Готовь руку, говнюк, — ухмыльнулся Чонгук, не дав Тэхену сказать ни слова, и поднял руку так, словно собирается приобнять омегу за плечи. Тэ дернулся скорее инстинктивно, но Чонгук отчего-то так и не коснулся его. Рука зависла в воздухе, в паре сантиметров от его плеч, и альфа кивнул Тэхену на дверь дома.

— Пойдем-ка со мной. Я переоденусь, заберу кое-что, пока мистер-ублюдок-Ноа готовит тачку к отъезду, — проговорил он.

Хосок вздохнул и ушел в дом первым, чтобы взять все нужное. Тэхен неспешно направился за ним следом, покосившись на руку Чона, которую альфа все же соизволил убрать спустя пару шагов в нужном направлении.

— Ноа специфичный. Но лучше не лезь на рожон. Я, конечно, за тебя ему втащу, но лучше же не ссориться, правда? Будем жить дружно, — улыбнулся Чонгук.

Омега только тихо хмыкнул и снова скрестил руки на груди. Действительно. Но дружно с этим говнюком вряд ли получится. Он никогда не думал, что скажет это, но Чонгук, хоть и чокнутый, пока что был одним из самых приятных персонажей этого дома. Еще Намджун, их лидер, когда не подходил слишком близко и не пытался задавить своим феромоном.

Тэхен внимательно и очень заинтересованно оглядывался, когда они поднимались наверх, когда заходили в комнату, словно Чонгук действительно не боялся показать чужаку все закоулки их дома.

В комнате, в которую они вошли, пахло Чонгуком. Так сильно, что он даже перебивал второй, более мягкий аромат. Омега? Явно не тот, которого защитил Тэхен, но и не Чимин. Тогда кто?

Взгляд Тэхена подозрительно скользнул по альфе. Чонгук стянул с себя рубашку, снова без всякого страха повернувшись к омеге спиной, спокойно натянул вместо прежней одежды свободную футболку и заправил ее в черные джоггеры, поправив на них ремень.

— Ты живешь здесь с омегой? — не сдержал своего любопытства Тэ. И, черт возьми, его язык летел вперед головы. Редкое для него явление.

Судя по тому, как засветились глаза Чонгука, пока он проверял все карабины на своем теле на целостность, стоило промолчать и не задавать никаких вопросов.

— Ревнуешь? — ухмыльнулся Чон.

— Пытаюсь определить степень твоего бесстыдства с учетом того, как активно ты называешь меня своим будущим мужем.

Чонгук рассмеялся, присев на корточки, чтобы плотнее зашнуровать берцы, и закинул на плечо наполненный чем-то черный рюкзак.

— Ты мне свое имя двое суток не говорил, прекрасный незнакомец. Так что мучайся от незнания, — заявил он и, широко улыбаясь в ответ на вопросительно изогнутую бровь, снова рассмеялся.

Они вышли из дома как раз к тому моменту, когда машина была заведена, а Хосок и Ноа заняли свои места. Ветеринар сидел на переднем сидении, с интересом поглядывая в сторону вышедших к ним Тэхена и Чонгука, но не говорил ничего против. Этот омега не казался ему слишком уж опасным. Не понимал он, как тот вообще мог отрубить кому-то голову. Хотя внешность бывает обманчива.

— Запрыгивай, — Чонгук открыл перед Тэхеном заднюю дверь и галантно протянул парню руку, чтобы тот смог без проблем сесть в высокий джип.

Но омега, кажется, не привык к такой помощи, потому проигнорировал поданную ладонь и залез в машину самостоятельно. Его усадили позади Хосока. Еще один знак недоверия? Если он вдруг захочет прибить водителя, например, но это было бы слишком глупо, ведь тогда они все могли бы разбиться.

Тэхен ничего не сказал, сухо усмехнулся и, как только Чонгук сел рядом, перевел взгляд вперед.

Створку ворот открыл для них незнакомый Тэхену альфа. На его лице был виден синяк в районе скулы, а цепкий взгляд словно не отрывался от Ноа ни на секунду, отчего альфа за рулем недовольно цыкнул языком.

— Если он подкатит свои яйца к Мини, я эту падаль придушу, — прошипел он, и Хосок тяжело вздохнул, отведя взгляд в сторону.

Тэхен, словно заинтересованный кот, глянул в сторону Ноа и навострил уши. Он здесь со всеми не ладит? Мини — это Чимин. Он вместе с Ноа? Альфа, который открыл им ворота, — это что за персонаж? Тэхен не видел его во время боя. Ни разу. Возможно, он тот, кто снимал всех с помощью стрел.

Но судя по тому, что и на лице Ноа красовались ссадины, видимо, как раз эти двое и сцепились. И повода знать не хотелось: мало ли что могли не поделить двое альф во время апокалипсиса: омегу или кусок мяса пожирнее.

Машина выехала за пределы лагеря, и Чонгук, вздохнув, потянулся, упершись коленями в переднее сидение.

— Обожаю эту атмосферу, когда только выезжаешь на вылазку. Дорога, хорошая компания под правым боком, — ухмыльнулся он, скосив взгляд на закатившего глаза Тэхена.

Да сколько же можно, черт возьми? Неужели способы подкатов в его голове генерируются быстрее, чем любые другие мысли? Хотя он и не воспринимал это все всерьез. Если бы он и правда приглянулся Чонгуку в романтическом плане, он бы наверняка вел себя совершенно иначе. Ну правда, где видано, чтобы в первый день знакомства говорили про любовь с первого взгляда и предлагали замужество? Бред же.

— Расскажи о себе, — попросил Хосок, обернувшись на Тэхена, — Лидер почти ничего не рассказал о твоем прошлом. Кем ты был до краха?

Ему было это важно. Он прекрасно знал, чем занимался Ноа, кем был Чимин, кем работал Намджун, но об этом омеге они не знали ничего. А вдруг он тоже врач или военный? Или инженер. Подобные навыки были весьма полезны в их ситуации.

— Востоковедом. Я закончил отделение востоковедения с упором на японскую культуру и занимался кендо. У меня седьмой Дан.

Тэхен всячески игнорировал светящиеся маниакальным восторгом глаза Чонгука сбоку, да и рассказывал о себе он, глядя в окно автомобиля. Среди деревьев и кустов мелькали пошатывающиеся скрюченные тени мертвецов, но они его больше не пугали. По крайней мере, когда они не могли его достать.

— Это звучит серьезно, но я в этом ничего не понимаю, — рассмеялся Хосок. — Никогда не интересовался этим видом борьбы. Хотя кендо выглядит очень красиво.

— Боевое искусство. Кендо — это боевое искусство, а не борьба, — спокойным тоном поправил омега. Поначалу он не хотел ничего рассказывать, но затянувшаяся на несколько долгих секунд неловкая тишина развязала ему язык.

— Есть четыре уровня Кю. Ими обладают ученики. Дальше идут уровни Дан, с первого по восьмой. На каждый уровень нужно много учиться и сдавать экзамен. Я смог получить седьмой уровень незадолго до конца света.

— О... Это очень круто. Я всегда восхищался людьми, которые горят чем-то и достигают высоких результатов в чем бы то ни было. Когда я был моложе, у меня было так много амбиций, но со временем я стал спокойнее. Понял, что моя планка — чуть выше среднего, что в целом достаточно, чтобы неплохо зарабатывать. Я даже машину смог себе купить, иномарку, но меня в этой же машине чуть было не сожрали, так что пришлось ее бросить, — поведал ветеринар.

Могло показаться, что Тэхен его даже не слушал, продолжал смотреть в окно и думать о своем, но это было не так. Он слушал их всех довольно внимательно и подмечал много деталей. Видел, как, поджав губы, Ноа смерил доктора высокомерным взглядом, как Чонгук почесывал большим пальцем мизинец, как Хосок пытался скрыть за неловкой улыбкой страх и боль.

— Я не видел тебя среди сражающихся в ту ночь, — отметил Тэхен, а Хосок немного растерянно оглянулся.

— А, ну... наверное, потому что я был в доме. Мне поручили защиту Еджуна, которого в итоге спас ты, и брата Чонгука. Как видишь, я не очень справился, — неловко улыбнулся он, а Ноа цокнул языком и закатил глаза, когда заметил, как Тэхен подобрался и взглянул на Чонгука.

— Какой же ты пиздючий, — фыркнул альфа, а Хоби, сообразив только через пару секунд, спустился в кресле пониже. Точно. Омега ведь не знал о брате Чонгука.

— Прости, Чонгук, — пробормотал он, но Чон на удивление выглядел спокойным, только слабо улыбнулся и махнул в сторону Хосока рукой, словив усмешку Тэ взглядом.

Видимо, этот парень не настолько бессовестный, как о нем уже успел подумать Тэхен. В конце концов, во вселенной Тэхена никому не было бы приятно терпеть чрезмерные подкаты от человека, связанного романтическими отношениями с другим. Он всегда считал это мерзким и низким.

— Значит, живешь с братом, — отметил Тэхен, вспоминая о чужом запахе в комнате альфы. Получается, его брат — омега?

— Ага. Видишь, я не бесстыжий. Наоборот, очень заботливый. Разве это не плюс для меня, как для твоего будущего...

— Он младше тебя? — перебил Тэхен, посмотрев на Чона.

— Мы двойняшки, — пожал плечами альфа.

Ноа смог только очень тяжело вздохнуть. Эти двое так беззаботно вываливали чужаку тонны информации... Просто придурки. Как можно было быть настолько доверчивыми, он не понимал.

— Может быть, вы еще ему что-нибудь расскажете? А почему нет, верно? Давайте, вперед, — не сдержался он.

Тэхен, оторвав изучающий взгляд от Чонгука, с интересом взглянул на возмущающегося альфу, прищурившись и склонив голову набок. Забавно. Такое сильное недоверие и ситуация его взбесила настолько, что в машине становилось трудно дышать из-за давящего на легкие неприятного запаха табака.

С этим альфой они точно не сойдутся.

Он не стал усугублять ситуацию и говорить, что если бы преследовал цель всех их переубивать, сделал бы это сразу, а не шел в клетку добровольно, когда у него была возможность сбежать. И он был уверен, что даже в схватке с огромным по сравнению с ним Чонгуком, он бы победил благодаря хитрости, ловкости и хорошей физической форме.

— Ты не Лидер, Ноа, чтобы отчитывать нас, не забывайся, — оскалился Чонгук.

Альфа ненавидел, когда его начинали поучать, тем более такие, как Ноа. Подобное он мог позволить только Лидеру, но никак не этому мудаку. И никак иначе Чонгук его в своих мыслях не называл, потому что это самое подходящее слово для того, кто обращается со своим омегой так, как обращается с Чимином Ноа.

Мелочных людей Чонгук просто не переваривал.

— А ты порой слишком сильно тупишь, Чонгук. Он — чужак. Свернет тебе шею — ты и глазом моргнуть не успеешь.

Тэхен не спорил. Скрестив руки на груди, он снова перевел спокойный и задумчивый взгляд к окну.

В чем-то Ноа был прав, конечно. Ошибался он только в том, что Тэхен собирался кому-то из них свернуть шею. Все люди, которых он видел, нравились ему. За исключением этого парня, разумеется. Даже Чимин, который его оглушил в ту ночь, не разобравшись в ситуации, был Тэхену симпатичен. Хороший омега.

Сегодня встретить хорошего человека было редкостью, а уж компанию — и подавно.

Чонгук Ноа ничего не ответил, скрестил руки на груди, нервно задергав коленом, и на пару секунд прикрыл глаза, чтобы успокоиться. Запах табака казался таким едким, мерзким, что хотелось открыть окно и подышать. Но этого делать было нельзя: опасность могла настигнуть их в любой момент.

— Ты бы подружился с Чонсолем, — внезапно проговорил Чонгук, — он тоже все восточное любит, аниме там всякие смотрел, даже в Японию пару раз ездил, — отметил Чонгук, не выдержав и заговорив снова. Тэхен оторвал взгляд от окна, удержавшись за ручку двери, когда они подпрыгнули на какой-то кочке, и усмехнулся.

— Если вы близнецы и его характер похож на твой, мы бы не подружились, — коротко отозвался Тэхен, а Чонгук недовольно застонал.

— Да черт подери, мы не близнецы, двойняшки! Двойняшки, понимаешь? Близнецы — это когда оплодотворяется одна яйцеклетка, которая потом делится, а двойняшки, когда две разные, понимаешь? — воскликнул Чон, начав активно жестикулировать.

Тэхен негромко усмехнулся, кивнув, мол, понятно, но Чонгуку этого было мало.

— Близнецы вообще зачастую одного пола, а мы — нет. Я альфа, он омега, я старше на семь минут и мы вообще почти не похожи!

— У вас обоих огромные глаза и кроличьи зубы, — отметил Ноа, поморщившись, — а еще вы оба нереально тупите. Считай, что близнецы.

Чонгук от возмущения едва не подавился воздухом, а его глаза, кажется, действительно стали очень большими.

— Ты самый уебанский уебан, которого я когда-либо встречал в своей жизни, — заверил Чон, а Хосок, вздохнув, снова обернулся к Тэхену.

— По характеру они вообще разные. Чонгук громкий, шебутной, его всегда много. А Чонсоль милый, мягкий, робкий. Вообще прелестный. И умный. Он умеет играть на разных музыкальных инструментах, но мы еще ни разу не слышали. Ну, думаю, сам понимаешь, почему, — улыбнулся Хосок.

Тэхен заинтересованно склонил голову набок. Этот альфа... Так хорошо отзывался о Чонсоле. Даже тон его голоса менялся, стоило лишь упомянуть этого незнакомого Тэхену омегу. Значило ли это, что они тоже близки?

— Но я однажды слышал, как он поет. Он думал, что один, и позволил себе спеть красивую песню, а потом очень долго смущался, когда заметил меня. Это самый прелестный омега, которого мне удалось узнать.

Поджав губы, Чонгук хмуро смотрел на ветеринара, буквально сверлил его глазами, и от внимания Тэхена это не укрылось. Кажется, этот альфа не особо жаждет подпускать кого-то к брату. Выходит, помимо всех недостатков добавляется еще и собственничество. Тогда им тем более не по пути.

И все же атмосфера была довольно-таки спокойной, если не обращать внимания на косые взгляды, которые Ноа кидал на Тэхена в зеркало заднего вида. Это немного раздражало, но болтовня Чонгука и Хосока хорошо отвлекала его. Жаль, что не было никакой музыки, ее Тэхен послушал бы с удовольствием.

Он уже даже не мог вспомнить, когда в последний раз слушал музыку. До падения цивилизации, да. Но после того, как он ушел в лес из города, кажется, ни разу. А жаль.

Когда солнце начало клониться к горизонту, они заехали в небольшое поселение. Несколько домов, одна дорога, пара магазинчиков. Такое место даже деревушкой назвать было трудно, но когда-то здесь точно ходили люди.

Сейчас же только ветер разносил мусор и какие-то пожухлые от времени листовки, стершиеся чеки, газеты. Шелестела листва, изредка было слышно перелив трелей от птиц, но больше никаких признаков жизни не было. Жалкое зрелище, которое было уже привычным.

— Заночуем в одном из домов, может, что-то найдем, — скомандовал Ноа.

Чонгуку, вообще-то, не очень нравилось, что он командует, словно кто-то наделил его полномочиями лидера, но возражать не стал. Препирания с этим парнем постоянно выводили его на агрессию, а здесь нет никого, кто мог бы их разнять. Возможно, Тэхен бы попытался, но хоть Чонгук и не был сексистом, но был уверен, что омега вряд ли сможет совладать с двумя разъяренными альфами.

— Мне нравится вот этот, выглядит дружелюбно, — Хосок, выйдя из машины, кивнул на светло-серый двухэтажный домик.

В окнах не было видно теней, но все-таки это не значило, что там не будет мертвецов.

Тэхен и Чонгук тоже вышли из автомобиля, и альфа, достав нож, внимательно и очень серьезно посмотрел на Тэхена.

— Держись рядом со мной, — велел он.

Тэхен не возражал. Оружия у него все еще не было. Вообще никакого. И если он был уверен в себе и точно знал, что с одним мертвецом сможет справиться и при помощи сподручных средств, то вот если их будет больше, вряд ли он сможет выйти из такой битвы победителем. От защиты, если она была действительно необходима, отказываться было глупо.

Они вошли в дом первыми, пока Хосок и Ноа осматривались снаружи. Им лучше бы расчистить место для ночлега от всех угроз.

— Дай мне нож, Чонгук. Я устал с дороги и хочу отдохнуть, — вполне разумное предложение, казалось бы, но Чонгук на эти слова только усмехнулся.

— Не дам, у меня приказ Лидера, извини. Будь рядом и все будет хорошо.

Тэхен не стал спорить, не стал пытаться приводить аргументы о том, что таким образом они потратят слишком много времени, чтобы осмотреть весь дом. Бесполезно. Если уж и вторая попытка уговорить Чонгука довериться ему не увенчалась успехом, смысла доказывать что-то просто не было.

Белая крашенная дверь со скрипом отворилась, и они вошли внутрь.

Пыльно, тихо, пусто. Этот дом, хоть и хранил на своих стенах и полках семейные снимки живых счастливых людей, жизнью больше не дышал. Он был таким же мертвым, как и весь их мир, и от этого Чонгук ощущал тоску, хоть и был сосредоточен.

Разрушив тишину, Тэхен громко постучал рукой по стене, за что Чонгук шикнул на него.

— Что ты делаешь?

— Привлекаю внимание. Если здесь кто-то есть, они придут к нам сами и их появление не будет для нас сюрпризом. Ты что, всегда искал их самостоятельно? Так я тебе показал способ получше. Пользуйся на здоровье.

Чонгук усмехнулся, глядя на Тэхена.

— Ты сказал мне не одно предложение, а целых пять? Вау! Отмечу день твоей общительности в календаре прогресса наших отношений, — пообещал он, глупо подмигнул и направился на звук скрежета из соседней комнаты.

Их действительно услышали и зашевелились.

Чонгук шел осторожно, оглядывая каждую сомнительную тень на стенах, понимая, что сейчас от него зависит и жизнь омеги. За неимением выбора Тэхен был вынужден доверить ему свою безопасность — он не мог подвести.

Чон распахнул дверь одним четким движением. Тварь, одетая в разорванную некогда белую футболку, с мерзким воем ринулась в его сторону. Но была слишком медлительна. К счастью Чонгука. Альфа с силой ударил подбежавшего мертвеца ботинком в грудь, завалив неловкое существо на пол, и одним точным движением вогнал нож в его висок, морщась от тошнотворного запаха. Зомби был мертв, однако скрежет и шипение не стихли. Чонгук поднял взгляд, замечая под упавшим книжным шкафом придавленного, наполовину сгнившего омегу, и тихо вздохнул.

Он бы никогда не подумал, что когда-нибудь будет столь отточенным движением вонзать нож в висок человека, омеги. Пусть и давно умершего.

Тэхен не спешил заходить вслед за Чоном в комнату. Наблюдал за тем, как альфа вытирает нож о порванную одежду затихшего трупа, и думал. Взгляд скользнул по стене, где были развешены полароидные снимки, и он слабо улыбнулся.

— Молодая пара, — отметил он, без зазрения совести сорвав один из снимков с прищепки и внимательно оглядев его. Ярко улыбающийся светловолосый омега обнимал за шею высокого, статного альфу. Их глаза светились счастьем, любовью и уютом. На снимке они были счастливы. А в реальности оба погибли здесь, в этом доме.

— Вполне возможно, что один из них слег с вирусом, а второй остался рядом и им же и был убит, — отметил Чонгук, встав на ноги и отряхнув джоггеры от пыли.

— С чего ты взял? — поинтересовался Тэхен, вскинув бровь.

Чонгук не сдержал довольной улыбки. Ого, ему уже и вопросы добровольно задают?

— У альфы следы от зубов на шее и плече. Он почти сожран. Поэтому я думаю, его партнер заразился первым, а потом попытался убить его. И в попытках спастись, альфа обронил на омегу шкаф, но не смог убить его. Из-за того, что у него оторвали кусок мяса с шеи или потому что любил, хуй знает, — предположил Чонгук, взглянув на снимок и вздохнув, — многие так погибли. Я бы тоже мог так погибнуть. Если бы Чонсоль слег первым, я бы не смог его оставить.

Тэхен кивнул. Да. Наверняка, если бы у него был кто-то достаточно близкий, он бы тоже не смог оставить его умирать. Однако после обращения — не без труда, но он смог бы найти способ повредить мозг, потому что жить все еще хотелось, даже если их мир потерял всякий свет. Даже если все, что они могут — выживать.

Со стороны двери послышались шаги. Чонгук напрягся, на автомате задвинув Тэхена за свое плечо, но, увидев Ноа и побледневшего Хосока, мгновенно расслабился.

— Что тут у вас? — сухо поинтересовался Ноа и, прижав ботинок к голове трупа, валяющегося у двери, брезгливо поморщился.

— Двое, в остальном чисто. Можем заночевать здесь, и с рассветом двинемся дальше, — отметил Чонгук и спрятал нож в ножны.

Он оттолкнул Ноа от мертвеца и, взяв покрывало с кровати, накрыл его. Пусть они обратились, пусть обезумели после смерти, но это не значит, что они не достойны того, чтобы с их телами обходились уважительно.

— Меня сейчас стошнит, — тихо пролепетал Хосок и отвернулся, скривившись. Нет, он чувствовал запахи, но увидеть эти трупы вживую, так близко — омерзительно и страшно до мурашек.

Он сидел в доме слишком долго и, кажется, позабыл о том, насколько ужасен мир за пределами их жилища. Может быть, эта вылазка даже пойдет ему на пользу, кто знает.

— Пойдем, прекрасный незнакомец, обыщем кухню. Вдруг эти добрые люди припасли для нас что-нибудь вкусное, — улыбнулся Чонгук и кивнул Тэхену на выход.

Омега прикусил губы, осторожно вернув фотографию на ее законное место, и пошел вслед за Чонгуком, проигнорировав напряженный взгляд Ноа, направленный на себя. К черту этого придурка.

— Почему ты называешь меня незнакомцем? Ты знаешь мое имя, — Тэхен нагнал Чонгука в несколько шагов.

Было забавно видеть на его лице загадочную ухмылку. Как тогда, в его комнате, когда Тэхен поинтересовался, с каким омегой в одной комнате живет Чон Чонгук. Если так присмотреться, альфа был симпатичным. Вот только бы не подкатывал каждую минуту и молчал почаще. Тогда он Тэхену бы точно понравился.

— Ну, разве так не очаровательнее? Сохраняется какая-то загадка, так ведь? — ухмыльнулся Чон.

Скептично дернув бровью, Тэхен стал оглядывать шкафчики. Странно, что, судя по всему, сюда почти никто не добирался. Он даже нашел аптечку и, решив не разбираться с ней, просто отнес ее Хосоку, молча отдал и вернулся обратно.

Чонгук уже достал два мешка риса и с десяток различных консервов, запечатанные упаковки с лапшой и пачку сигарет.

— Да эти ребята были запасливыми! Посмотри другие шкафчики, может быть, еще что-нибудь найдем? Крекеры, например, — попросил Чонгук, изучая консервные банки.

Омега и без его просьбы продолжил бы поиски, так что он без лишних вопросов и слов стал открывать шкафчики и изучать содержимое пыльных полок.

— Вообще, мне очень грустно, ведь почти никто не делает дома запасы крекеров. Скоро они совсем завоняют, и я не смогу их есть, если кто-нибудь не научится печь их для меня. Мне так грустно, ведь пачка крекеров добавила бы чуть больше смысла в мое выживание, — вполне серьезно пожаловался он.

Тэхен нашел чипсы из водорослей и, открыв их, принюхался и сунул лист нори в свой рот, делая вид, что он внимательно слушал Чонгука все это время.

Крекеров он не нашел, но чипсы из нори — отдельный фетиш, и Тэхен, так как их нашел именно он, не собирался ни с кем делиться своей добычей.

Кажется, в эту самую минуту он действительно почувствовал удовольствие от того, что ел нечто подобное. Он даже не слышал шагов позади себя. На губах сама собой появилась улыбка, но уже в следующую секунду омега вздрогнул. Рука Ноа безжалостно перехватила пачку из его рук, резко и внезапно, и альфа грубовато отпихнул его в сторону.

— Ты, блять, в одну харю собрался это сожрать? Тут каждая крошка на счету, а ты жрешь в одного как крыса, — шикнул он.

Чонгук мгновенно отвлекся от поисков, поднявшись на ноги, и нахмурился, шагнув ближе.

— Я нашел их первым, — упрямо заявил Тэхен, протянув было руку в сторону помятой пачки, но Ноа снова отбил его ладонь в сторону и скривился.

— Ты, блять...

— Эй-эй, тебе пачки водорослей жалко? — вскинул брови Чонгук. — Расслабься, блять, какого черта? У тебя на них аллергия, сам говорил. Отъебись, Ноа, и забаррикадируй дверь.

— Он жрал нашу еду совершенно бесплатно на протяжении всего своего бесполезного пребывания в нашем доме, и тут дело даже не в нори, а в том, как он себя ведет. Нахер нам ебаные эгоисты? Сначала пачка нори, потом банка консервов, потом оружие. Что еще отдашь ему за просто так?

Хосок тоже пришел на разборку. Он хотел было подойти к Тэхену и заслонить его собой. Маленькое геройство, на которое он способен. Но омега сам шагнул вперед, сжав руки в кулаки. Видимо, он был готов врезать засранцу самостоятельно.

— Ты больной? — сочувствующе поинтересовался Тэхен, склонив голову набок. — Иначе мне не понять, как ты мог почти прямым текстом назвать мое заточение в вашем сыром подвале рядом с ведром моих испражнений веселым отдыхом.

Ноа скривился и подался вперед, собираясь перехватить несносного омегу за шиворот, но Чонгук ощутимо сильно оттолкнул его в сторону.

— Ты, по-моему, перепутал. Клешни свои не распускай. Или ты силу только к омегам применяешь? — сухо поинтересовался Чонгук.

Прищурившись, Тэхен оскалил зубы, глядя обидчику прямо в глаза. Холодно, спокойно и от того опасно.

— Что вы устроили тут? Успокойтесь и разойдитесь по своим делам, нам нужно запереть дом, — вздохнул Хосок.

Он не спешил подходить к ним, но если вдруг начнется массовая драка, все-таки понимал, что разнимать всех троих придется именно ему. И, кажется, Ноа немного не понимал, что он в меньшинстве. Учитывая, как легко Тэхен обезглавливал ребят из своей прошлой группы, он бы не стал с ним шутить, даже если у омеги не было меча в руках.

— Да, пускай попробует. Наглядно покажу, как можно проломить человеку череп без подручных средств, — оскал на губах Тэхена сменился на ту самую странную улыбку.

Смерив его презрительным взглядом, Ноа поморщился и осуждающе посмотрел на Чонгука, который, по его мнению, забыл о том, кто свой, кто чужой.

— Ты кого защищаешь, Чон? Посмотри на него, блять, повнимательнее. Думаешь, если защитишь одну левую течную дырку, тебе что-то перепадет? Он скорее проломит тебе череп, заберет все, что мы нашли, и свалит в закат.

У Тэхена действительно чесались кулаки. После тех мерзких слов, которые он услышал в свой адрес, врезать нахалу захотелось еще сильнее. Он видел, что и Чонгук открыл рот, чтобы что-то сказать, чувствовал, каким тяжелым стал его запах муската, и даже если табак тоже давил на него, он не поддавался. Сопротивлялся сильным феромонам, даже если от их сочетания и борьбы хотелось просто уйти.

Он довольно сильно ударил Ноа по руке и, когда тот от неожиданности выронил пачку водорослей, Тэхен одним ловким движением заломал его руку за спину, отчего альфа согнулся пополам.

— Сука, я тебе глотку перережу в ночи!

— Еще раз в мой адрес что-то скажешь — я отрежу твой мерзкий язык. Такой язык тебе понятен, я надеюсь?

Брезгливо оттолкнув от себя альфу, Тэхен поднял пачку чипсов и, под удивленный взгляд Хосока, восхищенный Чонгука и полный ненависти Ноа, направился на выход из кухни. С поисками провизии они справятся без него, а вот забаррикадировать дверь и обыскать другие комнаты на предмет чего-нибудь полезного — хорошая идея. И заняться он планировал именно этим.

— Я, блять, убью его прямо сейчас! — закричал Ноа. Он ненавидел, когда его вот так унижали. И кто? Омеги?

— Остынь, Ноа. Хватит трогать его, иначе я тебя в багажник засуну, понял? Ты заебал доебывать всех. Хочешь жить один — съебись в закат, блять, — Чонгук пришел в себя и решил, что повосхищается навыками Тэхена чуть позже. Сейчас была задача поважнее: поставить одного заносчивого мудака на место.

Хосок видел, что Ноа сменил направление и теперь собирался не преследовать омегу, а подойти к Чонгуку, чтобы ответить ему что-то. И только чудом он успел подлететь к ним и оттолкнуть друг от друга в разные стороны.

— Вы достали. Оба! Если хотите помериться членами, то выйдите нахер из дома. Я за вас, придурков, отвечать перед Лидером не собираюсь, так хоть не на моих глазах поубиваете друг друга, — скривился Хоби, привлекая к себе внимание.

Ноа сильнее нахмурился, не сводя взгляда с Чонгука. Чон в свою очередь злым волком смотрел на своего оппонента и, кажется, даже не моргал.

— Мне с этим дебилом ничем мериться не надо, я и так знаю, что у меня член больше, — без тени стыда отметил Чон.

Хосок тяжело вздохнул и покачал головой. Он слышал, что омега уже чем-то стучит у входа и решил присоединиться к нему.

— Тэхен закрывает дверь, я ему помогу. Ноа, посмотри, что есть на чердаке. Намджун сказал, нам не помешают инструменты, так что поищи что-нибудь. Чонгук, ты займись поисками провизии. Все, пошли.

Ветеринар обнял Ноа за плечо и повел его в сторону лестницы. Лучше проводить его, чем оставить одного и потом снова пытаться решить какой-то тупой конфликт. А конфликты, судя по всему, были неотъемлемой частью жизни этого парня. Интересно, кто его так недолюбил в детстве, что он стал вот таким? В какой-то степени Хосоку было даже жаль его, он верил, что если бы Ноа захотел, он мог бы исправиться, стать другим. И Чимин мог бы быть счастлив с ним. Но подобное поведение как будто высеклось у него на подкорке. Или ему просто было комфортно жить вот так — черт его знает.

***

Еджун шумно выдохнул, удобнее устроившись на деревянных поддонах у дома, и устало опустил плечи. Его рука, слегка испачканная в земле, коснулась живота, мягко погладив.

— Ты устал? — Чонсоль, перепачканный в земле, потер тыльной стороной ладони свой лоб и мягко улыбнулся. Они вдвоем возились в земле с того самого момента, как группа выехала за пределы лагеря. И как бы омега ни просил супруга Лидера отдохнуть хоть немного, уговорить не получалось.

— Нет. Малыш шалит. Кажется, у меня будет только одна почка ко времени его рождения, — проворчал Еджун и поморщился.

Чонсоль не сдержал усмешки. Еджун был таким забавным и упертым временами. Когда они встретились впервые, он показался ему совсем иным.

Чонсоль помнил ту ночь как сейчас. Шел ливень. Такой сильный, холодный, что они с Чонгуком продрогли до костей. Он помнил, как Чонгук стянул с себя испачканную в трупной крови ветровку, оставшись в одной лишь футболке, и попытался укутать его, спрятать от дождя. Помнил, как брат поднял его на руки, потому что Чонсоль больше не мог идти. Его ноги были стерты в кровь потрепанными белыми кедами, колени отказывались разгибаться, а икры горели огнем. Они шли и бежали без перерыва около десяти часов. Без еды, без воды, почти двое суток. Чонсоль плакал и просил оставить его где-нибудь, потому что был уверен — он не выживет, и Чонгука утянет за собой. А брат не сказал ни одного плохого слова. Улыбался, как идиот, и клялся, что они почти пришли. Куда пришли? Для чего? Им ведь было некуда идти. Двое «друзей» Чонгука, с которыми они начинали путь, исчезли утром после привала, те самые два дня назад. А вместе с ними исчезла их машина, все припасы и оружие. Они оставили только железную биту. И больше ничего. Тогда Чонсоль впервые видел, как глаза Чонгука налились злобой, и впервые видел, как брат крошил этой битой все подряд, крича проклятия куда-то в небо.

Уставшие, голодные, обессиленные после того, как им удалось убежать от небольшой орды. Они были обречены, Чонсоль был уверен. А Чонгук, как и в детстве, пер вперед напролом, словно и не думал о том, что они могут умереть.

Небольшой супермаркет у окраины дороги стал их спасением. Чонгук вбежал туда, ни о чем не думая. Вбежал, опустил рыдающего от счастья Чонсоля на пол, и практически сразу в его спину уперлось дуло чьего-то автомата. Счастье омеги было слишком недолгим. Намджун был тем, кто не захотел видеть чужаков под одной крышей. Еще двое альф, оказавшиеся Хосоком и Сокджином, хмуро наблюдали за всем этим со стороны. В ту ночь Чонсоль впервые увидел, как Чонгук становится на колени перед взрослым мужчиной и просит укрыть его, Чонсоля, а сам обещает уйти. Он помнил, как сорвался на громкие рыдания, как пытался поднять ослабшего, но все еще улыбающегося Чонгука с колен и уйти вместе. И помнил, как из-за стеллажей вышел Еджун, укрывающий живот курткой. Хватило нескольких его слов для того, чтобы Намджун опустил оружие. Хватило одного его взгляда, чтобы альфа позволил остаться им обоим.

— Чонсоль? — обеспокоенно позвал Еджун, вырывая замершего омегу из воспоминаний. — Все хорошо?

— Ах, да. Просто задумался немного. Я все хотел спросить у тебя: у нас же принято давать еще не рожденным детям всякие милые прозвища. Думал об этом? Говорят, это принесет удачу, — улыбнулся он. Еджун задумчиво глянул на свой живот и пожал плечами.

— Знаю. Я думал об этом как-то, вместе с Джуном, но в голову приходят только всякие глупости, — неловко улыбнулся омега.

Чонсоль засмеялся и, отряхнув руки, уселся рядом с Еджуном на поддон, глянув на небо. Его взгляд зацепился за пролетевшую мимо пчелу. Насекомое присело на почку дерева и перестало махать крыльями, отчего можно было разглядеть, как они отливают бело-золотым. Красиво.

— Как насчет... Пчелка?

— Пчелка? — засмеялся Еджун, вскинув брови.

— Ну, да. Пчелка. Пчелы трудолюбивые. А еще они совершают невозможное. Ты знал, что по всем законам физики крылья пчелы не способны поднять ее тельце? Но они летают. Очень много летают и делают много полезных вещей. Без них наш мир не был бы таким, каким мы его видим. Они важны. И они... не опускают лапки даже во время апокалипсиса. Казалось бы, вокруг вакханалия, но они продолжают упорно трудиться, чтобы принести людям немного счастья. Поэтому разве это не подходящее прозвище? — улыбнулся Чонсоль.

Еджун улыбнулся в ответ. Он еще раз взглянул на свой живот, поморщившись от слабого толчка, и закивал.

— Думаю, ему нравится.

Чонсоль посмотрел на Чимина. Парень тоже без устали работал на грядках, чтобы вырастить хоть что-нибудь. Обычно им помогал еще и Сокджин, направляя их и подсказывая, что лучше сделать, чтобы растение не погибло. Кажется, он разбирался в земледелии лучше, чем кто-либо.

— Чимин, отдохни. Ты получишь солнечный удар! — крикнул Еджун, и омега, быстро закончив выдергивать посторонние травинки, поднялся и, отряхнув руки, подошел к ним.

Он взял протянутую Чонсолем бутылку воды и, ополоснув руки, протер шею и сделал несколько жадных глотков. Вообще, Чимин уже примерно час думал о том, что ему хочется пить, но хотелось закончить с этим поскорее, чтобы у него появилось немного свободного времени. Пока нет Ноа, он может побыть один, да и от мысли, что он будет спать сегодня в гордом одиночестве, настроение становилось лучше.

— Я никогда не научусь выращивать чертовы помидоры. У меня опять сдох куст, — пожаловался он.

Чонсоль тихо хихикнул. Он слышал, как Сокджин отчитывал Чимина за то, что он неправильно подвязал их. В очередной раз.

— У тебя все получится, Чимин-а, — подбодрил его Еджун, и Чимин в очередной раз подумал, что этот омега слишком добр к ним всем. С чужаками он так никогда не сюсюкался.

От мыслей отвлек Юнги. Мужчина вышел из дома с луком и колчаном и просто молча направился к калитке, чтобы, видимо, выйти за пределы их лагеря.

— Ты куда собрался? Решил уйти? — поинтересовался Чимин.

После той драки он все еще не говорил с Юнги и в целом его избегал. Альфе было даже странно слышать, как к нему обращается этот парень, поэтому он сразу же остановился и обернулся на него.

— Иду в лес проверить ловушки.

Чимин фыркнул и отвернулся.

— Чтобы ловушки сработали, нужно ждать тысячу лет, — прокомментировал он свое недовольство.

Сохраняя спокойствие на лице, Юнги тихо, почти неслышно вздохнул и повернулся к Чимину всем телом, изучая его профиль. Омега все еще дулся на него за ту драку, но Юнги себя виноватым не считал. Дырявого он в своей голове теперь нарекал исключительно мудаком. Даже оленем он был недостоин называться: слишком умное и грациозное животное для такого куска дерьма.

— Если хочешь научиться ставить их так, чтобы они работали, можешь пойти со мной.

Предложив, Юнги развернулся и пошел дальше, не дожидаясь Чимина. Он был уверен, что парень скорее пошлет его, чем ответит согласием, потому и ждать смысла не было.

— Подожди, раз позвал, — проворчал Чимин и проверил содержимое магазина своего пистолета. Нужно быть уверенным в том, что он сможет себя защитить.

Но заметивший это действие Юнги остановился и серьезно посмотрел на омегу. Какой, к черту, пистолет в лесу?

— Если собираешься использовать пистолет в лесу, чтобы привлечь орду, отправляйся без меня.

Чимин нахмурился и убрал оружие в кобуру на бедре. Он ненавидел, когда ему диктовали какие-то непонятные условия. Особенно, когда это делали альфы. Важные, как будто бы им все позволено, как будто бы они больше повидали, лучше знают, как правильно.

— Я не идиот. Просто проверил патроны.

Хмыкнув, Юнги не стал пререкаться и просто направился дальше в лес.

Они молчали. Каждый думал о своем: Юнги был сосредоточен на поиске верного пути, а Чимину было просто неловко. Он хоть и злился на альфу за ту драку, но все-таки чувствовал себя виноватым за то, как огрызнулся на него. Хотя, если бы он этого не сделал, у Ноа был бы еще один повод для скандала, еще один рычаг давления. Он и без того давил своей ревностью и подозрениями в том, что Чимин крутит интрижку с Юнги за его спиной.

Омега скользнул взглядом по широкому развороту плеч мужчины и скрестил руки на груди. Он шагал чуть позади, поэтому мог разве что смотреть вот так, исподтишка, но судя по тому, как альфа повел плечами, он этот взгляд почувствовал и даже оглянулся.

— Прости, что огрызнулся на тебя тогда у реки, — выпалил Чимин прежде, чем успел подумать, но быстро сориентировался и добавил, — но все равно не стоит лезть в наши с Ноа отношения.

— Отношения, в которых один жертвует собой, второй упивается властью и никто никого не любит? — прозвучало в ответ. И тут же повисла тишина. Судя по всему, Юнги тоже не думал, когда говорил.

Чимин несколько секунд внимательно смотрел на спину мужчины, который вздохнул и хотел было открыть рот, чтобы извиниться, и прервал тишину первым.

— Да. Именно такие отношения. Не лезь в них, если не хочешь вылететь из лагеря вместе со мной и Ноа, — проговорил он и нагнал озадаченного мужчину в один большой шаг, почти коснувшись его плеча своим.

Юнги задумался об этом. В целом он и не лез в их отношения, Ноа сам нарывался. И, судя по тому, как Чонгук волком поглядывал на него, не только на конфликт с самим Юнги.

Раз Чимин обмолвился о том, что их могут выгнать, значит, у Ноа постоянно проблемы с кем-то. Наверняка Намджун и его муж будут против ухода самого Чимина, если поднимется вопрос об изгнании Ноа, но этот омега, вероятно, сам уйдет вслед за своим парнем.

Чимин был симпатичен Юнги. Красивый, неглупый омега. Сначала он показался высокомерным, но сейчас Юнги было его искренне жаль. Никто не заслуживает быть в таких жестких рамках, и он искренне не понимал, почему Чимин терпит все это, почему не может уйти, почему побежал извиняться после того, как Ноа пихнул его, даже не пытаясь рассчитать силу.

— Кем ты был до того, как все это началось? Мы мало о тебе знаем, — отметил омега, переводя тему. И Юнги не стал возвращаться к ней.

— Зеком, — без раздумий ответил он. И вот на кой черт? Сам же просил Намджуна молчать об этом. В воздухе снова повисла неловкая тишина. Правда, прервалась она быстрее. Чимин хохотнул и покачал головой.

— Юмор у тебя так себе, ты знал?

— А кто сказал, что я шучу? — парировал альфа, пожимая плечами.

Остановившись, Чимин положил руку на кобуру и подозрительно посмотрел на альфу. Хорошо, что они не ехали в машине и омега не ударил по тормозам, но все же чувство дежа-вю настигло его, и, тяжело вздохнув, Юнги просто продолжил свой путь.

— Думаешь, я кого-то замочил? — поинтересовался он.

— Вполне в твоем стиле.

Альфа усмехнулся и мельком взглянул на Чимина, обернувшись.

— Приму это как комплимент. Если не доверяешь мне, можешь вернуться в дом, Чимин. Никто не заставляет тебя гулять со мной по лесу.

Подумав, Чимин застегнул кобуру и несмело двинулся вслед за мужчиной. Будь он убийцей или если бы собирался убить самого Чимина, позволил бы он ему так просто уйти? Да и если бы он хотел его убить или вообще в принципе кого-то из их лагеря, он давно бы сделал это. А значит, стоило довериться.

— Мой брат был наркоманом. Но по жизни он был куда более удачливым, чем я. Университет, бизнес, помолвка. Он уже готовился к свадьбе, когда у него нашли наркоту. Я просто взял всю вину на себя, за это и отсидел. Думал, что делаю доброе дело для него, но когда я вышел, понял, почему уже год не получал от него никаких новостей. Потому что этот мудак ширнулся и сдох от передоза. А родители были уверены, что это я его направил на кривую дорожку, и оборвали со мной связь. Когда я вышел и пришел домой, там жили другие люди. Они просто свалили хер знает куда, и мне пришлось строить свою жизнь заново.

Чимин поджал губы, искоса взглянув на альфу, и задумчиво вздохнул. Не позавидуешь. Если все действительно так... Интересно, Лидер знает об этом?

— Намджун знает обо всем. Я просил его не говорить вам, знал, какой будет реакция, — словно прочитав его мысли, произнес Юнги.

Он перехватил мешающую обзору ветку, оттянув ее в сторону, и осторожно ступил в овраг, по инерции протянув руку омеге. В конце концов, даже в таких ситуациях не стоило забывать о банальной вежливости. Почему бы и не помочь парню спуститься? Но Чимин, скептично глянув на протянутую ладонь, спустился сам, вздернув подбородок. Ну да, конечно. Кому нужна его чертова вежливость.

Они прошли еще совсем немного, прежде чем мужчина остановился и вытянул руку в сторону, останавливая Чимина.

Омега поднял внимательный взгляд вперед и тут же замер.

— Косуля, — тихо прошептал он, не в силах отвести взгляда от грациозного животного.

Она не заметила их, беззаботно пережевывала траву, вышагивая на месте своими тонкими длинными ногами, и, кажется, даже не думала о том, чтобы убегать.

Юнги перехватил стрелу из колчана и, наложив ее на тетиву, уже хотел было поднять лук и прицелиться, но Чимин, совершенно внезапно даже для себя, дернулся в его сторону и перехватил мужчину за запястье.

— Нет! Она же...

Он и договорить не успел. Испуганное животное подскочило на месте и ринулось в чащу, а Юнги очень тяжело вздохнул, опуская руки с луком вниз.

Только сейчас Чимин понял, насколько глупо поступил. Она была красива, она была... жива. Но разве их выживание не важнее жизни одного животного? Они могли бы есть свежее мясо целую неделю, если бы Юнги убил ее. Когда они вообще в последний раз могли позволить себе подобное до появления этого альфы?

Чимин опустил взгляд и отшагнул в сторону. Он даже непроизвольно сжался, чувствуя, что прямо сейчас на него выльется уже привычный поток обвинений.

«Идиот. Придурок. Не смог подумать об этом раньше?»

— Красивые, да? Мне тоже жалко. Пойдем, проверим ловушки.

Слова, сказанные альфой, дошли до Чимина не сразу.

Он поднял на Юнги взгляд, расслабленно опуская плечи, и неловко кивнул.

— Ты не зол? — поинтересовался омега совсем тихо, словно боялся вызвать гнев тем, что заговорит громче положенного.

— А смысл? Ты же их не видел никогда, наверное. Я первый раз тоже не смог. Потом, когда пришло более четкое осознание того, что эта живность — мой единственный способ выжить, стало немного легче. Просто охота не для тебя.

Со стороны послышался скрипучий стон мертвеца и хруст веток. Юнги замолчал и задвинул Чимина за себя. Пусть он и знал, что омега тоже вполне способен разобраться с парочкой мертвецов, он все равно считал, что правильнее будет сделать это самому.

Хорошо, что он еще не успел убрать стрелу в колчан и держал лук наготове. Осталось только поднять его, прицелиться и отпустить тетиву.

В кустах после грохота мертвого тела стало тихо, и Юнги направился туда. Изготовить стрелы своими руками было слишком трудно, потому лучше продолжать беречь те, что у него были.

Чимин не пошел за ним следом, но, достав нож, держал его наготове. И не зря. За его спиной раздался хрип, и омега, обернувшись, резко всадил нож в голову зомби, глядя в его пустые и оттого безумные глаза. Взгляд, застывший от наступившей смерти, не выражал ни страха, ни печали, только голод и бесконечную жажду.

Когда Юнги вернулся к нему, Чимин вынул нож из черепа твари и брезгливо вытер кровь о траву.

— Все в порядке? — на всякий случай уточнил Юнги.

— Да, он был один, так что... Страшно, когда их много, а когда один — особых проблем нет.

Юнги кивнул и махнул головой в сторону. Он точно знал дорогу до всех своих ловушек, и одна из них была совсем недалеко.

За сохранность своей добычи Юнги не переживал. Мертвецы не нападают на мертвых животных, только на живых, и единственной угрозой были хищники, но из-за слишком широкого распространения мертвецов, они почти не показывались: были крайне осторожны.

— У меня была хорошая жизнь до того, как все началось. Мое агентство сулило мне блестящее будущее и хорошую карьеру, а потом все рухнуло в одночасье. Ноа был моим фотографом, в основном я работал с ним, особенно в самом начале, так мы и познакомились. Когда все началось, Миюн пришел к нам и сказал, что нам нужно бежать из города, пока еще можно сделать это. Мы сбежали из Сеула одними из первых. Если бы не эти двое, я бы не выжил. Они научили меня защищаться.

Ведя Чимина дальше в лес по кроличьей тропе, Юнги внимательно слушал его и понимал, что с Ноа этого парня связывает еще и огромное чувство долга за свою жизнь, украденную у смерти. А раз так — ему приходилось действительно сложно. У говнюка Ноа было много рычагов давления.

— Разве это не обязанность партнера — защищать тебя? Ведь ты, в свою очередь, тоже делаешь все, что в твоих силах, чтобы он чувствовал себя хорошо и был в безопасности. Мне кажется, это настолько базовые вещи, что за них не стоит даже благодарить. И тем более не следует чувствовать себя обязанным.

Чимин фыркнул и привычным движением зачесал волосы назад. Много этот альфа понимает в тонкостях отношений? Он сам ведь был одинок, так что вряд ли к его советам стоило прислушиваться. Хотя он и говорил вещи, вроде бы звучащие довольно разумно.

Присев у одной из ловушек, Юнги ослабил петлю на шее мертвого кролика и, освободив тушку, отложил ее в сторону, чтобы поправить веревку.

— Ого... как ты сделал так, чтобы он точно попался?

Омега несколько раз пытался устанавливать ловушки, но ни одно животное даже близко не подходило. Чимин до последнего не верил, что они не впустую будут гулять по лесу, болтая о всяком.

Альфа усмехнулся, замечая заинтересованный взгляд, и поманил омегу к себе. Он дождался, чтобы Чимин присел рядом с ним, и, с трудом отведя взгляд от забавно нахмуренных бровей, указал на нижнюю часть веревки пальцем.

— Тебе нужно завязать правильный узел. Вообще, лучше использовать проволоку, но ее сейчас трудно найти, так что я беру тонкую, но прочную веревку. Когда лассо готово, нужно убедиться, что оно не висит слишком низко или слишком высоко. В идеале оставлять сантиметров десять-пятнадцать до земли и под ним положить камушки или воткнуть палки, чтобы кролик точно прыгал в лассо. Ну и устанавливать их нужно на тропах, которые кролики используют для передвижений, иначе придется ждать примерно вечность.

Юнги было не сложно объяснить Чимину, как правильно ставить ловушки. Лучше, когда об этом знают больше, чем один человек.

— Откуда ты это знаешь? — поинтересовался омега, склонив голову набок.

— Отец увлекался охотой. В детстве он брал меня и брата в охотничий домик на пару дней и мы учились охотиться. Я это ненавидел. Сейчас благодарен, — рассказал альфа. Еще один маленький факт из прошлого.

Чимин закивал, слушая его, и вдруг нахмурился.

— Охотничий домик? У вас была лицензия? Кажется, ты не из бедной семьи, — отметил Пак, щурясь, но альфа не ответил. Усмехнулся, пожав плечами, и встал на ноги, подхватив тушку кролика.

— Пойдем дальше. Нам нужно собрать еще несколько таких.

***

Когда вся команда в полном составе смогла добраться до ветеринарной станции, Тэхен первым вышел из автомобиля и осмотрелся. Вокруг не было ни души, но деревянные двери, перетянутые массивными ржавыми цепями с замками на концах звеньев, не предвещали ничего хорошего, и теперь становилось понятно, почему со стороны это место казалось тихим.

Внутри наверняка было много всего, раз замки все еще были целы. И изголодавшихся мертвецов там наверняка тоже было в избытке.

— Где моя катана, Чонгук?

Альфа, вышедший из машины, беззаботно пожал плечами, мол, не имею ни малейшего понятия, а Хосок и Ноа переглянулись.

— А что, ты уже планируешь съебаться от нас? — усмехнулся Ноа. — Может, ты тут для нас ловушку заготовил?

Тэхен терпеливо выдохнул и указал на одно из окон на втором этаже, где двигались тени. Их было трудно отличить друг от друга в таком состоянии, но понятно было, что мертвецов там много. Достаточно, чтобы не просто обеспечить их проблемами, но и убить. И тогда здесь вообще не будет победителей.

— Там слишком много зомби, а лекарства нам нужны. Включи мозги, Ноа, пожалуйста. Если бы я хотел вас убить, уже сделал бы это и забрал у вас машину. Хосок не может драться, а я могу. Дайте мне оружие. Логика и здравый смысл хоть у одного из вас работают?

Чонгук молчал, думал и разглядывал мельтешащие силуэты наверху. Намджун сказал ему постараться обойтись без этого и не давать омеге катану, пока они не будут уверены в его преданности и честности без всяких сомнений, а Чонгук все еще сомневался. Даже несмотря на свою огромную симпатию.

— Дай ему катану, Чонгук, — не выдержал Хосок. — Он прав, мы умрем там, если вам придется защищать еще и его. Это место не выглядит безопасным или пустым. Нам нужно быть уверенными, что мы все выйдем оттуда живыми.

Он верил Тэхену. Верил, что у него действительно нет злых намерений, что он не собирается убить и ограбить их. Да и, черт возьми, два здоровяка альфы должны ведь справиться с омегой, если вдруг что, верно?

— Я возьму катану с собой. Дам ее тебе сам только в случае крайней необходимости, окей, Тэтэ? — подмигнул Чонгук, и омега не сдержал очень тяжелого вздоха, возведя глаза к небу.

— Господи, дай мне терпения, — тихо прошептал он, едва заметно сложив руки в молитвенном жесте, и Хосок, от глаз которого это не укрылось, нервно хохотнул.

Чонгук обошел машину, открыв багажник, и достал из каких-то закромов катану Тэхена.

Омега нетерпеливо затоптался на месте. Целая, невредимая. Хотелось коснуться ее пальцами, очистить лезвие рисовой бумагой, ведь после последних событий вряд ли кто-то додумался сделать это и убрать с каленой стали разводы крови.

— Осторожно, черт бы тебя побрал! — громко возмутился Тэхен, когда Чонгук повесил катану за спину и слишком сильно дернул нагрудный ремешок, закрепляя оружие.

— Да я с ней нежнее, чем в первую брачную ночь, — проворчал Чон под усмешку Ноа.

— Ты можешь сорвать пряжку, если будешь так дергать, тогда сам будешь искать мне точно такие же ножны, и мне плевать, как ты их достанешь, — шикнул омега. Эта пламенная речь вызвала на губах Чона широкую улыбку. Надо же, омега не такой уж и молчаливый. Он за последние сутки сказал ему больше слов, чем за предыдущие их диалоги в заточении вместе взятые.

— Ноа, нужно сбить замок, — бросил Чонгук и достал из багажника биту, поудобнее перехватив ее рукой.

Пользоваться длинным холодным оружием, вроде той же катаны или мачете, он не особо умел, а вот грубая сила — его конек. В этой деревушке лучше не стрелять. Мало ли сколько тварей может вылезти из соседних домов, которые они не осматривали. Да и патронов у них не так уж много.

— Хосок, ты пока будешь в машине. Садись за руль, если что, будешь увозить нас отсюда, окей? Если это не понадобится, мы тебя позовем, — проговорил Ноа, на всякий случай проверив, заряжен ли автомат, висящий на плече, и покрепче перехватив ладонью рукоять мачете.

Они заранее оделись в плотные кожаные куртки, которые взяли с собой, чтобы скрыть оголенные руки, и только сейчас до Чонгука дошло, что стоящий рядом с ним омега, кажется, считает себя бессмертным.

— Чет я не понял. Это что? — поинтересовался Чонгук, а на вопросительный взгляд Тэхена и всех остальных перехватил омегу за запястье, подняв и продемонстрировав его голые руки.

Омега недовольно шикнул, вырвав из ладони запястье, и отшагнул в сторону.

— Мне так удобнее пользоваться катаной. Рукава мешают, я могу за что-нибудь зацепиться, они сковывают движения.

— Идиот, — усмехнулся Ноа, направившись ближе к двери лечебницы, чтобы начать сбивать замок, пока Чонгук пытается найти в голове омеги остатки серого вещества.

— Ага. Удобнее, может быть. Но катана у меня, окей? Давай-ка ты накинешь куртку, хотя бы временно. Я специально для тебя у Чонсоля одолжил. Беленькая, — пробормотал Чонгук и, заглянув в машину, нашел куртку, которую давал омеге еще прошлой ночью.

Тэхен тяжело вздохнул. Узкая кожаная куртка — это вообще не та форма одежды, при которой он смог бы сражаться со своей катаной в полную силу. Понятное дело, что ее нужно было надеть, но надежда на то, что альфа все же отдаст ему оружие, умирала последней.

Он хотел перехватить верхнюю одежду самостоятельно, но Чонгук, ухмыльнувшись, раскрыл для него куртку и приглашающе кивнул.

— Прекрасный незнакомец, — заигрывающе усмехнулся он, и Тэхен закатил глаза, но руки в рукава все же засунул. Благо, застегнуться ему позволили самостоятельно.

— Ну вот. Другое дело, — закивал Хосок, сидящий в машине, и показал Чонгуку большой палец.

Послышался первый и последний громкий лязг. Ноа при помощи лома сбил замок и откинул его ногой в сторону.

— Пора, — бросил он.

Чонгук уверенно кивнул, еще раз придирчиво оглядев Тэхена на наличие открытых участков кожи, и прошел ближе к дверям.

— Открывай, — уверенно произнес он и перехватил биту поудобнее.

Ноа распахнул двери, и Чонгук напрягся сильнее, но в огромном вестибюле слонялись без дела лишь двое. Они почти одновременно обернулись на живого человека в лице Чонгука и, жадно захрипев на него, направились за добычей.

— Блять, сколько ни видел подобного, все еще не могу привыкнуть, — качнул головой альфа и сжал в ладонях рукоять.

Стоящий в стороне Тэхен только наблюдал, склонив голову набок. Ему вообще никакого оружия не выдали, даже ножа, а значит, он и пытаться им помочь не будет. Во всяком случае, не сейчас.

Когда первый полусгнивший труп сумел доковылять до Чонгука, парень одним резким движением проломил ему череп, не позволив даже прикоснуться к себе. Он не заметил, что несколько брызг крови упали прямо на лицо омеги. И на удивление Тэхен не только не возмутился, он даже не поморщился.

Чимин все еще брезгливо оттирал подобные пятна от своей одежды и кожи, если такое происходило, а вот Тэхен словно не замечал.

Второй мертвец также отправился на тот свет, и они смогли войти внутрь.

Обогнав альф, Тэхен тихо пошел вперед, но стоило ему заглянуть в коридор, он сразу же спрятался за стеной и не пустил Чонгука и Ноа дальше. Омега прижал палец к губам, призывая обоих к тишине, но Ноа раздраженно шикнул на него.

— Какого хуя ты меня трогаешь, блять?! — возмутился он и в тот же момент заметил, как заполнившие коридор зомби двинулись прямо на него.

— Идиот... — вздохнул Тэхен и быстрым шагом направился на выход.

Он ведь их увидел, предупредил, что нужно притормозить, остановиться, спрятаться и подумать о том, каким образом им пройти через такое количество мертвых, но Ноа, как придурок, не смог заткнуться даже в такой ситуации.

Когда они уже были у выхода, осенившая Тэхена идея заставила его остановиться, и он подхватил ноги лежащего на полу мертвеца, чтобы вытащить его на улицу.

Чонгук и Ноа, уже стоящие у дверей, ждали его, чтобы закрыть врата в этот маленький ад, но Тэхен задерживался.

— Что ты там делаешь, блин? Поторопись!

— Хочешь, чтобы я был быстрее, помоги! — раздраженно крикнул Тэхен Чонгуку, бросив ноги трупа и оттолкнув от себя другого, кажется, альфы, который все еще был в состоянии передвигаться.

Сматерившись себе под нос, Чонгук, не спрашивая, зачем вообще Тэхену этот мертвец с размозженной головой, подхватил его ноги и быстро выволок на улицу.

Ноа, закрыв двери, намотал цепь обратно и прижался к ним спиной, чтобы сдержать навалившихся мертвецов, желающих сожрать все, что движется и трепыхается.

— Ты нахрена его с собой притащил?

— Чтобы ты вспорол ему брюхо и мы измазались его кровью, — невозмутимо проговорил Тэхен.

Хосок, приблизившись к ним и услышав слова омеги, побледнел.

— Меня сейчас стошнит, — сдавленно проговорил ветеринар и прижал руку к губам, надеясь, что Тэхен просто неудачно пошутил. Но взгляд омеги, увы, говорил об обратном.

— Ты ебанулся? Хочешь, чтобы мы все заразились? — рыкнул Ноа.

Тэхен тяжело выдохнул, глядя на альфу. Мало того, что он привлек к ним целую орду, которую сейчас пытался сдержать, так он еще и возмущался на предложенный план, хотя, Тэхен был уверен, даже не догадывался о подобном способе пройти через мертвых.

— Тогда бери биту и иди разгребай потревоженных зомбарей, которых там десятки, пожалуйста, — махнув на альфу рукой, Тэхен посмотрел на Чонгука, надеясь увидеть каплю здравого смысла хотя бы в его глазах, — так они хотя бы не почуют наш запах. Я уже делал так, — добавил он, в упор смотря на парня.

Чонгук сомневался, они никогда не пытались делать ничего подобного, им всем даже в голову не приходило, что, чтобы пройти через мертвых, нужно измазаться кровью мертвого. Это было что-то противоестественное. А с другой стороны — так ли естественно, что люди после смерти встают, ходят и пытаются сожрать любое существо, у которого бьется сердце?

— У нас нет времени спорить. И другого способа выжить мы тоже не знаем. Вряд ли мы сможем отбиться от такого количества без потерь, еще неизвестно, сколько их на этажах, так что мы попробуем, — кивнул Чон.

— Ты, блять, спятил?! — громко возмутился Ноа. — Кому ты доверяешь? Да он хочет нас всех убить.

Надоело его слушать. Одно и то же без конца. У этого идиота была мания преследования, или Тэхен не мог объяснить такого параноидального поведения этого парня. И почему его вообще терпят в этом поселении? Он ведь только под ногами путается.

— Так оставайся здесь, мы справимся без тебя. Никто не заставляет ко мне прислушиваться, — равнодушно пожал плечами омега.

— Тише, господи, — проворчал Чонгук и потер лицо ладонями, чертыхнувшись себе под нос, а уже в следующую секунду присел на корточки, достав нож, уверенно распорол им пожухлую от времени ткань футболки и всадил лезвие в живот трупа, с усилием вскрыв его и скривившись от мерзкого запаха.

Даже Ноа почувствовал приступ тошноты, отведя взгляд, а Хосок...

Со стороны машины послышался четкий звук блюющего альфы. Тэхен, глянув в его сторону, тихо хохотнул и присел рядом с Чонгуком на корточки, без всяких колебаний опустив руки во вскрытую полость.

— Блядство, — простонал Ноа и пнул ногой какой-то камешек, скривившись. Чонгука, кажется, тоже перекосило, стоило лишь ему проследить за тем, как уверенно омега начинает скользить выпачканными руками по рукавам белой (а теперь уже нет) кожаной куртки.

— Чего не сделаешь ради любви, — наигранно вздохнул Чонгук и повторил за омегой. Он встал на ноги, крепко сжав челюсть и усердно втирая кровь и гниль в куртку, надеясь, что от этого он действительно не сдохнет. В конце концов, это был их единственный шанс на то, чтобы завершить вылазку успешно.

Хосок у машины снова зашелся в приступе тошноты, и Ноа зажмурился, шумно выдыхая.

— Потише, блять, иначе я сейчас присоединюсь к тебе! — бросил он в сторону альфы.

Тэхену, кажется, было весело. Он едва сдерживал рвущуюся на губы усмешку, искоса поглядывая на подхватившего его идею Чонгука. Что ж, кажется, этот альфа действительно неплох. По крайней мере он ему доверился и...

— Потереть тебе спинку? — широко улыбнувшись, поинтересовался Чонгук, продемонстрировав закатившему глаза Тэхену свои перепачканные ладони. Нет, Чонгука даже могила не исправит.

— Больные ублюдки, — фыркнул Ноа и, все же решившись, сжал челюсть еще плотнее, присоединяясь к этим двоим.

— Хосок, не хочу прерывать фонтан твоего недовольства, но тебе стоит сделать то же самое, — подозвал действительно бледного альфу Тэхен.

Несчастный, он только отошел от нового приступа, как услышал, что и ему придется это сделать. А с другой стороны, действительно, как еще ему быть? Ведь он тоже должен войти внутрь, провести их и подсказать, какие препараты им нужно взять, а какие вообще не помогут даже в их голодные годы.

Тэхен провел окровавленными руками по лицу, размазал кровь по щекам, лбу и шее.

— Лицо тоже? — удивленно поинтересовался Чон.

— Его кровь перебьет твой запах, и чем больше они будут ее чуять, тем меньше вероятность, что тебя заметят. Потому что если вдруг это произойдет — мы все трупы. Так что да, лицо и шею тоже нужно.

Хосок опустился рядом с ними и с отвращением посмотрел в окровавленное лицо Тэхена.

— Не думай, просто сделай. Мне тоже противно, — поделился омега.

Хосоку было тяжело это даже видеть, не то что делать, и Тэ прекрасно понимал его чувства. Он сам, когда обнаружил, что кровь мертвецов делает его невидимым, был неприятно удивлен, потому что, чтобы пройти через вставшую на пути орду, ему неоднократно приходилось прибегать к такому способу.

Хосок вдохнул и, задержав дыхание, опустил руки в окровавленный живот. Будь это в медицинских целях, он бы и бровью не повел, но само действие не вызывало ничего, кроме отвращения.

— Боже... — простонал он, размазывая остывшую бурую жидкость на лице.

— Пойдешь первым, — бросил Ноа Тэхену, — заодно и проверим, насколько твой способ рабочий. Скучать по тебе здесь никто не будет.

— Завали, Ноа, мы... — начал было Чонгук, но омега его перебил.

— Без проблем. Это нормально, если тебе страшно, — Тэхен равнодушно пожал плечами и поднялся с колен.

К сожалению, он весь источал мерзкий трупный запах и то, что он отошел от практически выпотрошенного мертвеца на несколько шагов, не избавило его от зловония. Оставалось только привыкнуть к нему.

Дверь, на которую зомби продолжали наваливаться, ходила ходуном, и Тэхен нахмурился, заметив, что цепь уже довольно сильно разболталась.

— Быстрее, они скоро откроют ее, — поторопил он всех, особенно Чонгука, помогающего Хосоку.

Вспомнив о том, что ребята вряд ли понимают, как стоит себя вести, он обернулся на них.

— Не дергайтесь, если они подойдут к вам, лучше вообще замереть. Не разговаривайте слишком громко и уж точно не кричите. Идите медленно, не привлекайте их внимание к себе, — посоветовал он.

В конце концов, если какой-нибудь Ноа решит не прислушиваться к его словам, он сам будет в этом виноват, и никто из присутствующих не сможет ему помочь, так что Тэхен не обращал внимания на его полный скептицизма взгляд.

Они закончили вовремя. Цепь с противным лязгом упала на плитку, и зомби вышли наружу.

Чонгук на автомате сжал биту сильнее и замер, очень осторожно выровнявшись во весь рост. По идее они должны были повалить в их сторону сразу, если бы способ омеги не сработал. Но, кажется, в этом что-то было.

Тэхен даже не шелохнулся, когда живые трупы, косясь на него, подошли вплотную. И они просто стали обходить его и идти дальше, совершенно незаинтересованные в том, чтобы наброситься на омегу и сожрать его.

Один из зомби подошел слишком близко к Ноа, который крепко сжимал рукой плечо Хосока. Альфе пришлось закрыть глаза и попытаться дышать тише, потому что он буквально почувствовал как тварь несколько раз стукнулась о его плечо, прежде чем пойти дальше, издавая утробные звуки.

— За мной, — одними губами прошептал Тэхен, когда убедился, что большая часть зомби вывалила на улицу.

Он осторожными, медленными шагами прошел внутрь, замерев, когда скрипнула половица, и оглянулся на Чонгука, который подошел ближе и крепко перехватил его запястье, также замирая.

Взгляд альфы, серьезный и настороженный, был направлен вперед. Один из мертвецов, видимо, потеряв ориентир, долбился в стену, словно за ней что-то могло быть.

— Нет, — шепнул Тэхен, понимая, что Чонгук собирается сделать, и осторожно потянул альфу в сторону.

Если в коридорах кто-то остался, их могли услышать, а сейчас привлекать к себе внимание — последнее, что им стоило бы делать.

В обозримом конце коридора парочка зомби и правда была. И черт знает сколько еще их скрывалось за поворотом.

— Что у вас здесь? — тихо прошептал Ноа, ведя вслед за собой бледного Хосока.

— Вроде чисто, — так же тихо в ответ от Чонгука, — идите налево. Мы с Тэхеном направо и поднимемся наверх, — бросил он и, когда Ноа кивнул, махнул рукой омеге, первым сворачивая в нужный коридор.

Чонгук остановился у одной из дверей и, осторожно приоткрыв ее, отстранился. Кажется, было пусто.

Они осторожно и тихо скрылись за ней, и Чон наконец смог расслабленно выдохнуть, опуская руки с битой.

— Хватай все, что найдешь, Хосок потом посмотрит, — негромко заверил Чонгук, подмечая, что кабинет похож скорее на операционную, чем на смотровую.

Тэхен кивнул, начав открывать многочисленные ящики и доставать из них какие-то бинты, ампулы и медицинские инструменты.

— Спасибо, что доверился, — неожиданно даже для себя поблагодарил омега, вынуждая Чонгука обернуться и самодовольно ухмыльнуться.

— Все ради любви, веришь? Может, теперь ты сходишь со мной на свидание? — поинтересовался он, поиграв бровями.

— Перебарщиваешь, — честно признался Тэхен, взглянув на Чонгука.

— Понял, — альфа цокнул языком и, кажется, серьезно о чем-то задумался. Он раскрыл свой рюкзак, висящий на одном плече, и подал его омеге, чтобы парень смог сложить туда все то, что нашел.

Тэхен взял несколько шприцов, системы для капельниц, стерильные салфетки, медицинские нити и не глядя закинул все в поданную сумку.

— Как ты додумался до этой фигни с кровью? — поинтересовался Чон, обернувшись на омегу.

Парень задумчиво прикусил губы и повел плечами.

— Когда сбежал от группы каннибалов, мое моральное состояние слегка... пошатнулось, — усмехнулся он, — и я почти не замечал, куда иду и зачем. Я наткнулся на небольшую стаю ходячих трупов и порубил их так, словно это была нарезка для салата. Выпускал пар и страх. А потом пришла орда. Я был весь перепачкан кровью и обессилен, понимал, что мне все равно конец, поэтому даже не дергался. Смотрел, как они идут в мою сторону, и ждал. Можно сказать, что сдался. Но они меня не тронули и прошли мимо. Не сложно было сложить два плюс два.

Чонгук понятливо закивал.

— У нас с Чонсолем была похожая ситуация, когда мы нарвались на орду. Но нам пришлось бежать. Пересрал я тогда знатно, — хохотнул альфа и поправил ремень от катаны на груди.

Кажется, Тэхену все же можно было доверять. Это было понятно уже тогда, когда он согласился на эту дикую авантюру. Оставалось надеяться, что на теле у них всех не было мелких ран, в которые могла попасть эта дрянь. Иначе им точно крышка. Если от контакта слюны с кровью человек умирает, что будет после контакта кровь-кровь?

— Отдам тебе катану, когда выберемся отсюда. Скажу лидеру, что ты придумал, он офигеет, — хохотнул Чонгук.

Тэхен только снисходительно улыбнулся и покачал головой. Этот Чонгук...

— Ты как ребенок в теле взрослого мужика, — заключил омега.

— А че, плохо что ли? Может это мой способ переживать тяжелые времена и преодолевать трудности, — фыркнул альфа.

Это не было плохо. Скорее, немного странно, особенно учитывая совсем невеселые времена, в которые им приходится выживать. Цивилизации не было, законов тоже. Люди могли убивать друг друга за еду, территорию, ночлег и не нести за это никакого наказания. Тэхен не раз видел, как другие не жалеют даже детей. И раньше от поступков некоторых индивидов становилось жутко, а теперь и подавно.

Тэхен кинул еще несколько бутыльков спирта в рюкзак альфы и кивнул ему на выход, намекая, что им пора идти в следующий кабинет. Чем быстрее они тут осмотрятся, тем быстрее смогут добраться до воды и смыть с себя кровь мертвеца. Даже если они уже принюхались к ней и запах перестал так сильно раздражать.

В следующем кабинете тоже никого не оказалось и, закрыв за Тэхеном дверь, как самый галантный в мире джентельмен, Чонгук подошел к стеклянной витрине и присвистнул.

— Здесь нам точно есть, чем поживиться. Вот это — антибиотики, мне Сокджин такие колол, их надо взять побольше, — улыбнулся альфа и дернул дверцу шкафа, надеясь, что он просто так откроется.

Но надежда рассыпалась жалкой пылью: металлический замок крепко держал стеклянные дверцы закрытыми.

— Придется разбить, — вздохнул альфа и уже собирался замахнуться битой, но Тэхен перехватил ее, останавливая.

— Тебе лишь бы разбить что-то. Можно же поискать ключ в столе врача, — кивнув на письменный стол, Тэхен, покачав головой, подошел к нему и принялся открывать ящики, надеясь, что он не зря прервал Чонгука и здесь действительно лежал ключ.

Просто так греметь — значит привлекать к себе лишнее внимание, которого никто не жаждал. Лучше все делать тихо. На звук битого стекла и разлетающихся осколков сюда сбегутся все зомби, которые шатались по зданию.

Чонгук стоял, закинув биту на плечо, и наблюдал за попытками Тэхена найти ключ, но, когда и во втором ящике ничего не оказалось, парень ухмыльнулся, одним только взглядом говоря омеге: «Надо было делать по-моему». Но он ошибался, потому что в нижнем ящике омега все-таки нашел ключ, который немедленно продемонстрировал Чону.

— Отойди, — Тэхен пихнул Чонгука плечом в сторону и, открыв замок и дверцы, принялся сгребать в сумку все, что могло им понадобиться. Интересно, только у них такой улов? Им ведь этого на полгода или даже больше хватит, если сроки годности в порядке.

— Мне вот любопытно: остались ли еще такие злачные места? И почему в эту деревушку никто не заглядывал? — задумчиво пробормотал Чонгук.

— Потому что она отдалена от леса и городов. Только местные могли знать, что здесь есть, чем поживиться. И судя по всему, все местные сейчас разгуливают вокруг, потому что мы их выпустили. Там почти нет молодых людей, заметил? Только несколько.

Чонгук закивал. И то правда. Им чертовски повезло.

— А ты откуда знаешь про это место?

— В одной из погибших групп со мной был альфа, родом отсюда. Он рассказывал и показывал. Мы были недалеко отсюда, когда нас перебили.

— Кто? — нахмурился Чонгук.

Даже по тому, как омега сформулировал предложение, было понятно, что речь не о зомби. И альфа был прав.

— Мародеры. Я смог отбиться и сбежать вместе с еще одним альфой. Мы долго скитались вдвоем, была уже зима. Он получил обморожение, сильно заболел и умер от лихорадки, а потом обратился, — рассказал Тэхен.

Пока Тэхен вспоминал все это, он продолжал перебирать бутыльки, ампулы и кидать их в рюкзак. Чонгук не слышал сожаления в его голосе, но видел, как периодически омега то замирает на пару секунд, то нервно кусает губы.

— Винишь себя?

— Нет, но я сожалею. Все могло бы сложиться иначе, будь у нас больше теплой одежды или дом.

Больше они не говорили. Чонгук думал о своем, опустошая полки, а Тэхен — о своем.

Они покинули кабинет спустя минут десять, и Чонгук, пройдя к предпоследней двери, бездумно толкнул дверь вперед, вздыхая.

— Когда мы уже это дерьмо с себя смоем, воняет так, будто...

Не договорил. Не успел. Громкое шипение среагировавшего на звук зомби ударило по ушам.

Чонгук резко увел взгляд в сторону твари, уже готовясь занести биту, но руки в один миг ослабли. Словно в замедленной съемке он наблюдал за тем, как в его сторону невероятно проворно бежит нечто маленькое, ростом ему по пояс, одетое в некогда голубую сорочку и забавные джинсы с мультяшками.

— Осторожно! — возглас Тэхена немного отрезвил, но все, на что хватило сил у Чонгука, — упереться руками в худые костлявые мальчишеские плечи.

Он смотрел в глаза ребенка, видел и слышал, как громко и кровожадно он клацал зубами в попытке дотянуться до живой плоти и отхватить себе кусок, но не мог заставить себя достать нож и убить его. Это было как будто бы совсем бесчеловечно.

Тэхен, понимая, что альфа впал в ступор, отточенным движением выхватил катану из ножен за спиной Чонгука и, когда тот оттолкнул от себя мальчишку, в один прыжок оказался между ними. На раздумья не было времени, даже если это ребенок, он все равно способен убить и сожрать их обоих. И Тэхен не колебался — пронзил рот твари острием катаны.

Зомби, мерзко булькнув, плавно соскользнул с лезвия и рухнул на пол с таким же тяжелым стуком, как и осевший на задницу Чонгук, смотрящий во все глаза в сторону трупа.

С губ Тэхена срывалось тяжелое дыхание.

Он опустил катану, привычным движением стряхнув с нее кровь, и огляделся. Повезло, что их не услышали.

— Ты что, совсем чокнутый? Разучился убивать мертвецов? — прошипел омега, скривившись.

Чонгук, словно только сейчас очнувшись от дурного сна, поджал губы, с сожалением глядя на мертвого мальчишку с посиневшей и местами прогнившей кожей, но ничего не сказал. Не смог признаться в том, что детей ему жаль больше всех других, ведь взрослые еще хоть как-то могли постоять за себя, а дети были слишком слабы.

Тэхен проследил за ним настороженным взглядом, замечая, как альфа обошел зомби-ребенка стороной, не переступая. Сорвав с кушетки пыльную простынь, он накрыл тело мальчика и отошел к полкам с лекарствами.

— Давай быстрее. Хочу жрать, — сухо бросил Чонгук и, глянув на катану в руках Тэхена, отстегнул от груди ремень, чтобы отдать омеге ножны.

— Даже спасибо не скажешь? — фыркнул Тэ, спокойно забрав ножны из рук альфы и придирчиво оглядев сначала их, а затем и катану. Все целое и невредимое. Ровно в таком состоянии, в котором и было.

— Спасибо. А теперь давай ускоримся, а? — попросил Чонгук, начиная открывать полки с медикаментами.

Тэхен, наблюдая за его нервными, рваными движениями, поджал губы.

— Ты не можешь убивать детей?

— Не могу, — озвучил вполне очевидную вещь Чон, даже не глядя в сторону омеги.

— Почему?

Альфа тяжело выдохнул и, взглянув на Тэхена так, будто он дурачок, развел руками.

— Потому что это дети, понятно? Слушай, прекрасный незнакомец, давай вот сейчас это все дособираем в тишине, а потом поболтаем? За романтическим ужином, например, что скажешь?

Тэхен очень тяжело вздохнул и покачал головой.

Было очевидно, что Чонгуку морально крайне тяжело говорить о подобном. Возможно, с этим даже связана какая-то его личная история, о которой омега был не в курсе, но он не нанимался психологом, чтобы вытаскивать наружу старые травмы. Ему, в конце концов, и своих хватало.

Был во всем этом один-единственный плюс: Чон Чонгук наконец замолчал. Они собирали лекарства в полной тишине, и Тэхен как никогда наслаждался ей в обществе этого человека. Оказывается, компания Чонгука может быть удивительно приятной, если он не подкатывал свои яйца.

Сначала он подумал, что было бы очень классно, если бы так и продолжалось, но потом осознал, что это будет уже не то. Незамолкающий голос Чонгука уже стал чем-то привычным и нормальным.

В этой комнате они тоже закончили довольно-таки быстро. Чонгук, подхватив перед выходом биту, направился на выход первым. И сейчас он уже не пытался соблюдать их конспирацию, просто шел напролом и убивал ударами биты всех, кто пытался наброситься на него. Да так яростно, что у Тэхена даже не было нужды доставать катану.

Но зато взрослых альф и омег Чонгук вообще не жалел. Он даже в их глаза не смотрел, просто сносил головы с одного удара, и, наблюдая за ним, Тэхен подумал, что он никогда не хочет становиться врагом этого альфы. Возможно, если живой человек будет вот так же угрожать его жизни или кого-то, кого он любит и называет семьей, он вот так же без сожаления проломит его черепную коробку. Даже если имя этому человеку будет Ким Тэхен.

После того, как они закончили с этим этажом, в другом конце коридора показались фигуры Ноа и Хосока. Они шли с полными сумками, как и Чонгук с Тэхеном. Омега, к слову, нашел холщовый шоппер и тоже набил его всякими полезными, на его взгляд, штуками. Так что вылазка явно была исключительно полезной.

Увидев у омеги за спиной катану, Ноа не рискнул подходить к нему слишком близко и Хосока держал рядом с собой, ведь если с ним что-нибудь случится, им обоим будет несладко.

И только когда они все молча погрузили свои находки в багажник автомобиля и распределились так же, как и по дороге сюда, альфа подал голос.

— Что за хуета, Чон? Ты какого хрена дал ему катану? Сдохнуть захотел? — не выдержал Ноа.

Чонгук поморщился и отвернулся к окну. Этот Ноа вечно лез не в свое дело, чем сильно раздражал его.

— Потому что он спас мне жизнь, поэтому и отдал ему катану, понятно? Отъебись от меня, Ноа.

Нахмурившись, альфа посмотрел на Чонгука в зеркало заднего вида. Ему было знакомо это выражение лица Чонгука, он точно знал, что произошло. В некоторые моменты Чон Чонгук был как открытая книга и третьим глазом обладать не нужно, чтобы понять.

— Опять не смог прикончить мелочь? Забей, Чонгук, они уже мертвые, им похуй, вспорешь ты им брюхо или проткнешь голову.

— Завали, Ноа. Ты просто бесчувственный ублюдок, вот, что я о тебе думаю.

Хосок очень тяжело вздохнул и шепотом досчитал до десяти и обратно. Эту практику подсказал ему психолог еще до краха их мира. Да. Когда-то ветеринарный врач Чон Хосок лечил кошек, собак и заботился о собственном ментальном здоровье. А теперь никак не мог побороть свои страхи, взять в руки оружие и защитить от мертвецов близких людей и возлюбленного. Парадокс.

Наблюдая за Чонгуком, Тэхен думал.

Сегодня альфа открылся ему совсем с другой стороны — более глубокой, осознанной. Более возвышенной, чем могло показаться на первый взгляд, и это тронуло где-то глубоко внутри. То, что он не мог убить ребенка, говорило о многом, и Тэхену было важно увидеть это.

И сейчас, сжимая ножны катаны в руке, глядя на скользящий мимо автомобиля пейзаж, он мог с уверенностью сказать, что едет домой. В новую семью, к людям, которых ему только предстояло узнать, но все-таки домой.