Глава 19

Домой Джейзи вернулась только к семи вечера. В доме стояла гробовая тишина. Обычно, если она задерживалась где-то, а дочь была одна, то в доме орала громкая музыка, да ещё, как орала, что некоторые из ее горшков всегда падали с подоконника. Как по волшебству падали именно петунии, было сразу ясно, кто всему этому виной. А сейчас тихо. Никаких звуков. Войдя в гостиную Джейзи увидела, что повсюду лежали книги и все разные, было трудно сказать, зачем Рони они все понадобились. А сама Вероника спала на диване, сжавшись клубочком. Пусть поспит, сегодня я все ей расскажу, она всё узнает. Как бы мне этого не хотелось, придётся.

Джейзи направилась на кухню и начала готовить ужин. Она нарезала овощи для салата, когда позади, услышала приближающиеся шаги.

- Привет, солнышко, как прошёл твой день? – не оборачиваясь, спросила Джейзи.

- Как обычно, - зевая, ответила дочь, - достали эти преподы с кучей домашки, а ты давно вернулась?

- Нет, может с час назад.

- О, а что так поздно? Или мне стоит порадоваться и готовиться к твоей свадьбе? – улыбнулась дочь, - было бы неплохо. Ты в белом, такая красивая и счастливая, - мечтательно проговорила она.

- Да было бы прекрасно. Я и Генри у алтаря, – мечтательное выражение появилось и на ее лице. Все Джейзи возвращайся в реальность, твоя дочь слишком гордая, чтобы принять человека, которого не знает. – Вообще-то, я просто встретила Клариссу, и мы заболтались.

- Ну, ясно, как всегда, когда я уже увижу маму счастливой?

- Что на тебя нашло, когда-то ты мечтала, чтобы я вновь сошлась с твоим отцом, а сейчас, не понимаю.

- Мама, ну почему у нас в семье все так скучно, - не выдержала Рони, - вот задали сочинение на тему «моя семья», и что мне рассказать? Что ты цветочки выращиваешь? Или, что всегда печалишься и ходишь с кислой миной? Вот мне даже разгуляться негде, а неправду писать не вариант, я не врушка, – выпалила Вероника. - Ладно, забудем. Кстати, а ты попкорн купила? – весело спросила она, - я помню, что кое-кто мне обещал.

- Давай поужинаем и пойдем к телику, хорошо? Попкорн на месте.

Через полчаса мать и дочь сидели перед телевизором и смеялись. На экране бегал маленький ребёнок, а за ним пытался угнаться его отец, то есть Генри Кроуфорд. Я лишила его даже этого, он не видел, как растёт и развивается, его собственная дочь. Он просто не знает о её существовании, а Крис? Несомненно, он сегодня обрадовался, узнав всю правду.

В конце фильма главный герой понимает, что не стоит бороться со своим сыном, его нужно любить, только и всего. Джейзи разрыдалась, Рони же была спокойна, но недоумевала, даже в веселом фильме её мать нашла над чем поплакать.

- Мам, ты чего разревелась? Ведь смешной фильм? Или я чего-то не понимаю? – искренне удивилась она.

- Рони, все в порядке, ты же знаешь какая я сентиментальная. Захотелось поплакать.

- Странная ты в последнее время.

- Ладно, поговорим о чём-нибудь другом. Вот, к примеру, о твоем сочинении. Ты считаешь, что твоя семья скучная, не так ли?

- Да, это так.

- Хорошо, это ты так считаешь, а что бы ты сказала, если б твоим отцом был бы, да вот хоть и Генри Кроуфорд?

Вероника слегка удивилась, но все же ответила.

- Я бы сказала, что это круто, когда твой отец знаменитость, это споры, скандалы, разборки и не скучно, я бы обрадовалась, – заворожено говорила она.

- Ну, раз так, то я должна тебе все объяснить. Теперь тебе не будет скучно, я от тебя скрывала правду, думала, что оберегаю тебя, - снова заплакала Джейзи, - я приехала в Бразилию, когда уже была на третьем месяце беременности, – задыхаясь от слез продолжала та рассказ. Рони подсела ближе к матери и нежно обняла за плечи. – Федерико тебе не родной отец, он помог мне и дал тебе фамилию, но когда мы поняли, что совершенно разные люди, я отпустила его, я понимаю, как тебе тяжело это слушать, - пуще прежнего раскричалась Джейзи.

- Мама, продолжай, скажи все, что хотела, потом я скажу, что думаю по этому поводу, – спокойно сказала дочь. А в ее голове происходил полнейший кавардак, мысли путались, но она нашла в себе силы слушать дальше.

Немного успокоившись Джейзи продолжила:

- Ты не подумай, Федерико любил тебя как родную, а твой настоящий отец даже не знает, что у него есть дочь, и это моя вина, я не сказала ему, – виновато проговорила мать, снова начиная рыдать.

- Так, мама прекрати эти сопли. И объясни мне, пожалуйста, ты хоть знаешь, кто мой отец? – без эмоций сказала она.

- Да, знаю, у нас был роман на протяжении двух лет, – печально ответила она.

- Ну, и ты не скажешь кто он? Мама, говори. Мой мозг уже сходит с ума. Я вообще его видела?

- Да только что, - послышался тихий голос.

- И что это значит? Мам, не заговаривай меня, почему нельзя просто сказать имя? Мне нужно знать, - твердо сказала дочь.

- Как я и сказала, ты видела его только что. Твой отец знаменитый английский актёр Генри Кроуфорд, - преодолевая себя, призналась мать.

Что? Как так? Этого не может быть. Очнись Рони, зачем твоей матери врать. Так вот почему мама так отреагировала, когда я сказала про Криса, она подумала, что он родственник Генри. Назвать его отцом Вероника не могла, даже мысленно, ей нужно было время, чтобы все взвесить и обдумать. Поэтому она смотрела его фильмы и плакала по ночам, днем печаль не покидала ее лица, моя любимая мамочка, как она страдает.

- Мама, что случилось? Почему вы расстались? Он обидел тебя? Если так, то я найду его и не оставлю на нем живого места. И мне будет плевать, что он мой отец.

- Рони, не говори так, Генри здесь совершенно не причем, я сама ушла от него.

Дочь, была шокирована.

- Ведь должны быть причины твоего поступка, да? – громко спросила она.

Джейзи рассказала ей о том, что у нее с ее отцом был страстный роман, так же она узнала что, Генри женат и у него есть сын. И ее мать не смогла разрушить семью, как бы сильно она не любила Генри. Поэтому мать покинула Дублин.

Рони не знала, как ей все это воспринимать и выбежала на улицу. Джейзи не стала останавливать дочь. Ей нужно успокоиться и проветриться, – думала она.

На воздухе Рони и в правду стало легче, стояла чудесная погода, лёгкий ветерок развевал её черные волнистые волосы, и все же с ее лица сами по себе полились слезинки, которые она была не в силах остановить. Вероника села на деревянные ступеньки и дала волю чувствам.

Вся моя жизнь сплошная ложь. Всё, во что я верила, оказалось обманом. Почему это случилось именно со мной? – думала она, когда слезы текли градом.

Какая ты беспомощная посмотри на себя, в кого ты превратилась, в нытика. Ты должна прекратить это немедленно, - мысленно ругала она себя. Но ничего не могло ее остановить.

Алекс как обычно возвращался с работы поздно. Выходя из машины, он машинально повернул голову к дому Рони и, пробежав по нему внимательным взглядом, заметил, что в комнате Вероники темно.

Очень странно и не похоже на нее, она никогда не спит в это время, – взволновался он. После работы Алекс всегда посматривал в боковое окно на втором этаже, в надежде, что увидит ее. Пока такого не происходило.

Вздохнув свежего воздуха с запахом пихты он, было, направился к своему дому, как вдруг его остановил странный звук, доносившейся из кустов. За этими кустами, тогда и стояла Вероника, когда шпионила за ним. Подойдя поближе, он вновь что-то услышал, толи писк толи скрип, было непонятно. Он отодвинул ветку, всмотрелся вдаль и увидел следующую картину.

На порожках дома кто-то сидел и плакал. И этот кто-то... хм Вероника?

Вероника вздрогнула, от неожиданности, когда чья-то теплая рука легла ей на плечо.

Подняв своё лицо с колен, она уставилась своими светло-карими заплаканными глазами на побеспокоившего ее человека. Это был Алекс. Ну, зачем он подошёл сюда, теперь и он знает о моей слабости. Опять будет придумывать свои глупые шутки. Нет ничего хуже того, что твой любимый человек смеется над тобой и не воспринимает всерьёз.

Ее мысли прервал взволнованный голос Алекса.

- Рони, что случилось? Тебя кто-то обидел? – обеспокоенно спросил он. - Скажи мне кто он и я с него шкуру спущу. Я убью любого, кто заставил тебя плакать, - злобно прокричал Алекс.

В ответ последовало молчание. Только слышались ее всхлипывания. Голова Вероники снова была опущена. Поднимая ее лицо, Алекс ощутил, как на его руку упали маленькие горячие капельки.

Потеряв самообладание, он резким движением притянул ее к себе и сжал в своих объятьях, приговаривая:

- Моя маленькая, не плачь, пожалуйста. Как мне её успокоить? Ты же знаешь, что я не умею успокаивать. Ну не плачь, - сказал опять он, гладя ее по черным, как смоль волосам.

От его прикосновений по телу Рони пробежали мурашки, и сердце забилось сильнее. Алекс обнимал ее с такой нежностью и заботой, что ей хотелось кричать от счастья. Может быть, я все-таки ему небезразлична? Стоп. Вероника, это еще не значит, что это та любовь, которая тебе нужна, возможно, ты для него, как сестра. А скорее всего вообще подобных чувств он и не испытывает. Ааа мой мозг сейчас лопнет. Лучше не думать.

Вроде бы успокоилась, ну, слава Богу.

Отпрянув от нее, Александр взглянул в ее глаза, было темно, и всё же он потерялся в них. Таких прекрасных глаз он никогда и не у кого не видел, только у нее. Всякая косметика была лишней, ее ресницы и так были пышными и густыми, губы полноватыми и чувственными.

Вот эти губы сейчас и волновали Алекса больше всего. Как ему хотелось ее поцеловать, забыть обо всем на свете и никогда не оставлять ее. Но Алекс не мог поддаться своим желаниям, он боялся быть отвергнутым и забытым, так как, считал, что Рони разорвет их дружеские отношения и у него не будет права видеть ее. Этого он не хотел.

Как я хочу, снова ощутить его губы на своих. Да, я была пьяна в тот вечер, но мне не забыть его губ, никогда...

Они сидели и молчали, и это молчание растянулось.

- Так, что тебя так расстроило? – мягко спросил Алекс.

В голове у Рони крутились разные мысли, она все колебалась, рассказать ей или нет, и в итоге решила умолчать. Она сама еще не до конца все понимала и воспринимала, поэтому ей не хотелось делиться этим с кем-то ещё. Слишком, уж это было трудно.

- Ничего особенного, в универе проблемы, - солгала она. – Ничего серьёзного, поругалась с преподом, а тот задал кучу внеклассных заданий, вот и расстроилась. Глупо, конечно, но что делать.

Не очень убедительно врешь Рони, я тебя как облупленную знаю, ты плачешь в исключительных случаях, а тот, который описала и яйца выеденного не стоит. Да и вообще, что за бред она сочиняет? Не перестаю ей удивляться. Ладно, не хочет говорить, не надо, это ее дело.

- Ну, раз так, то я мог бы помочь тебе с домашкой, ну насколько это возможно. Посмотрим, как ты выпутаешься.

- Не надо, - резко выкрикнула она, - я успела сделать большую часть, - уже спокойней проговорила Рони.

Что же ты скрываешь? Неужели ухажер появился? Да, нет, я бы об этом знал, а может она скрывается? Как же мне об этом узнать? Может Бетти знает? Буду следить за ней, она от меня не уйдет.

- Хорошо, как скажешь, - расплылся в улыбке он. – Раз тебе не нужна моя помощь, я пошёл. Пока, Рони, удачи тебе с домашкой.

- Пока, - без эмоций сказала она. Каким-то странным тоном он это сказал, не поверил? Ой, ну его.

Вероники не было уже долгое время, и Джейзи разволновалась за дочь. А правильно ли я поступила? Разумеется, да, это был важный шаг в моей жизни. Я должна была сказать правду. Теперь ничего не изменишь, и Рони придется смириться с этим.

Послышались медленные, но уверенные шаги в ее сторону. Джейзи поднялась с кресла и посмотрела на вошедшую. Она была вся в грязи и каких-то ветках.

- Господи! Рони что случилось? И где ты так долго была? Я волновалась за тебя, - испуганно сказала мать.

- Ничего страшного, решила пройтись и упала, забавно получилось. Кто же знал, что за домом кто-то грабли свои раскидал, а тут ещё это ведро, в общем, я упала в кусты твоего палисадника. Прости, там что-то сломалось, я не хотела, - раскаивалась дочь.

- Ничего, главное, что ты у меня не сломалась, - улыбаясь, сказала Джейзи, - ничего не болит? Аптечку нести?

- Мама, какая аптечка? У меня просто шишка на голове, ее не видно и хорошо.

- Ладно. Ты, наверное, злишься на меня, я это понимаю, но все же если сможешь, прости меня Рони, - теперь раскаивалась мать.

- О чем ты говоришь? Я уже простила тебя и я рада, что между нами нет никаких секретов, - говорила она, подходя к матери.

Вероника взяла ее за руки и сжала их в своих.

- Я не могу долго сердиться на тебя. Во всем виноват мой папочка и его семья будь она неладна. Ну, ничего он ещё узнает, кто такая Вероника Эванс. А ещё этот брат ненавижу его. Век бы его не видеть. Они оба получат по заслугам.

- Ты не злишься, как я рада, спасибо Рони, что понимаешь меня. Мне так этого не хватало, - обняла она дочь.

- Мне тоже мам, я тебя люблю.

- И я тебя солнышко.

- Так я освобождена от домашнего ареста? – надеясь на положительный ответ, спросила Рони.

- Хорошо, я тебя освобождаю, так и быть, - сжалилась мать, - но пообещай, что больше не будешь так напиваться, - грозно проговорила та.

- Такого не повториться, обещаю, - радостно кинулась она обнимать мать, - Только у меня будет к тебе небольшая просьба, можно я больше не увижу ни одного фильма с этим мерзавцем папочкой, пожалуйста, избавь меня от его лица, - с отвращением сказала та.

- Вероника! Не говори так про своего отца, я же сказала, что он не причем, - начала она отстаивать Генри.

- Все женщины так говорят, чтобы защитить своих любимых мужиков. Как ты можешь продолжать его любить? Не понимаю, он тебя бросил, а ты превращаешься в желе, когда видишь его по телику! – гневно сказала дочь.

- Он не ...

- Даже не говори, ничего не хочу слушать, фу, противно это видеть, как все женщины слабы, перед этими подонками.

- Да что ты говоришь, а сама-то вся таешь, словно мороженое на солнце, стоит только Алексу появиться. И не отрицай, я всё вижу, - возразила она дочери.

- Это совсем другое, не приплетай его сюда.

- Нет, это ты плетешь в наш разговор всякую чушь, в тон ответила ей Джейзи. Немного помолчав мать сказала:

- Вот, мы опять начинаем сориться, давай не будем, пусть каждый остается при своем мнении. Что толку с ней ругаться, переубедить ее все-равно не получится.

- Ладно, не будем, - ответила без энтузиазма она, и направилась в свою комнату. Пойду, смою с себя эту гадость.