Игровая площадка ангелов 「Сакуса」

Сакуса знает, что он снова стал заложником этих глубоких-преглубоких глаз, всегда заставляющие его промерзать до костей. Он вспоминал, как впервые увидел эти яркие глаза, единственные глаза, которые, кажется, блестят на игровой площадке, наполненной детским смехом.

Единственные глаза, в которых были доброта и теплота, и то, как они сияют звёздами и галактиками всякий раз, когда она поднимает на него взгляд. И то, как эти глаза заставляют его сердце оттаивать, заставляют его руки дрожать, как зимой, и как он чувствует бабочек в груди, и как будто он видит перед собой ангела, яркого, невинного и золотистого, а его тёмные глаза сверкают, как мерцаюшие звёзды, и капли стекают с его ресниц и стекают по мягким щекам, оставляя золотистую дорожку, мерцающую, как дорогие драгоценные камни. Если бы его метафоры сбылись, люди подумали бы, что он святой. Утсукуши Тенши была причиной того, что всегда холодный и тихий Сакуса Киёми выглядел так, словно заново родился.

Безмолвный и абсолютно красивый Сакуса Киёми.

После той преданной встречи он понял, что Тенши в одно мгновение покорило его сердце. Маленький мальчик, всегда бывающий один на детской площадке, встретил такую нежную девушку, протянувшую ему руку, излучавшая такое неподдельное тепло.

- привет, Сакуса, посмотри что у меня есть.

Он моргает в ответ, поворачивается, смотрит вниз и видит, что Тенши стоит там, и на мгновение парень забыл как дышать, как двигаться, как моргать, как играть в волейбол. Иногда он проклинает её за то, что она заставляет его чувствовать себя ужасно пьяным, когда он рядом с ней.

Голова кружится . Ноги подкашиваются. Дыхание прерывистое.

- что это? - спросил Сакуса. Он с трудом берёт себя в руки и прищуривает глаза, в голосе слышится подозрение. Утсукуши снова улыбается ему, ярко и свободно, и издаёт лёгкий смешок, из-за которого он чуть не задохнулся.

- это цветы, глупышка! - сказала девушка, - я купила их специально для тебя.

Киёми отворачивается и натягивать маску, как будто она не была невероятно близко к его лицу, чтобы избавиться от любого грязного воздуха, который мог вырваться из этих алых цветов и попасть в его лёгкие. Его шёпот был почти как пёрышко.

- отдай их Комори или ещё кому-нибуд. Мне не нужны они.

- с тобой не интересно, Сакуса, - Тенши с подвыванием дёргает его за рукав, но он даже не смотрит на неё. Девушка нахмурилась, думая, что он не смотрит на неё, потому что он чувствует раздражение.

Но Сакуса поднимает руку и снова натягивает маску. Он прищёлкнул языком, почувствовав, как по его щекам разливается жгучий румянец. Сакуса бы ни за что не признался Тенши в том, что его сердце могло выскочить из груди.

Один, два, три удара, которые могли бы сложиться в тихую колыбельную, её бы он слушал каждый день.

Он бы не признался ей, что она выглядит абсолютно идеально, стоя там с цветами в руках и яркой беззаботной улыбкой, которую он ничего так не хочет, как целовать. Утсукуши была существом, спустившимся прямо с небес, она выглядела такой завораживающей и ангельской, а её глаза, которые вонзили столько ножей в сердце Киёми.

Чем больше он видит её, и чем чаще она дарит ему одну из своих улыбок - кажется, что Сакуса влюбляется всё сильней и сильней, поэтому он полностью отворачивается от девушки и уходит. Он стесняется признаться, что Тенши ему нравиться.

Краем глаза Тенши заметила какое-то движение и увидела, как Киёми угрюмо уходит от неё. Он всегда уходит, не сказав ни слова, а она дуется и бормочет, какой холодный был Сакуса Киёми.

- эй, Мотоя, поддержи это, пожалуйста.

- э, куда ты собралась?

Девушка улыбается лидером и протягивает ему розы, которые он с радостью взял с вопросительным выражением лица.

- я проверю как там Сакуса, - сказала Тенши , отвернувшись и идя по тропинке.

Сакуса слышит шаги позади себя; один, два, три маленьких шажка, которые напоминают ему моросящий дождь. Ему нравиться, как капли легко капают на его кожу, и как он мягко шепчут ему песню, воспоминание и чудесный сон по туманным,

мягким...

Тёплая рука скользит в его карман, вытаскивает его руку и обхватывает его ладонь. Требуется одна, две, три секунды, что понять, что Утсукуши держала его за руку, и Киёми впадает в панику, вырывается. И в тот момент, когда он это сделал, он проклинает себя и оглядывается на девушку, моргающую ему в ответ - такую же ошеломленную и растерянную, как и он сам.

На этот раз она замечает, покрасневшие уши Сакусы. Уже было поздно прятать лицо, поэтому он просто вздыхает и потирает виски, а Тенши смотрит, как в его кудрявых локонах отражается солнечный свет, и это так сильно засиавляет её задуматься, были ли у Икара крылья цвета збвеного дерева, которые были освещены медовыми солнечными вспышками, когда он подлетал слишком близко к солнцу.

- эй, - Сакуса всё ещё смотрел на неё, - не... просто...

Слова вылетают у него изо рта и превращаются в какофонию, а красные муравьи не перестают заползать в его плоть, и это окоашивает его уши в заметный розовый цвет. Сакуса, наконец, стягивает свою маску, и Тенши видит, как губы складываются в небольшую гримасу от нервозности и смущения. Внезапно, она чувствует, что всё её тело вспыхивает от того, насколько мило он выглядел.

- я пойду прогуляюсь, - наконец говорит парень, - если хочешь последовать за мной, тогда тебе просто нужно взять меня за рукав. Ты только что держала цветы, которые уже были в руках других людей, и у них были не самые чистые руки. Я не могу позволить тебе вот так держать меня за руку.

Утсукуши сжимает губы и дотрагивается до его рукава, и он снова идёт, пока она не потянула его за собой. Девушка поднимает глаза и краснеет, лёгкая улыбка играет на её губах, и это был первый раз, когда Сакуса позволил ей сделать что-то подобное, и это застало её врасплох. Тенши ухмыльнулась и обняла его одетую руку, уважаю желание не прикасаться к его коже, и она смеётся, но на этот раз мягче.

- я теперь что-ли нравлюсь тебе, Саку? - очевидно, это была безобидная шутка, просто маленькое поддразнивание, и девушка дразнила его в первый раз, но каким-то образом эти слова по другому прозвучали в ушах Сакусы, и он остановился, а Тенши озадаченно посмотрела на него.

- чёрт.

- Сакуса? - Утсукуши была сбиты с толку, а он отдёргивает своб руку от её и роется у себя в кармане. Он достаёт влажную салфетку и смотрит на девушку тёмными и непроницаемыми глазами, она поднимает на него взгляд, дважды моргает. У неё перехватывает дыхание, когда парень наклоняется и вытирает её щёку.

- Саку, что ты делаешь?

Затем Тенши почувствовала, что губы, тёплые и мягкие, прижалась к её щеке. Он не мог насытится ей, так как в данный момент он потерял всякий контроль. Когда она произнесла эти слова, ему придало это уверенность. Он целует её в щёку, он хочет целовать её ещё, он хочет ощутить прикосновение своих губ к её собственным.

Сакуса никогда ещё не был так одержим идеей целоваться с кем-нибудь до утра.

Утсукуши вздрогнула от неожиданности. Сакуса отстранил своё лицо всего на несколько сантиметров и посмотрел в глаза девушки - глаза, заложником которых он чувствовал себя, не подозревая, что она снова поймала его в серебряную клетку и утопила в меркурии и галактиках, на мгновение он увидел созвездие, расположившееся внутри этих невинных и опасных глаз.

- Сакуса?

- да.

- что "да"?

"Ты мне нравишься", " я люблю тебя, я люблю тебя так сильно, слишком сильно" - вот чего Киёми не говорит, но его тёмные глаза говорят ей достаточно.

Сакуса Киёми был совсем маленьким, когда стоял под клёном на детской площадке в полном одиночестве, ему не с кем было поиграть.

Но был один человек, ангел, который однажды подошёл к нему, покрытый грязью и пылью, но Сакуса проигнорировал это и уставился на алый цветок, с которого капала кровь.

- здравствуй, меня зовут Тенши. А как тебя?

На его щеках поступил румянец.

- Сакуса...

- а, хорошо, тогда, Саку, хочешь поиграть со мной?

Киёми был всего лишь маленьким мальчиком, когда обнаружил, что забрёл на игровую площадку, заполненную ангелами с прекрасными крыльями. И первой, кто привлёк его внимание была Тенши.

И он не мог просить ни о ком другом.