Глава 25

        Гарри уныло глянул на высокие окна, занимающие практически все пространство стены в кабинете. Разглядывать яркие витражи на них было в сотни раз интереснее, чем слушать лекцию профессора Бинса, чей утомительный голос мог заставить спать практически каждого. Впрочем, так и было: из всего класса профессора продолжали слушать только Гермиона и Гарри. Остальные либо смотрели уже пятый сон, либо занимались другими делами. Призрачный профессор будто и не замечал этого, продолжая занудно говорить об очередной войне с гоблинами.

        Гарри отчасти завидовал остальным. Он хотел бы сейчас заснуть, но в голову ему постоянно лезли тревожные мысли. Поттера уже который день беспокоил крестраж, сейчас надёжно спрятанный за учебниками в его сумке. Сначала Гарри не знал, что делать: идея рассказать о медальоне кому-то казалась ему пугающей, опасной.

    Волдеморт обязательно убил бы его, узнай, что Гарри знает тайну его бессмертия. К счастью, с его возвращения в Хогвартс Лорд перестал следить за ним слишком пристально. Даже во снах, когда они тренировались в окклюменции, тот больше не проникал в его разум слишком глубоко, не пытался узнать все его самые сокровенные тайны.

    Признаться же Дамблдору Поттеру мешала вина и страх. Он переживал, что директор разочаруется в нем, ведь Гарри сразу не рассказал о существовании медальона, единственной слабости Волдеморта. Боялся, что Тёмный лорд через их связь узнает об этом. Узнает и тут же выдаст тайну Поттера всему магическому миру. И этот страх сковывал его, заседал в его мыслях, стоило ему хоть раз подумать о том, чтобы признаться во всем Дамблдору. В такие моменты вся его гриффиндорская храбрость рассеивалась в прах. Он не мог пересилить свою тревогу.       Из мыслей его вывел звон колокола, оповещающий об окончание урока. Он быстро собрал в сумку вещи и посмотрел на друзей. Рон вяло открыл глаза, проснувшись от громкого шума, и сонно оглянулся по сторонам.

— Урок уже закончился?— спросил он.

— Да, только что прозвенел колокол,— кивнула Гермиона, с неодобрением смотря на Уизли. — Тебе стоит меньше спать на уроках профессора Бинса, Рон. Скоро уже СОВы! Как ты собираешься сдавать историю магии, если вечно спишь на его занятиях?

— Мерлин, Гермиона, да на его уроках я не узнаю ничего интересного,— промычал Уизли, поднимаясь из-за стола. — А возможность поспать – единственная полезная вещь, которую приносит профессор Бинс студентам, не обращая на нас никакого внимания. А из-за приближения СОВ я не сплю нормально уже которые сутки! Посмотри на Гарри! Он вообще стал похож на ходячего инфернала!

— В отличие от тебя, Гарри усердно готовится, а не спит до поздней ночи, играя в плюй-камни,— закатила глаза Гермиона. — И, в конце концов, он не спит на уроках профессора Бинса!

— Пойдёмте, — произнес Поттер, прикрывая глаза. Он не хотел снова слышать причитания этих двоих. Ему хватало и других проблем, кроме как потом часами выслушивать их недовольства к друг другу. — У нас сейчас Защита, верно?

    — Точнее обед,— изрёк Рон с довольным видом. Больше всего сейчас ему хотелось съесть несколько куриных ножек, чтобы не думать о уроках этой мерзкой скользкой жабы, доконавшей всех своими бысмыслеными повелениями. — Нам стоит поторопиться, чтобы успеть до того, как там все съедят.

   — Идите без меня,— произнес Гарри. Друзья непонимающе посмотрели на него, и он вздохнул, поясняя, — Дамблдор хотел видеть меня сегодня в своем кабинете.

— О, конечно, — Рон понимающе похлопал друга по плечу. — Должно быть, он хочет сказать что-то важное тебе. Чарли писал, Орден сейчас чем-то сильно занят. Он не мог сказать подробности, но кажется это опять связано с тобой.

— Неудивительно, — невесело подметил Поттер, поджимая губы.  — Мне стало казаться, что в последнее время появилась странная тенденция втягивать меня в какие-то дела, не говоря мне об этом. Что ж... Увидимся позже. Я постараюсь успеть присоединиться к вам до начала следующего урока.

— Удачи, — кивнула Гермиона. — Попроси Добби принести тебе что-то с кухни, если ты не успеешь пообедать сегодня. Тебе  обязательно следует  поесть. 

  Она приоткрыла рот, собираясь сказать ещё что-то, но глянув на уставшее выражение лица друга, поджала губы, кивнула головой и ушла, поведя Рона за собой.

  ***

    Гарри быстро, не обращая внимания на снующихся мимо студентов, добрался до башни директора. Внизу его встретила знакомая горгулья, которая, будто наблюдая за ним своими каменными глазами, сдвинулась, едва он назвал правильный пароль. Гарри сильнее сжал ремешок сумки, глядя на появляющуюся вместо неё винтовую лестницу. Глубоко вздохнув, чтобы очистить свой разум от тяжёлых мыслей перед встречей с Дамблдором, он последовал по ступенькам наверх.

  — Дамблдор! — смутно знакомый голос раздался сверху. Гарри прислушался. Кажется, это был голос министра Фаджа. — Я долго терпел ваши сумасшедшие лозунги! Но это... Это уже переходит все границы!

— Послушайте, министр, —  произнес Дамблдор. Гарри, что прислонился к стене почти возле самой двери, вздрогнул. Голос профессора звучал непривычно холодно, даже угрожающе. — Пора перестать притворяться слепым. Волдеморт вернулся. И именно он помог выбраться Пожирателям смерти на свободу. 

— Вы сошли с ума! Это все ваша наглая вшивая ложь!— рядом прозвучал ещё один голос. Амбридж. Гарри скривился, услышав ее визгливый противный голос. — Министр, это не может так продолжаться. Он пытается выставить нас и все министерство идиотами!

— Это вовсе не так, дорогая профессор Амбридж, — изрёк Дамблдор. Его голос вновь вернулся к прежней мягкости. — Я пытаюсь донести до вас правду. Правду, которую вы упорно отказываетесь признавать.

— Я...— министр расстерялся. То ли от истеричного голоса своей советницы, то ли от холодно тона директора Хогвартса.— Да-да, точно... верно. Так не может продолжаться. Альбус Дамблдор, пока вы не прекратите говорить эту чушь, вы не можете больше оставаться директором этой школы!  Я уже сообщил обо всём попечительскому совету. Они согласны с тем, что вы намеренно пытаетесь запутать головы детей своими россказнями...

— Значит вы утверждаете, министр, я убеждаю учеников своей школы во лжи? — произнес негромко Альбус.

— Именно так! — воскликнул Фадж. Голос его звучал довольно бодро. Кажется, слова его помощницы вселили в него больше храбрости.

— У вас есть тому доказательства?— продолжил Дамблдор. Тут снова вмешалась в дело Амбридж:

— Доказательства не нужны! Я всё видела собственными глазами, Дамблдор! Не пытайтесь отрицать. Вы пытаетесь запутать голову этой ерундой бедному мальчику! Гарри даже в голову не приходило о возрождении того-кого-нельзя-называть, пока вы не попытались его убедить в этой глупости!

    Гарри поморщился. И когда это Амбридж взбрела в голову подобная чушь? Он и слова ей не промолвил про темного лорда.

— Мы вернулись к начала нашего разговора, — произнес спокойно Дамблдор. — Тёмный лорд вернулся. И мальчик в первую очередь должен понимать, что это правда. Он может первым оказаться в опасности из-за вашего бездействия.

— Достаточно! — выкрикнул министр Фадж. — Эта чушь собачья! И если вы продолжите говорить об этом, я немедленно вызову авроров прямо в ваш кабинет. Вы покинете должность директора. Сегодня же, Дамблдор!

  — Вы допускаете большую ошибку, министр, — изрёк  Дамблдор.

   Гарри подумал, что услышал достаточно. Надеясь, что его присутствие осталось незамеченным, Поттер спешно спустился вниз. Похоже, разговор с Дамблдором снова был отложен на неопределенный срок. И он не знал, радоваться этому или нет, с учётом, что вероятно... Амбридж наконец добилась своего.

   Поттер ещё раз оглянулся в сторону горгульи, затем поспешил вниз, в Большой зал. Сейчас ему определенно не стоило забивать этим голову. Подслушанный разговор ещё не означал, что Долорес Амбридж станет директором Хогвартса. Дамблдор мог легко изменить все в свою пользу при желании, и вряд ли  министр смог бы ему возразить.

   Увы, Альбус Дамблдор не появился на ужине. А затем и на завтраке. В большом зале в его отсутствие было удивительно тихо. Студенты молчали, как бы ожидая гнетущие новости.  Преподаватели тоже не говорили, хмуро поглядывая в сторону профессора Амбридж. И только сама Долорес, будто не замечая атмосферу в зале, сидела на месте Дамблдора с отвратительно широкой улыбкой.

   — Минуточку внимания, — изрекла она. — Приказом министерства магии с этого дня должность директора Хогвартса переходит в мои руки. Я уверяю, что справлюсь со своими обязанностями гораздо лучше, чем предыдущий директор. Альбус Дамблдор был смещен с должности за распространение ложных сведений среди учеников. Министерство магии трепетно относится ко всем студентам, поэтому не допускает такое безобразие в стенах школы.  Альбус Дамблдор сотворил из этой школы сущий кошмар, но я уверяю, что быстро наведу здесь порядок.  На этом все. Приятного аппетита.

   — Что? Дамблдор покинул школу? — прошептал Рон, ошарашенно смотря в сторону стола преподавателей. Как и многие, он порядком удивился тем, что Альбус Дамблдор покинул школу. Особенно подавленными этим известием были гриффиндорцы. Все же, без присутствия в школе профессора, Долорес Амбридж непременно вручит ещё больше власти в руки слизеринцев. И тогда даже Гарри не сможет остановить их от глупостей.

  — Вряд ли у него не было причин на это, — произнесла Гермиона. Она попыталась улыбнуться, но получилось вяло. — Дамблдор не мог оставить школу этой...этой...

— Мерзотной жабе?— закончила за нее Джинни. Младшая из Уизли склонила голову ближе к друзьям, чтобы ее не услышал никто, кроме них.

— Именно, — кивнула Грейнджер. — Я думаю... Министр не имел права сместить его с должности.

— Если с его решением согласился попечительский совет школы- мог, — сказал Гарри. — У этих напыщенных индюков, вроде старшего Малфоя, имеется подобная власть. Я читал об этом, когда интересовался магическими законами.

— Думаешь, тот сыграл в этом роль, ну, как тогда, с Хагридом? — произнес Рон. — Малфой вряд ли бы отказался дать своему сынку побольше власти.

— Вряд ли это касается того, Рон. Малфой-старший давно лишился места в попечительском совете, — покачала головой Гермиона. Затем она оглянулась, заметив, что в их сторону кидали любопытные взгляды. — Давайте поговорим об этом позже, в гостиной. Здесь нас могут услышать лишние уши.

   Все кивнули. Друзья как можно скорее закончили завтракать и ушли на занятия. Всем нужно было время обдумать неожиданный уход Дамблдора...

    Гарри чувствовал, что был единственным, кому уход директора принес облегчение. Конечно, он так и не смог рассказать ему о крестраже, но зато теперь Волдеморту тем более не было нужды следить за ним. Обыденная школьная жизнь подростка мало интересовала Темного лорда, если в ней не было встреч с Альбусом Дамблдором. Это было к лучшему. Теперь у него точно была возможность незаметно упрятать медальон и не вспоминать о нем до тех пор, пока он не найдет способ уничтожить его.

    Уничтожить... Почему-то мысль об этом не была ему приятна. Да, это был единственный шанс освободиться от приставучего чувства вины, а также сохранить его тайну раз и навсегда, но при этом ему все равно было трудно признать, что он собирается убить собственного кровного отца. Гарри должен был это сделать. Тот убил его мать и многих других людей. И как бы Лорд не относился к нему сейчас, он мог убить его в будущем.

  Да, все именно так. Гарри отогнал от себя мысль, что Волдеморт, если бы хотел его убить, сделал бы это давно. Отогнал мысль, что перестал видеть в Темном лорде абсолютного безумца. В конце концов, это было абсолютно ненормально...недопустимо... думать о Лорде так. Гарри не хотел уподобиться Пожирателям смерти, которые повелись на речи Волдеморта и загнали себя в добровольное рабство.

  Да, он уже попал в его ловушку тогда, на кладбище, предав всех своим решением. Но дальше уходить в это болото он не был намерен. Как бы Тёмный лорд не пытался его в него утопить.