Глава 22

        Приближалось рождество. Гарри очень любил этот праздник, наверное, как и многие волшебники. Именно на рождество он, ещё будучи несмышлёным, только узнавшим о магическом мире первокурсником,  получил первый подарок, напоминающий ему о родителях – мантию-невидимку Поттеров, которая позже не раз помогала им не попасться на глаза завхоза и его кошки, миссис Норрис. Тогда же он впервые увидел своих родителей в зеркале Еиналеж, надолго запечатлев тот момент в своей памяти. 

       Увы, с годами Поттер уже не видел в рождественской ночи чего-то сказочного, волшебного. Год за годом в этот день он лишь искал способ спасти свою жизнь от очередной напасти. Как и сейчас, мысли Гарри были далеки от предстоящего праздника. Он больше переживал о ежедневных тренировках с Темным лордом, да о крестражах, информацию о которых ему так и не удалось найти. 

       Библиотека так и осталась для него недоступной зоной в этом доме, хотя он даже просил близнецов Уизли ему помочь. К несчастью, вход в ту прямо перед их глазами заблокировал Дамблдор. Директор понимающе отнесся к их любопытству, но как и все взрослые посчитал, ничего безопасного там они не найдут. Гарри оставалось только смириться. Увы, столь сильные чары ему бы не помогла разорвать даже помощь Волдеморта. Да и говорить о своих планах попасть в библиотеку Лорду было все равно что признаться в том, что он нашёл крестраж. Темный Лорд не скрыл бы своего любопытства, зачем это нужно Гарри, а врать тому без опаски у юноши всё ещё не получалось. 

      Однако беспокойств Поттера никто в доме не разделял. Миссис Уизли твердо решила преобразить унылые стены штаб-квартиры Ордена, поэтому все временные жильцы дома на Гриммо были заняты самой важной частью подготовки к Рождеству – украшением комнат. Каждое утро все вставали как можно раньше и принимали от Молли различные мелкие поручения: кто-то занимался уборкой, кто-то весил гирлянды, а кто-то украшал рождественскую ель. И только Рон, в принципе не любивший какой-либо физический труд, периодически возмущался, что им приходится заниматься этим в их долгожданные каникулы.  

       — И зачем только маме понадобились эти коробки с чердака? Что вообще в них такое? Такое чувство, что я тащу, как минимум стоун¹, не меньше!

      — Они не такие тяжелые, не преувеличивай, — изрёк Гарри, хотя ему и самому надоело перетаскивать эти коробки, когда он давно мог поднять их при помощи магии! Увы, миссис Уизли не разрешала им использовать палочки вне Хогвартса, как это делали близнецы. Но те были заняты другим поручением Молли.  — К тому же, это последние. Всего-то осталось спустить их на три этажа ниже. 

    — Три этажа?! — открыл рот Рон,  глянув вниз. Ему казалось, что в этот момент узкая деревянная лестница расширилась метров на 100 вниз. — Может сделаем небольшой перерыв, Гарри? Если я сейчас пойду вниз, то обязательно свалюсь от бессилия прямо на лестнице.

     Гарри вздохнул. Ему хотелось поскорее покончить с работой, которую им дала миссис Уизли, и вернуться в комнату, однако он и сам немного устал. Все же, они перетащили достаточно много чего с этажа на этаж.

    — Ладно, давай немного отдохнём, — произнёс Гарри, кивнув. Он положил большую коробку на площадку и оглянулся.

        Стоит сказать, до этого он никогда не заходил сюда. На верхней площадке, помимо лестницы на чердак, было всего две комнаты. Первая очевидно принадлежала Сириусу, о чем свидетельствовала небольшая табличка на двери. Табличку же на второй двери было непросто разглядеть в темноте. Для того, чтобы что-то увидеть, Гарри пришлось подойти поближе. Та выглядела эффектно, надпись на ней была аккуратно выведена от руки — такую мог повесить на дверь своей спальни Перси Уизли.

Не входить

без ясно выраженного разрешения

Регулуса Арктуруса Блэка

       — Регулус? — приблизился к Гарри Рон. — Я помню это имя! Видел, когда мы все вместе пытались избавиться от гобелена Блэков внизу. Так, кажется, звали брата Сириуса. Он говорил что-то про то, что Регулус не шибко отличался от своей семейки.

      — Да-да... я помню, — пробормотал Гарри. Его интуиция подсказывала ему, что здесь он сможет найти что-то полезное. Это ведь комната Регулуса! Именно тут он мог оставить что-то о крестраж, а не в месте, о котором знал ещё и Сириус.

    Он положил ладонь на дверную ручку, собираясь резко дёрнуть её на себя, проверить, не закрыта ли комната. Рон глянул на него с удивлением.

    — Ты серьёзно хочешь войти туда, Гарри? А если там есть что-то опасное?

  — Нас это когда-то останавливало? — прошептал Поттер. — К тому же, не думаю, что тогда бы Сириус оставил дверь открытой, верно?

    Гарри все же дёрнул дверь на себя, и та поддалась. Поттер даже был удивлён этому. Он и сам не верил, что у него получится войти.

    —  Ну, кажется, это так, — вздохнул Рон. Глянув вниз и не заметив, что рядом есть кто-то, он последовал через порог за Гарри.

    Спальня у Регулуса была порядком меньше, чем та, в которой жили они, но наводила на мысль о былом великолепии. Кажется, тот во всём старался подчеркнуть свою связь с семьёй. Изумрудно-серебристые цвета Слизерина встречались здесь на каждом шагу — на покрывале постели, на стенах и окнах. Над кроватью был старательно изображен родовой герб Блэков и их девиз: «Чистота крови навек». Под ним висели пожелтевшие вырезки из газет, склеенные таким образом, чтобы получился коллаж, теперь уже сильно обветшавший.  Рон прошёл дальше, чтобы разглядеть их.

— Все вырезки посвящены Волдеморту, — с омерзением бросил он. Вся эта комната вызывала у него мурашки по коже. Как можно было настолько возносить кого-то вроде Волдеморта? — Похоже, Регулус был его поклонником задолго до того, как вступил в Пожиратели.

      Гарри вздохнул. На глаза ему попалась на глаза обрамленная фотография, с которой улыбались и махали руками члены хогвартской команды по квиддичу. Он подошёл к ней поближе и увидел на груди каждого игрока изображение змея: слизеринцы. В мальчике, сидевшем в середине первого ряда, мгновенно узнавался Регулус — темными волосами и немного надменным выражением лица он очень походил на брата, хоть был пониже и похудощавее Сириуса, да и красотой его не отличался.

    Тот был ловцом. Эта короткая мысль пришла к нему в голову, но он не стал ее озвучивать. Рон все равно был занят изучением платяного шкафа. Гарри же двинулся к письменному столу. На нем все ещё отчётливо виднелся огромный слой пыли, говорящим, что никто не заходил сюда уже долгие годы. Возможно, Сириус  даже на секунду не горел желанием заглядывать в комнату брата и не подпускал сюда никого из Ордена. Сложно было предположить, по какой ещё причине здесь не было ничего тронуто.

      Поттер заглянул в ящике стола. В основном ничего ценного в них не было: пожелтевшие гусиные перья, устаревшие, со следами неласкового обращения учебники, не до конца использованный пузырек чернил. Лишь в самом нижнем ящике ему удалось заметить корешок какой-то книги.

     Гарри открыл ящик шире. Книга казалась старой и тонкой. Страницы ее уже пожелтели, пожухли. Ни названия, ни каких-то отличительных признаков не было видно, тем не менее Поттер решил забрать ее с собой. Мало ли, именно в ней он найдёт нужное.

     — Видимо, в комнате ничего такого и нет. Может поэтому ее оставили открытой? — спросил Рон, закрывая дверцы шкафа. Когда он обернулся в сторону Гарри, юноша уже закинул книгу в огромный карман своей мантии. — Эта просто комната ополоумевшего фанатика.

   — Насколько я знаю, Регулус разочаровался в Волдеморте, — сказал Гарри, выходя из комнаты вслед за другом. Он постарался закрыть её как можно тише. — Вполне возможно, он не прожил долго после этого, поэтому в комнате осталось так много о Темном Лорде.

   — И все равно это выглядит жутко, — отметил Рон. Он взял одну из коробок, которую они оставили на полу, и пошёл вниз.

   — Возможно, — тихо согласился Поттер. Он тоже взял коробку и понёс ее вниз. Мысли его заняла странная книжка, которую он нашёл в комнате Регулуса, и Тёмный лорд. Если подумать, в последнее время он был ничем не лучше Регулуса. Возможно, даже гораздо хуже. Разумеется, он не был фанатом его персоны и не  одобрял его деятельность, но и не относился к нему с прежней ненавистью, как, пожалуй, стоило бы. Будто за все это время он просто свыкся с присутствием Волдеморта. И, пожалуй, из-за подобного он чувствовал себя ещё более сумасшедшим, чем сам Тёмный лорд.

***

     В комнате Гарри наконец-то решился открыть найденную книгу. Как оказалось, та больше походила на дневник, чьи-то записи, в которых рассказывалось про темнейшую существующую магию. В числе которых были и крестражи.  Гарри едва не затаил дыхание, перелистывая страницы, рассказывающие про сущность тех. Это было ужасающе и омерзительно. Убийство кого-то ради того, чтобы не умереть самому. Так поступал Тёмный лорд каждый раз, создавая новый сосуд? Пожалуй. Волдеморт был из тех, кого не заботили муки совести. Он просто убивал. Жестоко и беспощадно.

     Гарри ещё немного пролистал дневник неизвестного ему мага, пока не дошёл до самого главного – способов уничтожения сосудов.

   "Создать крестраж - просто. Однако уничтожить тот потребует ещё больше сил от волшебника. Конечно, самым простым и одновременно тяжёлым способом для волшебника уничтожить созданный крестраж и вернуть кусок души – раскаяться. Только истинное раскаяние способно исцелить разрушенную душу. Однако именно оно самое болезненное и непростое. Ни один убийца ещё не способен был осознать, какую ужасную ошибку совершил.

     Второй способ уничтожить крестраж, известный мне, как и третий, уничтожает сосуд невозвратно вместе с душой. Это адское пламя. Оно сжигает все на своём пути, и уничтожить сосуд для него — простое дело. Но адское пламя даже самый талантливый маг не всегда способен проконтролировать. Если маг проявит слабину, если он хоть на секунду почувствует сомнение - пламя убьёт его также, как и сосуд.

     Ну и последний способ, возможный лишь в теории, который мне не доводилось ещё проверять — сильный съедающий яд, способный, как и пламя, уничтожить крестраж. В теории, такой яд встречается всего у нескольких магических существ. Но они редки настолько, что удачей станет встретить их. "

      Прочитав последние предложения, Гарри припомнил про яд василиска. Тот уничтожил дневник, по его предположениям являющийся крестражем. Возможно и медальон легко уничтожить именно с его помощью?

     Гарри задумчиво постучал по письменному столу рядом с кроватью. Да, это определено помогло бы ему избавиться от крестража, единственной известной ему сейчас слабости Волдеморта. Может, ему стоило бы рассказать об этом Дамблдору, пока у него есть такая возможность? Пока Тёмный окончательно не завладел его рассудком? Это бы привело к концу все его беспокойства.

    Но... Почему-то Гарри оттягивал это. Боялся? Чего? Дамблдор всегда показывал себя, как тот, кто простил бы Гарри за его страх, кто принял бы правду о его происхождении. Тот бы не стал корить его за ошибку...        Однако Гарри все ещё сомневался. Он и вправду боялся, что Тёмный лорд узнает про это и откроет правду всем остальным. Другие же не примут эту правду так легко. Скорее снова обвинят во всех грехах его отца.

    Он вздохнул, от бессилия сжимая в руках перьевую подушку. Мысли снова начали путаться. Прямо сейчас ему хотелось поговорить с кем-то, кто мог бы понять его. Увы, в целом мире не найдётся такого человека, кто разделил бы переживания Поттера. Кто помимо него чувствовал себя предателем, хотел исправить свою ошибку и в то же время продолжал бы находится с Тёмным лордом как ни в чем не бывало?

    — Ты выглядишь рассеяннее обычного, — рядом послышался холодный голос. Гарри вздрогнул, открывая глаза, к своему удивлению, не в комнате, а в привычном ему тренировочным пространстве, как его прозвал Поттер про себя.

    — Я заснул? — пробормотал юноша, махнув перед глазами рукой. Увы, все было таким же четки, включая фигуру Тёмного лорда.

   — Раз уж ты здесь, должно быть это очевидно, — язвительно ответил Волдеморт, доставая палочку из кармана мантии. Взгляд его стал холоднее. Он без предупреждения направил зелёный луч в его сторону, что Гарри едва-едва успел увернуться и схватить палочку. Можно сказать, ещё секунда промедления и в действительности его мёртвое тело уже бы валялось на земле. — Медленно. Твоя реакция слаба для ловца, не находишь?

   — Да кто вообще нападает без предупреждения? — бросил Поттер, хмурясь. Волдеморт выглядел как обычно, но у него создавалось впечатление, что тот был крайне разозлён чем-то.           — Твои враги, Эван, — безразлично изрёк Волдеморт, отправляя следом горстку весьма опасных заклинаний, которые Гарри уже изучил. Их действия были весьма неприятными, поэтому Поттер без промедления остановил их одним из известных ему щитовых заклинаний.

    — Что-то произошло? — спросил Гарри. Казалось, Волдеморт мог без остановки атаковать его совершенно разными заклинаниями, блокируя те немногие заклинания, что он успевал произносить в ответ. Так ещё не проходила не одна из их тренировок. Поттер был рад, что ему ещё не удавалось повстречаться Волдеморта на реальном поле битвы.

       — Медленно, Эван,— произнёс Лорд снова. — Используй голову быстрее. У тебя не будет времени на размышления в реальном бою с серьёзным противником. Или ты хочешь на коленях умолять врага о пощаде?

      Гарри поджал губы, продолжая резко уклоняться. Он начинал запыхаться, что произносить заклинания становилось труднее. Тёмный лорд и в малейшей мере не желал отвечать ему. Насколько же сильно Пожиратели смерти вывели его из себя? Если так, весьма странно, что этого не ощутил он. Обычно Поттер чувствовал его ярость через сильную боль в шраме.

     — Закончим на этом, — Волдеморт остановил их внезапную дуэль, подведя палочку к его шее. Гарри замер. Ему почудилось, что в этот момент он даже приостановил дыхание, позабыв, что это все его сон. — Ты проиграл слишком быстро. Твоя выносливость и скорость в битве тебя подвели.

   — Было бы удивительно, будь это не так, — заметил, пытаясь отдышаться, Поттер. Он мрачно посмотрел на Волдеморта, пристально смотревшего в его сторону. В какой-то момент Гарри даже подумал, что тот узнал про медальон.

   —  Сложно поверить, что в 12 лет ты смог победить василиска и шестнадцатилетнего меня, — медленно изрёк Тёмный лорд, ошеломив его. Гарри с округлившими глазами посмотрев в его сторону. Тот был зол из-за этого? Но откуда он узнал о тех событиях? Помнится, тот ни разу не видел этого в его голове.

    — Это было удачливое стечение обстоятельств... Мне помог меч Гриффиндора и феникс Дамблдора, — произнёс Гарри. Он нахмурился. Люциус? Вполне вероятно, что тот узнал об этом именно от Малфоя-старшего. И если думать, что дневник и вправду был крестражем, ярость Тёмного лорда становится понятной.

    — О, разумеется... снова удача, — медленно протянул Волдеморт. Внезапно он громко рассмеялся. Гарри давно не слышал, чтобы тот смеялся так безумно и устрашающе. — Она не долго будет помогать тебе, если ты сам не научишься защищать себя, Эван... И ты должен быть благодарен, что я помогаю тебе в этом.

    — Не боишься, что в будущем я стану сильнее тебя? — спросил юноша. Рискованно было задавать этот вопрос, но Волдеморт, услышав его, только усмехнулся и положил руку ему на плечо. Его холодные длинные пальцы чуть сильнее сжали его плечо.

   — Этого никогда не случится, — твёрдо заявил Волдеморт. — Ты можешь тренироваться сколько угодно, но тебе не победить меня, Эван... И ты поймёшь это, особенно если решишь пойти против меня.