Часть III

  В ожидании Алексея Анимоновича,хозяйка пригласила Участкового на чай. Комната хозяйки была самая ухоженная из ныне увиденных:Белые стены,два шкафа,гладкий,как водная гладь,стол с салатной скатертью;бежевые обои;заправленная кровать;и мольберт,стоящий перед самым окном. -Нина Робертовна,вы рисуете?-спросил Фома Петрович. -Ну...иногда. Много времени уходит на дела по дому. -Так заставьте жильцов хоть что-то делать по дому. -Думаете,я не заставляла? Эти остолопы нормально помыть окна даже не могут. Приходилось самой всё перемывать. Лучше я буду следить за своим домом,ежели они. Тем более,мне это не в тягость. -Экие бездельники! Будь моя воля,я бы их... Угрозы Участкового прервал стук в дверь. -Кто это?-спросил Фома Петрович. -Не знаю. Гостей не ждали. Нина Робертовна пошла открывать входную дверь,а Участковый за ней. -Кто там?-спросила хозяйка у стоящего на улице гостя. -Кто-кто. Нина Робертовна,не узнали? Это же я,Алексей Анимонович.-ответил гость. Тишинова открыла дверь. Он вошел,поздоровался сначала с Ниной,а потом заметил Участкового и протянул ему руку. -Будем знакомы. Я Алексей Анимонович Александриев. Скромный житель этого дома. А кто вы будете? -Я Фома Петрович,участковый-,ответил он строго,-Вы то мне как раз и нужны. -Я?..Да я вроде более не появлялся на серьезных мероприятиях. Более не отпускал свои шутки про видных людей нашего города... -Я по другому вопросу. Вы же знакомы с Тюшей Власовичем? -Конечно! Мы с ним не раз гуляли и веселились. Ха,помню как-то мы зашли в клуб шитья... -Стойте-стойте. Вы должны просто ответить на пару вопросов. -Эм. Ну хорошо. -Вы знали что Татаров пишет книгу? И не просто пишет,а пишет к точной дате. -Да. Мне-то и не знать об этом. -Была ли причина или причины,по которым он мог не написать книгу в условленный срок. -Хе...Дел-то у него и без того хватало. И...он иногда проводил вечера за...нет,не за книгой,а за опиумом. -Были ли ещё причины? -Да чёрт его знает. -Гм...Вы знаете где он сейчас? -Где-где,дома. -Дома? Но мы стучались в дверь его квартиры. И никто не ответил. -Молчание не является признаком отсутствия. -Так скорее к нему. Троица снова пошла к дверям Татарова. Три стука не дали результатов. Тогда Алексей Анимонович попытался выйти на диалог с Тюшей: «Тюшка,открывай. Люди за книгой пришли. Ты её задолжал».После этих слов под дверью протиснулась бумажка. Участковый поднял её. На ней большими буквами было написано «Пролог» и более мелкими текст. Фома Петрович пробежался по нему,и осудительно сказал: «Что за этакая вещь. «Вдох-выдох». Ну как такое написать-то можно. Не такие поеты пошли,ой не такие». Участковый спустился вниз,вышел на улицу к Юрию Фимовичу,и протянул ему эту бумагу. -Что это?-спросил г-н Ш-й. -А это,батюшка,книга ваша. А точнее пролог-ответил Фома Петрович,поглаживая усы. -А где вся книга-то? -Я тут решил,что этого пока достаточно. Тем более у него были веские причины,по которым книга сейчас готова не вся. -Какие причины? -Я вам всё расскажу... Участковый и Ш-й отдалялись от дома,говоря об этом случае. Юрий Фимович часто жестикулировал руками,показывая возмущение,а полицейский лишь рассудительно всё объяснял ему. Но вернёмся к жителям дома. После того как Участковый ушёл,Татаров вышел из квартиры. Алексей Анимонович спросил у него: -Покажите-ка и мне пролог. У вас копия имеется? -Нет. -Да как так-то? -Он гхешил его убгхать . Это ему подсказал сher poète Александгх Сегхгеевич Пушкин.-сказал Ле-Фроа-Морозов,выйдя из своего жилища. -То есть год работы спущен в глубины глубин?-спросил Алексей Анимонович. -Вы абсолютно правы,друг мой.-ответил Татаров. Их разговор прервал кто-то,вошедший в дом,и прокричавший: «Тук,тук,тук,маштер в здании!» На этот крик выбежал и спустился вниз Григорий Мемонович со словами: «Это ко мне художник-портретист. Насчёт продажи рисунков».