Глава 29. Пантера.

Перевод и редакция: @LisaAlisaya

Глава 29. Пантера.

В моих планах не было выступать против отца перед всей NAFTA. Более того, даже в списке потенциальных приоритетов это не значилось. Как вообще кто-то мог подумать, что это хорошая идея? Это было выше моего понимания. Но я знал своего отца достаточно хорошо, чтобы понимать, что он не будет относиться ко мне снисходительно. Это означало, что если я каким-то образом одержу победу, то это будет заслуженно, а не потому, что он позволит мне это сделать.

Но об этой возможной победе...

Я шёл по ангару, держа шлем в руке, а Соло шёл рядом со мной, прикусив язык. С тех пор как мы вышли из аудитории, он выглядел так, будто у него было что-то на уме. Я гадал, скажет ли он мне, что это, прежде чем мы поднимемся в воздух. Он был тихим, слишком тихим, и это начинало беспокоить меня больше, чем то, с чем я собирался столкнуться.

Я искоса взглянул на него: - «Соло, выкладывай. Я знаю, ты умираешь от желания».

- Я действительно умираю от кое-какого желания, и раз ты заговорил об этом...

- Не смей заканчивать это предложение.

- Но...

- Соло.

Со смехом он поднял руки вверх: - «Отлично, кайфоломщик. Я просто хотел узнать, что у тебя в голове».

- Я думаю, это было бы довольно очевидно.

- Да, но что ты об этом думаешь?

- Это не имеет значения.

- Это важно для меня.

Я остановился и повернулся к Соло: - «Все в порядке. Я в порядке. Это просто еще один полет».

- Против твоего отца.

- Я отлично осведомлен.

- Тогда каков план игры?

Я не смог не фыркнуть: - «Я знал, что ты не обращал внимания во время брифинга».

- Это не то, о чем я говорю, и ты это знаешь. Но знаешь, что я думаю? - подошел он на шаг ближе. - Я думаю, тебе стоит подняться и взбеситься.

Я изогнула бровь: - «Да, потому что взбеситься против моего отца на глазах у всех в этом месте было бы так здорово».

- Ты хочешь победить, не так ли?

- Нет, я хочу проиграть, - сказал я, бросив на него взгляд.

- Он ждет, что ты будешь действовать осторожно. Вероятно, он может предугадать твои ходы до того, как ты осознаешь, что делаешь их.

- И ты не думаешь, что я делал то же самое? Я наблюдал за ним всю свою жизнь, - положил руку на плечо Соло я и сжал. - Поверь мне, у меня все получится.

Широкая улыбка появилась на лице Соло, и он рассмеялся: - «Черт возьми, да, ты это сделаешь».

- Спасибо. Это все?

- Похоже, вы справились с этим, лейтенант Хьюз. Удачи там, наверху.

Я кивнул и попятился: - «Ты тоже. Постарайся быть помягче с коммандером Хайнцем».

- Ни за что, - подмигнул Соло, прежде чем направиться к своему самолету, а я пошел в противоположном направлении к своему.

Мое тело гудело от предвкушения, и я попытался блокировать ту часть того, что должно было произойти. Мне нужно было сосредоточиться на том, что поможет выиграть состязание. В этот момент все остальное не имело значения.

Я несколько раз провел предварительную проверку, как обычно делал после аварии, и как только остался доволен, забрался в «Хорнет».

«- Будь внимателен. Будь готов к действию. Не упускай его из виду».

Мой разум прояснился, я полностью сосредоточился на текущей задаче, и в считанные минуты я достиг высоты тридцати пяти тысяч футов, готовый ко всему и бдительный.

Мне не пришлось долго ждать. Мой отец не был любителем ждать подходящего момента, он сам создавал его.

Как только я набрал высоту, краем глаза я заметил его, и он, не теряя времени, устремился в мою сторону. Он заставил меня защищаться с самого начала, позиция, в которой я терпеть не мог находиться, но я ни за что на свете не хотел, чтобы он перехватил меня в первые две минуты полёта, поэтому мне нужно было действовать, и быстро. Мгновенное решение заставило меня сделать крен влево и нырнуть так быстро, что мне показалось, будто моё тело раскалывается надвое. Но если у меня был хоть какой-то шанс выиграть это дело, мне нужно было сбить с толку его радар, и путь прямо к земле был способом сделать это.

Он не последовал за мной вниз, вместо этого решив отступить, поэтому, как только я освободился, я вернул «Хорнет» в горизонтальное положение, выбрав длинный обходной путь.

«- Давай посмотрим, что ты можешь сделать в честном бою».

Я поймал его в прицел, когда мы летели навстречу друг другу, в итоге образовав серию интенсивных воздушных спиралей, в которых мы гонялись друг за другом по хвостам. Ни один из нас не мог взять верх над другим, и по мере того, как мы сталкивались снова и снова, становилось ясно, насколько мы равны.

Каков отец, таков и сын.

Обычно, такой полёт не занимал так много времени, но я не позволял себе испытывать давление от мысли о скором завершении. У меня было достаточно топлива, и я был достаточно мотивирован, чтобы одержать чистую победу.

Мой отец поднял свой реактивный самолёт вертикально, и я узнал его манёвр. Я точно знал, что он собирается сделать, и решил не ждать, а действовать.

Я преследовал его самолёт, пока не достиг облаков. Из-за солнца было трудно разглядеть всё как следует, но я знал, что он у меня в руках. Мне нужна была всего секунда...

Когда я нацелился на самолёт отца, прозвучал сигнал тревоги, а затем по коммуникатору пришло чёткое подтверждение: «Бритва вышел из строя».

Чёрт возьми. В голове гудело, и я перестал чувствовать своё тело. Я только что победил своего отца. На глазах у его коллег, моих товарищей-стажёров... В одиночку.

Когда я быстро заморгал, пытаясь сдержать эмоции, моё зрение на мгновение затуманилось. Мне хотелось плакать, кричать или сделать что-нибудь ещё. Я сорвал маску и издал громкий возглас, смеясь всю дорогу до базы.

Но когда колёса самолёта коснулись взлётно-посадочной полосы, меня охватил вихрь эмоций, который я не мог понять. Что из них было самым удивительным? Двойственность.

Откуда, чёрт возьми, это взялось?

Когда я парковал самолёт, краем глаза я заметил движение и, посмотрев в сторону ангара, увидел, как Соло вскакивает, размахивая шлемом в воздухе. На его лице была самая широкая в мире ухмылка, и когда фонарь кабины открылся, и я снял шлем, я услышал, как он завопил: - «Чёрт возьми, да! Ты только что это сделал. Бритва побежден».

Я снова натянул улыбку на лицо и выбрался из самолёта, когда он подбежал ко мне. Гудини и Гуччи следовали за ним по пятам. Они приветствовали меня криками, объятиями и ударами кулаков, в спешке перебивая друг друга.

- Срань господня, чувак, - сказал Гудини. - Ты только что разделался со своим стариком. Каково это вообще?

- То, как ты поднажал для последнего рывка? Черт. Это было убийственно, - глаза Гуччи были широко раскрыты, он не мог скрыть удивления, которое явно испытывал.

Соло обнял меня за плечи, небрежное движение, которое я бы не заметил ни у кого другого, но от Соло это было похоже на электрический разряд, прошедший по моему телу, даже при включенном снаряжении.

Его глаза сияли, когда он похлопал меня по груди и сказал: - «С этого момента, никто не будет сомневаться, кто легенда в твоей семье. Крутой Грант «Пантера» Хьюз, ублюдки».

Это заставило меня рассмеяться, и я не мог отрицать, что их совместное возбуждение подняло мне настроение, но гордость в голосе Соло чуть не сбила меня с ног. Словно он все это время знал, что я смогу это сделать, что он верил в меня больше, чем я сам в себя.

- Это требуется отметить, - сказал он.

Я покачал головой: - «Нет. Никаких вечеринок...»

- Да ладно, нам нужно это отпраздновать, кроме того, что Леви нокаутировал Гудини ровно за десять секунд, - сказал Гуччи.

Гудини сверкнул глазами: - «Это заняло больше десяти секунд, придурок. Возможно, если бы ты обратил внимание на свой собственный полет, ты мог бы нокаутировать своего парня вместо того, чтобы сосредотачиваться на моем».

- Или, может быть, ты съешь мой хер?

- Ребята, ребята, - сказал Соло, поднимая руку, - Никто не хочет слышать о вашем отстойном поведении в такой важный момент. Как насчет того, чтобы вместо этого, снова поклониться нам двоим?

Я приподнял бровь: - «Я так понимаю, ты победил Хайнца?»

Соло ухмыльнулся: - «Уничтожил».

- Чушь собачья, - закатил глаза Гуччи, и на его лице появилось кислое выражение. - Он победил, едва держась.

- Победа есть победа, Гуч. Не обижайся на неудачника только потому, что у тебя болит зад.

- Дамы, - прервал Гудини. - Мы отпразднуем позже или как?

Все они с любопытством смотрели на меня, и я отрицательно покачал головой. Хотя успех был невероятным, я не хотел привлекать внимание большой аудитории, которая весь вечер восхваляла меня. Я предпочёл бы провести вечер в более интимной обстановке с Соло.

- Может быть, в другой раз.

- Отстой. Увидимся на этих выходных, - Гудини и Гуччи снова ударили меня кулаками, и когда они направились обратно к ангару, Соло опустил руку и повернулся ко мне лицом.

- Ну, что? Как ощущения, красавчик?

- Эм..., - прикусил губу я и попытался подобрать правильное слово. - Сюрреалистично. Хорошие, но сюрреалистичные.

- Так и должно быть. Вы были великолепны там, наверху. Дважды я чуть не потерял Хайнц из виду, потому что был слишком занят, наблюдая за вами.

По моей шее пробежал жар, и я опустил взгляд на шлем в своей руке.

- Спасибо, - произнес я.

- Э-э-э.... Посмотри на меня.

Когда я поднял глаза, Соло улыбнулся: - «Вот так-то лучше. Держи голову высоко, слышишь меня? Гордись тем, что ты только что сделал».

- Да, сэр, - ответил я.

- Хм, мне нравится, как это звучит. Может быть, ты сможешь повторить это еще раз... позже?

Я уже собирался сказать ему, что он может обойтись и без этого, но когда Соло бросил взгляд через мое плечо: - «Похоже, у тебя уже есть компания».

Я обернулся и увидел, что мой отец направляется в нашу сторону.

- Мы отпразднуем это сегодня вечером. Только ты и я, - произнес Соло, отступая назад и одаривая меня последней ухмылкой.

Я был в таком отличном настроении, что не смог удержаться и немного подразнить его: - «Да, сэр».

Он ушел до того, как подошел мой отец, и пока я готовился к тому, что он собирался сказать, я напомнил себе, что выиграл это честно.

«- Помни это. Что бы он ни сказал».

- Лейтенант Хьюз.

Услышав официальное обращение, я чуть не поморщился и поймал себя на том, что жалею, что у меня нет обычного отца, который не был бы каким-нибудь кумиром-летчиком-истребителем, который, возможно, работал бы с девяти до пяти в офисе и прямо сейчас хлопал бы меня по спине и говорил: - «Я горжусь тобой, сынок».

Когда его слова пробились сквозь мои своенравные мысли, мои глаза расширились, а на его губах заиграл намек на улыбку.

- Эм ... эм ... спасибо.

Он издал хриплый смешок, похожий на лай, звук, который я никогда прежде не слышала. Когда он похлопал меня по спине и притянул к себе, то усмехнулся. Он напомнил мне о... о нас, о стажёрах. Я был в восторге от того, что оказался там, в небе, даже если он и не победил.

- Что? - спросил он, когда я уставился на него так, словно у него выросла вторая голова. - Тебе нечего сказать в свое оправдание? Ты только что надрал мне зад.

Ладно, это заставило меня улыбнуться.

- Угу. Хочешь знать, когда это происходило в последний раз? - когда мы шли обратно к ангару, он наклонился и сказал: «Никогда».

Мои ноги почти подкосились подо мной, но каким-то образом мне удалось удержаться на ногах. Я знал, что он был лучшим в программе - черт возьми, на флоте, - но я не знал, что он непобедим.

- Мне кажется уместным, что это сделал ты, - убрал он руку с моих плеч и остановился, а когда я повернулся к нему лицом, он расправил плечи, выпятил грудь и наклонил голову. - Вы совершили сегодня адский полет, лейтенант Хьюз. Как коллега-пилот и, что более важно, как твой отец, я никогда так не гордился тем, что называю тебя своим сыном.

Жгучие слезы на глазах заставили меня проглотить комок в горле, и когда я встал по стойке смирно и отдал ему честь, я понял, что никогда еще не гордился тем, что называю его своим отцом.

- Хватит об этом, - сказал он и прочистил горло. - А теперь иди и отпразднуй. - Когда я просто остался стоять там, он добавил: - Это приказ.

Он пошел через пустой ангар, и когда я повернулся, чтобы посмотреть ему вслед, я заметил Соло, стоящего у двери в раздевалки. Его руки были скрещены на груди, спина и одна нога в ботинке опирались на стену, и когда я направился в его сторону, и широкая улыбка озарила его полные губы, я решил сделать именно то, что только что сказал мой отец - отпраздновать.