Глава 9

Ну, вы поняли, да? Стоило «буре» в виде промежуточных пройти, и мастер снова стал само благодушие. Хотя, тут как смотреть, в тренировочном зале он по-прежнему зверствовал. Но, это так, мелочи жизни, как он любит выражаться. И вот в таком благостном настроении он, к моей радости, пребывал аж до самого первого дня учебы. Прелесть! Да и все дни прошли ровно. А, нет, вру. Один отличился — мой день рождения.

В этот холодный февральский день я проснулась не от будильника или воплей мастера в стиле «вставай, малявка, день пришел», а оттого, что выспалась. Сладко потянувшись, сползла с кровати, так же лениво приняла душ и вылезла на свет божий. То есть в кухню.

— Доброе утро, куколка! — бодро отозвался мастер, копошась у плиты. И как он вечно узнает, что я иду на кухню? Прямо ясновидец какой-то... Я зевнула и, прошлепав к холодильнику, задумчиво погипнотизировала полки. И чего бы мне такого съесть... Не придумав ничего кроме сока, я закрыла дверцу, чтобы буквально уткнуться носом в большой и очень красивый... Торт!

— С днем рождения, малыш! — радостно заявили мне, подсовывая тортик ещё ближе. Кхм...

Я в некотором ступоре рассматривала безумное количество розовых кремовых розочек, декоративных складочек и бабочек на белоснежном шедевре кулинарного искусства. И это я еще не упомянула две красивые, с блесточками циферки-свечки «17». И все розовое... Кажется, я догадываюсь, кто обставлял мою комнату. Интересно, если я вытесню его из его же спальни, он обидится? Нет, ну правда, я уже тихо ненавижу розовый цвет...

— Не нравится? — он выглянул из-за торта и посмотрел на меня. Так. Я постаралась сделать нормальное лицо.

— Нет, нравится. Прикольный, — я криво улыбнулась.

— Тогда желание!

Я вздохнула и задумалась. Хм, а что же я хочу... Стать киллером? Ну, с таким мастером, я это и так могу. Здоровья? Скучно, да и есть оно у меня. Наряды? Хоть отбавляй. Друзей? Вот уж чего не надо. М-м... Любви? А почему бы и нет? Семнадцать — прекрасный возраст чтобы влюбиться! Решив это для себя, я вдохнула и задула свечки. Реакцией на это стал восторженный вопль мастера, и я невольно улыбнулась. Какая прелесть... Он поставил торт на стол, рядом с моим завтраком, и, усадив меня на стул, важно заявил:

— У меня для тебя полезный подарок.

Заинтригованно распахнув глаза, я пристально проследила, как он лезет под столешницу и извлекает розовую коробочку с кислотно-розовым бантом. Ух-х... Розовый. Решив, не обращать на это внимания, снова улыбнулась. Что же, что же та-ам... Стоило подарку оказаться в моих руках, как я тут же начала его распаковывать. Движение и извлекаю на свет... Ножны? Хм... Видимо заметив мою скептически скорчившуюся мордашку, мастер счел нужным пояснить.

— Это очень прочные, но тонкие ножны. Сделаны для стилета, он идет в комплекте. Надеваются на бедро, так что я выбрал светлый оттенок. По идее, на твоей коже его не должно быть заметно даже под платьем...

О-о... Вот теперь я впечатлилась. Учитывая то, что многие девчонки, а парни и подавно, уже носили оружие, подарок был весьма неплох! Даже очень.

— Спасибо, — расплываясь в довольной улыбке сказала я. Он только хмыкнул и, сев напротив, вручил мне в руки нож. Нет, не боевой, а самый обычный.

— Именинник режет тортик!

Ух, с каким лицом он это сказал... Я тихонько рассмеялась и, взяв свой тортиковый скальпель, осмотрела поле действий. Ум...

— Ох, не хочу портить такую красоту, — страдальчески протянула я и жалобно глянула на мастера. Он вскинул брови и посмотрел на торт. Потом на меня и снова на розовое безумие. Подумал и вдруг шкодливо улыбнулся.

— Хм, куколка, а ты когда-нибудь ела торт... Руками? Прямо из коробки?

Я ошарашенно хлопнула ресницами. Что.? И тут до меня дошло. Предвкушающе (читай хищно, аки маньяк со стажем) улыбнувшись, я облизнулась и, отложив ножик, потянулась к кремовой розочке. Подцепив ее прямо пальцем, с удовольствием отправила в рот...

— Ну и как? — с умилением следя за мной, спросил мастер. Пф-ф... Прям мамаша на прогулке с дитяткой. Я хмыкнула и, довольно зажмурившись, протянула:

— Круто...

Он фыркнул и рассмеялся. А я что, я подцепила еще одну розочку и облизала пальцы. Вкусно... Пожалуй, такого дня рождения у меня еще не было, а отсутствие шумного праздника радовало даже больше, чем возможность поесть руками.

Но, к великому моему сожалению все прекрасное имеет свойство заканчиваться. И эти каникулы подошли к концу. Причем, как и всегда с мастером бывает, закончились они феерией. А именно бассейном. Ледяным. Утром!

— Тьфу! — объявила я, выныривая из ванны и отплевываясь.

— Тренировка жаждет твоего внимания, мелочь! — радостно отозвался из-за двери мастер, а я, обреченно возведя очи к небу, полезла выбираться из воды. Здравствуйте учебные будни, я скучала!

Они по мне, видимо, тоже скучали, ибо наш первый учебный день ознаменовался контрольными. По всем предметам. И срезами по нашим предметам! Ужас! В состоянии крайней паники я пришла на тренировку к мастеру.

— И чего мы такие испуганные? — удивленно следя за тем, как я нервно бью ножом воздух спросил он спустя час наблюдения за моей трясучкой. Я доделала элемент и, поменяв руку, соизволила ответить:

— Контрольные.

А что, кратко и по существу. Только одному белобрысому извергу это неведомо. Кстати, за время каникул выяснилось, что волосы у него натуральные! Непонятно, правда, как это произошло, ведь черные глаза и блондинистые волосы в природе вещь не очень сочетаемая, но вот так. Мутант мой мастер, что тут скажешь.

— И что с ними? Думаешь, завалила?

В очередной раз резко махнув ножом, я промычала невнятное согласие. Эх, и ведь не предупредили, заразки... Могла и завалить.

— Ой, да ну, — расслабленно отмахнулся он, — Что переживать.

Я скептически покосилась на него. Угу, конечно. Что ж переживать-то...

— А что, есть проблемы? — он вскинул брови и криво ухмыльнулся, — Я вот их не вижу. Не завалишь, получишь удовольствие, завалишь... Тоже получишь, но другое, — ну о-очень ехидно закончил он. Свинья. Возмущённо запыхтев, я принялась с ещё большим остервенением резать воздух. Фигушки тебе, а не удовольствие.

А потом внезапно наступила весна. Просто в один день, проснувшись, я обнаружила, что воздух теплее, солнце ярче, мир прекрасней и не только мир... Видимо кто-то из мироздания, решив выполнить мое желание, подпихнул мне под нос одного очень симпатичного парня. А именно — Джери.

Да-да, благодаря тому, что у нас появилась новая дисциплина, теперь мы две пары подряд в неделю просиживали всем потоком в одной аудитории. И вид загоревшего, сверкающего улыбкой бога медленно, но верно сводил с ума. Теперь рядом с ним мне становилось не просто тяжко дышать, нет! Кислород заканчивался, превращая легкие в космос. То есть в вакуум. Сердце уносилось в далекие дали, а мозг отказывал. А уж какие мучения я испытывала, стоило ему подсесть к нам с Виа за обедом... Честно, тренировки мастера после такого казались детским лепетом. Зато всем остальным казалось таковым мое сонное состояние, когда я не очень реагировала на мир. Потому что теперь я не реагировала вообще. И стилистам, готовившим меня к очередному показу отцовской коллекции, пришлось изрядно потрудиться.

Платье оформлялось прямо на модели, то есть на мне. Конечно, стилисты могли затянуть всю ту кучу шнурочков самостоятельно, но... Практическим путем мы выяснили, что этот вариант приводит к полной потере мной возможности ходить или дышать. Поэтому им приходилось советоваться со мной по мере затягивания шнуровок. И вот, на одной из репетиций между нами произошел интереснейший диалог.

— Я думаю, тут надо затягивать туже. Эта складка смотрится неестественно.

— Да, я тоже так думаю. Алессандра?

Я в этот момент как раз задумчиво рассматривала Эмира, мужскую модель «Лезвия меча», который напоминал мне одного брюнетистого зеленоглазого бога...

— Алессандра? Вы считаете, надо затянуть? — уже раз в десятый спросила стилист. Я, блаженно улыбаясь, повернула голову к зеркалу и выдохнула:

— Ага...

Переглянувшись, они принялись перетягивать платье. Хм... Интересно, а если бы я пригласила Джери на показ он бы впечатлился?..

— Ай! — я нахмурилась и возмущенно воззрилась на стилистов, — Туго же!

Они ошарашенно моргнули и, вздохнув, начали расслаблять шнуровку. Я опять ушла в свои мысли. Всё-таки, черный — не интересно. Вот зеленый... Разных оттенков...

— Теперь оно висит.

— И складки совсем не смотрятся. Надо затягивать. Алессандра?

Интересно, а он накачанный? Хотела бы я увидеть...

— Алессандра!

— М-м? — я перевела пустой взгляд на девушку и вопросительно вскинула брови.

— Затягивать?

Рассеянно кивнув, снова вернулась к мышцам Джери. Если судить по внешнему виду, то он накачанный. Да и вообще, может ли быть киллер-ханурик?..

— Эй!

И все по кругу. Думаю, после такого стилисты меня возненавидят.

Вот сейчас я опять сижу на паре по легенде и любуюсь на мускулистую шею, коротко стриженные каштановые волосы... Эх... Я вздохнула и оперлась на руку. Создает же природа совершенство...

— Алькаира! Три главных отеля Джахарта! — раздался окрик мастера Шанора. По-прежнему пялясь на прикрытые пиджаком широкие плечи, я на автомате выдала:

— «Астория», «Энкор» и «Хартон».

Приняв ответ, он переключился на других студентов, больше не мешая мне наслаждаться видом. Прелесть...

— Да что с тобой такое! Третий удар подряд мимо!

Это мастер возмущается на очередной тренировке. Ну, а что сделать, если прямо за его спиной Джери в облепляющей влажное тело футболке тренирует удары на груше? У меня чуть ли слюни не текут...

— Нападай уже! — раздраженно орет мастер, и я делаю вялый выпад. Ох, какие плечи... Момент и вместо своего «бога» я созерцаю потолок. Ну и? Недовольно посмотрев на мастера, встаю и, снова вперившись взглядом в прикрытые тканью мышцы Джери, делаю выпад.

— А-а! Ты достала! — рычит мастер и, захватывая мое запястье, дергает на себя. Вскрикнув, я все же отрываюсь от созерцания Джери и вижу стремительно приближающуюся черную ткань футболки.

— Ай! — я встретилась носом с железными мышцами и теперь пыталась отстраниться. Как бы не так! Мастер перехватил меня поперек туловища и внезапно перевернув... Начал меня трясти!

— Нет, ну что ты такое? Ты мне объясни, что за тараканы в твоей голове! Почему ты не реагируешь? Где твой мозг, я спрашиваю! Ты что, совсем страх потеряла, малявка?

И все это вкупе с бесконечной тряской. Вниз головой! К вискам прилила кровь, в ушах зашумело.

— О-от-пус-ти-и-т-те-е... — сдавленно попросила я. Ай-ай, голова болит!

— Что? Ты обалдела! — он резко выпустил меня из рук, и я упала головой вниз. Глухо застонав, поднялась и села. Ох, как все кружится...

— Не хочешь заниматься так, будешь заниматься сама. По ночам. Я тебя круглые сутки буду гонять, ясно? — зло прошипел он, склоняясь надо мной. Потом резко выпрямился и, схватив со скамейки кофту, размашистыми шагами направился к одной из дверей. И хлопнул ею. Ага.

Я поморщилась от приступа тошноты. Сутки, не сутки... Ты и так постоянно это делаешь. Я надулась и попыталась встать. И вот тут-то заметила, что все, кто находился недалеко от нас очень пристально на меня смотрят. Ой черт... Я встретилась взглядом с ошарашенными зелеными глазами и залилась краской. Только не это... Сделав невозмутимое лицо, встала и, стараясь не делать резких или торопливых движений, с самым независимым видом ушла в раздевалку. Только отгородившись от всех дверью душевой кабинки, закрыла лицо руками и с тихим обречённым стоном сползла на пол. Ох е... Только я могла так опозориться! Мастер, я тебя ненавижу!

Уже к утру я говорила это в голос.

— Не-на-ви-жу! Не-н-на-ви-ж-жу! — яростно нанося удары по ни в чем не повинной груше, шипела я. Он заставил меня всю ночь заниматься! Да что там, он сидел и лениво комментировал! И пульками стрелялся! Ур-род...

— Ты если ненавидишь, бей качественней, — донеслось с кресла. Я только злобно выдохнула и нанесла очередной удар. Ну с-сволочь... Ненавижу!

— Заканчивай, жду на завтрак через полчаса, — сказал вдруг мастер и, встав, вышел. Я зарычала.

— С-СВОЛОЧЬ! — я долбанула по груше ногой. Да что там, этого мне показалось мало, и следующим ударом я обрушила столбы на ближайшем препятствии. Еще и попинала их. Лишь когда слегка выпустила пар, остановилась, тяжело дыша. Пф... Я спокойна. Спо-кой-на. Ничего не произошло. Ну и что, что Джери видел, как мастер тряс меня, как последнюю грушу. Плевать, переживем. Я еще раз глубоко вздохнула и, пнув напоследок столб, направилась к выходу.

— Восстанавливать полосу будешь сама... — донесся до меня голос мастера, стоило начать спуск по лестнице. Я замерла и резко обернулась, чтобы увидеть, как он, лениво прислонившись к косяку возле выхода из зала, смотрит на меня. Сделав независимый вид, демонстративно фыркнула и, гордо передернув плечами, удалилась. Переживу! И его выходки, и тренировки сутками, и отсутствие сна, и масштабный позор! Переживу, я сказала!

Лексан

Момент, когда с Кай что-то случилось, я проморгал. Сам не пойму, как, но тот эпохальный миг, когда в ее мозгу что-то сдвинулось, я не увидел, и вот теперь пожинал плоды. Жуткие, надо заметить. Она была не просто невменяемой, нет... Если бы не знал, что с ее психикой все хорошо, то я бы сказал, что у нее отклонение в развитии! Иначе объяснить пустой взгляд в никуда, блаженное выражение лица и нулевую реакцию на мир я не мог! И я не преувеличиваю!

Например, когда я подводил итоги под изучением новых атакующих приемов, она, атакуя, смотрела куда угодно, но только не на меня! А стоило мне уронить Кай на пол, как в ее глазах зажигалось искреннее непонимание ситуации, удивление, губки надувались, глазки смотрели обиженно, и спустя минуту на пухлых губах снова вспыхивала придурковатая улыбка, а взгляд терял фокус. А уж когда я начал атаковать ее, проверяя защиту, это был вообще тихий ужас. Она просто стояла, не предпринимая попыток защититься! Я даже не мог понять, то ли ударить, то ли оставить в покое. Когда, психанув, заставил ее тренироваться круглосуточно... Ад. Теперь она представляла из себя не просто блаженную дуру, но еще и сонную блаженную дуру с нулевой реакцией. Да что там, она в итоге на людей перестала реагировать. Вообще от слова совсем!

А время до экзаменов стремительно сокращалось. Когда до них оставалась неделя я уже не знал за что хвататься: за голову или за пистолет!

— Это какой-то кошмар, — вымотано выдохнул Тэо, заглатывая виски. Мы сидели на моей кухне и с обалделым видом пытались привести мозг в порядок. До экзаменов три дня. И лучше от этого факта не становилось. Я согласно кивнул и тоже опрокинул стакан. Обжигающая жидкость облегчения не принесла.

— Ты бы видел, как она стреляет... У меня скоро кровавые слезы потекут.

Я снова кивнул. У Кай, конечно, проблем со стрельбой не было, но все остальное... Ох.

— Еще и втюрилась по уши. В меня, — он скривился и снова выпил. Тут я вскинул брови и подозрительно уточнил:

— Ты это как вообще определил?

— Как-как... Сидит на днях, лыбится, вздыхает и взглядом облизывает. Бр-р... — его перекосило, и он судорожно налил себе еще виски. Я недоверчиво на него покосился... Будь я на месте его ученицы — не влюбился бы. Собственно, поэтому от Кай ответных чувств ждать было бесполезно, ибо какая любовь к человеку, который гоняет в хвост и в гриву? Нет, можно предположить варианты, но они такие, если честно маловероятные... Тут звякнул телефон и я, посмотрев на экран, страдальчески возвел очи к небу. Опять камеры проверять. Открыв программу, начал мрачно переключать экраны, задерживаясь по паре минут на каждом.

— Я абсолютно серьезно, — возмутился Тэо чему-то. Я только отстраненно кивнул. На парковке чисто, в коридоре чисто...

— Ты знаешь, на первом курсе у меня была знакомая, которая по уши втрескалась в парня. Поверь, я с тех пор эти реакции наизусть выучил! Постоянные блаженные улыбки, идиотский вид, ахи, охи, отсутствующий взгляд и ноль реакции на весь мир. О, и это я еще молчу про то, как она им восторгалась. Поверь, великие писатели отдыхают и нервно курят в сторонке. Да она за час могла раз пятьдесят сказать про его обаятельную улыбку. Фу.

Я слегка завис. Кого-то мне это описание напоминает... Я переключил камеру и попал на комнату Кай. Она восседала на подоконнике и сосредоточенно искала что-то в телефоне. Нашла...

— А когда она видела объект своих воздыханий, это был вообще кошмар. Томный взгляд, обкусывание губ. Чуть ли слюни не текли. А если фото, то сразу и пальцами гладить и целовать, и прижимать, фу! — он снова выпил, а я обалдело смотрел в телефон. Все это время я наблюдал за Кай и понимал, что Тэо в точности описывает ее поведение! Твою мать...

— Ты знаешь, я дебил.

— Знаю, — он с мрачным видом вгрызся в лимон, — Почему ты пришел к этому выводу на этот раз?

— Я прошляпил Кай.

Ответом мне послужил вопросительный взгляд. Конечно, Тэо я рассказал о своих нездоровых тягах. Он сначала поржал, потом пожалел и снова поржал. Правда, увидев, как я жалко расклеиваюсь, дал совет не париться и «не рычать на ребенка». Собственно, после этого я и ослабил давление. Как раз после промежуточных. И вот те на...

— Лучше бы завалил ее учебой, чем оставил время на эту муть, — я мрачно вздохнул, проследив, как Кай, светло улыбаясь прикасается к экрану смартфона. Ай-и! Я дерганым движением вырубил телефон и отбросил его на стол. Мы чокнулись.

— Я думаю, все образуется. Мы, конечно, не великие преподы, но девчонки у нас хотя бы живы и это хорошо, — философски заявил Тэор, и мы снова выпили. Угу, образуется, как же...

— Тебе легче, ты ею манипулировать можешь. А мне надо еще докричаться, чтобы она хоть что-то услышала, — проворчал я, досадливо кривясь.

Он фыркнул. Эх... Я бы тоже хотел, чтобы Кай влюбилась в меня. А этот Джери... В душе поднялась волна глухой ревности, и я спешно запил ее. Даю голову на отсечение, что это он! Не просто так же она тогда спрашивала, мол правда ли мы хотим его убить. Да надо было еще тогда уронить ему на голову кирпич... Ну к черту. Надо забыть и отвлечься. Мы снова выпили. Тэо начал что-то вещать, но я уже погрузился в свои мысли. Будет не очень хорошо если Кай проиграет. Пока она первая в рейтингах убрать ее довольно проблематично, учитывая кто ее отец и кто теперь она сама. А такое желание у нашего руководства есть. Хотя, я и сам виноват. Тем, что выбрал именно ее, я дал им повод считать, что теперь она тоже много знает...

Что именно? О, это просто и банально. Если киллер начинает выходить из-под контроля, его устраняют. Разными способами, но чаще всего просто нанимая другого киллера. Так, один раз Элиен дали задание убрать одного из таких «бесконтрольных». Она на тот момент уже обучала меня, так что я стал невольным свидетелем ее возмущения.

— Нет, ну ты только подумай! Он всего-то пожалел маленького ребенка, оставив его в живых! Он же фактически младенец, что он мог запомнить в годик?! — она резко развернулась, отчего ее алые волосы совершили кульбит. Я в этот момент сосредоточено оббивал грушу, но пожать плечами мне это не помешало. Элиен снова отвернулась к окну.

— Иногда я совершенно не понимаю наше руководство, — глухо сказала она, обнимая себя за плечи, — Они собирают вокруг лишь тех, кто по-щенячьи предан им, убирая остальных. Ты и сам не поймешь, когда оступишься и сделаешь что-то за что тебя захотят убить! Еще и вопрос, не уберут ли меня так же, сразу после выполнения этого задания...

— А почему должны? — я остановился, чтобы отдышаться.

— Я же не в ближнем круге, всего лишь первая в мировом рейтинге, а от предложения войти в головной реестр сама же и отказалась. Не хочу заниматься грязной работой, убивая своих бывших одногруппников.

— Но разве это тебе что-то не дает? — я вернулся к избиению груши.

— Дает... — она вздохнула и подойдя ко мне, поправила мой удар, — Держи руку ровнее, иначе нагрузка идет на кость.

Лишь снова вернувшись к окну, она тихо продолжила:

— То, что я первая, да и мой статус в мире лишь немного спасает. Слишком большая огласка будет у моей смерти, поэтому мелкие промахи, как они их видят, мне прощаются... Что ж, заканчивай с этой несчастной грушей, а то ты скоро дыру в ней пробьешь!..

Она оказалась права. Даже после выполнения того задания ее не убили. Но годом позже, когда она намеренно спасла сына убитого ею мужчины из полыхающего дома... Ей не простили. Я тяжело вздохнул. Не факт, конечно, что именно из-за этого она умерла, но неофициальный официальный приказ... Нет, с этим реестром вечно все непонятно и очень сложно. Они из одного дела могут сделать тысячу и завуалировать так, что ты ни в жизнь не поймешь, что там было изначально. Но... То, что я был с Элиен тогда, то, что был ее учеником, так же ставило меня под удар, и все, что меня спасало и спасает до сих пор, первое место в рейтинге и известность. Пусть я не в восторге от такого, но способ самозащиты Элиен оказался самым простым и даже относительно действенным, так что я его и выбрал. Однако, наши главные реестровики прекрасно знают, что Элиен могла слить мне много засекреченного, что она, конечно, и сделала, но и просто убрать меня не могут, зато Кай пока находится под их полным контролем. Если они всерьез захотят ее убить... Боюсь, даже я ее не спасу. Просто не успею. Так что, придется хоть как-то вытянуть ее хотя бы на второе-третье место...

Я хмыкнул и отпил виски. Зато, если она проиграет, я смогу получить то, что хочу... С такой хорошей памятью она вряд ли забыла мою неудачную попытку ее запугать, а ее умение накручивать стопроцентно уже сделало из не самой хорошей шутки настоящую угрозу изнасилованием. С новым смешком я опустил бокал на столешницу.

Лесса

Я говорила, что все переживу? Щазс. Это я так подумала. В середине марта. К концу мая я готова была взвыть и упасть на месте мертвой тушкой. Что там, меня можно было сразу класть в саркофаг, даже мумифицировать не надо, и так просплю тысячу лет. Бесконечные нагрузки, как моральные, так и физические вымотали меня до предела, и даже пара нервных срывов ситуацию не спасли, только голова от них болела потом. А экзамены уже буквально завтра. Вздохнув, снова побежала. Я уже устала, но продолжаю тренировку, а все почему? Потому что мой личный надзиратель сидит в кресле и пристально наблюдает за мной. Эх... А ведь Джери сегодня обещал прямой эфир... Я скуксилась и расстроенно вздохнула. Опять не успею посмотреть.

— Заканчивай! И чтобы в этот раз спала ночью. Учти, приду проверю, — сказал мастер, вставая и выходя из зала. Я спрыгнула с барьера и, расстегивая перчатки, направилась на выход. Бросила быстрый взгляд на часы... Ура! Я еще успею глянуть эфир! Довольно улыбнувшись, поскакала в комнату, совершенно забыв про усталость. Вот только телефона не обнаружила.

— Что такое? Куда я могла его деть?! — нахмурившись, пробормотала я и оглянулась. Хм... На кровати нет, на подоконнике нет... Может под подушками? Быстро проверив, поняла, что там тоже нет. Обыскав всю комнату и поняв, что на эфир уже безнадежно опоздала, я, немного поколебавшись, отправилась к мастеру. Подошла к двери в его кабинет, постучалась и, получив разрешение, вошла.

— Ты не мог бы мне позвонить? Я где-то потеряла телефон.

Он посмотрел на меня поверх очков, а потом потянулся к одному из ящиков в столе.

— Этот?

— О-о... — я, опознав в представленном сине-серебристом чуде свой смартфон согласно закивала. Мастер хмыкнул и... Убрал его обратно. Не поняла.

— Эм... А можно мне его назад?

— Нельзя, — невозмутимо отозвался он и вернулся к документам, — За последние несколько месяцев у тебя был сильно сбит режим. Если сегодня ты, вместо того чтобы спать, уткнешься в свою игрушку, то завтра на экзаменах не сможешь показать нормальные результаты. А теперь развернись и выйди. Разговор окончен.

Я возмущенно запыхтела. Вот свинья! Демонстративно громко закрыв дверь, я потопала в комнату. Нет, ну как это называется?! Что за самодурство? И вообще, это моя собственность! В таком же крайне нервном состоянии я легла спать, но... почти сразу заснула. Видимо действительно вымоталась...

Трибуны были, как всегда, заполнены. Экзамены первокурсников проходили, логично, первыми, так что нас пришли посмотреть и второкурсники, и третьекурсники. Я же сосредоточено гипнотизировала пустоту. Перед нервами внезапно схлынула та теплая дымка влюбленности, что окутывала меня все эти месяцы, и я внезапно осознала, что кажется умею не все, что должна... Я в сотый раз поправила перчатки. А-а... Надо было лучше готовиться!

— Прекрати, нервируешь, — сказал вдруг мастер. Я вздрогнула от неожиданности и отдернула руки. Легко сказать... На табло вывели сетку, и мастер вышел из галереи. Я даже не посмотрела на экран, там все предсказуемо. Как и в прошлые разы. Тяжело вздохнув, направилась к старту беговой дорожки. Поехали.

Бег и препятствия привычно не вызвали трудностей. Я проходила их на автомате, не особо задумываясь. Стрельба тоже не стала проблемой, хотя руки нервно дрожали, отчего ствол несколько поводило. А вот с боями было хуже.

Я вышла на арену и попыталась восстановить дыхание. Руки нервно подрагивали, поэтому пришлось сжать пальцы в кулаки. Рукопашные бои прошли очень напряженно. С каждым новым противником сопротивляться было все сложнее и становилось видно, что я сильно отстала. Черт... Я нервно куснула губу. Моим последним противником был тот самый Макс. И сейчас, глядя, как он, прищурившись, меня осматривает, мне становилось чуть ли не страшно. Наверняка заметил, что я не в лучшей форме! Фу-ух... Спокойно, Лесса. Мастер смотрит, нельзя показывать свой страх, а то еще и от него достанется лекция с нотациями. Гудок, и Макс тут же срывается с места. Я уворачиваюсь, почти сразу приходится повторять маневр, его удары стремительны и беспощадны, так что я вынуждена собирать все свои силы. Уклоняюсь, делаю выпад. Снова уклоняюсь, удар! Я с силой впечатываю кулак ему под ребра. Конечно, этого было недостаточно, чтобы свалить его, но раздавшийся гудок заставил облегченно выдохнуть.

— Площадка четыре, первый раунд, победа Алькаиры. Минута до начала второго раунда.

Я восстанавливаю дыхание. Мысли уже не метались в панике, так что теперь я трезво оценивала ситуацию. Гудок. Срываюсь с места, чтобы, пригнувшись, пролететь под его руками и опять впечатать кулак ему под ребра. В этот раз он начинает задыхаться и теперь сам яростно делает выпады. Удар, я уклоняюсь, еще удар, он пригибается, уходя от удара ногой, но я бью сверху, заставляя его падать ниже. Он неловко касается земли рукой и я, мгновенно восстановив равновесие, бью его другой ногой по лицу, отчего его голова откидывается в бок. Гудок. Макс недовольно сплевывает кровь и, прищурившись, смотрит на меня. Гудок. Мы срываемся с места одновременно и сцепляемся, стараясь заблокировать друг друга. Ох черт! Он гнет меня в сторону, пытаясь опустить на землю, но я из последних сил сопротивляюсь. Делаю удар ногой, попадаю ему в бок, но он продолжает начатое. Твою ж! Я все же упала на землю, и Макс тут же прижал локоть к моей шее. Ах ты ж сволочь, думаешь, все? Бросив на него злобный взгляд. резко ударяю ногой ему в живот. Его перекашивает, но он не отпускает. Я повторяю удар, еще раз и ещё. Он скалится и усиливает напор... Что делать?! Понимая, что все не очень радужно, бросаю взгляд на трибуну. Мастер делает страшные глаза и круговое движение рукой в воздухе. Не поняла... Нет. Поняла! Я уперлась руками в плечи Макса и сделав усилие перевернулась, игнорируя саднящее горло. Теперь я оказалась сверху, и прижала к его шее его же локоть. Так тебе! Освободив одну руку, и, не обращая внимания на то, что он выворачивает мне колено, я нанесла удар ему по лицу. Потом, с другой стороны. Макс зашипел что-то нелицеприятное, но я снова безжалостно и почти механически нанесла новый удар, разбивая ему губы в кровь. Еще удар, на скуле появляется кровоподтек, а под глазом уже наливается фингал... Гудок! Я с неким разочарованием останавливаюсь и отпускаю его. Жаль. Надо было отыграться как минимум за ноющее колено. Тяжело дыша, перехожу на другую площадку... Теперь холодное оружие. Мне в спину впивается ненавидящий взгляд, но я не обращаю на него внимания. К черту все это! Я сделала глубокий вдох и замерла. Нужно сосредоточиться...

Первые два боя прошли успешно. Ну, относительно, конечно, успешно. В третьем я встретилась с Мирандой. Эта пакость попыталась достать меня по лицу, но я увернулась, буквально упав на землю. Зато мой удар она запомнит. Все же, такой шрам на плече хрен потом замажешь... А вот на четвертом удача меня покинула.

Я уже стояла на арене, когда вышел мой противник. Черт. Черт-черт-черт! И почему мне попался именно Джери? Где мой уже почти любимый и привычный Равен?! Я мгновенно занервничала, и начала теребить застежки перчаток, однако мастер продолжал пристально наблюдать за мной, поэтому пришлось опустить руки. Я спокойна. Спокойна, я сказала! Гудок к началу, и мы замираем в стойках. Сосредоточиться. Я должна собраться. Джери делает первый выпад, я ухожу в сторону. Продолжаю стоять и наблюдать... Он делает второй выпад, я ухожу и отвечаю. Удар. Он не учел мой рост, и я крепко задела его ребра локтем. Жаль лезвие прошло лишь вблизи его руки, но мне и этого хватило. Внутри сразу же вспыхнула жалость и желание подбежать, обнять, пожалеть... Мы снова обходим друг друга, оставаясь на расстоянии. Он делает выпад, я блокирую, и мы сцепляемся. Удар, уход, еще удар, отпрыгиваю от его ножа, делаю выпад, смотрю вверх... Он прекрасен. Несмотря на ситуацию, я чувствую, как мои ноги слабеют, а сердце начинает биться чаще. Резкая боль в щеке заставила схлынуть все нежные чувства. Гудок. Я ошарашенно замираю, касаюсь лица... Что это? На моих пальцах... Кровь?

— Площадка один, первый раунд, победа Джери. Минута до начала второго раунда, — объявляет оператор динамиков. Не может быть.

— Алькаира, ты в порядке? — Джери озабоченно присматривается ко мне. Я заторможено киваю, и пытаюсь подавить поднимающуюся тревогу. Не время и явно не повод. Это только один раунд, и у меня ещё есть возможность оставить победу за собой...

Я собралась и встала в стойку. Гудок, мы снова кружим друг вокруг друга. Выпад, блок. Выпад, я ухожу в сторону, и сама нападаю. Удар. Мастер ведь наверняка пошутил. Сомневаюсь, что он вообще имеет право причинять мне какой-то реальный вред... Черт, кому ты врешь, Лесса, у тебя аж руки дрожат, так не хочется проверить реальность догадок. Сжав зубы, коротко выдыхаю и ударяю Джери в солнечное сплетение, заставляя согнуться пополам. А как только он согнулся... Бей. Ну же, это шанс! Усилием воли подавив в себе жалость, одним движением ударила парня в плечо... Гудок, оператор объявляет счет: один — один. Джери зажимает плечо, а его лицо искажают муки, потому что слишком глубокий получился порез... Сделав новый вздох, я закрываю глаза, чтобы не видеть его, и уже не только из-за острого чувства вины, что буквально вгрызается в нервы, а из-за закружившейся от вида крови головы. Зря, наверное, так сильно ударила, надо было как всегда царапнуть и все, тем более, что ему же больно... Ну и что? Да, он мне нравится, но разве это повод ему проигрывать? И вообще, у меня мастер — садист, уровень ненормальности которого я проверять не желаю. Гудок. Сосредоточившись, бросаюсь вперед первой, в попытке нанести удар в противоположное плечо, только меня перехватывают и, опрокинув на землю, приставляют нож к моей шее. Вот же... Почему я не заметила? И не шевельнуться! Лезвие все приближалось, а перед глазами уже мелькнули картинки моего недалекого будущего в случае проигрыша... Так, ну нет, даже если шутка, я против! Понимая, что вот-вот раздастся гудок, в каком-то состоянии аффекта резко выбросила ноги вверх и, столкнув парня с себя, уже не задумываясь, воткнула тонкое лезвие в литые мышцы...

— Финальный бой завершен. Победитель — Алькаира, проигравший — Джери. Бои с холодным оружием учеников первого года обучения завершены...

Оператор продолжает вещать, трибуны шумят, но все это перекрывает гулко стучащее в груди сердце. Уф... Даже не обратив внимание на что-то говорящего мне Джери, я развернулась и вышла с арены, чтобы бессильно опуститься на скамейку под галереей. Победила. Но при этом воткнула нож в парня, который мне нравится... Но все это меркнет перед тем, что я теперь понятия не имею, как отреагирует мастер. Пусть я проиграла только один раунд, но проиграла, а он не уточнил, что в его понимании проигрыш. Надо было сразу переспрашивать, вот же дура! Застыла, как истукан, и ни разу потом не уточнила, потому что ну как же, вдруг это была шутка, а ты покажешь себя как дурочку. Вот теперь ты покажешь себя, как последняя идиотка, потому что у тебя от страха не то что руки дрожат, коленки трясутся и подкашиваются... Нет, ну подождите, ведь я все равно заняла первое место, не может же он закрыть на это глаза? Или может? Работала я последние месяцы мягко говоря плохо, а если честно, то вообще никак. Зная его характер, в назидание... Черт, нет же? Да блин! Разозлившись на саму себя, я отчаянно взъерошила волосы. С таким мастером мне никаких нервов не хватит!

Решив, что бои на вылет мне смотреть не нужно, решила пробежаться до раздевалки и умыться. Все, не хочу об этом думать, даже если у него там тараканы особого сорта, я с ними общаться не буду. А если попытается что-то сделать... Так, я что, зря учусь? Врежу ему и все!..

Я плеснула в лицо прохладной водой, задвигая подальше вполне разумную мысль о том, что в общем-то ни разу на спаррингах с мастером еще не вышла победителем. Все, чего я добилась, так это того, что меня перестали размазывать ровным слоем, о том, чтобы достать этого изверга и наставить ему хотя бы синяков, речи пока даже не шло, но... Успокаивать себя мыслью о возможности дать отпор было удобно. Умывшись и наградив свое отражение решительным взглядом, я все же смогла найти точку равновесия, поэтому на награждение вышла спокойной, как удав. Даже улыбнулась, когда мне вручили заслуженный кубок.

— Алькаира! — окликнули меня, когда я собиралась выйти из зала и последовать за мастером, который уже направился к выходу. Я обернулась и увидела... Джери? Ох... Быстрый взгляд на выглядывающую из-под ворота футболки повязку, и в груди разливается досада, смешанная с нежностью. Он все еще со мной общается, несмотря на то, что я фактически скинула его с первого места, да еще и травмы серьезные нанесла... Какой же он все-таки милый... Мысленно призвав себя к порядку, я сделала нормальное лицо и вопросительно подняла брови.

— Это было круто, — парень лучезарно улыбнулся, а у меня аж сердце затрепетало и начало плавиться. Ты тоже такой крутой...

— М-м, спасибо, — выдавила, понимая, что пауза, в которой я тупо на него пялюсь, затягивается. Очень затягивается. Но как на такое не смотреть, боже...

— Прием которым ты меня победила — вообще нечто, — продолжил он восторженно, — В общем, ты крута, — он снова улыбнулся и протянул руку для рукопожатия. Я улыбнулась шире и, пожав его теплые пальцы, пробормотала:

— Ты преувеличиваешь... — смутившись, я отвела взгляд, невольно посмотрела на повязку... — Твое плечо...

— Все хорошо, не беспокойся. Лучше скажи, у тебя есть планы на следующей неделе, я бы с тобой потренировался. Такая скорость реакции и подбора приема, это вообще супер, лучше, чем с мастером.

Хлопнув ресницами, я удивленно посмотрела в зеленые глаза... Потом осознала, что он все еще держит мою руку, потом до меня дошел смысл его слов... Планы на неделе? Это... свидание? Так, стоп, он говорит о тренировке, а не о прогулке, но все же... Святое печенье, я, он и замкнутое пространство зала? А-а! Я хочу, у меня нет никаких планов, я...

— Кай, я долго ждать буду? — вернул меня с небес на землю окрик мастера. Да чтоб тебя... Вот они, мои планы на ближайшие два года. Уловив крайне знакомую интонацию угрозы в голосе одного белобрысого садиста, я внутренне напряглась, а романтическая дымка плавненько отъехала на второй план. Это он готовится мне объявить, что сегодня я его главное блюдо в постели или бесится, что заставляю его величество ждать? Быстро взглянув через плечо на мастера, я виновато улыбнулась Джери и, кинув, что подумаю, направилась к мастеру. Угу, бесится. А по какому поводу? Мне с каменным лицом открыли дверь в коридор и, не проронив ни слова пошли вперед. Молчанка? Ну хорошо... Только она подозрительно затянулась: мы успели дойти до машины, сесть и даже отъехать на приличное расстояние от академии, когда мастер заговорил... Хотя, лучше бы он молчал.

— Я разочарован. Так глупо подставиться это нужно или постараться, или быть совсем тупой, — отстраненно сказал он. Ну, началось...

— У меня закружилась голова, поэтому я не заметила...

— Не заметила противника? Да ладно, что ты мне говоришь, ты же выстроила траекторию удара, — мастер хмыкнул, — А потом вдруг очень внезапно ее потеряла. Что у розовых очков стекла запотели?

В его голосе отчетливо сквозило ехидство и, увы, злость. Последнюю, он явно пытался скрыть за насмешками, но она все равно проскальзывала и била наотмашь, своей... Заслуженностью. Да, мой прокол, но какого, спрашивается, хрена?

— Я же сказала, у меня закружилась голова.

— От запаха его одеколона?

Что он...? Покраснев, я резко обернулась и вперила в мастера недовольный взгляд. Он только что намекнул на то, что я проиграла из-за собственных чувств?

— Прости?

— Прости? Ты думала, я надеваю очки, потому что слеповат? Увы, ты не права, — он снова ехидно улыбнулся и, вдруг став серьезным, сказал:

— Пора реально взглянуть на вещи, куколка, потому что в следующий раз ты так не только раунд, бой проиграешь.

— Это не твое дело, у меня закружилась голова, вот и все. И я все равно заняла первое место!

— Ага, встречайте, Кай — победительница по невезению, потому что я тебя предупреждал, — лениво растягивая слова заявили мне, — Напомнишь, о чем? Судя по тому, как резко перестала его жалеть в двух последних раундах, ты прекрасно понимаешь, о чем мы.

Кровь резко отхлынула от лица. Не может быть. У меня похолодели пальцы, но, стараясь не выдать своего замешательства, я фыркнула и сказала:

— Я прекрасно знаю, что ты пошутил.

— Да ну? — на меня бросили наигранно удивленный взгляд, который... Никаких шуток! Мы встретились глазами буквально на секунду, но я отчетливо увидела неприкрытую ярость, от которой перехватило дыхание.

— Серьезно?!

Мы затормозили у обочины, и только тогда я заметила, что мы, вообще-то уже въехали в город, и совсем близко к нашему комплексу, но... Это все не важно, потому что меня проигнорировали! Удостоив коротким взглядом, мастер вышел из машины, громко хлопнув дверцей и оставив меня глотать ртом воздух от возмущения. Что за... Что за поведение великовозрастной истерички? Почему он считает, что вообще может так со мной обращаться?!.. Я сжала пальцами край кофты. Спокойно. Он меня запугивает, потому что пытается отчитывать. Ничего мне никто не сделает... Чем его можно уложить? Ударом в челюсть? С моим ростом, если я долбанусь макушкой ему в подбородок... Но от такого удара он не вырубится! Черт... Я судорожно продумывала варианты развития события, попутно обкусывая до крови губы и комкая край кофты. А если не получится?..

— Лови, — сказал мастер, открывая дверь и садясь в машину. По инерции поймав летящий в меня бумажный, заклеенный пакет, я нахмурилась.

— Что это?

— Считай бонусом за победу, — насмешливо ответили мне и снова вырулили на дорогу. Бонусом говорите... Внутри всколыхнулась злость. Ах ты ж пакость белобрысая, развлекаловку себе нашел?!.. Вот только коленки предательски дрожали, выдавая меня с головой.