глава 35

Она осталась ночевать у Ви, потому что совершенно не хотела возвращаться домой, где мать пьет вино и веселиться с любовником втайне от отца. Какой прекрасный это был день, если бы бабушка Августа была в порядке, Марк не ждал от нее ответа, а мама не привела «друга». Одним словом, будь он совершенно другим днем. Элинор и не рассчитывала, что Август придет на работу. «Наверное, его бабушке стало лучше, - подумала девушка, - надонавестить его...ее». Сегодня она узнала, что Эрик влюблен в Мари, и именно по этой причине обиделся на не вчера за то, что она не разрешила играть им в бутылочку. Это зацепило девушку, поэтому она решила поговорить с Мари. - А если бы Эрик признался тебе в любви, ты бы стала встречаться с ним? Подарила бы ему первый поцелуй? - она хихикнув, защекотала девочку. - Признавайся! - Ты первая признавайся! - хитро парировала та. - Пока не скажешь, что скрываешь тайный роман, не поверю! - Тайный роман это слишком просто - со вздохом произнесла Элинор, не обращая внимания на то, что Мари общается с ней неформально. - Один парень признался мне в любви, но он просто друг. Я люблю другого, но мы совсем скоро расстанемся. И нет времени признаться ему во всем и побыть с ним рядом. Элинор заметила, что говорить о своих чувствах с маленькой девочкой гораздо легче, чем с подругой-сверстницей. - У меня так же, - вдруг заявила Мари. - Я знаю, что нравлюсь Эрику, но мне нравится Ноэль. А он, дурачок, не видит этого! И мы совсем скоро разъедемся по домам... Элинор никогда бы не подумала, что у детей, которые младше ее на целых пять лет, могут быть такие проблемы, у нее. Может быть, другой человек пошутил бы над Мари и ее чувствами, сказал, что это детские забавы и в них нет ни капли серьезности, тоски, но только не Элинор, которая точно понимала эту милую светловолосую девочку. Она напоминала ее в детстве, а затем в сознании невольно проявлялись пейзажи Франции, а там и веснушчатый Август, который признался, что она ему нравится. - Давай вместе признаемся им в чувствах сегодня? - вдруг предложила Мари. - Пожалуйста! Обещаешь, что признаешься? Пообещай! - Обещаю, - мирно улыбнулась Элинор.Элинор шла домой, ведомая мыслью о признании, и ничего больше не интересовало ее трепетное девическое сердце, полное уверенности в счастливых днях, часах, минутах. «Может быть, - размышляла она, - если бы я тогда не вспомнила Августа, он бы сам мне признался». Все переживания ее сводились до нужного слов и момента и также до поцелуя. Конечно, она и прежде целовалась с парнями, но никогда прежде Элинор не страшилась и не желала этого, как сейчас, словно оставленное желание прыгнуть с парашютом, о котором она забыла, но теперь решалась все более и более на этот резкий шаг. - Как можно думать о нем так часто... совсем глупая, - одернула она себя, когда, забывшись в размышлениях о парне, не заметила, как вернулась домой. В гостиной оказались еще не распакованные чемоданы. Она не знала, что папа вернулся раньше обещанного, поэтому те незначительные черты отцовского присутствия - его вещи и запах хорошего дорого одеколона, в которых он всегда имел особенно правильный вкус, привели Элинор еще в больший восторг. Она мимолетно взглянула на диван - Роберта не было, и, самое важное, он не оставил после себя никаких следов. - Папа! - позвала девушка, проходя все дальше в дом. На первом этаже никого не было. Она поднялась на второй, еще раз окликнула отца, но он не отозвался, и она тихонько постучала в родительскую дверь, которая оказалась приоткрытой. - Что происходит?На кровати сидела мама, среди нее были разбросаны разные документы, справки, важные листы, ставшие второй накидкойдля постели. Женщина выглядела так, словно всю ночь не спала, так что заметив свою дочь, она лишь вздрогнула, вздохнула и еще больше опустила голову. - А, это, - вдруг заговорила она, точно уже привыкла к беспорядку, - я искала документы, необходимые для развода. Элинор на несколько секунд перестала дышать. В голову ударило сразу десятки глупых вопросов, типа «что?!», «разводитесь?!», «ты серьезно?!». - Это из-за измен, да? - Элинор медленно закипала. - Неужели не понимала, что однажды все именно этим и закончится?! Мама не отвечала.- Ах, черт. Почему ты такая эгоистка?! Почему относишься к нам с папой так?! Словно ты с самого изменяла специально, потому что поняла, что не довольна созданной семьей. А признаться не хватило духа. Женщина подняла голову и пристально посмотрела на свою дочь воспаленными от бессонницы и слез глазами. Она не возражала. Элинор точно поняла, что в попытке уколоть мать, она напоролось на правду. - Все к лучшему, - лишь произнесла та и спокойно вышла из комнаты. Элинор показалось, что на лице матери проступала облегченная улыбка. В тот день она больше не думала ни об Августе, ни о Марке, потому что в один момент все ее личные чувства переместились на задний план. Стали декорацией на сцене семейной трагедии. Весь вечер ее занимала только эта новая драма, не отпуская на антракт.