глава 10

Август наблюдал за ней: за ее оживленным взглядом, за глазами, сверкающими так, как сверкают они у детей, увидевших радугу; за губами, подобные цветущим плодам вишни после весеннего дождя - еще незрелыми, но чарующими; за пшеничными волосами, рассыпанными по голым плечам, пряди, которые нежно гладили ее лицо, и те, что она осторожно убирала, касаясь светлого лба тонкими ухоженными пальцами. Во всех ее чертах, насколько бы обычны они ни были, находилось что-то, на что хотелось смотреть, как она смотрела на пламя свечи - до тех пор, пока охватывают светом. Он был расстроен, даже рассержен на себя за то, что так хорошо запомнил лицо Элинор находясь в полумраке. Молчание угнетало его еще больше, потому, что когда Элинор молчала, когда не смотрела на него так, будто желает передавить его сонную артерию одним лишь грозным взглядом, она была милой. Она была симпатичной, должен был он признать. Впрочем, он поспешил успокоить себя тем, что когда он увидел ее впервые, то также нашел ее внешность привлекательной. Но он не смел допустить мысли, что она была красивой. Нет, лишь симпатичной. И только. Стихия за окном постепенно утихала. Дождь обессилел, ветер перестал порывисто срывать листья с деревьев и ломиться в окно ревущем воем. На место шторма приходила тишь, скромно вытесняя шероховатый шум. - У тебя есть спиритическая доска? - вдруг спросил Август, привлекши взгляд Элинор на себя. - Что? Спиритическая доска? - сделав вид, будто не расслышала, спросила девушка. - Почему ты спрашиваешь? - Видимо, есть.- Нет! - отрицала она. - Даже не надейся на то, что я дам ее тебе. - Чего ты боишься? - Август вопросительно взглянул на девушку, которая прямо смотрела на него: ей не было стыдно за свои страхи, словно они были хорошо обоснованы. Будто бы она хотела сказать, что Август просто ничего не понимает. - Ты что, серьезно веришь в духов и призраков?! - У меня есть причины, ясно? - Элинор выглядела убедительной, уверенно скрестив руки на груди, хотя она выглядела скорее обиженной. - Ты когда-нибудь вызвала духов? - последовал вопрос. - Нет.- Именно поэтому ты в них и веришь, - Август сделал вывод, улыбнувшись на этот раз без насмешки. - Тебе что, тринадцать лет, чтобы духов вызывать? - Нет, но я не могу развлекаться, просто смотря горящую свечу, как это делаешь ты, - в ответ на эту реплику Элинор закатила глаза, цыкнув. - Телефон разрядился, электричество выключено, погода становится лучше, мне скучно сидеть здесь с тобой, поэтому перестань быть эгоисткой и позволь мне уйти домой. - Ты гребанный шантажист, - рассерженно сказала Элинор, наблюдая за тем, как нормальная улыбка Августа превращается в усмешку. -Поклянись, что не будешь двигать указатель. - Если не я, то кто? Смысл играть?- Август!- Хорошо, я клянусь, что не буду двигать указатель, - согласился парень, но его голос не казался серьезным. Он вообще не верил в духов, призраков и, тем более, в то, что спиритическая доска работает. Август был скептиком, ему лишь хотелось понаблюдать за реакцией Элинор - способ развеять скуку. Девушка первые несколько минут все еще пыталась отговорить парня, найти альтернативное занятие, но Августу хотелось немного поиздеваться над ней, поэтому ни на что другое он не соглашался. Тогда у Элинор не было выбора - ей пришлось идти на чердак, конечно же, потащив вместе с собой парня, где она когда-то заметила этот ужасный предмет, завернутый в черную плотную ткань, словно какая-то ужасная вещь. Доска была старой, пыльной и принадлежала еще бабушке, в чьем детстве было не так уж и много забав. Они вернулись в гостиную и расположили деревянную доску на кофейный столик, обставив ее свечами по бокам. - Моя бабушка верила в духов и рассказывала много историй, связанных с этой доской, - тихо произнесла Элинор. - И что? - Август равнодушно пожал плечами. - Я слышал, что в 2003 году в Небраске семнадцатилетняя Мелисса Уитэйкер повелась после того, как попыталась вызвать собственный дух с помощью доски Уиджи. Ее преследовал доппельгангер и желал ее смерти. Элинор сглотнула, взглянув на парня испуганно-недовольным взглядом. В ее глазах снова появились едва заметные слезы, выдающие сильные эмоции страха. Она действительно очень боялась. - Какой же ты мудак! - она рассерженно толкнула его в плечо. - Тебе смешно?! Перестань смеяться сейчас же! - Если будешь меня бить, то скажу духу твое имя! - произнес Август, уворачиваясь от рук девушки. После такого условия, Элинор перестала бить парня, но все ещесмотрела на него тяжелым осуждающим взглядом. Он был доволен тем, как легко манипулирует Элинор. Прежде чем начать, как положено по правилам, они открыли окно. Оторожно положили кончики пальцев на деревянный указатель. Говорил Август, потому что Элинор была напугана так, что едва дышала. И это забавляло парня еще больше. - Дух, ты здесь? - вполголоса спросил он, пытаясь выглядеть как можно более серьезным. Ответа не последовало. Планшетка не шевелилась. Напряжение Элинор нарастало с каждой секундой - ей было страшно, что указатель сдвинется хоть на дюйм, поэтому пристально следила за пальцами Августа. - Дух, - снова хотел повторить Август, но указатель медленно пополз на слово «Да». Точнее, это парень его двигал, а Элинор была так удивлена, что даже не заметила этого. - Кто выиграет спор? - задал следующий вопрос он, смотря на то, как Элинор прикусывает нижнюю губу так, что она белеет. Он осторожно, прикладывая как меньше усилий, сдвинул планшетку на «т», а затем и на «ы». Взгляд девушки перешел на Августа. Элинор почти не сомневалась, что он издевается над ней, и это выводило из себя. Она, конечно, боится, но она не дурочка, чтобы верить такому. - Какой язык изучает Элинор? - понимая, что Элинор подозревает Августа, он задал такой личный вопрос, на который знал ответ благодаря Миссис Джентл. Выждав минуту, он так же осторожно повел указателем на «ф», «р» и «а», не рискуя двигать дальше из-за того, что Элинор не спускала глаз с его руки. - Ты двигала?! - для убедительности, Август попытался сделать напряженный вид, будто удивлен произошедшему. - Что?! Нет?! Я думала, это ты! - шептала она в ответ, чувствуя, как к горлу подступает страх.О, как сложно было Августу тогда не засмеяться! И даже сдержать улыбку - целое испытание. Он поразился наивности Элинор, тому, какая она доверчивая в стрессовых ситуациях. Словно маленький ребенок, она верила своим глазам и ушам. - Что нас ждет? - снова спросил парень, собираясь немного успокоить нервную Элинор, чьи побледневшие пальчики едва касались планшетки. Но указатель начал двигаться самостоятельно, сначала на «т», затем на «ь», «м», и, не закончив слово, он вылетел за пределы доски, а свечи внезапно потухли, оставив молодых людей в темноте. Это было настолько неожиданно, что даже Август почувствовал, как мелкие мурашки пробираются по его телу, бросая в легкую дрожь. Он не двигал указатель, и тем более это не делала Элинор, которая выглядела во время сеанса обессиленной и слишком напуганной, чтобы решиться на подобное.