Глава 9. Воспоминания

...Во тьме коридора, ведущего к комнате жреца, горели две алых искры...

С неслышными шагами он прошел в свою нынешнюю обитель. Свет не был нужен. Зачем? Священник всегда отлично видел в темноте.Рана на ладони наконец затянулась и Максимилиан ополоснул руки, перед тем, как завалиться на кровать.Жесткая деревянная койка встретила тело недовольным скрипом. Но ему не привыкать ни к жесткости ни к жестокости мира. Жрец с тихим хмыком закрыл глаза.

...Алые искры померкли оставляя комнату в полной тьме...

А в то же время, в своей постели, под роскошным балдахином и пуховым одеялом ворочался глава дома Чемберлейн. Мысли хаотично кружили в его голове, наотрез отказываясь позволить лорду уснуть.

... Воспоминания. Они и жестоки и красивы. И приятны и ужасны. Но даже собственная память порой может солгать и ввести в заблуждение...

Так же было и с Генри. Отрывки событий кружились в недрах памяти не в силах собраться в одну целостную временную линию.Каждый день бледнел, покрываясь блеклой дымкой забытия, как только наступал следующий.

"Будто бы мотылек однодневка, не вижу больше сегодняшнего дня."

Так частенько характеризовал себя сам юноша. Все же не зря фамильным гербом старинного дома Чемберлейн был мотылек...

...А обрывки памяти все кружились в безумном танце вырывая старые, давно загнанные в самый дальний угол, воспоминания.

Вот он стоит на могиле родителей. Льет дождь. Все в черном трауре. Но лишь малая часть пришедших действительно скорбит. Кто поверит в просто беспричинно перевернувшуюся карету? Даже ребенок не поверил. Он слишком ярко запомнил довольные улыбки на лицах старших.

Вспышка.

Теперь он стоит в мрачном и холодном кабинете. За окном все так же ливень. Мерцают вспышки молний. В кресле, за сухим деревянным столом, скрестив руки на него смотрит Персиваль Чемберлейн. Двоюродный дедушка. Старейшина. И его глаза, как два холодных меча безразлично пронзают юношу.

И рука сама тянется к местам, где раньше были застарелые шрамы. Следы "воспитательных работ".

И в опущенной голове эхом отдаются безразличные слова. "Слуги лишь расходный материал."Ледяной, как острая сталь взгляд сверлит опущенный затылок. Он не прогнулся. Не поддался. Шрамы были неотъемлимой его частью.

Снова вспышка.

И Генри просыпается в холодном поту. Все же от кошмаров и плохих воспоминаний не защищён никто, будь он юным гением или простой посредственностью. И он не исключение.

Судорожными глотками выпив воды Генри снова провалился в сон. На сей раз без видений. И все равно, даже эти кошмары сотрутся из его памяти...

...В темноте резко зажглись два алых огня...

Жрец поднялся на кровати шипя нецензурные ругательства, которые не пристало произносить слуге Божьему. Но Максимилиану было не до того, чтобы блюсти приличия, пусть лучше всеслышащие стены закроют уши.

Именно после таких ночных пробуждений он начал ненавидеть сны. Священник устало подпер голову руками прикрывая глаза, чтобы выцепить обрывки только что увиденных событий. В следующий миг он подскочил с койки быстро надевая рубаху и выскочил из комнаты.

Два алых огня с невозможной скоростью неслись по темным коридорам, будто бы точно зная конечную точку назначения.

С небольшим шорохом жрец затормозил прямо перед дверью в покои главы дома и навострил уши. Тишина. Неужели наконец-то обошлось?

...Генри вновь проснулся от резкого шума. Шороха разрезанного балдахина. Проснулся чтобы увидеть как в его сердце стремительно направляется что-то наподобие меча. Все что успел сделать юный лорд это перекатиться по простыне избегая этого удара. Благо, он не слишком часто прогуливал уроки фехтования. Но что-то подсказывало юноше, что убийца явно не махнет рукой провалившись лишь раз.

...С губ жреца все же сорвалась тихая брань. Рано радовался тишине. Максимилиан ворвался в покои без проблем распахнув дверь. Кинжал вонзился в кровать неподалеку от успевшего перекатиться лорда. Священник растянул губы в кровожадной ухмылке и метнулся к постели блокируя следующий удар.

—Оо, что я вижу, новая крыска пожаловала?-насмешливо протянул служитель церкви замечая недоумение ассасина.

Глаза горели в темноте алым огнем. Блондин с легкостью оттолкнул оружие наемника и перешел в нападение не позволяя тому опомниться.

Все произошло будто бы в одно мгновение. Несколько вспышек, лязг от ударов сталью о сталь. И подосланный убийца стоит на коленях придерживаемый легко улыбающимся жрецом. Будто бы он не победил ассасина, а достал кошку с дерева.

Лорд зажег свет.

—Разбираться, как ты здесь оказался так вовремя будем позже...

—Ва-аша светлость, сделайте скидку на то, что я вас спас.-наглый блондин пожал плечами и откинул распущенные волосы на спину.Так спешил, что не успел собрать их в хвост.

—Итак, крыска...-со все той же ленивой улыбкой священник наклонился к поверженному ассасину- Кто тебя послал?

В голове наемника было много мыслей. Но преобладали над беспорядочным роем недоумение и страх перед этим невозможным существом, что с милой улыбкой спрашивало о заказчике.

Алые глаза в лукавом прищуре смотрели прямо на незадачливого убийцу.

—Дьявол... Ты дьявол...

Это было все что смог прошептать побежденный, прежде чем обреченно закрыть глаза. Он понимает это, ему не сбежать. Когда собираешься убить, ты должен сам готов быть убитым...

—Пе...в... Че...йн...

Нечленораздельный шепот вылетел изо рта наемника, прежде чем его глаза закатились, а бездыханное тело упало на пол.

Жрец слегка двинул труп ногой и кратко подтвердил уже понятный факт.

—Мертв. Запрет.

—Неудивительно.

Юный лорд устало махнул рукой и сел на кровать собираясь с мыслями. Благо, когда нужно было быстро обработать поступившую информацию они не беспорядочно летали, а собирались в четкую и логически обустроенную систему. Закончив размышлять Генри вздохнул поднимая взгляд на зевающего священника.

—Полагаю, даже нет смысла обьяснять, кто заказчик.

—Естественно, ваша светлость.

Максимилиан усмехнулся подхватывая труп на плечо.

—Передам его рыцарям. Пусть избавятся и подумают над хорошим выполнением своей работы. Спокойной ночи, если вы конечно уснете.

Обронил блондин уже покидая комнату.Генри усмехнулся и выключил свет без сил падая на кровать. Это была действительно длинная ночь... Глаза юноши независимо от его воли закрывались.

А по коридорам особняка беззвучными шагами прошел человек со светящими кроваво-алым светом глазами.

Каково же было удивление охраны, когда проснувшись на утро они увидели перед своим постом бездыханное тело с запиской. "Выполняйте свою работу лучше."

Где то в поместье лениво усмехнулся один убийственно наглый жрец...