Сумбурный денек

 — Ммммм... Мобильный разрывал своим рингтоном тишину в номере. Судя по всему, он даже не пытался замолкнуть. — Что за... Схватив телефон, я сонно прогундела: — Алло. — Наааатаааааалиииии... Ну конечно, можно было и догадаться. Так может меня приветствовать только самый добрый, самый находчивый и самый лучший друг, но даже такой статус не освобождал его от ответственности. Чую, что этому самому другу сейчас ой как не поздоровится. — Савин, ты псих. — Сонно пробубнила я. — Темнова, сколько можно дрыхнуть? — Вдруг заорал он. — Так всю жизнь проспишь! — И ты хочешь сказать мне об этом... — разодрав глаз, я посмотрела на настенные часы, — в 8 утра по Корее? Ты рехнулся что ли? Женя как-то обиженно фыркнул в трубку. — Ну, знаешь ли, у кого-то 8 утра, а у кого-то уже 5 вечера, на секундочку. — Ну, Саааавин, ну не дуйся. — Промурлыкала я. — В конце концов ты знаешь, что будить меня — очень опасная штука. — Ооооода. — Заржал коллега — Я сразу вспоминаю Новый Год. Я закатила глаза. Если рассказывать, что случилось на Новый Год... То тут адекватных слов не хватит, чтобы описать все те бесчинства, которые мы тогда творили. Зато одно могу сказать точно — такого я больше не повторю! — Заткнись. — Рыкнула на него я и встала с постели. — Ну согласись, было весело. — Савин! — Все, я молчу. — Сказал он, и я представила, как Женя вскинул руки вверх. Да, вот так мы и живем, шутя и прикалываясь друг над другом. Наше общение с Савиным до сих пор непонятно многим, и многие думают, что мы... Кхм-кхм... Как бы вместе. Хах, смешные люди! Самое главное — что мы понимаем друг друга, а это говорит о многом.

***

Через несколько часов в эфир выйдет первый олимпийский выпуск всеми любимой программы. Стоит сказать, что над этим выпуском мы поработали знатно, и не успев облегченно выдохнуть, как настала пора снова приниматься за работу. Собственно говоря, этим мы и принялись заниматься с самого утра. Начальник яростно спорил с Трифановым и Заниным, и, честно говоря, мне их крики уже осточертело слушать. Еще чуть-чуть, и мои барабанные перепонки рванули бы к чертовой бабушке от напряжения, но слава Богу, что этого не случилось. — Тихо! Коллеги с округлившимися глазами уставились на меня. Ну достали уже, ей Богу! — Хватит орать! — Рявкнула я. — Своими криками вы не сдвинете работу с мертвой точки, а уж тем более ничего не добьетесь ими. Они все также шокированно смотрели на меня. Закатив глаза, я села на место и начала что-то чертить на листе. Господи, как же тяжело с этими мужиками, если бы ты знал! — Идите сюда. Коллеги склонились надо мной. Я предложила свою концепцию следующего выпуска программы, описывая все в ярких красках. Конечно, дискуссии были, но уже не такие громкие и эмоциональные. В конце концов, после совместного мозгового штурма мы пришли к единому мнению. — Ох, Темнова, — выдохнул Губерниев, — что же мы без тебя делали бы? — Кричали бы друг на друга, а потом — кровь, кишки, мозги... — Ну фу, Наташ. — Сморщил нос Дима-младший. — Что, правда глаза колет? — Подмигнула я и пихнула его локтем в бок. Губерниев и Трифанов захохотали, а Занин обнял меня за плечо и стал начесывать кулаком мою макушку. Визгу было немерено, но хорошо, что все хорошо закончилось.

***

Прекрасная атмосфера царила на стадионе олимпийского Пхенчхана. Диджеи разогревали публику своими сетами, в то время как спортсмены и остальные готовились к предстоящей гонке. Наша творческая бригада была на стадионе в полном всеоружии. Ну, как во всеоружии... Трифанов был в поисках еды, Занин смотрел МАТЧ ТВ, а остальные где-то удачно прохлаждались. В итоге на предгоночные интервью отправились я и Ваня Попов. (НЕТ, МЫ НЕ САМИ ОТПРАВИЛИСЬ! НАС «ЭЛЕГАНТНО» ОТПРАВИЛ ГУБЕРНИЕВ)! — Нет, Вань, ну ты понимаешь, — бухтела я, — прозябают они, а работать — нам.— Скоты ленивые. — Рыкнул он. — Я в следующий раз сяду и буду дурака валять, и пусть попробуют хоть прикопаться ко мне! Он сжал руку в кулак и со злостным лицом показал его мне. По его реакции было понятно, что ожидало этого «счастливчика», который потревожит Ваню, и у меня от страха заходили желваки. — Надеюсь, что это буду не я. — Прошептала я. Попов осекся и поправил камеру, которую он нес на себе. Я пожала плечами, улыбнулась, и пошла впереди него. «Я когда-нибудь прикончу этих чертовых мужиков! И не дай Бог в их числе окажется Бабиков!»

***

— Состав на женский спринт выставили более чем убойный: Ульяна Кайшева, Татьяна Акимова, Ольга Подчуфарова, Виктория Сливко, Екатерина Глазырина и Анна Никулина. — Шесть очаровательных девушек сегодня будут защищать наш родной триколор, ну, а за всеми событиями вместе с вами, дамы и господа, будем наблюдать мы — Дмитрий Губерниев и Наталья Темнова. — Мы всех приветствуем из солнечного Пхенчхана! Да-да, наш комментаторский тандем снова объединился для дачи ярких комментариев и поднятия патриотичного духа наших дорогих телезрителей. В эту трансляцию мы поделились самыми свежими новостями биатлонного мира, поговорили о потенциальных лидерах, и, конечно, не забывали о любимых перлах. — Ой-йо-йой, вы посмотрите, как свалилась Мари-Дорен Абер! — Заверещал Гу, тыкая пальцем в экран. — Просто рыбкой в снег полетела! — Да, тут конфигурация трассы такая, что здесь можно упасть, очень даже навернуться. Начальник смерил меня предупредительным взглядом, и я, откашлявшись, продолжила: — Ничто так не красит репортажи, как оговорка комментатора. Если вы считаете также, уважаемые дамы и господа, то попрошу об этом написать в самый позитивный инстаграм нашего покорного слуги. Посмотрим, сколько нас таких. — И, пожалуй, мы выясним это прямо сейчас, поскольку в прямом эфире появляется она — яркая, сочная, красивая... Реклама! Отключив микрофоны, Дмитрий-старший засмеялся и стукнул меня в плечо. — А ты молодец! Ловко выкрутилась, коллега. — Просто у меня потрясающий учитель. — Ответила я и подмигнула ему. Губерниев хихикнул и надел наушники, а это означало, что настала пора снова возвращаться в прямой эфир. Несмотря на то, что трансляция была относительно позитивной, на результаты это, к сожалению, никак не повлияло. Лучшей из наших стала Екатерина Глазырина с шестым временем, а подиум женского олимпийского спринта выглядел так: бронзу завоевала Доротея Вирер, второй стала Кайса Макарайнен, а Анастасия Кузьмина в третий раз подтвердила звание олимпийской чемпионки. Встречая россиянок возле микс-зоны, мы горячо поздравляли их и благодарили за проделанную работу. И как бы это странно ни звучало, но одна биатлонистка из этой шестерки стояла для меня особняком. — Оля! Она шла к нам на негнущихся ногах, и, подбежав к ней, я взяла ее под локоть. — Тяжело... — Крепись, моя девочка, крепись. Я чувствовала ее каменные мышцы, ее излишнее напряжение. Олино лицо кривилось от каждого шага, и, наверное, эти ужасные ощущения невозможно передать. Чуфи была готова заплакать, но она держалась молодцом, вцепившись в мою руку. — Подожди. Биатлонистка облокотилась об ограждение и часто задышала.

***

— Антон, ну это просто невыносимо! Они задолбали меня оба! Прогуливаясь по окрестностям Пхенчхана, я жаловалась Бабикову на своих неугомонных коллег, которые подкалывали меня по поводу и без. И как у них только зубы целы, я понять не могу? — Я тебе сказал, что разбираться с ними не буду. — Ну Антон, ну пожалуйста. — Нет, нет, нет. — Заулыбался брюнет. — Тебе с ними работать, а бояться они будут меня. — Да блин, где я так нагрешила в той жизни, чтобы надо мной так злостно издевались в этой? Антон, хохоча, потянул меня за руки, а я театрально захныкала. Чертовы девчачьи фокусы, к которым мне еще привыкать и привыкать! — А где я так нагрешил в той жизни, чтобы в этой мне досталась ты? — Ах так? Бабиков поднял меня и закружил вокруг себя. Я заливисто засмеялась, вскинув руки вверх, а через секунду оказалась в его крепких объятиях. — Когда я сказал слово «нагрешил», то имел в виду положительное значение. — Ой, вот теперь не отмазывайся даже. — Завредничала я. Бабиков прикусил мне губу, а я сильно стиснула его. — Хотя да, сатана ты та еще. — Улыбнулся он. — Вот, с этого и надо было начинать. — Также с улыбкой ответила я. Антон расслабился, и я, воспользовавшись случаем, толкнула его в сугроб. Его озадаченное лицо надо было видеть... Я сложилась пополам от всей этой забавной картины, но не думала, что расплата наступит именно сейчас. — Ну, Темнова, — еле слышно прошептал Бабиков, лепя снежок, — сейчас ты доржешься.

***

Возвращались мы в гостиницу мокрыми, уставшими, но счастливыми и довольные жизнью. Громко хохоча на весь холл, мы вели себя, как маленькие дети, и нам было все равно, что время было 10 вечера по местному времени. Поднявшись на этаж, мы плюхнулись на диван в коридоре и попытались отдышаться. — Господи, Антон, какие же мы психи. — Согласен, какой-же ты все-таки псих. — Засмеялся он. — Эй! Я толкнула биатлониста в плечо. — И это, кстати говоря, я тебе еще за сугроб не... — Бу-бу-бу, бу-бу-бу... Бабиков в одну секунду навис надо мной и завел руки за спину. — Решила со мной на нервах поиграть? — Скажи спасибо, что не на костях. Никогда бы не подумала, что Бабикова можно разозлить одной лишь язвительностью. И никогда бы не подумала, что за свой язык мне придется поплатиться. Видимо, все в этой жизни случается впервые. — Щас ты договоришься. — Шепнул Антон, и глаза цвета хамелеона заметно сщурились. «Дело-дрянь! Пора делать ноги!» — подумала я. Извернувшись, я с воплем побежала от парня прочь. Он рыкнул и устремился следом за мной. Мы носились по этажу, как ненормальные, и, в конце концов я сдалась возле своего номера. — Попалась! — Громко выдал он, и я дрогнула от прикосновения его рук. Я поджала губы. «Ну все, мне конец» — Наташа! — Антон! Мы огляделись по сторонам, и поняли, что конец придет нам обоим.

***

Через пару минут в моем номере восседали я, Антон, мои родители и... Его родители. Знакомство с родителями вообще очень щепетильная тема, и к ней надо подходить взвешенно и осознанно, но я не думаю, что знакомство с родителями моего парня в 10 вечера, а уж тем более на Олимпиаде выглядит потрясающей затеей. По крайней мере, такое знакомство можно занести в Книгу Рекордов Гинесса под названием «Самое оригинальное знакомство с родителями». Покосившись на Бабикова, я поджала губы и пожала плечами, показывая, как все нелепо выглядит. Он улыбнулся, взяв меня за руку. Перебирая его пальцы, я ощутила себя маленькой девочкой, которая находится под надежной защитой. Месяц назад я и подумать не могла о таком повороте событий, а теперь... Теперь я была самым счастливым человеком на планете Земля. — Спасибо тебе за все. — Шепнула я Антону на ухо. Смотря на наших родителей, я почувствовала легкое прикосновение губ и крепкое объятие от Бабикова, и в этот момент все стало абсолютно неважно.