13

Гер­ми­она оч­ну­лась под ут­ро. За ок­ном уже рас­све­тало. Она по­тяну­лась, под­ня­лась с кро­вати и ос­мотре­лась. На прик­ро­ват­ной тум­бочке об­на­ружил­ся пу­зырек с зель­ем. «Вы­пей ме­ня», — по­дума­ла Гер­ми­она, но опоз­нав его, как вос­ста­нав­ли­ва­ющее, ре­шитель­но вы­пила. Че­рез нес­коль­ко ми­нут сла­бость окон­ча­тель­но по­кину­ла ее. Она по­дош­ла к Гар­ри, ле­жаще­му на со­сед­ней кро­вати. Он по-преж­не­му спал глу­боким сном. Во вся­ком слу­чае, так ка­залось. Гер­ми­она ус­тро­илась на кра­еш­ке его кро­вати и неж­но про­вела ру­кой по во­лосам. — Про­сыпай­ся, Гар­ри, ты мне очень ну­жен, — про­шеп­та­ла она, — чес­тно ска­зать, мне страш­но. Не ос­тавляй ме­ня од­ну… Не по­лучив от­ве­та, ко­торо­го она и не жда­ла, де­вуш­ка не спе­шила ухо­дить. Взяв дру­га за ру­ку она при­нялась га­дать: «По­лучи­лось или нет? И что по­лучи­лось? Смо­жет ли Гар­ри вы­тес­нить ду­шу Вол­де­мор­та или хо­тя бы как-то ужить­ся с ней?» Со­вер­шенно не­осоз­нанно Гер­ми­она гла­дила его ла­донь паль­цем. «А вдруг он в ко­ме? В той кни­ге ни­чего не бы­ло ска­зано о том, как уз­нать, все ли хо­рошо… Мо­жет сто­ит поз­вать кол­до­меди­ка? Но вдруг он рас­позна­ет две ду­ши в од­ном те­ле? Об этом ведь ник­то не дол­жен знать рань­ше вре­мени. И по­сове­товать­ся не с кем… Раз­ве что… Мал­фой!» Ак­ку­рат­но вер­нув ру­ку дру­га на кро­вать, де­вуш­ка ти­хо вста­ла. Пос­ле ри­ту­ала она так и ос­та­лась в том ба­лахо­не. «Все рав­но не знаю, где моя одеж­да», — мах­ну­ла ру­кой Гер­ми­она и выш­ла за дверь. В до­ме еще все спа­ли, и она ре­шила пой­ти на кух­ню, рас­су­див, что тот, кто прос­нется пер­вым, то­же ту­да при­дет, и она смо­жет уз­нать, что про­ис­хо­дило, по­ка она спа­ла. Тем вре­менем Гар­ри Пот­тер, или не сов­сем Гар­ри Пот­тер, или сов­сем не Гар­ри Пот­тер, раз­мышлял… «Ка­жет­ся, я все еще здесь. Ти­хо так… Но по­чему я не мо­гу уп­равлять те­лом?» — пос­ле про­валь­ной по­пыт­ки от­крыть гла­за по­думал Вол­де­морт, — «Зна­чит, Пот­тер то­же здесь… Но по­чему я не чувс­твую его при­сутс­твия? В чем под­вох?» — он ус­лы­шал ти­хое шур­ша­ние, но, пос­коль­ку зре­ние ему по­ка бы­ло не дос­тупно, как и про­чие дви­жения, прис­лу­шал­ся. Скрип­ну­ла со­сед­няя кро­вать. Кто-то вы­нима­ет проб­ку из пу­зырь­ка. Пь­ёт. Под­хо­дит бли­же. Са­дит­ся на его кро­вать. Про­водит ру­кой по во­лосам. «При­ят­но… Что?! Ни­ког­да рань­ше ме­ня не по­сеща­ли по­доб­ные мыс­ли от фи­зичес­ко­го кон­такта… Мо­жет это не мои эмо­ции? Ра­дость?! Да что та­кое?» — воз­му­щен­но поду­мал Вол­де­морт, но тут ус­лы­шал го­лос. Гер­ми­она зва­ла Гар­ри. «Гар­ри!» — пе­ред­разнил он про се­бя де­вуш­ку, че­го в жиз­ни не де­лал, — «А и прав­да, где Пот­тер? Не веч­но же так ле­жать! Пот­тер, ты здесь?» — от­ве­та не бы­ло. — «Раз так, при­дет­ся зав­ла­деть этим те­лом», — зло­рад­но по­думал тем­ный маг и сос­ре­дото­чил­ся, что­бы по­шеве­лить ру­кой, ко­торую так кста­ти дер­жа­ла де­вуш­ка. Ни­чего не выш­ло. «Да чтоб те­бя! Со­сед не от­зы­ва­ет­ся, и это ме­ня не расс­тра­ива­ет. Те­ло не слу­ша­ет­ся… По­пыта­юсь еще раз!» — Тем­ный Лорд про­дол­жил тщет­ные по­пыт­ки, а Гер­ми­она, так ни­чего и не за­метив, выш­ла из ком­на­ты. Грей­нджер, вы­пив уже третью чаш­ку чая, на­конец-то ус­лы­шала ша­ги. В кух­ню вош­ла Нар­цисса. — Доб­рое ут­ро, мисс Грей­нджер. Как вы се­бя чувс­тву­ете? — Доб­рое ут­ро, мис­сис Мал­фой. Спа­сибо, хо­рошо, — по­вис­ла па­уза, ко­торую са­ма же де­вуш­ка и на­руши­ла, — но я не мо­гу по­нять, как там Гар­ри. Он спит и ни­как не ре­аги­ру­ет на внеш­ние раз­дра­жите­ли. Вы смо­жете про­вес­ти ди­аг­ности­ку? — она с на­деж­дой пос­мотре­ла на жен­щи­ну. — Я, приз­нать­ся, не боль­шой спе­ци­алист, да­вай­те луч­ше дож­демся Се­веру­са, — нем­но­го пок­ри­вила ду­шой Нар­цисса, ко­торой очень уж не хо­телось свя­зывать­ся лиш­ний раз с Лор­дом. «А ес­ли что не так? Пусть луч­ше Снейп раз­би­ра­ет­ся. Ма­лодуш­но, трус­ли­во, но за­то семья не под­вер­гнет­ся опас­ности по­нап­расну!» — по­дума­ла она. — Он дол­жен ско­ро быть. Вновь пос­лы­шались ша­ги, и на кух­не по­явил­ся Дра­ко. По­желав всем доб­ро­го ут­ра и на­лив се­бе чаю, па­рень по­ин­те­ресо­вал­ся сос­то­яни­ем Грей­нджер и Пот­те­ра. Выс­лу­шав от­ве­ты он спро­сил: — Мам, а что те­бе из­вес­тно про Узы? — Узы — это очень ред­кая связь, как и го­ворил твой отец. Они воз­ни­ка­ют са­ми по се­бе, ког­да двое лю­дей — не обя­затель­но па­рень и де­вуш­ка, пре­одо­лева­ют вмес­те мно­го пре­пятс­твий. Ко­торые очень пре­дан­ны друг дру­гу и ни­ког­да да­же мыс­ли не име­ли о пре­датель­стве. Ког­да оба го­товы от­дать свою жизнь за жизнь дру­гого не на сло­вах. В лю­бой мо­мент, не раз­ду­мывая. Ес­ли же это раз­но­полые лю­ди, то в боль­шинс­тве слу­ча­ев их еще свя­зыва­ет лю­бовь, — Гер­ми­она пок­расне­ла и от­ча­ян­но за­мота­ла го­ловой. — Гар­ри мне как брат! — воз­му­тилась она. — Да­же, ес­ли они и не сра­зу это осоз­на­ют, — улыб­ну­лась Нар­цисса, — но это не­обя­затель­но. Ес­ли бы не Узы, вы, мисс Грей­нджер, не смог­ли бы про­вес­ти ри­ту­ал. Вы бы да­же к ро­дово­му кам­ню не смог­ли прит­ро­нуть­ся — ма­гия бы не поз­во­лила. — Да­же лю­бопыт­но, че­рез что та­кое вы прош­ли с Пот­те­ром, и по­чему У­из­ли, ко­торый во всем учас­тво­вал с ва­ми, смог уй­ти? — Уй­ти он смог, ви­димо, по­тому что сом­не­вал­ся. В глу­бине ду­ши, — от­ве­тила мис­сис Мал­фой. Гер­ми­она же ду­мала о том, что, мо­жет быть меж­ду ней и Ро­ном за­вязы­вались по­доб­ные Узы, поз­же под­креп­ленные зель­ем: «По­луча­ет­ся, что ес­ли бы Рон ос­тался, то Узы мог­ли сфор­ми­ровать­ся ина­че? Или нет? Да уж, те­перь от­ве­та не бу­дет… Но мать Мал­фоя пра­ва, у ме­ня ни­ког­да не воз­ни­кало мыс­ли о пре­датель­стве, и я всег­да бы­ла го­това от­дать жизнь за них дво­их… Рань­ше — за них дво­их. Те­перь ос­тался толь­ко Гар­ри», — она нак­ру­чива­ла ло­кон на па­лец. — Грей­нджер, ты с на­ми? — прер­вал ее мыс­ли Мал­фой. Она кив­ну­ла. — Мо­жет по­делишь­ся ва­шими прик­лю­чени­ями? Всег­да хо­тел об этом уз­нать. Осо­бен­но ин­те­ресу­ет, как Гриф­финдор на первом курсе нес­пра­вед­ли­во обо­шел наш фа­куль­тет за пять ми­нут на пи­ру. Гер­ми­она улыб­ну­лась. — Со сто­роны дей­стви­тель­но выг­ля­дело нес­пра­вед­ли­во. Мо­гу и рас­ска­зать. Те­перь это все уже не име­ет осо­бого зна­чения. Ду­маю, ты и сам не за­хочешь об этом рас­простра­нять­ся. И Гер­ми­она рас­ска­зала пос­те­пен­но обал­де­ва­ющим Мал­фо­ям, чем имен­но они за­нима­лись на про­тяже­нии шес­ти лет. За раз­го­вора­ми вре­мя про­лете­ло не­замет­но, и нас­ту­пил пол­день. — Пой­ду про­верю, как там он, — ска­зала Гер­ми­она и выш­ла. Ком­на­та, в ко­торой они спа­ли, бы­ла за­лита сол­нечным све­том. В го­лове Пот­те­ра бы­ло не спо­кой­но. Вы­дох­ший­ся от бес­по­лез­ных по­пыток уп­равлять но­вым те­лом Вол­де­морт на вре­мя за­тих. За­то про­яви­лось соз­на­ние Гар­ри. Сам Пот­тер пред­став­лял се­бе это так: в боль­шом прос­торном по­меще­нии, по пе­римет­ру об­став­ленном книж­ны­ми пол­ка­ми, рас­по­ложе­ны два ди­вана. На од­ном си­дит Вол­де­морт. За ним его книж­ные пол­ки, хра­нящие все вос­по­мина­ния и весь опыт тем­но­го ма­га. Ди­ван нап­ро­тив за­нима­ет Гар­ри, а за его спи­ной, на та­ких же пол­ках — его опыт и вос­по­мина­ния. Меж­ду ни­ми — проз­рачный и неп­ре­одо­лимый барь­ер, ко­торый не ме­ша­ет об­щать­ся. Двое нас­то­рожен­но смот­рят друг на дру­га. — Те­перь мы оба здесь, — на­рушил ти­шину Пот­тер. — Нам на­до до­гово­рить­ся, ведь ни один из нас не хо­чет уй­ти. Ну­жен ком­про­мисс, ина­че не вы­дер­жит мозг. Это ты соз­дал барь­ер? — На­вер­но. Не­осоз­нанно. Я не мо­гу по­шеве­лить те­лом. — Я то­же. Я про­бовал, и не на­до так на ме­ня смот­реть! Я, меж­ду про­чим, ощу­щаю фи­зичес­ки то же са­мое, что и ты, и мне не удоб­но так ле­жать. Кро­ме то­го, я хо­тел бы ос­мотреть­ся, но все, что мне сей­час дос­тупно, — это слух. — Как и мне. — Убе­ри пе­рего­род­ку. — Как? — Ты ее соз­дал. Пред­ставь, что ее нет, — по­жал пле­чами об­раз Вол­де­мор­та. — По­дож­ди. А что ес­ли это за­щита? Мы ведь еще не до­гово­рились… — Воз­можно, ты прав. Так да­вай до­гова­ривать­ся. Не вре­дить и не пы­тать­ся из­ба­вить­ся друг от дру­га. Я бы пред­ло­жил по­оче­ред­ный кон­троль над те­лом. — Вот уж нет! — Хо­тя бы до тех пор, по­ка мы не на­учим­ся де­лать это вмес­те. Это те­перь на­ше те­ло, не за­бывай. — Лад­но. Сог­ла­сен не вре­дить и учит­ься уп­равлять вмес­те. Поп­ро­бую те­перь уб­рать эту шту­ку. Толь­ко Пот­тер зак­рыл гла­за, что­бы пред­ста­вить, как барь­ер па­да­ет, в ком­на­ту кто-то во­шел. «Гер­ми­она. Грей­нджер», — опоз­на­ли оба. Де­вуш­ка поч­ти сра­зу на­чала го­ворить, и Гар­ри с ин­те­ресом наб­лю­дал за эмо­ци­ями Вол­де­мор­та, осо­бен­но, ког­да под­ру­га взя­ла его за ру­ку или пог­ла­дила по го­лове. Это бы­ла смесь ужа­са и дет­ско­го вос­торга. Ее друг пре­бывал в той же по­зе, в ка­кой она его ос­та­вила. Де­вуш­ка вновь усе­лась на край его кро­вати и, взяв за ру­ку, ре­шила все же с ним по­гово­рить. Пусть он и не мо­жет от­ве­тить, но, мо­жет быть, он ее слы­шит? — Гар­ри, воз­вра­щай­ся. Я знаю, что ри­ту­ал про­шел пра­виль­но. И вы оба те­перь в тво­ем те­ле. Но ведь те­бе это не впер­вой? Ты же всю жизнь жил с частью ду­ши Вол­де­мор­та. Так что же те­перь из­ме­нилось? По су­ти — ни­чего. Те­бе уже по­ра прид­ти в се­бя. Мне не хва­та­ет те­бя. Я знаю, что все бу­дет хо­рошо, чем бы это не за­кон­чи­лось… Вмес­те, а вы те­перь, хм… — од­но це­лое… Мер­лин, как по-ду­рац­ки это зву­чит! Ты не один… Вот же… — она ус­мехну­лась, — на­до тща­тель­нее вы­бирать сло­ва, но, ду­маю, ты по­нял, что я име­ла вви­ду. Я с то­бой. И я уве­рена, что не я од­на го­това те­бя под­держать. Лю­бопыт­но, а как те­бя те­перь на­зывать? Гар­ри? Том? Вол­де­морт? Гар­ри­морт? Вол­де­гар? — ве­сели­лась она, втай­не на­де­ясь вы­вес­ти из се­бя часть ду­ши Вол­де­мор­та и тем са­мым при­вес­ти его в чувс­тво, — для ме­ня ты так и ос­та­нешь­ся Гар­ри. Прос­то Гар­ри, — не удер­жавшись, она вновь про­вела ру­кой по его во­лосам, — зна­ешь, мне всег­да ка­залось, что вы как две час­ти од­но­го моз­га. Ты — как пра­вое по­луша­рие, у те­бя от­менная ин­ту­иция, а Вол­де­морт — как ле­вое. Сог­ла­сись, что ло­гика и ана­лиз — не твои силь­ные сто­роны. И ес­ли сле­довать мо­ей ана­логии, то те­перь, ког­да мозг соб­ран, все на­ладит­ся. Гар­ри, я жду те­бя. Воз­вра­щай­ся ско­рее! Кста­ти, я бы­ла бы ра­да, ес­ли бы ты пе­ренял у Вол­де­мор­та его силь­ные сто­роны: ос­то­рож­ность, ра­зум­ность, це­ле­ус­трем­ленность и, как бы стран­но это не зву­чало, — лю­бовь к се­бе. И бы­ло бы хо­рошо, ес­ли бы он так же пе­ренял у те­бя то хо­рошее, что есть в те­бе: пре­дан­ность, спо­соб­ность дру­жить, доб­ро­ту и, по­жалуй, нем­но­го са­мо­от­вержен­ности… Нем­но­го по­мол­чав, де­вуш­ка вслух воз­му­тилась: — Ну где же Снейп! — Я здесь, мисс Грей­нджер, — раз­дался го­лос за спи­ной. — Прос­ти­те, про­фес­сор Снейп! — она вско­чила с кро­вати и по­вер­ну­лась к не­му ли­цом, — ме­ня всег­да вос­хи­щала ва­ша спо­соб­ность воз­ни­кать вне­зап­но ря­дом. А вы… дав­но здесь? — Я толь­ко во­шел, — она вздох­ну­ла с об­легче­ни­ем, но пос­мотре­ла не­довер­чи­во. «А вдруг он все слы­шал? Наш­ла я вре­мя…» Дверь сно­ва от­кры­лась, и в ком­на­ту вош­ли Мал­фои. — Как он, Се­верус? — вы­разил об­щее бес­по­кой­ство Лю­ци­ус. — Я смо­гу уз­нать, как толь­ко мисс Грей­нджер со­из­во­лит отой­ти в сто­рону и даст мне воз­можность встать бли­же. Гер­ми­она под­ви­нулась. Снейп, сде­лав нес­коль­ко пас­сов па­лоч­кой, про­из­нес за­мыс­ло­ватое зак­ли­нание. — Они оба здесь и слу­ша­ют нас. Сос­то­яние... ор­га­низ­ма — нор­маль­ное. — Но по­чему он... они не ше­велят­ся, про­фес­сор? — Вы в сво­ей ма­нере, мисс Грей­нджер, не мо­жете удер­жать­ся от воп­ро­сов. Но спро­сите луч­ше нап­ря­мую. Они слы­шат нас. Гер­ми­она отче­го-то пок­расне­ла. Но, соб­равшись с си­лами, про­из­несла: — Гар­ри! — ей по­чуди­лось, что ру­ка ше­вель­ну­лась. Она ог­ля­делась и, не най­дя нуж­но­го, об­ра­тилась, — про­фес­сор Снейп, я ут­ром вы­пила зелье, ви­димо, оно бы­ло для Гар­ри. Это бы­ло ук­репля­ющее. У вас есть еще? Снейп мол­ча вы­нул пу­зырек и про­тянул ей. Де­вуш­ка ак­ку­рат­но вы­тащи­ла проб­ку и вли­ла в те­ло Пот­те­ра. Гар­ри за­каш­лялся и сел. — Лю­бого, кто сей­час на­зовет ме­ня Гар­ри­мор­том, за­пытаю до смер­ти, — в сочетании с при­выч­ной гар­ри­ной улыб­кой на ли­це эти сло­ва, проз­ву­чав­шие то­ном Вол­де­мор­та, соз­да­вали жут­кое впе­чат­ле­ние, — и где мои оч­ки?