17 глава

Честно говоря, Амон ожидал пробуждения в кабинете Корректора, где тот будет бушевать по поводу понимания, что значит «быть тише воды». На удивление, он проснулся в медпункте, в той же комнатушке-ширме, что и вчера. Это пробуждение не было таким мучительным, как в прошлый раз, и даже не сразу вспомнил о своих ранах. Однако не было никаких следов того, что его закололи. Нет ни следов ран, даже его форма была совершенно целая и чистая. Печально лишь то, что он уже не так сильно этому удивляется, как должен был.

А ещё печально то, что в скором времени декан Стен, определённо приведёт в действие свой план по его расчленению, потому что Амон не представляет, как объяснить произошедшее на кухне так, чтобы не выглядело, будто он виновен в этом. Он даже самому себе не может с полной уверенностью сказать, что это не его вина. Да, не он начал драку, но до этого ведь клялся, что не будет вмешиваться. С другой стороны, он решил помочь троллям, но теперь они вряд ли этому рады. В конечном счёте, его вина в том, что всё вылилось в такие масштабы. Возможно, если бы он не вмешался, всё закончилось бы тем, что эти двое набили друг другу шишки и разошлись. Но это кажется маловероятным.

Пока что до него доносились обрывки разговора в раздражённых тонах. По голосам смог узнать декана и директора, которые спорили между собой.

- Вставай давай! Я знаю, что ты проснулся! — крикнул Стен, резко обрывая свои разбирательства с директором.

Отлично, декан уже злой, а он ещё не придумал, как будет оправдываться перед ним.

Со вздохом, принимая свою нелёгкую судьбу, Амон слез с койки и, отодвинув в сторону полотно ширмы, вышел в коридор лазарета. Пройдя ряд таких же ширм-кабинок, он предстал перед двумя мужчинами и медиком Мег, с которой успел познакомиться вчера. Слегка пухленькая женщина с кучерявыми каштановыми волосами до плеч и добрым взглядом карих глаз. Стен, скрестив руки на груди, перевёл взгляд с Горганома на него. Увидев, что его глаза стали жёлтого цвета, Амону захотелось очутиться где-то очень далеко, но точно не здесь. А директор посмотрел своим изучающим неморгающим взглядом, от которого ученик понурил голову.

- А ну-ка, в глаза смотри! — неожиданно рявкнул Стен, что Амон испуганно отшатнулся от них.

- Ну, честное слово, — закатил глаза директор. - Мы же только что говорили на эту тему.

- Я не собираюсь отходить от своих принципов, в особенности после всего, что натворила эта катастрофа!

- Не больше вашего в этом возрасте.

- Я ничего подобного не устраивал! К вашему сведению, во время обучения ко мне не было ни одной претензии по поведению.

- Значит, потом решили нагнать? — спросил Горганом, усмехнувшись декану, отчего тот растерявшись умолк. - Мы уже выяснили все, что произошло на кухне. Зачем накручивать его таким способом?

- Значит, теперь можно наплевать на нарушение всей дисциплины школы, погроме на кухне, сорванном ужине и удивительному стремлению убиться до того, как пробудится дар? — не собирался сдаваться Стен.

- О нет, я уверен, что вы придумаете удивительно запоминающееся наказание, которое отобьёт раз и навсегда желание повторить подобное. Но сейчас можно отпустить, чтобы он хорошенько обдумал последствия своих действий.

- Хочу заметить, что он только начал отрабатывать наказание, и что из этого вышло? Прежде чем отпустить, я хочу услышать, что он скажет в своё оправдание, — произнес декан, глядя на Амона.

И что ему сказать? Что влип в очередную историю и с ним это происходит с нарастающей интенсивностью и то ли ещё будет?

- Эм, ну... а чего он взбесился? — попробовал дать поворот теме Амон, на что Стен шипя закатил глаза.

- Ничего особенного, — начала объяснение Мег, которая до этого молча наблюдала за происходящим. - У Джина пробудился дар от накала эмоций, из-за чего он потерял над собой контроль. Такое иногда бывает, если дар силён, а владелец не подготовлен. Но тебе очень повезло, что он имел не слишком хорошее понимание о своих возможностях, иначе не стал бы баловаться запуском предметов, а применил что-то более разрушительное.

- Я думал, что они просто дерутся, — признался, опустив взгляд.

- А потом бегал, как испуганный кролик по всей кухне, отличная стратегия. Возвращайся к себе и чтобы до завтра не слышал о твоём существовании, — заявил декан и стремительно покинул помещение.

Амон вопросительно посмотрел на директора и, после одобрительного кивка, сделал то же самое. Но ещё одно испытание его ожидало впереди. Двигаясь по линии пути в общежитие, ощутил по полной, что значит, когда все обращают внимание на твоё существование. Все, исключительно все, кого он встретил по пути, провожали его долгими, изучающими, иногда удивлёнными взглядами и стоило им оказаться у него за спиной, начинали обсуждение его персоны.

Ещё было ничего, пока один из особо щуплых низких парнишек, с ужасом не отпрыгнул от него. Его, что, теперь за какого-то психопата принимают? Хотя как по-другому? Как бы он воспринимал человека, если бы тот натворил всё, что он совершил?

Оставалось ускорить шаг и, глядя на носки ботинок, молиться о быстрейшем окончании пути. Благо, теперь маршрут не был похож на лабиринт, как в первые дни. Забежав в комнату и захлопнув дверь, Амон облегчённо вздохнул. Но, встретив взгляд Амиля, понял, что поторопился. Похоже, он не избежит лекции о последствиях своих поступков.

- Знаешь, я ведь долго думал, что следует мне сказать, — начал на удивление спокойно Амиль, сидя за столом и, кажется, что-то выписывая до этого момента с книги.

- Правда?

- Правда, целый час на это потратил, выставляя по пунктам все претензии. Даже составил рекомендации о том, как избежать в будущем таких происшествий.

- И как успехи?

- Это всё настолько меня взбесило, что я решил найти дзен и относиться ко всему происходящему как к неизбежности судьбы.

- И?

- Первая же мантра взбесила. В общем, не жди от меня всеохватывающего понимания. Но, как упоминал, я решил найти дзен, а потому на всё забил и решил сделать задание по травоведению. Итак, что произошло на кухне? — поинтересовался уже мирный и обычный Амиль.

- Я всё расскажу, но есть ли у тебя вода? У меня жутко пересохло горло, — попросил Амон, падая на кровать.

Многострадально вздохнув, Амиль вышел из комнаты и вскоре вернулся с кувшином воды, двумя стаканами и несколькими бутербродами на парящей в воздухе тарелке. Точно, у него уже пробудился магический дар.

Осушив стакан воды и занявшись поеданием бутерброда с ветчиной, Амон рассказал всё, что произошло с ним. Амиль внимательно слушал, а потом удивлённо спросил:

- Как это всё проходило сквозь него?

- Вот так. Он словно призрак проходил через всё, становясь этим странным оранжевым туманом, но при этом удары его вполне ощутимы, а в глазах горел настоящий огонь. Медик сказала, что он потерял контроль над собой из-за пробудившегося дара.

- Это что угодно, но не пробудившейся дар, — сказал уверенно Амиль. - Магический дар пробуждается одинаково — эффект маг-шока. Могу поверить, что он потерял над собой контроль, особенно если пробуждение связано с эмоциями. Но никогда не было, чтобы при этом проявлялись какие-нибудь способности.

- Да? Ты в этом совершенно уверен?

- Вообще-то, я сам прошёл через пробуждение, — упрекнул его сосед, немного обиженно. - Я отлично понимаю, на что это похоже.

- И на что?

- Твоё тело переполняет энергия и полная эйфория. Кажется, что ты способен сокрушить горы при желании. Весь мир приобретает небывалую яркость. И не только это, ты слышишь лучше, видишь дальше и чётче. Все ощущения накалены. Я тогда три дня не спал, настолько избыток энергии и эмоций. Конечно, как говорила Катерина, всё взрывается от одного прикосновения, но потом яркость снижается, и ты начинаешь ощущать, откуда течёт энергия, — Амиль указал на точку под грудью, солнечное сплетение. - Пробуешь контролировать, как она проходит через всё твоё тело, переходит в мир, создавая заклинания. И когда ты полностью контролируешь это, мир возвращается в обычное состояние до пробуждения. Это очень необычное и запоминающее событие в жизни. Ты начинаешь воспринимать себя и мир как маг.

- Но, что тогда произошло с Джином? — спросил Амон, поражённый рассказом друга. Значит, и его это ожидает?

- Это похоже на способности чистокровных магов, которые не зависят от пробуждения дара. Но я никогда не слышал о подобных. Ты же видел глаза декана Зеуса? — начал сосед, не увидев пониманию услышанного другом.

- Они становятся жёлтыми, когда он злится.

- Не только это. Чистокровные маги, и в особенности наследники, имеют способности, связанные с кровью их рода, идущего от Основателей клана. Основателем клана «Золотой Змеи» был Зеус, который прославился как Укротитель Змей. По легенде, он победил огромного Золотого Змея, что обитал в пустыне и нападал на караваны, встреченные на пути. По совету мудреца, направившего его на бой, Зеус выпил кровь змеи, смешанную с её ядом. Три дня бился в агонии, но когда она прошла, он преобразился. Его глаза стали как у змеи, ему больше не был страшен яд и понимал их язык. Змеи прислуживали ему как повелителю. Это общая черта наследников клана «Золотой Змеи». У каждого клана есть подобные способности и легенды. Но, как я говорил, никогда не слышал о таких, как у Джина.

- Может, это относящиеся только к его семье?

- Возможно, но подозрительно всё это. Лучше сделать вид, что ты не знаешь о его способностях.

- Отличная идея, — согласился Амон.