8 глава

Когда говорилось об экскурсии по школе, Амон ожидал, что их просто проводят по кабинетам, в библиотеку и в другие помещения. Но их, попросив надеть пальто, вывели из здания, удивив поразительно большой территорией. Куда ни посмотри, вокруг них тянулся золотом укутанный сад-лабиринт, в центре которого находилось гигантское дерево. Оно поражало размахом кроны, которая прикрывала меньшие деревца, окружавшие его вдоль подъема холма.

Несмотря на холодную осень, сад утопал в буйстве красок, словно неуклюжий художник разлил золото и красу. Особенно постарался над этим гигантом. Как такое огромное дерево могло существовать? Отсюда оно казалось больше здания школы, а ведь оно не маленькое. Какое же оно вблизи? А если стоять у ствола, видно-ли будит небо? Какой будет ковер опавших листьев? И вообще, какого размера будут листья?!

Амону так захотелось очутиться в саду, самому всё рассмотреть и потрогать на реальность.

- Нравиться? - улыбнулся белокурый куратор, увидев реакцию первокурсников. - Это внутренний сад школы. На этой территории можно свободно передвигаться, развлекаться и вообще отдыхать. Здесь установлены специальные климатические заклинания и не смотря на значительное северное расположение школы, довольно умеренная погода. Ни холодной зимы, ни жаркого лета, и, конечно, цветущая весна. Никто не пострадает от обморожения, ни от солнечного удара. Большое дерево, которое конечно завладело вашим вниманием, тот самый Первый Дуб из рассказов детства. Как помните, его посадил основатель клана «Мраморные Львы», когда решил построить школу. Да, действительно, было применено заклинание, чтобы он так вырос, но я его не знаю, - опередил он вопросы. - А теперь, если посмотрите справа от школы, увидите мерцающую крышу ботанического сада.

Все дружно уставились в направлении руки куратора. А ведь и правда, если присмотреться, то в солнечном цвете блестит стеклянная круша купола, напоминающего продолговатую теплицу больших размеров. К ней вела просторная мощенная дорога, по которой прогуливались школьники.

- Ботанические сады - одна из гордостей школы. В них собраны все магические травы и растения из мира Изначального и Магического. Сады были установлены при открытии школы и с тех пор не только собрали большую коллекцию, но и занялись селекцией новых видов растений. Эти растения широко используются не только в зельеварении, но и в повседневной жизни. Ну кого не лечили Мотузкой Желтой? - улыбнулся старшекурсник, а остальные ответили согласными смешками. - Если вы посмотрите, то с этой площадки можно увидеть три дороги. Одна из них ведет в сады, вторая прямо к Первому Дубу, затем огибает его и приводит к спортивному залу, а затем расходиться к Зверинцу и Хрустальному Водопаду. Третья дорога, ведущая влево, направляется к площадке для магических поединков и классу боевой магии. На первом курсе, у вас правда еще не будет там занятий, но можете приходить посмотреть на показательные поединки старшекурсников в конце семестра. Вы ведь про них слышали? Очень захватывающее зрелище. Надеюсь, вы придете поболеть за меня.

Зверинец вы посетите на днях, на уроках монстроведенья и магических существ. Вход в него без разрешения учителей и без их сопровождения запрещен. И не стоит думать, что вас это не касается. В Зверинце собрано множество монстров, и даже если они под охранными заклинаниями, они все равно остаются опасными существами, угрожающими жизни людей. Зачем они нужны на территории школы, спросите вы? С большинством из них вы больше нигде не столкнетесь, но это не повод не знать, как они выглядят и как от них защищаться. Кроме того, Зверинец в большей степени имеет сохранительную функцию. Некоторых особей осталось единицы во всем мире. Например, только у нас в школе уцелела последняя пара лавовых грифонов. Есть большие надежды, что они дадут здоровое и живучее потомство. Разведение их - большая и почетная ответственность. Хрустальный Водопад - поразительное зрелище, которое мы обязательно посетим. А пока отправимся к Первому Дубу, чтобы вблизи увидели весь его потрясающий рост.

Класс не спеша последовал за белокурым куратором, что продолжал рассказ об особенностях внутренней территории школы. Амон уже не так внимательно слушал, как в начале. Он сделал большой вдох холодного осеннего воздуха, пытаясь уловить окружающие запахи. Но этого у него не получилось, он лишь почувствовал отдаленный аромат ели, хотя их поблизости не было видно.

Мороз кусал пальцы, заставив вспомнить о позабытых перчатках и натянуть на подбородок кусачий шарф. Никто не замерзнет, говорите? Как бы не так, холод вполне ощутим.

Амон разглядывал живую стену-кустарник, оторвал один пожелтевший лист и крутил его в руках, пытаясь разглядеть прожилки. Смотрел на школьников, что проходили мимо них.

Определённо старшекурсники. Во какой у них поразительный рост, словно команда баскетболистов. Все одеты в одинаковую чёрную форму, и почти каждый имеет перо-серьгу — принадлежность клану. Некоторые носили амулет в виде головы льва поверх пальто. Амиль, наверное, говорил о них — клане "Мраморных Львов". Значит, и ему, когда-то придётся сделать свой выбор?

А вот будет ли он у него?

Амона словно окатила холодная волна воздуха, заставив поёжиться от осознания. Возможно ничего не будет если он ничего не сделает. Не впишется в судьбу этого мира.

Что это вообще может значить? Вписывают в книгу, в список, в благодарственную речь. Но как можно вписаться в судьбу? И как с неё могут стереть? Используют для этого ластик?

Он посмотрел на часы. Этот жёлтый цвет... Не сказать, что он любил его раньше или ненавидел, и к часам нормально относился и к жизни тоже...

Секундная стрелка всё продолжала двигаться, подгоняя минутную. Да, жизнь движется, несмотря на всё, а он почему-то лишний во всём этом. Лишний, которого нужно стереть и забыть. Как такое может быть? Ведь он существует, живёт, прямо сейчас. Дышит, думает, идёт, ощущает осенний ветер, предвещающий скорую зиму. Чует древесный запах леса и размерный голос куратора.

И вот всё это может в один момент пропасть для него? По взмаху руки? Когда его сотрут...

Как такое можно принять? Это ведь совсем как...

Даже перемещение между мира и обучение в школе магии легче понять и поверить, чём в такое. Потому что осознать, что твои четырнадцать лет жизни ничего не значили, практически нереально. Что тебя сочли Лишним, вот так просто.

Столкнувшись с кем-то, Амон, пошатнувшись, пришёл в себя, обратив внимание на реальность. И в тот же миг его пихнули, заставив отойти на несколько шагов. Подняв голову, он встретил взгляд, полный неприязни и презрения. Этот парень, такой же, что был вчера. Хотя русый, да и ростом поменьше, но всё равно, смотрящий на него так, словно он ничего не значил. Как же эти маги начинают его бесить.

- Совсем не смотришь, куда идёшь? Не мог дорогу уступить? — возмутился парень с недовольным видом, отряхивая одежду.

Амон осмотрелся вокруг. Может быть, он и шёл совершенно машинально, не задумываясь об окружении, но так же верно, что дорожка была очень широкой, а он был почти у самой живой изгороди, и его можно было спокойно обойти по центру. Тогда как ему нужно было уступить дорогу? Влезть в кусты?

- А сам не мог этого сделать? — спросил Амон, сдерживая поднимающееся раздражение из-за мгновенно упавшего настроения.

- Че? Я уступил дорогу? Тебе? — в ответ получил полный презрения взгляд.

- Да, мне. Это было так много? - Амон сжал кулаки.

Парень подошёл ближе, смотря на него свысока.

- Да ты хоть понимаешь, кто перед тобой, ты мелочь несуразная?

Мелочь несуразная? Мелочь?

- Набирают всех подряд, а затем такая мелочь думает, что чего-то значит, раз поступила в школу магии. Вот только это не так, и тебе стоит побыстрее понять, где твоё место.

- И где же моё место?

- Как будто оно существует для такого никчёмного, как ты.

Был слышен только свист - свист слетевшего здравомыслия и кулака, влетевшего прямо в челюсть.

То, что произошло дальше, Амон слабо помнил. В ушах звенело, а взгляд, как будто заволокла красная пелена ярости и гнева. Он не мог сказать, на кого был направлен его гнев: на ситуацию, Корректора или Судьбу, в которой не нашлось ему место. Но легче всего было направить его на противника перед собой, и в этом бушующем гневе не нужно было думать и беспокоиться о том, что с ним будет дальше и что делать. Достаточно было только бить. Бить до того самого момента, пока нарастающая тьма не поглотила его.