Глава XX. По дороге в Вестбриг

Стремительное, разрушительное ощущение падения. Пространство сузилось до одной точки, ноги устремились вниз, утягивая тело Честера глубоко-глубоко по тонкой пелене воды. Труба изнутри никак не подсвечивалась, потому её светло-голубые блики быстро пропали, уходя во тьму.

— Астор! Астор, ты тут? — отчаянно прокричал сновидец, ощутив, как нарастает скорость падения. — И как я... Куда я лечу?!

Кричать было бесполезно, пентестер больше не отвечал. Чейз сгруппировался. Заскользив по воде, он предположил, что внизу был ещё один бассейн. А может, даже городское водохранилище? Наивно и оптимистично верить в то, что внизу его не ожидает неминуемая смерть, но кто запретит верить в лучшее?

Тем более, что сила мысли человека имеет власть над магией слов и способна обратить любое проклятье вспять. Вера и только она подчиняет действительную реальность. И сновидец крепко верил, что был в силах изменить свою судьбу.

«Астор обещал мне поход до города Вестбриг. — Юноша вспомнил тот самый цветочный город, в котором проклятие разрушили две любящие души. Личная карта Хельги и Дина Хинн. — И если это не Вестбриг, то... где я?».

Труба резко поднялась. Стало светло, переливы голубых граней сильнее налились водой, которая душила Честера, попадая в рот, заливая лицо. Когда стало невыносимо душно, верх трубы исчез. Она резко превратилась в горку и выплюнула Чейза в пропасть.

— Нет! — закричал юноша, но не отчаялся.

Он пролетел уже слишком далеко, не успел схватиться в последний момент. Это его не остановило. Это всё происходило не больше, чем в голове, в LUCID. Чейз выпустил костяные иглы и развернулся в полёте, сделав рывок ногами в сторону трубы, как если бы перепрыгивал невидимое препятствие с помощью опорного вольта. Нет невозможного. И действительно, его руки нащупали перилла. пробежав по воздуху, сновидец наконец-то приземлился обратно на трубу. Со скрежетом, пластик подался его усилиям и разошёлся под когтями, как масло под ножом.

Экзоскелет Чейза сработал безотказно, и юноша вновь спускался по резвому потоку синей воды. Горка, огромная и длинная, поднимала его выше над городом. Ощущался холод. Честеру с трудом удавалось сделать вдох. Сновидец чувствовал, как быстро билось сердце в его груди, как оно стучало в ушах. Чувствовал, как ослабли ноги, хотя они тоже обратились в голубой сияющий скелет. Таким юноша обязательно выживет. Корсет не позволит погубить жизнь того, кого с таким трудом воскресили.

Хруст. Когти оказались настолько острыми, что раскроили и оторвали часть горки. Кусок пластика остался на изменённых пальцах Честера, а потом слетел из-за резкого порыва ветра. Сновидец закричал ещё до осознания, что он снова падает. Всё, что Чейз видел — водоворот из форм и красок — слилось в несколько быстро бегущих линий.

Замерцав глитчем голубых и красных пикселей, перед глазами загорелся интерфейс:

«Чейз! Это я. Не бойся, внизу безопасно! Чейз?», — с одышкой кричал ему Хинн. Какой-то посторонний звук перебивал его голос. Верно, то был мальчишеский крик возмущения. Кажется, пентестер погнался за Лео и даже поймал его, когда тот скатывался с горки.

— Астор, твою мать! — Чейзу удалось воскликнуть лишь это. Несколько раз он больно ударился о бока горки, а затем резко пронёсся по поверхности воды, как брошенный лягушкой камень. Она захлестнула его щёки, попала в нос и уши, и наконец-то промочила насквозь одежду и волосы.

Сновидец видел как тонул, но не мог даже пальцем пошевелить. Эта синяя жижа, словно яд, сковала его, парализуя. Чейз открыл глаза, когда оказался уже совсем глубоко. Он вспомнил, что любил плавать. Как старший брат учил его нырять и постоянно прикалывался над ним, окуная в воду. Вспоминал длинные косички младшей сестры. Какая большая семья у них была, как дружно они жили. И обжигающее солнце, вечный бронзовый загар его кожи. Крис не увидел лиц своей семьи, но он почувствовал их любовь. Молитвы, которые они посылали, надеясь, что душа его давно покоится в Авалоне. Сейчас он услышал слова матери: «Спи сладко, мальчик мой». Слова старшего брата, более резкие. Он был обижен, словно Крис не покинул их, а бросил специально: «За что? Почему ты ушёл? Почему бросил меня?!».

И множество шепчущих голосов. Каждый раз, когда обсуждали его мёртвое, захороненное тело, каждый шепоток Чейз слышал через тонкий голос этой холодной воды.

«Я не хотел бросать вас... Я не специально, клянусь», — снова и снова, громко до невозможного, он посылал эту мысль обратно к своим родным. Он слышал тягучий тон, как из глубины отвечает кто-то страшнее. Кто-то двухметровый, с порванной душой и ярко-фиолетовыми крыльями.

Пурпурная сфера заблестела перед глазами Честера. Наверное сегодня, в этом сне, ему суждено умереть снова.

Несколько минут Чейз ощущал смешанные чувства: от мягкости чужих губ, до твёрдых рук, едва не ломающих его настоящие, и так пережившие многое, рёбра. Чейз пришёл в себя только на серой брусчатке, когда Астор откачал его и повернул на бок. Изо рта утонувшего моментально вылилась вся отвратно-синяя жидкость. Откашлявшись от её остатков, юноша сгорбился над лужей мокрым силуэтом. В глазах стояли слёзы, они капали с носа, а в горле скопился солёный ком. Его лёгкие болели, а уши всё ещё были переполнены водой. Двое сидевших рядом людей неустанно повторяли какой-то вопрос, но Честер не понимал ни слова. Он тряхнул головой. Один раз влево, второй вправо. Из левого уха потекла тонкая струя, очерчивая челюсть, а затем очистилось и другое. Чейз помнил, что не стоило прикасаться когтями к лицу. Порезов с прошлого раза ему было достаточно.

— Как я рад, что ты жив... Как я рад. — Наконец, ему удалось услышать Астора. Пентестер погладил друга по спине и сел поближе. Он обнял его сначала осторожно, но затем крепко сжал. Тактильное признание в любви. Так обнимают, когда сильно дорожат человеком. И Честер обнаружил, что тянется в ответ.

— Простите... Я правда... Просто хотел поиграть. — Рядом, также сидя на коленях, рыдал Лео. Сейчас он казался меньше и слабее. Он уже не выглядел бесстрашным героем, а всего-лишь ребёнком десяти или двенадцати лет. — Мама разрешила взять свою пластину на сон час. Я... Я был так рад, что на мой сервер зашёл новый игрок!

— Вот зараза мелкая! Чуть не убил моего друга! — но Астор был озлоблен. Его одежда намокла от объятий с Честером, однако это его не волновало. Хинн испугался за Ньюэлло. Он не станет делать поблажки тому, кто едва не разрушил весь его мир.

— Он просто ребёнок, Астор. Не кричи, — но Честер нашёл в себе силы, чтобы это остановить. Он, правда, не узнал своего охрипшего голоса, но попытался прочистить горло, чтобы звучать более привычно. — Какой реалистичный мир... Я почти умер. Здесь детям небезопасно. Ты почему тут один играешь, Лео?

— Но... Это карта моего брата! У него много таких, которые... Интересные. Она просто очень старая. Здесь нет системы безопасности.

— Это карта Сэма Ричардсона, — серые глаза Астора блеснули, словно молнии на грозовом небе. — Ты, Чейз, всего второй день работаешь сновидцем, а уже несколько раз оказываешься в смертельной опасности. — Столько слов, столько правды, но Хинн не спешил отстраниться. Он видел в Честере своего Криса. Видел самого близкого человека, самого дорогого друга, пусть и по сети.

А Чейз видел Астора очень мстительным и обозлённым тантийцем, обиженным на весь мир. Он не помнил его, но истинный облик Астрин вызывал нежные чувства. Ощущение безопасности, которое чувствовалось сейчас, в этих сильных намокших руках.

— Лео, ты кто? — спросил сновидец, когда все поднялись и поплелись с пристани к центральной площади. Дорога была недолгая, но идти стало тяжело: Астор всё ещё держал Чейза под руку, помогая ступать. Солнце светило прямо над ними и нагревало одежды, потому троица смельчаков почти успели высохнуть. Волосы Чейза распушились от большого количества влаги, кончики начали виться и пышным облаком накрыли его лицо и повязку.

— Я — Лео Ричардсон. Мне почти двенадцать лет! Я живу с мамой и папой в Нью-Летбриге. Я часто ночую у старшего брата, его зовут Сэм, он директор. Он вот делает... вот эти пластинки и... — на одном дыхании пробормотал ребёнок и в конце показал на переносицу.

Теперь Чейз осознал, что этот дримерс действительно принадлежал Сюзанне, второй жене Ника Ричардсона. Этим утром директор LL несколько раз вспоминал, что обещал забрать брата с ночевой к себе, так как его родители собрались лететь во Францию, к родственникам.

— Второй отпрыск Ричардсонов, — кивнул Астор на мальчика, но на вопросительный взгляд друга не повернулся. Он шёл с ними, но смотрел то на свои ноги, то вперёд, на меняющийся горизонт. Ему было тяжело пересекаться взглядами с Ньюэлло. — Вот Сэм, конечно, обрадуется, что мы его нашли. В кавычках.

— Астор... — но Чейз поспешил узнать. — А ты в порядке?

— Эм, да, конечно. Это ж не я почти не утонул, а ты! Думай больше о себе, балбес.

— Ты так и не проснулся? В смысле... — Честер нахохлился, словно злой попугайчик. — Зачем мы идём в Вестбриг, если ты умираешь?! Я сейчас живой, а ты уже можешь... Не допущу! — Честер намеренно остановился. Остальные повторили это.

Астору пришлось обернуться. Он всё же посмотрел другу в глаза. Сочувственно и нежно.

Однако, затем уже Лео подбросил несколько своих вопросов:

— Астор, давай я тебе читы поставлю? Сделаем эту карту безопаснее. Это старые разработки брата. Ну и... Я совсем немного их изменил, и...

— То есть этот дурацкий сервер смертельно опасен, потому что ты украл у директора LL сраные моды?! Маленький гений! — не было понятно, говорил это Астор с восхищением или же осуждал мальчика, но чувства точно были смешанными. — Мне надо, чтобы ты попробовал меня кикнуть отсюда. Сам не выйду... Я в сети уже сорок третий час. К тебе смог зайти, потому что искал Чейза. — Хинн поднял кусочек цветной ткани. Он сжал его в руке крепко, показав неосознанно, насколько дорожил ей, как подарком. — Его повязка привела меня сюда...

— Мне мама только два часа разрешила торчать в Люцид, а ты... Такой крутой! — восторженно протянул Лео, но затем осунулся. Будь у него уши, как у маленького волчонка, они бы сейчас точно прижались к голове.

— Лео! Это не круто. Тело через два дня сна сильно обезвожено, — Чейз успокоил себя, что должен накричать на мальчика, чтобы тот точно не повторил печальный опыт парня-хикикомори, вечно сидевшего взаперти в своих уютных четырёх стенах. — И Хинн... Он может умереть в реальном мире. Кикни его! Кикай сейчас же!

Мини-Ричардсон кивнул, разогнался и как треснул ногой по ноге Хинну. Несчастный юноша завыл от боли и схватился за колено, чертыхаясь:

— Ты что творишь?!

Но вокруг него действительно появились окошки. И все были с предупреждением, что админ сервера делает последнее предупреждение.

— Чейз, и ты! Пинай его!

— Что?!

— Пинай его, только так выгнать можно! Нужно, чтобы предупреждений стало так много, чтобы система сама выкинула Астора!

— Чейз, когти... — Астор испугался. Вдруг Честер забыл о своём аватаре? Однако, тот не успел среагировать, и пнул его, встав сзади. Он попал по мягкому месту, точно куда хотел, ниже поясницы. — Эй, один раз! Ребята, хватит!

Но сколько бы они не пинали Хинна, тот лишь обрастал окошками с предупреждениями, и ничего другого не происходило. Как вдруг, после яркой вспышки, и Астор, и всё вокруг слилось в одну огромную брезжащую воронку.

LUCID отключил всю троицу от сети.

Это, наверное, был первый раз, когда после выключения у Чейза остался включен экзоскелет. Первое время он крутился и пытался осознать, что вновь стоял в магазине одежды, но отражение в зеркале настойчиво навязывало мысль, что юноша всё ещё спит. Только спустя некоторые усилия, волей мысли он смог сосредоточиться на своих пальцах. Однако, аватар никуда не пропадал, и острые когти скелета были тому неоспоримым подтверждением.

Он подумал, что зря не узнал у доктора Дирка, как отключать защитный механизм корсета и понял, что сейчас даже голографон из кармана при желании не достанет — разорвёт ткань только что купленного костюма или поранится.

Лео рядом не было. Погружаясь в сон, человек телом остаётся там, где подключался. Нужно срочно найти директоров и разобраться, почему LIMB[12] не отключился сразу после пробуждения.

[12] — «Лимб», полная расшифровка: "Lucid Interface for Mimic Bodies". Стабилизатор фантомного тела для мимиков.

Чейз сорвался с места и выбежал в коридоры торгового центра. Никого. Снова это повторялось! То и дело звучала сирена пожарной безопасности и сообщение: «Тревога! Просьба покинуть здание через эвакуационные выходы».

На местных часах три сорок пять, значит, в отключке он пробыл около получаса. Сновидец без задней мысли побежал к лестницам. Он поднялся на четвёртый этаж, где должен был встретиться с Зигмундом и Сэмом у входа в мексиканский ресторан. Адекватнее было бы отправиться на выход, но Честер доверился интуиции. Сердце скребло мыслью, что с директорами случилась беда. Но оказаться на улице со включённым Лимбом было также небезопасно, как оставаться в здании во время пожарной тревоги.

Признаков задымления юноша не обнаружил и надеялся, что ему повезёт, что это всего-лишь учения. Могли быть варианты хуже, но задумываться о них не хотелось.

Как только Чейз выскочил на этаж, он почти сразу вписался в высокий тёмный силуэт. Сэм отодвинул сновидца от себя сильными руками и посмотрел ему в глаза.

Глубокая рваная рана от когтей пересекала левую щёку Ричардсона. Кровь чёрными пятнами окрапляла бирюзовую футболку. Пиджак был уродливо порван и пропитан соком из ран. Сэм потряс Чейза за плечи и осмотрел его. Не экзоскелет смутил директора LL, он проверял были ли у юноши зрачки.

— Слава Богу, ты очнулся. — Ричардсон крепко сжал Честера в объятьях и отпустил кивая куда-то в сторону лестницы. — Нам срочно нужно поймать Зи.

Сэм напрягся. Морщинки между бровей стали заметнее. Казалось, он был готов сжать Чейза и сломать его в своих руках от того, с каким волнением он держал его. В воздухе пахло кровью, мокрым ковролином из-за сработавшей системы пожаротушения и маслянисто-мясной ноткой из ресторана неподалёку. Этот запах, как олицетворение страха, вызывал тошноту и слабость в животе. Он будет преследовать Чейза в кошмарах.

— А что с вами? Где Зигмунд?..

— Ты погрузился в сон и ранил Зи. Гранд реагирует на кровь и на острую боль. Он обратился. Торговый заполонили мимики, полная эвакуация. Люди не должны понять, что произошло.

— Я ранил Зи?.. — Честер побелел и осунулся. Он думал, что не способен на такое. Он не помнил, что наделал, и от этого было ещё страшнее.

— Нам нужно найти его, Чейз. — Сэм кинулся в сторону и побежал вниз по лестнице. — Быстро вниз!

Чувство вины и отвращения к самому себе захлестнули Ньюэлло, но он направился следом. Не присутствие мимиков напугало его, а мысль, что он потерял контроль над собственным сознанием. Он ранил человека.