8 глава. Продолжаем.

Через пару дней Гарри сходил в кабинет директора, чтобы забрать мантию-невидимку, а также бузинную палочку. Затем забрал диадему Равены Рейвенкло. На выходных пробрался в сейф Беллатрикс Лестрейндж и забрал чашу Хельги Хаффлпафф, ко всему удивлению он смог аппарировать туда и оттуда. На тех же выходных Гарри под мантией-невидимкой пробрался в Малфой-менор. Пришлось повозиться, чтобы найти дневник Тома Реддла, но это того стоило. На следующий день Певерелл отправился в Лютный, чтобы купить нужные для камня ингредиенты, а также зелья и пару артефактов.

Чтобы начать создавать камень, пришлось ждать Рождества, ведь для его создания потребуется несколько дней. 25 декабря близнецы Уизли подарили Гарри много сладостей и два красивых незамысловатых браслета с обычными, можно сказать, игрушечными аксессуарами в виде дракона, котика, волка, цветочка. Гарри же был очень счастлив. Кто бы мог подумать, что такая мелочь заставит его так искренне и ярко улыбаться. На их подарок Поттер поцеловал близнецов в щёки — Фреда в левую, а Джорджа в правую. Певерелл подарил близнецам серьги-гвоздики с изумрудами и сапфирами, а также приглашение от банка Гринготтс на проверку крови. Гарри хотел, чтобы они приняли титул Лорда Прюэтта, неважно кто из них. Близнецы в знак благодарности не скупились и просто захватили Гарри в свои объятия. Также Фреду и Джорджу очень нравилось возиться с волосами Поттера. То и дело заплетали ему косички или делали какую-нибудь оригинальную причёску, которая подходила мальчику безоговорочно. Гарри рассказал, что собирается создать философский камень в Выручай-комнате и пригласил близнецов поучаствовать в ритуале. Те, конечно же, согласились. И какого же было их, всех троих, удивление, когда у них получилось создать камень даже лучше Фламеля.

Через месяц закончилось разбирательство над Дамблдором, которого признали сумасшедшим и отправили в Мунго на пожизненное заключение в "белой комнате" с тщательным надзором. Конечно, не без помощи Гарри, что поколдовал над советом, выносящим приговор, пока они разговаривали с ним, так как дедушка являлся его опекуном. На место директора встала Минерва МакГонагалл. И уже в феврале Гарри отдал директору философский камень, ведь его нужно вернуть его владельцу. Минерва не знала, что ответить, ведь это был именно тот предмет, который они так тщательно прятали.

После урока ЗоТИ, что был последним на сегодняшний день, Гарри подождал пока все уйдут, а затем последним направился к двери, чтобы закрыть её.

— М-мистер П-поттер? Что-то с-случилось? — Квиррелл заметно занервничал, но старался этого не показывать. Гарри лишь улыбнулся и подошёл к нему. На него смотрел уже не профессор, а Волдеморт. Поттер заглянул в свою сумку и стал вытаскивать из неё знакомые мужчине вещи. И с каждым следующим выражение лица Квиррелла становилось всё более вытянутым. Сначала Гарри снял с шеи медальон Салазара, после из сумки вытащил дневник, затем диадему Равены, потом чашу Хельги, после неё последовал камень. Яркий, прозрачного кровавого цвета, с огромной магической концентрацией.

— «Это мой тебе подарок, Том. Кольцо заберёшь сам. Надеюсь, ты оставишь меня в покое, не убивая. Я тебе зла не желаю и ты не желай. Надеюсь, дальше ты сам справишься?» — улыбаясь, мысленно обратился Гарри к Волдеморту. А затем развернулся и ушёл, не дожидаясь ответа от профессора.

После этого Гарри со спокойной душой отправился в гостиную, чтобы оставить вещи и отправится на обед. Наконец-то, теперь он может не боятся за эту жизнь. Близнецы уже ждали его, а после отправились в Большой зал. Как всегда было шумно, а близнецы Гриффиндора рассказывали Гарри новую штуку для шалости. Поттер улыбался им, передавая мысленно, что будет ждать, когда они её ему покажут. Сев за стол, мальчик почувствовал на себе пристальный взгляд и резко обернулся куда-то в сторону преподавательского стола. Не увидев там ничего подозрительного, Гарри ещё немного повертел головой, но то чувство уже пропало. Съел он немного, как обычно. Но как только они встали из-за стола, Гарри пошатнулся. Фред и Джордж обернулись, чтобы подождать друга, но тот истекал кровь из носа, глаз, ушей и рта.

— «Почему..?» — промелькнуло в мыслях перед тем, как он потерял сознание и упал на каменный пол мёртвым телом.

Неизвестный яд, основой которого являлся яд василиска. Снейп не смог спасти Гарри. А Волдеморт всю оставшуюся жизнь был благодарен этому мальчику.

***

— Сколько можно... Сколько ещё раз мне нужно умереть, чтобы вы насытились зрелищем? — Гарри очнулся в своём пятилетнем возрасте, стоящий перед плитой. Он был зол. Нет, не так, он был в гневе. Он злился на Смерть, Магию, Судьбу и Время за их "дар", о котором он не просил.

Все вновь прожитые жизни были до безумия абсурдны, в некоторых местах нелогичны, и просто ужасны.

— Почему завтрак ещё не готов!? — прокричала Петунья, войдя в кухню. Ох, как зря. Не вовремя она появилась.

Гарри искоса посмотрел на неё. А затем всё вокруг мальчика вспыхнуло пламенем. Адский огонь в виде огромного Василиска за секунду охватил весь дом. Дурсли, как обычные люди, естественно, погибли с ужасающей болью во всём теле. Одежда Гарри тоже сгорела и ему пришлось трансфигурировать её из образовавшегося пепла. Надев чёрные брючки, белую футболку и светло-зелёную кофточку, он босиком пошёл на улицу по сгоревшему чёрному полу, пачкая стопы. Огня уже не было, впрочем как и дома с его жильцами. Хоть и было раннее утро, но также было и воскресенье, поэтому на улице никого не было. Кроме внезапно появившихся на лужайке дома номер 4 трёх людей в мантиях. Поттер, не сопротивляясь, позволил им поднять себя на руки, а затем аппарировать. Место было красивым. Сад цвёл розами всех цветов, особенно сильно ему понравились кусты чёрных бутонов. Особняк высотой в три этажа с очень высокими потолками был серого цвета. Внутренний интерьер был выполнен со всеми правилами стиля XVI(16) века. Гарри всю дорогу откровенно пялиться, выказывая поворотами головой толику восхищения, что не скрылось от мужчин. Зайдя в гостиную, мальчика посадили на мягкий диван. Мужчины сняли капюшоны мантий и Гарри увидел Снейпа, что выглядит намного моложе того, что Гарри помнил, Малфоя, который был точно таким же, и Крауча младшего, с менее безумным взглядом, который был на четвёртом курсе Гарри в первой жизни. Увидев Крауча, Гарри немного удивился, но остался со своим бесчувственным выражением на лице. Это напрягало Снейпа, что смотрел за мальчиком, как бы тот не убежал или не натворил чего.

— Так, с этим разобрались, осталось либо дождаться возвращения Лорда, не знай когда, либо найти его самим, не знай где, — призадумался Люциус.

— Ты же знаешь, что зелья поиска на него не действуют. Самим нам его не найти, — констатировал Северус.

— Он в Албании, — произнёс Гарри, бесцельно разглядывая свои маленькие ладошки.

— Что? — все трое тут же посмотрели на мальчика.

— Он плавает бестелесным духом в лесах Албании, — ответил Поттер, посмотрев на мужчин своими мёртвыми болотными глазами.

— Это правда? — задал вопрос Малфой.

— Откуда ты знаешь? — спросил Снейп.

— Мне нет смысла вам врать. Я связан с ним, — Гарри указал на шрам, отвечая на последний вопрос, хотя это была правда лишь на половину.

— В этом... Есть смысл. К тому же, проверка не повредит, — кинул платиноволосый и вышел из помещения, направившись в сторону своего кабинета.

— Тебя ведь Гарри зовут? — поинтересовался Крауч, сев на корточки перед мальчиком.

— Да, — ответил он своим миленький голоском. — А вас? — конечно Гарри знал, как его зовут, но не спросить в ответ — признак дурного тона.

— Зови меня Барти, — улыбнулся он.

— Приятно познакомиться, — Поттер тоже хотел улыбнуться, но не вышло, не было никакого настроения даже насильно приподнимать уголки губ.

Северус, что сидел в кресле, вот уже час наблюдает, как сумасшедший Крауч-младший играет с маленьким Гарри в "ладошки". Кто бы мог подумать, что Барти нравятся дети. Для Гарри это тоже было в новинку. Впервые кто-то обращается с ним, как с обычным ребёнком. Снейп, когда мазнул взглядом по Поттеру, заметил, что его стопы чёрные. Потом он вспомнил, что дом сгорел, а мальчик вышел к ним босиком. Зельевар заклинанием почистил маленькие ножки, а затем наколдовал ему тёплые и мягкие чёрные носочки-котики с зелёными глазами и розовым носиком, откуда шли белые усики. Они очень понравились Гарри.

— Спасибо, — в прострации буркнул мальчик.

— Я думал, тебе не нравятся дети, — усмехнулся Барти, держа ладошки Гарри в своих.

— Не нравятся, но это не повод оставлять ребёнка с босыми ногами, — брезгливо ответил Снейп, а Крауч повернулся обратно к малышу, разглядывая его ладошки с пальчиками.

— Какие маленькие, — вслух произнёс он. — Почему ты такой маленький? — спросил мужчина, посмотрев в такого болотного цвета глаза, что даже зрачки расплывались.

— Не знаю. Я мало ем, — ответил Гарри.

— А сколько это "мало"? — уточнил Барти.

— Когда как. Если повезёт, могу съесть объетки со стола, а когда наказывают, то не ем несколько дней, — Гарри очень хорошо помнил всё, что делали с ним Дурсли, причём во всех жизнях.

— Что? — Снейп тоже был в шоке от такого ответа.

— А почему... Тебя наказывали? — спокойно, но с запинкой спросил Крауч. Хотя внутри у него всё начало кипеть от злости.

— Ну... Я сам толком не знаю... Когда я выполнял работу по дому плохо... Или когда Дадли, мой кузен, сваливал на меня случайно разбитую посуду или любимую вазу тётушки, хотя это всё он сделал. Иногда, когда я получал в школе хорошие оценки за тесты, а Дадли — нет. Когда тёте не нравилось, как я постриг газон или в клумбе выдёргивал сорняки, а она сказала, что это её цветы. Было много причин, чтобы наказывать меня, но большинство избиений было просто так, или когда у дяди был тяжёлый день на работе, — рассказал мальчик, вспоминая все избиения и крики родственников. Снейп же увидел несколько воспоминаний мальчика, потому что Гарри не удосужился закрыть свой разум щитами. Забыл, видимо. Лицо Барти, к удивлению Гарри, было очень злым.

— Северус, можно как-то воскресить этих ублюдков, чтобы я мог их убить, хорошенько помучив Круциатусом? — спросил Крауч у зельевара, повернув голову со страшным лицом в его сторону.

— К сожалению, нет, Барти, увы, — ответил Снейп с лицом-кирпичом, но сжатые до белых костяшек кулаки выдавали насколько он сам был зол на этих ублюдков-маглов. — И убери это лицо, ребёнка пугаешь, — а ребёнку не было страшно. Он был шокирован такой реакцией своих недоврагов. Но Барти быстро перевёл его внимание на себя.

— Хей, Гарри, умеешь играть в шахматы? — весело поинтересовался Барти.

— Да, немного, — кивнул мальчик.

Крауч призвал волшебные шахматы и игра началась. Они играли вот уже какое-то время и Снейп от нефиг делать наблюдал за ними. И был поражен, когда Гарри произнёс:

— Шах и мат.

— Ничего себе! И это ты называешь "немного"? А я ведь гений, что на отлично сдал все двенадцать СОВ! — похвалил он Гарри, а затем и себя немного.

— Северус, Барти, я нашёл его! — нежданно, негаданно в гостиную ворвался улыбающийся Малфой. — Собирайтесь, мы сейчас же отправимся! — обрадовал друзей белобрысый мужчина и вновь скрылся за дверью.

— Ох, ну вот, а я ещё партейку хотел сыграть, — тяжело вздохнул Крауч, но неожиданно на его голову опустилась лёгкая ручка мальчика.

— Мы ещё сыграем, когда вы вернётесь, — потрепал он Барти по волосам, а последний очень удивился, хотя ему это понравилось.

— Какой же ты миленький! — внезапно светловолосый обнял мальчика. — Ну, что за лапулька!?

— Барти, ты же его задушишь! Отпусти, кому говорю! — приказал Снейп, подойдя к ребёнку и странному мужчине, хотя ему только 24, так что он ещё не мужчина, впрочем как и Северус, которому 26. Зельевар отобрал мальчика у друга и посадил его обратно на диван, а Крауча он подхватил за руку и повёл к выходу из поместья.

— Неееет! — кричал Барти, не хотя уходить от маленького чуда.

— Господи... А ведь только первый день пятой жизни... Если с ними останусь, что же будет..? — на самом деле Гарри даже был заинтригован. Такой Крауч ему явно нравился больше, чем тот, сумасшедший. Хотя этот тоже головой явно тронулся.

— Гарри, чтобы тебе не было скучно, пока нас нет, хочу тебе представить своего сына Драко, — в гостиную вошли два платиноволосых человека. — Драко, это Гарри Поттер, — представил сыну Люциус знаменитого Мальчика-который-выжил.

— Правда? — восхищённо произнёс Драко.

— Да. Драко, будь вежлив с Гарри и не заставляй его скучать. А нам с Северусом и Барти пора. Вернёмся ближе к вечеру, надеюсь, — сказал он и, потрепав сына по голове, ушёл.

— Приятно познакомиться, — меланхолично произнёс Гарри, смотря на старого нового друга. Поттер по нему очень скучал.

— Мне тоже! Поверить не могу! — Драко подсел к Поттеру на диван. — Мне мама про тебя рассказывала! Ты знаменитый в нашем мире, ты знаешь?

— Да, знаю, но я не считаю это чем-то выдающимся. Просто не умер от убивающего заклятия. Как по мне, это не естественно и странно, — и это было правдой. Почему же Гарри тогда, ещё в первой жизни, не умер? — К тому же, разве ты не должен быть на стороне Тёмного лорда?

— Да, но это не мешает мне подружится с тобой, разве нет? Иначе бы тебя здесь не было, — ответил Драко, улыбнувшись. Гарри ему очень понравился. Он показался ему очень спокойным и рассудительным, а это хорошие качества для человека и особенно для чистокровного. От мыслей Малфоя младшего отвлёк внезапный крик кита.

— Ой, — Гарри схватился за свой живот. Только сейчас он понял, что не ел ни просто целый день, воспоминания о вчерашнем дне этой жизни говорили, что он и тогда не ел.

— Ты хочешь есть? — спросил Драко, на что Гарри кивнул. — Пойдём, я тебя накормлю! — Малфой взял нового друга за руку и повёл за собой по неизвестной дороге.

Пришли они в столовую. Обед был только через пару часов, но эльфы всё равно приготовили им еду, ведь слово господина — закон. Поэтому вдоволь насытившись, не без проверки на зелья и яды, конечно, в этом плане Поттер стал параноиком, всё-таки в последний раз умирать было очень больно, они с Драко пошли в его комнату. Точнее Малфой просто потащил его за собой. Там Драко показал все свои игрушки, метлу для маленьких волшебников и ещё много чего. Но больше всего Гарри заинтересовали книги, что стояли у Драко на полках.

— Драко, можно? — указал он пальчиком на книги, обернувшись к другу.

— Конечно! Бери, что хочешь! — улыбнувшись, разрешил Малфой.

— Спасибо, — поблагодарил он блондина и уселся на кровать, где был сам её владелиц.

Через какое-то время Гарри улёгся на живот рядом с Драко, которому тоже стало интересно, что же читает Гарри, и они вместе читали книгу про руны. Драко уснул через полчаса и Гарри закрыл плотным пологом кровать со стороны окна, чтобы дневной свет не мешал ему. А когда Поттер дочитал книгу, отложив её в сторону, улёгся поближе к Драко и уснул, не заметив, как схватил край рукава его рубашки.

— Молодой господин Малфой, — тихо позвал Малфоя Добби. — Господин Малфой, мистер Снейп и мистер Крауч вернулись и зовут вас и мистера Поттера на ужин, — трясясь произнёс эльф.

— Хм? — приподнялся Драко с кровати. — Рара́ вернулся? — спросил Драко в своей манере, когда обращался к своему отцу по-французски.

— Да, Наследник Малфой, — кивнул Добби и исчез.

— Ох! — Драко уже хотел встать, но заметил, что его держат за рукав. — Хи-хи, — блондин аккуратно отцепил маленькие, по сравнению с его, ручки друга и тихонько побежал к Люциусу. — Рара! — Драко кинулся к отцу в объятия, приветствуя его и гостей.

— Драко, а где Гарри? — спросил Малфой у сына.

— Он в моей комнате, — ответил мальчик без задней мысли, забыв о том, что тот ещё спит.

— Хорошо, у нас к нему разговор, — сообщил Люциус и они направились в комнату наследника Малфоев. Как только вошли в комнату, ничего не увидели. Точнее, не видели Гарри. А Драко слез с рук отца и подбежал к кровати.

— Гарри, рара хочет с тобой поговорить, — прошептал он, хотя не хотел его будить.

— Мх... — послышалось мычание за Драко, который всем собой закрывал свёрнутого в калачик мальчика.

— Хи-хи, — посмеялся блондин реакции друга. — Рара, он не хочет просыпаться, — обернувшись, тихо сказал Драко.

— Господи... — только сейчас все трое мужчин поняли, что НЕ ЗАМЕТИЛИ его. Да, за прикрытым с двух сторон кровати пологом было темно, чтобы что-то разглядеть там, но РЕБЁНКА-ТО увидеть можно было! А они не заметили! Он был настолько маленьким, прижавшим к себе ноги и руки до такой степени, что он стал втрое меньше.

— Ладно, не будем его будить, пусть спит. Пойдём, Драко, поужинаем, — подозвал сына к себе Люциус. И все они ушли, задумчивые. — Послушай, Драко, ты ничего не заметил... Странного в Гарри? — спросил Малфой уже после того, как они сели за стол.

— Хм, ну, он очень маленький, а мы ведь ровесники, — задумчиво ответил мальчик. И до взрослых дошло, что они ведь и вправду одного возраста. — Он на целую голову ниже меня, представляете?! Когда вы ушли, мы пошли кушать, но Гарри, не смотря на то, что не ел два дня, съел очень мало.

— Два дня!? — воскликнул Барти, состроив болезненное выражение на лице.

— Угу, он сам так сказал. А ещё Гарри очень спокойный и умный! Когда я показывал ему свои игрушки и метлу, он спросил разрешение взять книгу. Я думаю, ему нравится читать.

— А какую книгу по взял? — поинтересовался Снейп.

— Про руны, — ответил он. — Мы вместе начали её читать, но я уснул через полчаса. Но мне кажется, что он дочитал её, ведь, когда я проснулся, она была закрыта и без закладки. А ещё он очень миленький! — воскликнул Драко, немного смущаясь.

— Ты видел его ручки, Драко? — ухмыльнувшись, спросил Крауч раззадоренного Малфоя.

— Они в два раза меньше моих! Ну, почти в два раза! — удивлялся и восхищался мальчик.

— Я вижу, он тебе очень понравился, Драко, — констатировал Северус.

— Да! Гарри очень хороший! — продолжал восклицать блондин. — Правда, у него очень грустные глаза, — немного приуныл он, вспоминая первые моменты их встречи сегодня.

— Грустные? — не понял Барти.

— Да. Хоть и может показаться, что у него равнодушное или безэмоциональное лицо и настроение, но, на самом деле, ему очень грустно.

— Почему? — нахмурился зельевар.

— Не знаю, — помахал он головой. — Просто чувствую.

— Чувствуешь? Боже мой! Мерлин! Драко, да у тебя родовой талант пробудился!? — удивился Люциус.

— Родовой талант? — спросил Крауч.

— Да. Малфои издревне обладали способностью считывать эмоции людей вокруг — эмпатией. Я тоже этим обладаю, но Драко пробудил его так рано. Что ж, тем лучше ему будет в будущем, начнём тренироваться через пару дней, хорошо, Драко? — сообщил Малфой старший.

— Да! — воодушевился мальчик.

После ужина Люциус проводил сына в его комнату и уже хотел взять Гарри, чтобы положить его в другой комнате, но Драко его остановил.

— Не надо, рара, Гарри будет спать со мной, — утвердительно сообщил младший Малфой.

— Что? Почему?

— Ему страшно спать одному, — сказал Драко и взял руку Гарри в свою. Поттер вот уже какое-то время плакал во сне.

— Ох, ну, хорошо. Спокойной ночи, сын, — Люциус поцеловал Драко в макушку и даже аккуратно погладил Гарри по голове. Всё же он — отец, а у Гарри никого нет. Появилось странное желание защищать этого маленького героя так же, как и сына. А Драко, что почувствовал эмоции отца, улыбнулся.

— Спокойной ночи, рара, — Лорд Малфой ушёл. — Ты и моему папе понравился, — очень тихо прошептал Драко возле лица друга, надеясь, что он услышит. Всё-таки Гарри ему прям ну очень понравился.

Сбитое дыхание, холодный пот заставляет мурашки табуном бегать по спине, рукам и шее, бегающий взгляд, наполненный страхом, метался в темноте, ничего не видя ни перед собой, ни позади, ни сбоку. Сплошная темнота. Он не знает, куда бежит, а может вообще не сдвинулся с места, но не может остановиться. Внезапно он врезается во что-то и падает. Нет, вернее, в кого-то. Темная фигура излучает красную ауру. Опасную. Он сжался, прикрыв голову руками, как только рука силуэта потянулся к нему.

— Гарри... Всё хорошо... — прозвучало на парселтанге. Он почувствовал тёплую руку на своей голове и резко открыл глаза.

Частое вздохи и расширенные глаза от страха. Гарри принял сидячее положение, крепко держа руки у сердца, прижимая к груди.

— Гарри..? — сбоку послышалось шуршание одеяла. — Всё хорошо? — спросил Драко, расфокусировано посмотрев на брюнета. — Плохой сон?

— Угу... — дыхание ещё не пришло в норму. Он зажмурился, вспоминая страшную темноту. В одной мысли Гарри не мог понять, почему ему стало страшно, в другой — кто был этот силуэт, а в третьей — как сильно ему это всё надоело и проклинал Вечных за их шутки.

— Всё хорошо, — Драко обнял Гарри и уложил его обратно на кровать. Всё-таки была ещё глубокая ночь. Немного придя в себя и восстановив дыхание и ритм ускорившегося из-за сна сердцебиения, мальчик заснул. Малфой младший ещё какое-то время гладил Гарри по волосам, а потом и сам уснул.

На следующее утро мальчиков разбудил Барти, вломившись в детскую. Ему очень хотелось посмотреть на спящее личико Гарри. Что ему, собственно, и удалось. Он даже смог протыкать в мягкую щёчку Поттера, из-за чего последний и проснулся.

— Барти? Доброе утро, — поприветствовал мужчину Гарри, потирая глаза.

— Какой миленький, — улыбаясь, чуть ли не визжал он. — И тебе доброе!

— Дракооо~ Вставааай~ — Гарри немного потряс друга за плечо.

— Ммх! Хорошо! — Малфой тоже начал потирать глаза, чтобы привыкнуть к свету.

— Какие хорошенькие, — счастливо бормотал себе под нос Крауч. Барти всегда мечтал о братике или сестрёнке, но о своих детях пока не задумывался. Точнее задумывался, но не с кем ему ещё строить свою семейную жизнь. Не довелось. А тут такой случай удачный подвернулся, чё б не воспользоваться? — Умывайтесь и на завтрак.

— Угу! — блондин проснулся окончательно, но вот Поттер ещё сидел в кровати и клевал носом. Видимо недавний сон сказался.

Во время завтрака Люциус всё же решил спросить:

— Гарри, откуда ты узнал, где находится наш Лорд?

— Вы его нашли? — как-то безучастно спросил Гарри.

— Да, нашли. Но теперь нам нужно понять, как вернуть ему тело и рассудок, — ответил Северус.

— Это очень просто, — Поттер поднял взгляд на мужчин. — Нужно соединить части его души, запечатанные в хоркруксах, а также добавить философский камень, — сообщил мальчик.

— Что? Части души где? — уточнил Крауч, не поняв о чём речь.

— Ах, да, вы же не знаете, что это... Мне лень объяснять, что это, поэтому спросите у своего Лорда, — Гарри опустил голову к тарелке, в которой всё ещё лежало нетронутым. Он знал, что в еде ничего нет, но всё равно было не по себе. Да и есть ему сейчас на особо хотелось.

— Так, хорошо, это потом. Что насчёт твоего знания о местоположении Лорда?

— У нас связь. Когда он пытался меня убить и оставил мне шрам, тогда его тело умерло, а часть его души запечаталась во мне. В общем-то, я являюсь хоркруксом Волан-де-морта.

— То есть хоркрукс — это предмет или живое существо, в котором заключена часть души Его Темнейшества? — спросил Барти.

— Верно, — кивнул Гарри.

— И сколько их у Лорда?

— Шесть, включая меня, — ответил Гарри. Нагайна в это время ещё не являлась его хоркруксом — он оставил в ней часть своей души только в 1994 году.

— Понятно... И ты говоришь, что нужен ещё и философский камень? Но разве такой существует? — не понимал Люциус.

— Конечно. Николас Фламель создатель философского камня. Но я могу создать другой, более концентрированный магией.

— Что? Погоди-погоди! Ты можешь создать философский камень?! — не верил своим ушам Снейп.

— Да, — легко ответил Гарри. — Я напишу рецепт, если хотите. Но там ингредиенты, которые мне не достать. Вы ведь сможете мне помочь?

— Конечно!!! — глаза Северуса сияли, чему были удивлены все, ведь когда этот суровый и вечно недовольный жизнью зельевар светился от счастья? Никогда, наверное.

В итоге, после завтрака, Поттер отправился за хоркруксами, уже наизусть зная, куда ему нужно. Времени зато много это не заняло. И даже Кричер не сказал ему ничего плохо, лишь с тоской посмотрел на мальчика — кажется, своего будущего хозяина, — и ушёл на свой чердак, где вот уже пятый год хранит вещи семьи Блэк и его обожаемой хозяйки Вальбурги. Как только Гарри вернулся, его тут же проводили в лабораторию, где уже было подготовлено всё для создания философского камня — сначала надо было создать его, а затем уже и возвращать Лорда.

Поттер работал быстро, точно, и не обращая ни на кого вокруг внимания. Ему было не до этого. Настойка требовала максимальной концентрации и определенного количества магии, вложенного в кроваво-красную субстанцию, что кипела в котле. Это был только первый этап. Снейп внимательно следил за каждым движением мальчика и удивлялся, как можно так хорошо работать с таким маленьким телом? Как будто он занимался этим уже много десятков лет. Ну, чего ещё можно ожидать от интуита в области зельеварения, — усмехался себе Гарри, заметив, каким всепоглощающим взглядом смотрел на него профессор.

Настойка должна была остывать ровно семь часов, тогда можно будет приступать ко второму этапу создания. А за то время, пока он был свободен, Гарри пообедал с остальными, сыграл с Барти в шахматы четыре партии, все из которых выиграл, а потом уснул прямо на том же диване, где они играли. Драко, что наблюдал за игрой ранее, положил друга на подушку и накрыл его одеялом, не пойми откуда взявшимся. Мальчик ранее поставил таймер, поэтому проснулся, когда настойка была готова. Уместно ли говорить, что Снейп на руках понёс мальчика в лабораторию, сгорая от жадности до знаний? Думаю, нет. Теперь Гарри не торопился, как это было во время первого этапа. Теперь Гарри просто меланхолично процеживал настойку три раза подряд, избавляясь от осадка трав и всего прочего, особенно корней полыни и глазных яблок фей. Зрелище то ещё. Перелив в стеклянную банку водянистую субстанцию, он поставил её на медленный огонь. За то время, что она нагревалась, Гарри подготовил блюдце и сеточку для чая. Нет, пить чай сейчас было не уместно, хотя он бы не отказался. Когда прозрачно-оранжевая настойка нагрелась до определённой температуры, то бишь 93°С, Гарри снял банку с огня, выключив горелку, и начал по капле добавлять в эту субстанцию свою кровь, предварительно порезав палец. Ровно 33 капли, ни больше, ни меньше. Всё тщательно перемешав, мальчик процедил через сеточку субстанцию в блюдце, конечно не всё, только одну шестую часть. Отодвинул баночку с содержимым, Гарри начал колдовать над тем, что было в блюдце. Ну, как колдовать? Просто наполнять жидкость магией, предавая ей форму. Так, через, наверное, минут сорок, появился зародыш философского камня. Его первый слой. Такие же манипуляции Гарри провел ещё пять раз, убив на это ещё чуть больше трёх часов.

Северус поверить не мог своим глазам. И не поверил бы, если бы не опробовал камень на железной чашке, превратив её в чистое золото. Даже ущипнул себя, убеждаясь, что не спит. А Гарри, полностью истощённый, упал прямо там на полу. Хотя бы зельевар не дал мальчику рассшибиться об этот же самый мраморный пол. Хотя, какой там мрамор, обычный камень. Если бы реально был мрамор, он бы уже давно расплавился из-за зелий и сырья для них.