17. Дом, да доска.

Слава вдумчиво сидел в зале, среди кучи баулов ребят. Соня приземлилась рядом, укладывая голову ему на плечо и прокручивая в ладони выключенный смартфон. — Как-то обидно, что отдых так быстро кончился — вздыхает Олег, потягиваясь.— Нас ещё веселуха в Москве ждёт. — досадно буркает Гриша. — Дима обещает не самые позитивные новости. — Ну че за минус вайб? — возмущается Уланс — когда мы сухими из воды не выходили? — Всегда, Ланс. В последний раз повязали Гришу, и если бы не Соня, учётом мы бы не отделались. — напоминает Роберт.— А че Соня сделала? — интересуется Глеб, нахмурив брови. — Бля, от души, пацаны — саркастично улыбается блондинка. — Она успела перехватить вес и слинять. — Ляхов поправляет шевелюру. — Только не кипишуй. — Да ну, что было, то было — пожимает плечами Артем, нервно улыбаясь под пристальным взглядом Голубина.Глеб, не смотря на вседозволенность Софье, на подкорке переживал за её безопасность и чистоту её репутации. К связи младшей с наркотой и темными темами Голубин всегда относился с недовольством и опасением. Он переживал за Соню больше, чем за себя, но почти не показывал этого внешне.

— Прерву вашу беседу, но наш турецкий сериал нуждается в финале — Ракитин щёлкает пальцами, привлекая внимание остальных. — Выходим! — Артур поднимается с мягкого кресла, обитого велюром, и на прощание поглаживает его спинку. Голубина тупит взгляд на нём, закидывает на плечо спортивную сумку и выходит в коридор, последний раз мельком смотрит в большое зеркало, обувается и выходит, стукнув открытой ладонью по деревянному косяку. Кемаль ждал их на первом этаже: первым делом крепко обнял Артура, обменявшись с ним парой ласковых на английском, и забрал ключи, выходя к парковке. По решению Артёма, будет лучше если за рулём сядет владелец автомобиля.Дорога к аэропорту прошла в угрюмой тишине, пока Егорова не начала блистать анекдотами из скуф-паблика вк.— Всё, Сонь, хватит — морщится Роб, сдвигая набок голубые наушники. — Приехали! — даёт отмашку Артур, когда минивэн останавливается на парковке перед огромным светлым зданием. Все проверки и регистрации проходят как в тумане. Посадка заставляет изрядно понервничать из-за огромного количества народа и в конечном итоге взлёт незапланированно отложили на неопределённый срок.

— Бля — Слава недовольно опускает уголки губ, потирает шею, неотрывно глядя в спинку сидения напротив. — Что такое? — Соня заинтересованно отрывает взгляд от выключенного телефона, переводит его на Михайлова.— Я хотел на СДЭК заскочить сегодня, но, видимо, не судьба — вздыхает юноша, сползая по спинке кресла. — Мне тоже надо бы — девушка мечтательно поднимает глаза, скатывается головой на его плечо и приобнимает свободной рукой. — Гоярд с темок приехал?— Конечно.— Ай, моя малая, жечь будешь на Арбате. — он гладит светлые волосы, зарывается в них носом и закрывает глаза. — А ты в центр хочешь смотаться?— Конечно. Сначала на скейтах, потом на таксишке — передразнив диалект Софьи, он хмыкнул и прижал Соню ближе к себе. — Свожу тебя на свидание в ресторан. — Романтично пропевая гласные, блондин чмокнул её в щеку.— Ну ты)... — Голубина шуточно бьёт его в плечо, смущённо улыбаясь.

Спустя два часа, отсидев задницы до состояния кирпичей, ребята наконец поднялись в небо. Стюардессы раздали напитки и Голубина завалилась спать в тёплые объятия парня, сидящего рядом. Её осторожно растолкал морти, спустя 5 часов полёта, как только люди начали выходить из самолёта с багажом. Московское солнце жарило значительно слабее курортного.— Мы в Москве, малая — он помогает ей подняться на затекшие ноги, забрать сумку и выйти, пока та ещё сонно пошатывалась. — Щас домой, под душ и на трэк, я хочу катать. — блондинка сходит с трапа и идёт к автобусу.— Откуда такое рвение к доске? — с усмешкой спрашивает Слава взглядом проверяя, что все ребята зашли в транспорт, идущий до таможни. — Возвращение домой сыграло — она вдыхает полной грудью. — А ещё я б щас обсосала свой аегис.— Ну, ломка это дело поправимое. — он гладит девичью спину, открывая перед ней двери таможенного контроля.

Из-за волокиты с паспортами, до дома они добрались лишь к четырём часам дня. Соня сразу ушла в душ, Глеб потихоньку начал разбирать вещи, параллельно смотря новый сериал на телевизоре. В шесть на пороге их квартиры оказался Слава, крутящий в руках скейт.— Ты какими судьбами? — Голубин звенит посудой на кухне, забавно завязав волосы в пучок и напялив розовый фартук с клубничками.— За Сошечкой — он улыбается, перетаптываясь с ноги на ногу.— Мне ещё не много! — кричит Софья из комнаты, а через три минуты выходит с доской, без конца поправляя синие джинсы и белую джерси.— Ай, малая — Михайлов улыбается, подходя к ней с раскинутыми руками. — щас мы там всех порвем. — До полуночи что б вернулись! — грозит им старший, разворачиваясь к раковине.— Я ушла! — она запрыгивает в кроссовки и выходит следом за морти.

Доска размеренно стучит под ногами, пока пара катит к станции метро. Вечернее солнце ласково согревает загорелые щеки, ветер треплет ещё сырые волосы, наспех заплетеные в косы. Михайлов тупит на ней взгляд и улыбка сама по себе натягивается на его губах. Запрыгнув на парапет подземки, блонда проскользила к краю и сделала олли, после поднимая скейт. За ней вылетает слава, придерживает дверь и ногой подпинывает доску.— Мы успеем на этот поезд? — слыша явный шум подходящего состава, спрашивает Слава. Они минуют турникет. — Успеем — Голубина переходит на бег, резво перешагивает ступени эскалатора. Слава, недолго думая, следует за ней. Спешно извиняясь перед прохожими, они за две минуты успели спуститься на перрон, в прыжке пеодолели закрывающиеся двери и облегченно вздохнули, слушая уведомление диктора о следующей станции.— В следующий раз дождёмся другой — он вешается на поручень, прикрывая глаза. — Да ну — она садится на свободное место и зажимает скейт между ног. — все живы же.— Ты бабушку чуть не убила, моя золотая — он встаёт рядом, уложив ладонь между ее лопаток. — "Малая" лучше звучит — смущённо приподняв уголок губ, она отвечает на полуобъятия, слегка покачиваясь совместно с составом.

Выйдя на нужной станции, Слава сразу вкинул предложение заскочить в кофейню около трэка. Соня охотно согласилась.

— Добрый вечер. Латте, и?... — морти, стоя у кассы, начал перечислять заказ.— Голубую лагуну — Голубина отрывает взгляд от мобильного. — Я тебе потом скину.— Хорошо. Как мне подписать стаканы? — басиста вводит заказ в программу.— Михайловы — махнул рукой юноша, прикладывая карту для оплаты и отходя к высому столику.— Ты даже попрекать меня не станешь? — он отклоняется спиной на стойку, укладывает на неё правый локоть и внимательно наблюдает за действиями блондинки.— Ты все равно не перестанешь так делать — она запрыгивает на барный стул и поворачивается к кареглазому. Слава с минуту смотрит на неё, ласково и бережливо, искренне улыбаясь. — У тебя глаза светят сильнее прожекторов, давай вырубай) — девушка тыкает его в плечо и подпирает висок ладонью.— Так сильно заметно?— Я чуть не ослепла.— Михайловы! — восклицает бариста, ставит на кассу два стакана и переходит к обслуживанию следующего клиента. Оба подрываются с места, берут напитки и вылетают на трэк. Соня летит вперёд паровоза, а Слава старается успеть за ней, отталкиваясь из всех сил.

Час продуктивной череды съемок и трюков прошёл незаметно, и когда начало темнеть, пришлось закругляться с катанием, чего Соня очень не хотела.— Ну если ты так хочешь, можно до дома доехать так — прикидывает подуставший Михайлов, опираясь плечом на фонарный столб.— Давай щас на метрохе до полпути, а потом на досках — прикидывает девушка, смотря в небо. — Как вариант — он выпрямляется. — Погнали.

Метро встретило пару сильным сквозняком в лицо. Людей было умеренно много. Соня, зажав скейт в руке, словила дежавю с их первого выезда вдвоём. Поймав поезд, они вышли за четыре станции до своей и отправились покорять улицы. Окраину Москвы плавно покрывали сумерки.