12. Это ли не счастье?

Стоя в очереди на таможне, уже в Анталии, спустя 5 часов полёта, каждый мечтал о стаканчике холодного спрайта и посиделках под кондиционером.— Я сейчас расплавлюсь — выпучив глаза, вздыхает Уланс, придерживая свой рюкзак, висящий на одном плече.Очередь дошла до Софьи, стоящей спиной к стойке. Блонда обернулась и протянула загранпаспорт, поправляя волосы. Женщина за стойкой посмотрела в документ и подняла голову на девушку.— Please, take off your glasses. — таможенница показала на собственный глаз, пока Соня пребывала в жёстком ступоре.— Очки сними — к ней тянется Слава, двумя руками стягивая аксессуар за душки.Забрав паспорт, зеленоглазая прошла дальше, разворачиваясь к друзьям что бы не потерять их в толпе. Через полчаса они уже стояли на выходе из аэропорта, ожидая когда дядя Артура — Кемаль, подгонит к ним автомобиль. Вскоре показался и белый минивэн, тонированный в круг. Остановившись около ребят, он открыл дверь салона и компания загрузилась в транспорт. Предстояла долгая дорога в апартаменты.

— Это все наше?! — Гриша бросает сумки на входе, и раззинув рот рассматривает квартиру. Светлый потолок, зеркало почти в полный рост напротив него, выбеленные стены. В зале два огромных дивана и пара кресел напротив телевизора. Кухня с большим двустворчатым холодильником и дверью на широкий балкон. Справа был коридор с выходами в четыре спальни и две ванные комнаты.— Не толпимся, черти — скользнув носками по глянцевой плитке, Уланс бросил сумки рядом с шкафом и прошёл в гостиную.— Кто в магазин поедет? — Артём оставляет рюкзак в кухне, покручивая на руке ключи от минивэна, доверенные ему Кемалем.— Я, Голубика, Славик, Гурам, Кристи и Артем — Ракитин поправляет кепку, ткнув на каждого, кого берет с собой. Собравшись духом, команда двинулась в ближайший маркет, выбранный Голубиной.

— Так бля, мы с вами живём в делюксе — Софья отмечает их местоположение на карте. — значит сейчас нам прямо до той больнички, повернём около неё, выйдем на серпантин, спустимся и там в маленьком райончике сразу увидим наш мигрос. — Так, я нихуя не понял, врубай навигатор, только упаси боже, не на турецком! — размахивает руками Шатохин, идя к машине.

Солнце слепило всех, не желая и на минуту спрятаться за облаками. Совсем скоро, приехав в тихий, пригородный район, компания припарковалась у магазина.— Сонь, ты идёшь? — зовёт девушку Гурам, пока Голубина рассматривает светлые, будто только построенные дома. За ними почти сразу начинались сухие поля, где воздух дрожал от жары. Этот район напоминал оазис среди безжизненной пустыни.— Иду! — она улыбается, убегая к магазину.

Глаза буквально разбегались. Упаковки, ценники, все на незнакомом, но одновременно таком близком ей языке.— Что взять надо-то? — Егор берет тележку и останавливается посреди прилавков.— Че хотим, то и берём. — пожимает плечами Кристи. — Роберт просил взять овощи, Соня пишет что нужно все, кроме круп и макарон.— Значит сыр — она берет с полки холодильника три вида сыра, по несколько раз сверяясь с ценой.— А тут свинина продаётся? — спрашивает Уланс, после чего остальные хором начинают смеяться. Познакс понимает что сморозил и тоже заражается смехом.— Ланс, скажи, ты тупой? — хохочет Слава, держась за живот.— Ну бля, сорян, забыл — кристина разводит руками. Егор же, не теряя времени, выбирает хлеб, советуясь с Артёмом.

На кассе, еле разменяв деньги, они со смехом пошли загружать товары в машину. — А можно мы пиво сейчас откроем? — Слава прикусывает губу, виновато заглядывая в её глаза с полуулыбкой. Сердце блондинки сделало кульбит и стало биться в три раза быстрее. — Не можешь устоять перед его мордашкой? — смеётся со спины Артём. — Мг — Голубина отводит глаза, отворачиваясь к машине. — Правильно Соня говорила — вздыхает девушка — ваша компания до добра не доводит — сложив руки под грудью, она строит недовольное лицо. — Да, обманывай саму себя — Гурам щёлкает её по носу и берет из пакета две жестяные банки.

***

— Мы приехали!! — голосит Софья, с усилием поднимая оставленный за дверью пакет с продуктами.— Ебать вы накупили! Мы даже на нг так не затаривались... — качает головой Роберт, улыбаясь в предвкушении позднего обеда.— Соня сварила макароны, кушать будете? — в коридоре появляется Голубин, останавливаясь около косяка и опираясь на него спиной.— Не, братишка, мы уже произвели пробу некоторых продуктов — Артём показывает на Славу и Гурама, стоящих с пивом в руках.— Э! Бухать, и без меня — с кухни кричит Артур, недовольно стукая по столу кулаком.

После приёма пищи каждый разбежался по своим делам. Кто-то пошёл в душ, кто-то лёг спать, а девушки расположились на балконе с ведром мороженного.— М, — мычит Егорова, отправляя у рот ещё одну ложку мороженного. — Че со Славой то у тебя?— Всмысле — поднимает бровь блондинка, замирая.— Ну в прямом, мне Глеб сказал что вы встречаетесь — пожимает плечами старшая.— Глеб пиздабол — хмыкает зеленоглазая.— Кто там че про меня вякнул снова? — кричит из зала Голубин, возмущался.— А ты вообще молчи, патлатая сука! — отвечает сестра, чуть поднявшись с дивана.

Стоя у ограждения обрыва, на котором заканчивался жилой комплекс, Софья наблюдала как медленно загорались огни города. В мечети только стих призыв к вечерней молитве, а в аэропорт сошёл на посадку очередной самолёт. В небе кружили ласточки. За спиной раздавались тихие шаги. Вскоре её обняли со спины, а в нос ударил знакомый запах манго.— Слав, руки убери — Соня смущённо прячет лицо, пытаясь стряхнуть с талии ладони Михайлова. Юноша, проигнорировав просьбу, прижался ещё ближе, искоса поглядывая на розовую мордашку Голубиной, ставшей такой то ли из-за близости, то ли из-за закатного солнца.— А не уберу. — парень усмехается, окидывая взглядом открывающийся с этой точки вид.— Пф, глупый — морщится Соня, складывая руки под грудью и снова погружаясь в мысли. Даже присутвие Славы не помешало ей, что странно для неё. — Плаг грустит, потому что я в туре. — внезапно выдаёт Голубина одну из строчек Гриши. — Ха-ха, да. Дима сегодня писал мне, жаловался что некому вес вырубать. — кареглазый вздыхает, обнимая блондинку крепче.— Славик, у тя пубертат? — Соня пытается вылезти. Чрезмерная тактильность Михайлова начинала настораживать. — Не-а, девушку свою обнимаю просто — он усмехается, смотря на розовое небо. Софья замолчала, опустив глаза. — Точно? — Точнее быть не может, Сошечка — кратко поцеловав ее в щеку, Слава расплылся в искренне радостной улыбке. Жизнь стала сладкой, это ли не счастье?