32.Цунаде и ночной поход

[Ох, вернулся! Все-таки большегрудая Цунаде гораздо привлекательнее. Эти мужики только что испортили мне настроение.]

Думая об этом, Камизуки Хикари повернул голову и как раз увидел, что Цунаде открыла глаза. Две горы на груди тоже расправились, обнажив волнистые складки.

Такие мягкие!

— О, время пришло? — Цунаде села и тихо спросила.

Камизуки Хикари слегка поднял руку, посмотрев на запястье.

— Да, раз Цунаде проснулась, то вы заступайте на дежурство, а я пойду спать! — сказав это, Камизуки Хикари уже достал свиток печати, извлек из него подушку и мягкую подстилку, быстро расстелил и приготовился лечь.

— Не спи, пойдем со мной!

Цунаде загадочно помахала рукой, затем направилась к роще.

Камизуки Хикари оглянулся на старшего брата, затем встал и последовал за ней.

Когда они ушли подальше, Камизуки Изумо открыл глаза, а рядом с ним проснулся и Хагане Котецу.

— Изумо, поздравляю! Думаю, Цунаде действительно положила глаз на твоего брата! — сказал Котецу.

Камизуки Изумо открыл рот, но в итоге ничего не сказал.

Что он мог сказать?

Цунаде была непревзойденной красавицей как по фигуре, так и по внешности, но было одно, что не устраивало Камизуки Изумо.

Возраст.

Дело было не в том, что Цунаде старше Камизуки Хикари — это было неважно. Но в семье Камизуки остались только они, братья, и Камизуки Изумо надеялся, что Хикари когда-нибудь одумается, найдет женщину и подарит семье Камизуки несколько детей.

Если Камизуки Хикари действительно приглянулся Цунаде, что будет с родом Камизуки?

Неизвестно, согласится ли Цунаде, чтобы Хикари взял еще одну жену для продолжения рода.

[Цунаде завела меня в рощу — неужели она задумала что-то непристойное?]

[Может, мне притвориться растерянным и просто сдаться?]

Слушая мысли Камизуки Хикари, Цунаде безмолвно воззвала к небесам.

Когда она, Цунаде, стала женщиной, отчаянно нуждающейся в мужчинах?

Столько лет она прекрасно обходилась без них.

— Хватит думать глупости! Я вышла по нужде, а ты будешь стоять на страже! — тихо предупредила Цунаде, затем стала искать подходящее место.

Через некоторое время Цунаде обнаружила густые заросли кустов — по ее наблюдениям, место было как раз подходящим.

— Стой здесь на страже. И повернись спиной, не смей подглядывать!

— Цунаде, вы слишком плохо обо мне думаете. Разве я из тех, кто подглядывает? — упрямо возразил Камизуки Хикари.

Цунаде внимательно осмотрела Камизуки Хикари сверху донизу и серьезно кивнула.

— Похож. Очень похож. Сильно похож!

Камизуки Хикари безмолвно посмотрел в небо — он чувствовал, что его репутация была оскорблена.

— Я никогда не подглядываю, потому что когда смотрю, то делаю это открыто и прямо.

— Катись!

Цунаде пришла в ярость и замахнулась на Камизуки Хикари, готовя чудовищный удар.

— Хорошо, хорошо, я отвернусь.

[Сегодня ты не позволяешь мне смотреть, но когда-нибудь, когда ты сама будешь умолять меня посмотреть, посмотрим, как я с тобой разберусь!]

Цунаде закатила глаза.

Ха-ха! Чтобы я умоляла тебя посмотреть — даже если луна упадет с неба на землю, я, Цунаде, никогда не буду умолять тебя смотреть на меня.

Подняв голову к небу, благодаря отличному телосложению Камизуки Хикари мог ясно слышать разговор старшего брата с Хагане Котецу вдали, а также храп Майто Гая.

"Ш-ш-ш-ш..."

[Черт возьми, эта женщина справляет нужду прямо на земле!]

[Есть ли еще справедливость, есть ли еще порядок в мире!]

Думая об этом, Камизуки Хикари сделал несколько шагов вперед, отдалившись от Цунаде.

Цунаде, решавшая жизненно важные дела в кустах, покраснела как рак. Через просветы в зарослях она смотрела на удаляющегося Камизуки Хикари, ее глаза пылали убийственной яростью.

Этот ублюдок! Только бы мне его поймать, а то ты точно покойник.

[Эй, все еще не выходит? Неужели Цунаде собирается заняться чем-то более серьезным? Интересно, взяла ли она с собой туалетную бумагу?]

[Не будет же она пользоваться руками!]

Услышав эти мысли, Цунаде совсем приуныла.

Это же совершенно нормальная физиологическая потребность, но в голове Камизуки Хикари она превращается во что-то такое отвратительное.

У меня есть бумага, и немало! Ты хочешь, чтобы я вытиралась руками? Фу, ни за что не буду!

Завтра вечером подсыплю тебе слабительного, будешь поносить дальше чем видишь, сукин сын!

Цунаде мысленно ругалась, румянец на лице постепенно исчез. Теперь она уже не ребенок, такие стеснительные эмоции можно было показать разок для приличия, но нет смысла на этом зацикливаться.

Через десять минут Цунаде властно появилась перед Камизуки Хикари с приподнятыми уголками рта и убийственным взглядом.

— Хикари!

— Ты случайно не подглядывал за мной?

Камизуки Хикари почувствовал себя оскорбленным.

— Цунаде, клянусь, я не смотрел!

[Ты же решала естественные потребности, а не купалась. Я не настолько извращенец, чтобы смотреть на такое. Что я, больной что ли!]

Кулаки Цунаде невольно сжались, и она положила руку на плечо Камизуки Хикари.

— Твой взгляд мне не нравится. Сейчас очень хочется тебя поколотить. Можно?

— Если ты настаиваешь на таком вопросе, то я могу только ответить: нельзя!

— Не волнуйся, я буду осторожной. Обещаю оставить тебя в живых и не причинить слишком много страданий.

— Думаешь, я поверю твоей чепухе!

Отступив назад, еще дальше назад, Камизуки Хикари остановился.

Не потому, что не хотел идти дальше, а потому что за спиной было дерево.

Спереди Цунаде, сзади дерево — это небеса хотят его погубить!

Впрочем, Камизуки Хикари как раз из тех, кто не верит в судьбу.

— Цунаде, ты не чувствуешь неприятный запах?

Лицо Цунаде почернело. Глянув на кусты неподалеку, она показала добрую улыбку.

— Хикари, в следующей жизни будь хорошим человеком!

Камизуки Хикари поднял руку и схватил Цунаде за запястье:

— Цунаде, у меня есть еще один вопрос, не знаю, стоит ли спрашивать!

— Говори! Это будут твои последние слова, я их точно уважу!

— После того как ты закончила дела, ты ведь не мыла руки?

Цунаде: ???

Мозг мгновенно отключился.

Она никак не ожидала, что Камизуки Хикари спросит именно об этом.

Этот тип знает, что такое вежливость? Я все-таки твой непосредственный начальник, как ты смеешь?

Изо всех сил повернувшись.

Воспользовавшись моментом замешательства Цунаде, Камизуки Хикари поменялся с ней местами и прижал ее к дереву.

— Цунаде, это же вы позвали меня защищать вас, а в результате отплачиваете злом за добро. Я был о вас неправильного мнения!

[Ого, какое мягкое ощущение, как же приятно!]

[Жаль, что нельзя наслаждаться долго, через секунду Цунаде взорвется.]

Камизуки Хикари вовремя остановился, отступил на шаг и отпустил запястье Цунаде.

— Обещаю, что не смотрел на вас. Если Цунаде сейчас так сердится, может быть, это потому, что я не смотрел, и вы из-за этого рассердились?

Цунаде подумала: "Разве я сержусь из-за этого?"

Я сержусь, потому что этот тип в душе меня не уважает!

Но это нельзя объяснить. Если начну объяснять, то придется рассказать, почему я знаю мысли Камизуки Хикари, а как только это случится, Камизуки Хикари точно сбежит.

Это человеческий инстинкт, без исключений.

— Ты... Ладно, о том, что произошло сейчас, никому не рассказывай, понял?

Камизуки Хикари поднял руку и поклялся:

— Обещаю не рассказывать!

А что будут говорить другие о нас двоих — это уже не мое дело!