Глава 52. Подарок отца.

Мартова Алиса Алексеевна.

Он остановился на обочине и резко повернул голову ко мне. Благодаря свету фар я видела его карие глаза, в зрачках которых блестели золотистые звезды. Очи Марка были похожи на небеса, космос... На настоящую галактику, где собирались планеты, кометы. И увидев падающую звезду в отражении его глаз, я могла загадать желание.

— Домогаешься, Лисичка? - полушепотом спросил Кудрявый.

— А ты мне запретишь? - Я протянула руку к его щеке, погладила большим пальцем щетину.

— Я не могу пользоваться девушкой в таком состоянии.

— В каком - таком? - улыбнулась я. - Да и кто сказал, что ты будешь пользоваться мной.

Он засмеялся. Искренне, негромко, с хрипотцой. Так, что волоски на моей шее встали дыбом. Так, что улыбка на моем лице расплылась еще шире. Марк убрал руку со своего лица и медленно поцеловал каждый палец. Каждую костяшку, вкладывая в ласку все чувства. Он делал это нежно, трепетно, совсем не торопясь, не боясь того, что ему может кто-то помешать.

Я сбросила шубу с плечей, переложила её на заднее сиденье. Марк сделал то же самое со своей курткой. Мужчина нагнулся ко мне, положил руки на талию и помог перебраться на себя. Теперь я сидела сверху, когда он, откинувшись на сидении, разглядывал мое лицо. Его руки невесомо поднялись к моей голове. Пальцы очерчивали контур скул, губ, затем аккуратно убрали выбившиеся растрепанные волосы за уши.

Сейчас. Этот момент. Секунда. Минута. Час. Время застыло, сердце больше не колотилось. Лишь спокойствие, комфорт, уют. Я наконец нашла свой дом, своего человека, то затерянное гнездо жизни. Его.

Я наклонилась к его лицу, наши губы встретились. Легкий поцелуй. Нежный, неторопливый, вкушающий. Мы пробовали друг друга вновь, боясь не почувствовать что-то, потерять, пропустить, забыть.

Мой дерзкий огонь погас, как только я оказалась в его руках, как только я оказалась на нем. Я могла сломать его, а он меня, но мы не делали этого, а лишь лечили, зализывали общие раны, помогали.

— Я так этого ждал. - прошептал Марк в мои губы. Он говорил тихо, боясь спугнуть момент.

— Ждал чего?

— Тебя, Алиса.

— Все же дождался. - я провела ногтем по его шее.

— Только чего мне это стоило... - он замолчал, борясь с собой.

— Скажи. - я была готова слушать.

— Каждое мгновение. - Кудрявый потерся носом о мой нос. - Каждый миг, каждую секунду, когда тебя не было. - Игриво укусил меня за мочку уха, оттянул, прошептал. - Готов был взорваться. Закрывал глаза - видел тебя, спал - видел тебя, существовал - видел тебя.

— Это плохо?

— Ужасно.

— Почему же? Ненавидишь меня?

— Глупая Лисичка. Моя Лисичка. - вновь шептал он, бережно перебирая волосы.

— Когда я была в Италии... - решилась рассказать я. - Мне принесли планшет, там была сводка новостей. Там был ты. И... - дышать стало труднее, и я почувствовала подходящие к глазам слезы. - И я задрожала, когда увидела тебя. А когда я услышала то название...

Он снова поцеловал меня. Успокаивающая ласка пробежала по телу, дойдя до самых кончиков пальцев. В животе образовался хрупкий узелок, с каждым движением языка Марка он затягивался все сильнее.

— Обрадовалась?

— О да. Ты хорошенько пощекотал мое женское достоинство. - хихикнула я сквозь слезы.

— Рад угождать тебе.

Руки Марка опустились на спину. Они поглаживали поясницу, дразнили, щекотали кожу, даже не попадая под вязаное платье. Из моего рта вырвался удовлетворенный всхлип. Телу определенно нравились нерасторопные прелюдии.

— То, что ты себе там надумал,  - продолжила я монолог. - Это бред собачий.

— Уже понял, расскажи.

Тем временем холодные пальцы Марка пробрались под платье, которое задралось, открывая ягодицы, обтянутые черными колготками.

— Я была в коме больше месяца. Проснулась, не умела говорить, заикалась. Не могла ходить, бегать. Просто овощ. Со мной начали заниматься врачи, так тело постепенно вернулось в форму. Меня кормили завтраками, что твой папаша приедет, но я не знала, кто конкретно приедет.

— Знаю, что будет дальше. - хохотнул Марк, сжимая бедро. - Ты там Итальяшкам разнос устроила, всех поперепугала, мол память потеряла. Хитрая.

— Да. - я кивнула, на миг позабыв о том, что говорила и о том, что он ответил.

Ноги подгибались, когда я смотрела на его лицо, видела хищную, но ласковую улыбку, резвые звезды в глазах. Я ощущала, как загоралась моя плоть под наставлением его окоченевших шершавых пальцев. И с каждым его движением немного тряслась, выгибалась, вздрагивала. Марк тоже замечал, как я разливаюсь и таю над ним, и эта картина доставляла ему неслыханное удовольствие.

— Ну? - игриво спросил Кудрявый.

— Дело за делом, Жанна начала ко мне цепляться... - я прервалась и застонала. Он издевался надо мной, но это лишь удовлетворяло. -  Вроде как из-за моей родословной. Мы поцапались, потом оказалось, что она на моей стороне.

— И каким образом ты это узнала?

— Маттео пригласил нас на разговор в его присутствии. Я хотела там разглагольствовать, но оказалось, что Итальянец знает русский. Жанна сказала. Точнее, не сказала. Настучала азбукой Морзе.

Марк прыснул.

— Какие женщины нынче изобретательные. - он поцеловал меня в шею, провел языком до уха. Я задрожала.

— И после этого днем я дрыхла, а по ночам твоя доблестная маман устраивала мне невообразимые тренировки. Галлиани там какую-то муть устраивал, а я на его глазах все хуже и хуже выглядела. Думал, помру, поэтому ничего не предпринимал.

— Умрешь, как же, только попробуй. - захрипел Марк.

Я впилась в его губы, а рука Кудрявого оказалась меж моих ног и начала ласкать чувствительную точку. Языки требовательнее сплелись в танце, высасывая души друг друга. Тем временем мои пальцы задрали Маркову футболку и нащупали кубики пресса. Нос рвано вдыхал воздух, руки тряслись, губы дрожали, из глаз так же сочилась влага.

— Все рассказала? - уточнил Марк.

— Замолчи. - прохрипел мой голос.

И эта фраза дала ему доступ. Я услышала треск, именно с этим звуком Кудрявый разорвал колготки, открывая доступ к трусикам. Он сильнее ласкал меня, когда я трепетала, вздыхала, стонала, извивалась над ним.

Я жадно поцеловала его в шею, затем в ключицы, и все пыталась дышать. Дышать, дышать. Потянула его футболку наверх, Марк оторвался от моего тела и самостоятельно снял верх одежды. Я рывком стянула белоснежное платье-свитер.

Глаза Марка вспыхнули, он восхищенно разглядывал оголенную кожу, потянулся к плечу, невесомо чмокнул шрам, будто жалея. А я хотела, чтобы он и дальше жалел меня, и чем дольше, тем лучше. Кудрявый притянул меня к себе, обнаженные тела встретились. Его тепло лелеяло мое сердце, душу, плоть. Я все целовала его лицо, каждый сантиметр, точку, не думая о красной помаде на собственных губах. Помечала, боясь потерять, упустить. А Марк все гладил мою разгоряченную кожу, осыпанную мурашками, утешал, разнеживая синяки, отметины. Все упивался мной, вжимаясь крепко, желая соединиться воедино.

Я наконец дотянулась до ширинки его джинсов, расстегнула замочек и рукой заползла внутрь, обхватывая разгоряченную плоть. Услышав звук, похожий на голодное рычание, прошлась по поверхности кожи, пощекотав ногтями. Марк желал обладать мной, а я хотела его. Понимала все по выражению лица. На меня никто и никогда так не смотрел. Он не торопил, не рвался, не рыпался, а ждал, когда я полностью раздену его.

Я потянула за резинку его трусов, Марк приподнял бедра, помогая мне стянуть с него ненужную одежду. Через несколько секунд перед нашими телами уже не было преград, потому как Кудрявый предусмотрительно отодвинул мое нижнее белье. Влажные части тела соприкоснулись, в меня уперся Марков плотный ствол.

— По моему, мы что-то забыли. - прохрипел Кудрявый.

— А? - я ответила, не до конца выйдя из забытья.

— Защита, Лисичка.

Я сжала губы. Моргнула. Полностью вышла из процесса. В груди что-то грохнуло и потащило вниз. Закрыв руками лицо, я издала звук, похожий на горький смешок.

— Маленькая? - тихо позвал Марк.

Тишина. Она оглушила и ослепила. Я поняла, что Марк заволновался.

— Я бесплодна, мать твою.

Он дрогнул. Я почувствовала как его тело напряглось. Кудрявый замер, а меня окутал жгучий холод одиночества. Через минуту он, наконец, выдал.

— А вдруг ты заразная? - весело оскалился Марк. - Я не хочу себе болячек, Алиса.

— Ты совсем?! - я ударила его по груди. - Это тут при чем?

— Чтобы ты не грустила. - он рассмеялся. - Мне плевать, Лисичка. Хочешь ребенка - вылечим, возьмем из приюта, что угодно. Я не оттолкну тебя. Никогда.

Я вновь всхлипнула, тянущее чувство понемногу исчезло, когда он нежно и убаюкивающе обнял меня.

— Ты слышишь, Лисси? Никогда.

Марк убрал мои руки с лица, трепетно поцеловал в лоб, нос, затем в губы. Несильно всосал мой язык, лизнул уголок губ, успокаивая.

— Алиса? - позвал он, в ответ я промычала. - Услышь меня.

— Слышу. - прошептала я.

— Что я сказал?

— Что ты никогда не откажешься от меня... И то же самое сделаю я. Ты... - я замерла, подбирая слово. - Замечательный, Марк. Ты мой. Ты только мой.

Снова поцелуи, которые переросли в жадные, дикие неистовые. Снова собственнические движения рук. Снова мои стоны и его рычание. Он отвлекал, разжигая потухший огонь, язычки любви, пламя привязанности, искорки желания, пепел нежности и обожания. И каждый вздох звенел в моих ушах, оглушал, соблазнял. Я отчаянно возжелала большего. Больше, чем прикосновения и поцелуи. Больше, чем ласки и разговоры, хотя и от всего этого уже никогда бы не смогла отказаться. Мое тело требовало его тела, поэтому я бедрами заерзала на его члене. Марк напрягся, вжался в мою влажную плоть. От желания я зашипела, аккуратно пристроилась и насадилась на него.

Кудрявый медленно заполнил меня, неторопливо растягивал лоно. Внутри расплескалось жжение, из-за чего я поморщилась, и Марк поспешил отвлечь меня поцелуем, одновременно положил руки на бедра, помогая двигаться. Приподнялся сам, входя в меня, приблизился вплотную, затем отдалился, задев чувствительную точку. По организму пробежал извилистый ток, я вцепилась в спинку кресла и вжалась бедрами навстречу ему. Новая вспышка позволила мне закатить глаза и всхлипнуть. Кудрявый усмехнулся, продолжая двигаться. Я беззащитно извивалась над ним, ощущая себя полностью расплавленной. Хотела управлять им, пометить его, иметь его всего. Мои ноги поднимались и опускались, когда я быстрее поползла по его стволу. И опять поцелуи, покусывания. Марк жестче вошел во влагалище, а ртом впился в шею, всосал кожу. Движения стали резче, неистовее, жаднее. Послышались хлопки, сопровождающиеся хлюпаньем, так бились мои бедра об его. Так билась моя душа об его палящее дыхание. Так мой нос улавливал любимый цветочный аромат, упиваясь им. Жестоко, и в то же время нежно. Яростно, но трепетно он наращивал темп, а я лишь подстраивалась под него, хватая ртом воздух, а сердцем потоки электричества внутри живота, вытягивая их все дальше. Стоны стали громче, перерастали во вздохи, мольбы. Мы искупляли общие грехи, очищали друг друга.

— Я сдерживаюсь, Лисичка. - оповестил он меня, продолжая небыстро вжиматься.

— Зачем?

— Боюсь сделать тебе больно.

— Возьми свое. - умоляюще зашептала я. - Мне плевать, как. Возьми меня, пожалуйста.

Взрыв. Вспышка. В заднем стекле я увидела взлетевший в небо фейерверк, который озарил небо желто-красными огоньками, рассыпался по черной ночи золотистыми искорками.

И вместе с салютом Марк жестко вошел в меня, оставляя крупицы заботы и нежности на своих руках. Он не хотел раздавить и уничтожить меня. Скорее он сам бы взорвался, но не я. И мне нравилась его несдержанность. Я самостоятельно задвигалась на нем, теперь безжалостно скакала, ловя дрожь по всему телу.

Вверх - вниз, вверх - вниз. Плоти стремительно бежали навстречу друг к другу, встречались, затем расставались, и вновь соединялись.

— Я люблю тебя. - зарычал Марк.

— И я... - рвано ответила я. - Люблю... - слово вышло жалобным стоном. - Тебя...

Он дышал, и я дышала. Стоны стали громкими, заглушали взрывы салютом, шелестение автомобиля, который покачивался в разные стороны. Я готова была кричать, и Кудрявый не закрывал мне рот, не заглушал поцелуем. Он позволял звукам удовольствия вырываться из моего рта, когда я скакала на нем, терпя боль в ноге.

Я поняла, что любимый почти пропал в волне удовольствия, когда его пальцы сильно вжались в мои бедра, рычание стало хриплым, точки грубее и быстрее охватывали нижнюю часть моего тела. И я сама была готова взорваться вместе с ним, поэтому целовала его губы, водила руками по вспотевшему телу, лаская необходимые нежные мужские точки за ушами, на шее. Насаживалась на него все быстрее, шипя от напряжения в коленях, от стрельбы в голени. Но наслаждение, любовь, желание, распаляло и двигало мной намного сильнее, чем боль.

— Давай же, маленькая. - заумолял он, хотя я сама хотела умолять его.

Мы спустили крючок. Совершенно дикие, необузданные движения, хлопки, которые помогали достигнуть желаемого.

Он в последний раз вжался в меня, наконец выпустив стон вместо рычания. Теплая жидкость заполнила мое тело изнутри, щекоча нервные окончания. Но я не собиралась останавливаться. Мне нужно было еще, еще немного.

— По... Жа... Луй... Ста! - захныкал мой голос.

Марк вернул прежний темп, прополз пальцами к клитору, стимулируя движение. Его руки срывались под моими звериными прыжками, но он возвращался к исходной точке.

— Откинься назад. - потребовал он.

Я послушалась. Я желала его слушаться. Перенесла вес тела и выгнулась назад, мой лоб соприкоснулся с холодным лобовым стеклом, но мое тело.

— О боже! - простонала я.

Это были другие ощущения. В таком положении он был еще тверже, сильнее, больше, напряженнее. Я уже не знала, где я и кто я, забыла собственное имя, не замечала ноющей боли во всем теле. Лишь грубое совокупление.

Мне хватило пяти движений. Вспышка, дрожь по всему телу, разгоряченная кровь била изнутри по коже, желая вырваться наружу. Я не держала, вырвалась. Волна окатила меня адским приятным жжением, я захрипела, замедлилась и устало оперлась головой о стекло. Дышала глубже, пытаясь поймать все больше воздуха, дрожащими руками убрала упавшие на мокрое лицо волосы, закрыла глаза, чтобы утихомирить звон в ушах.

Марк потянул меня к себе, я разлеглась на его уставшем теле. После последовал невесомый поцелуй в лоб.

— Какая ты жадная, Лисичка. - тихо прыснул Кудрявый.

— Кто-бы говорил. - хрипло отозвалась я.

Так мы и остались лежать, успокаивая бешеные ритмы сердец, сбитое дыхание. Он гладил меня по спине, игрался с волосами, а я восхищенно рассматривала блестящий от пота профиль и расчесывала темные кудри. Марк довольно замурчал.

— Ты похож на довольного льва. - заметила я.

— Да хоть на бегемота.

Я расслабленно рассмеялась. Сейчас перед глазами мелькали все совместные моменты, воспоминания. Первая встреча незнакомца в белом пальто, пересечение на балу, ночная прогулка по Петербургу, десятки похожих прогулок, борьба, езда на мотоциклах, прощание у аэропорта и новая встреча спустя четыре года. Вот он спит в моих ногах у больничной койки, затем дарит цветы...

«Бесплодна.» - слово отозвалось в голове.

— Я не знаю, почему не могу иметь детей. Возможно, совокупность факторов.

Марк не ответил, лишь кивнул, желая, чтобы я продолжала.

— Отец бил меня, в живот, и не раз. Потом наркотики. Бессонные ночи, работа, усталость. А затем этот пожар. Я по врачам не ходила, поэтому не знала, лишь в Италии рассказали об этом.

— Это не проблема, Лисси. Ты хочешь детей?

— Не хочу... - ответила я. - Но вдруг ты...

— Я не могу хотеть того, чего не хочешь ты. - перебил Марк.

— В наших условиях невозможно воспитать ребенка. Я боюсь того, как изменится Катя. Она уже вливается в наш подпольный коллектив, хочет стать... Преступницей. Зачем портить себе жизнь?

— Лисенок, это её выбор. Да и без выбора она бы ввязалась из-за Андрея. В один день кто-то бы пришел забрать братский должок. У неё нет выхода. Прекрати винить себя, маленькая.

Я фыркнула. Прикрыла глаза, слушала размеренное мужское дыхание. Покой. Дом. Желала навсегда остаться в этом моменте.

***

Через час мы вернулись в поместье. По нашему растрепанному виду было легко догадаться, чем мы занимались. Наши улыбающиеся лица окружающие встретили с опаской.

У всех гостей дома были встревоженные лица. Это насторожило и меня, и Марка, мы одновременно переглянулись, стоя в центре гостиной.

— Что-то случилось? - спросила я, смотря на Илью.

Он ответил лишь через минуту.

— Мартов в розыске. Кто-то слил информацию на тебя, Алиса. Твое лицо мелькает на телеке. Ты официально воскресла из мертвых.

Я хлопнула глазами. Открыла рот. Закрыла. Оглядела окружающих: Катя рассеянно смотрела в стену, Таня обнимала её, гладила по голове, сама с сожалением наблюдала за мной. Матвей чертыхался, а Илья включил телевизор.

Экран барахлил, но я увидела всплывающие детские фотографии и фоторобот.

«...совершал мошеннические махинации, был пойман сотрудниками полиции, но скрылся с места преступления. Жена Алексея Мартова отказалась давать показания. Пять лет назад погибла дочь преступника, но очевидцы утверждают, что Алиса Мартова является владелицей Московского клуба «Fox». Какое наказание последует за распространение и продажу наркотических веществ, подделку документов и другие преступления - неизвестно...» - протараторила женщина с экрана.

— Пиздец! - взорвалась я. - Подарок на Новый Год от отца!

— Че делать то? - спросил Матвей.

— Валить. - безапелляционно заявил Марк.