Глава 25. Вся правда.

«Повстречал одного мужчину, которого теперь называю отцом. Он сотрудничал с Петергофом, пристроил меня туда. По другому не получалось, домой к себе взять не мог. У него собственная семья. Легально я работаю на него. Но он не знает Марка, он знает Максима Офицерова.»

Я резко вспомнила слова Марка, сказанные мне на питерском мосту. Посмотрела на него, на отца: официальный стиль одежды, одинаковые портфели, идентичные брошки на груди с логотипом компании. Марк работает на моего отца. Он называет его своим отцом.

Мой мир окончательно рухнул. А с ним последние кусочки доверия к кудрявому. В какой раз за неделю сердце оказалось разбито, но в этот раз окончательно. Окружающее пространство поплыло, я споткнулась о собственную ногу и рухнула вниз, но Марк, стоявший позади, поймал меня за плечи и поставил перед собой. Оперевшись на кабинку, я стала разглядывать отца: выглядеть он стал значительно хуже. Красные глаза, огромные синяки под ними, осунувшееся лицо, поседевшие волосы на висках и даже залысины. Он также разглядывал мое лицо, и тогда мне показалось, что на его физиономии появилось выражение радости, но я быстро отметнула данное предположение. Отцовский телефон зазвонил, а за туалетом послышались гудки о начале посадки. Их посадки.

— Да. - рыкнул отец. - Отменяй, не летим. - он сбросил звонок и вновь посмотрел на меня. - Алиса, дочка... - он медленно начал подходить ко мне, а затем поднес руку к моей щеке.

— Не трожь! - пискнула я и рефлекторно сделала блок руками, как учил Алексей Михайлович.

Я боялась его, но теперь знала, как дать отпор. Последние рабочие клетки мозга оценили физическое состояние соперника, и я поняла, что могу в легкую одолеть его, но моя психика била тревогу паники и страха. Мое подсознательное тщательно затмевало сознательное. Начало слегка потряхивать. Марк заметил это состояние, и начал поглаживать меня по спине. А отец вновь потянулся ко мне, тогда я не выдержала и дернулась в сторону, за спину. Мартов-старший развернулся, а я, понимая, что могу быть пойманной, ринулась на выход из туалета. Но путь мне преградил тот же самый охранник мужчина.

— Быстро выводи меня отсюда. - шикнула я, а он вновь схватил меня за запястье и быстрым шагом повел к черному входу.

Я достала из сумки телефон и отправила Марку сообщение:

Поле около аэропорта. У тебя 10 минут. Приходи один, если хочешь узнать про свою мать.

***

Припарковавшись около дерева, я спешилась с мотоцикла и, облокотившись на него, достала из сумки пистолет. Медленно вдохнув свежий ночной воздух, я прислушалась: спящую тишь нарушал лишь шелест полевых цветов, бившихся листьями друг о друга, покачивавшись из стороны в сторону от дуновения резкого ветра. Луна практически не освещала пространство, повсюду окруженное огромными деревьями. Вмиг я услышала громкие шаги, исходящие позади меня, тогда я резко зашла за дерево. На поляну выбежал Марк.

— Лисичка! - окликнул он.

Я медленно вышла из укрытия, наводя на Кудрявого пистолет. Тот заметил меня, обернулся и обомлел: не ожидал, что я буду целиться.

— Один? - уточнила я.

— Один. - пробасил Марк и поднял руки вверх.

— Тогда начнем. С самого начала. - прохрипела я. - 20 лет назад наши отцы сотрудничали. Окуляр был способом заработка, и, конечно-же, переправки оружия для твоего отца. Ты знал об этом, Марк Авреев? - выплюнула я его фамилию.

— Откуда... - лицо Кудрявого приобрело растерянный вид.

— Завались! - гаркнула я, отчего заболело горло. - Затем мой отец предал твоего, потому как захотел обогатиться. Он передал 40 процентов его акций на левого человека! Я видела этот документ собственными глазами. Авреев обеднел, потому что его кинули, отомстил мои родителям. - улыбнулась я.

— Так это он убил твоих братьев?! - опешил Марк.

— Убил, да, как бы не так. Убрал так же, как и меня, смекаешь, Маркуша? - хрипло расхохоталась я, не убирая глок с цели.

— Липово...

— Умничка, Марк, догадливый какой! Едем дальше: мой отец переживает горькую утрату, а твой уходит в закат, оставаясь один на один с сокращенными финансами. Несколько лет он еще мог вывозить тебя и Жанну, но тут твоя мать подсаживается на вещества, ты знал? Конечно, не знал. - лицо Кудрявого сильнее подкосилось, а моя улыбка стала еще шире. - Ну вот, она и сказала твоему отцу, мол уходит от него и его, цитирую «выродка». Авреев пожелал ей катиться хоть куда, но никогда не возвращаться. И та согласилась, тогда он устроил перестрелку, где Жанна якобы скончалась. Подведем итог: ты мстишь не тем людям. Тебя выменяли на бабло и наркотики, Авреев.

Мне было до боли потешно наблюдать за проигрышем Кудрявого, потери цели его жизни. Больше я хотела отомстить, чем Марку, но обида и разбитое сердце сжимали и останавливали меня.

— И что с ней сейчас? - Марк потупил взгляд и немного ссутулился, начал говорить тише.

— Сейчас она София Галлиани. Уже несколько лет замужем за Маттео Галлиани, известным Итальянским мафиози. У них куча бабок и двое детей. Удивительно, правда? Ей, видимо, хорошо там. Если хочешь, проверь информацию в Интернете. - каждым словом я причиняла Марку такую боль, которую он доставил мне своим предательством и работой на Мартова-старшего.

— Ты ненавидишь меня, ведь так, Лисси? - ласково позвал он.

Я нервно хихикнула и взглянула на Кудрявого. Блеск луны отражал слезы на уже ставшем мне родным лице. Те же любимые губы, которые мне так хотелось поцеловать, были сухими, из-за чего владелец постоянно облизывал их. Вьющиеся локоны трепал ветер, а ноздри изящного носа резко вдыхали воздух, отчего мой личный секс-символ становился еще привлекательнее. Опустив пистолет, я подошла к Марку вплотную и произнесла:

— Хуже, намного хуже. - сердце начало биться чаще. - Что может быть хуже, чем ненависть, Марк? - я закусила нижнюю губу и посмотрела в его темные потухшие глаза. - Лишь любовь.

Марк оторопел, а я протянула руку, в которой до сих пор лежал пистолет, к его шее, затем подставила глок к виску.

— Поцелуй меня. - жалобно прохрипела я.

Это пришло мне в голову спонтанно, сначала я даже не поняла, что сказала. Сердце отчаянно скулило и молило о помощи, поддержке, крепком плече рядом. И я отдалась этому мимолетному позыву.

Марк растерялся, но понял безвыходность своей ситуации. Он сцепил свой взгляд с моим, убрал прядь седых волос с лица. Затем провел рукой по спине вниз, прижимая меня ближе к своей груди, а другой медленно подобрался к глоку и отвел его от головы.

— Правда любишь? - шепотом уточнил Марк, преклоняя свою голову к моей.

— Больше, чем глок и сигареты. - пошутила я в ответ и из глаз потекли слезы.

Душа кричала неимоверно сильно, но внешне я не подавала никаких признаков и знаков, меня выдавали лишь мокрые зеницы. Всем сердцем я готова была кричать о своих чувствах, забыть о произошедшем и о мире, в котором я теперь живу. Но так было нельзя, категорически нельзя. Я уже несколько раз пожалела о сказанном, пока Марк молча рассматривал мое лицо. Боясь потерпеть поражение, я сделала шаг назад, но Кудрявый удержал меня, не давая сбежать. Я не успела понять его действий.

— Прости меня, если сможешь. - так же тихо сказал он и прильнул ко мне.

Сухие уста слились воедино. Я почувствовала мятный вкус Марковых губ, а затем мною овладел его язык. В животе что-то затрепетало и я приподнялась на носки, чтобы Марку было удобнее. Кудрявый целовал аккуратно, как-бы боясь мне навредить, в то время, когда я хваталась за него, как за спасательный круг. Я медленно поглаживала его холодные скулы, очерчивала подбородок пальцами, прижимаясь своим телом к нему. Языки сплетались в аккуратном танце, в то время, когда внутри разжигался пожар одновременной любви и ненависти. Кудрявый начал отстраняться, но я резко схватила его за воротник пиджака и притянула к себе. Я почувствовала, как он улыбнулся уголками губ и вновь начал целовать меня, уже раскованнее и жарче. Тихий танец стал пламенным и ярким. Властные руки скользили по моему телу, сжимали в объятиях, но не заходили на запретные зоны, в то время как я аккуратно выводила ногтями узоры на Марковой шее. Счастье длилось пару минут, а затем я осознала, что это все. Конец.

Отстранившись, я отвела заплаканные глаза в сторону и начала хватать ртом воздух, чтобы не разреветься от нарастающей душевной тоски. Кудрявый улыбнулся и, приподняв мою голову за подбородок, начал стирать большими пальцами слезы, текшие по щекам.

— Алис... Тише, маленькая, не плачь. - успокаивал он.

— Я идиотка... - пролепетал мой голос.

— Я не лучше. - прошептал Марк и медленно чмокнул меня в лоб.

Мы застыли в таком положении, чем то похожем на объятия.

— Это конец... - констатировала я, а губы начали дрожать.

— Да. - подтвердил Кудрявый.

— Спасибо, - смогла выдавить я трясущимся голосом, - за поцелуй. И за все хорошее, что было между нами. - в ответ Марк лишь понимающе кивнул.

Мы нанесли друг другу слишком много боли и были слишком разными, чтобы продолжать общаться. История наших родителей навсегда разорвала все нитки хороших, возможно даже дружеских отношений. Осознавать это было до ужаса страшно, ведь мы оба понимали, как сильно привязались друг к другу. Но внешние факторы давили, отрезали все пути отступления. Мы не могли бороться. Не я и не он. Не в этой жизни. Точно не сейчас. Моя любовь и его безразличие погубили бы все. Прощание. Это было наше прощание, чтобы больше никогда не встречаться.

— Я надеюсь, ты когда-нибудь простишь мне все это. И нашим родителям тоже. - сказал напоследок мой любимый. - Ты заслуживаешь лучшего, моя маленькая Лисичка.

«Моя маленькая Лисичка.» - и моя душа рухнула вниз, раздавившись под колесами спортивного мотоцикла.

***

Я не смогла сразу вернуться в особняк. Сначала я приехала в один из притонов Москвы, который встретил меня обшарпанными заблеванными полами и очень громкой музыкой. О том, что это не клуб, а притон, говорили несколько факторов: простецкий черный дизайн, перегоревшие неоновые ленты, разбитые окна, выломанные двери и жуткий запах перегара. Ночные тусовки проходили здесь каждый день, и я уже наизусть знала, что заказать, куда идти, с кем лучше разговаривать, а с кем нет, у кого найти веселящих порошков, с кем переспать и так далее. Я сразу двинулась к бару, чтобы заказать бутылку абсента.

— Алиса?! - удивился парень за барной стойкой.

Барменом пристанища для малолеток был молодой человек по имени Роман - высокий широкоплечий блондин, всегда одетый в черную рубашку и фирменный фартук. С ним я всегда общалась, когда раньше посещала подобные заведения. Он выслушивал мой пьяный бред, пытался успокоить, и, конечно-же, напаивал до отключки, а потом уносил в подсобку - отсыпаться и звонил моей уже мертвой подружке.

— И тебе не хворать, родной. Помнишь, что я люблю? - я уселась на стул напротив Ромы.

— Как тут забудешь. - рассмеялся бармен и начал делать для меня свои фирменные коктейли. - Какими судьбами? Куда пропала на несколько месяцев?

— Увы, теперь у меня нет привычки трепать языком. Жизнь поменялась кардинально.

— Понял, молчу. - отрезал парень и продолжил переливать алкоголь, смешивая его с другими, неизвестными жидкостями.

Через пару минут на стойке появились несколько шотов с абсентом, текилой и водкой. Я залпом осушила из все, немного поморщившись. Захотелось уйти в дикий отрыв, начать кричать, танцевать, плакать, общаться.

— Есть еще что-то? - уточнила я.

— Подожди ты, Алис, не разнесло еще! - Рома поднял вверх руки.

— Если оценивать состояние моей хуевости по десятибальной шкале, то сейчас одиннадцать. - объяснила я усталым голосом. - Мне нужно в отрыв, просто забыть.

— Появился у нас тут один коктейльчик с веществами, обычным гостям не раздаем. - я вопросительно вскинула бровь на его реплику, мол, «я не обычный гость.» - Все, не смотри на меня так, сейчас сделаю. - сдался бармен.

Я влила в себя спиртное и медленно, пошатываясь, зашагала в сторону туалета: именно там происходил сброс товара. Музыка била по ушам, а пространство начало медленно сужаться, что говорило о легком опьянении. В пьяном угаре я открыла дверь в мужской туалет, где обычно тусовался диллер.

— Есть чего? - заплетающимся языком выговорила я, чем обратила на себя внимание группы парней.

— А это что за красотка в пижаме? - присвистнул какой-то мальчишка.

Он настолько сливался с данным местом, был весь бледный и невзрачным, что я не могла с ходу даже взглянуть на него: обычная серая мышь.

— Мартова?! - разинул рот знакомый паренек, имя которого я давно позабыла, но именно он вталкивал наркоту.

— Собственной персоной! - в эйфории рассмеялась я, раскинув руки в стороны.

— И как же тебя занесло в наш приблядник? - уточнил другой, но его лицо тоже было мне смутно знакомо.

— Завались! - хрипло гаркнула я, отчего тот оторопел.

Во многих ночных клубах Москвы и подмосковья, именно я, Алиса Мартова - стала яркой и запоминающейся персоной. За спиной меня прозывали шалавой, но только единицы понимали, что я тусовалась здесь потому, что жизнь далеко не сахар. Особенно отличалась я своей пьяной активностью: могла устроить дебош и даже драку, могла тихо плакать в футболку какой-то девчонки, набившийся ко мне в подружки из-за имевшихся родительских денег, могла поучаствовать в тройничке, а иногда снимала номера для ребят в близлежащих отелях, чтобы устроить свингер-пати или оргии. Деньги здесь решали все, как и в окружающем мире. Именно притоны показали, что власть - это количество налички в твоих карманах и число нулей на твоем счету.

— Чего тебе, Алиса? - поинтересовался диллер.

— Давай потяжелее. - задумавшись, выдала я.

Он протянул мне таблетки, которые я сразу же закинула под язык. Горечь приятно проскользнула по ротовой полости, начала жжением добираться до желудка вместе со сглатываемой слюной, а через пятнадцать минут эффект подействовал на мозг. Тогда я уже была в толпе таких же обгашенных, как и я, подростков. Яркий зеленый свет бил по глазам, духота и таблетки давили на легкие и дыхательные пути, но тело уже давно шаталось, оторванное от сознания. От полного экстаза отвлекал лишь звенящий в сумке телефон, который я уже захотела разбить к полным чертям. По моему телу заскользили чужие мужские руки, но они были так приятны на ощупь, что я не была против. Танцевальный партнер резко развернул меня к себе, и тогда я обомлела: передо мной стоял парень, смутно похожий на Марка. Смуглый цвет лица, неряшливые кудрявые волосы, высокий рост, но зеленые глаза. Я захотела забыться.

— Не против? - прокричал он мне, пытаясь перебить орущую музыку.

В ответ я хищно оскалилась и притянула незнакомца к себе. Губы слились в пламенном поцелуе, отдающем нотками спиртного, смешавшегося в наших желудках. Парень жадно прижал меня с себе, оторвался от моего рта и заскользил по шее влажным языком, который прекрасно охлаждал разгоряченную кожу.

— Как тебя зовут? - прошептала я ему в ухо.

— Макс. - ответил он мне.

После фальшивого имени Марка меня понесло. Мы переместились в подсобку, находу стягивая с себя одежду. Музыка все еще била по ушам, разряжая обстановку. С моих плеч упала ночная сорочка, оголив небольшую грудь, которой я даже не стеснялась. В ответ я стянула с Макса, вместо которого представляла другого человека, футболку и опустилась на колени. Он самостоятельно расстегнул и приспустил синие джинсы, а затем черные боксеры, и перед моим лицом появился возбужденный мужской половой орган, который я сразу же обхватила губами. Парень восхищенно простонал и схватил мою голову руками, по-своему помогая мне. Я продолжала огибать ртом член, помогая пальцами стать еще тверже. Медленно облизнув ствол, я сжала устами головку и начала водить по ней языком. Обладатель пениса рассвирепел и, подхватив мое тело, поставил на ноги и развернул лицом к бетонной стене. Позади послышался шелест фольги и латекса. Я выгнулась, предвкушая скорое вхождение. Новый знакомый рывком спустил мои пижамные шорты вместе с трусиками и, наконец-то, вошел во всю длину. Я восхищенно простонала начала подхватывать Максовы движения. Резкие шлепки оголенной плоти оглушали лучше музыки, а звуки страсти заполняли все маленькое обшарпанное помещение. Руки парня гуляли по моему вспотевшему возбужденному телу, пока его член все быстрее двигался внутри, передавая приятное тепло. Медленные движение сменились быстрыми, резкими, животными. Я развернулась к парню лицом, и, закинув свою ногу на его талию, самостоятельно ввела большое достоинство внутрь. Макс алчно накинулся на мои уже опухшие от поцелуев губы, а я изогнулась, начав сильнее кричать. Приближался пик близости. Кудрявый начал двигаться реще, проходя во все длину, а мое влагалище начало сужаться и гореть еще сильнее. Резкие толчки отдавались приятной истомой по всему телу.

— Боже, ты... Как твоё имя? - спешно проговорил он.

— Алиса. - рассмеялась я, продолжая всасывать вагиной его готовый к эрекции член.

— Ты богиня, Алиса. - простонал мне в ухо парень, и, сделав последние несколько толчков, кончил. - Опусти-ка ногу. - разгоряченно проговорил он. - Вижу же, еще хочешь.

Теперь уже Макс опустился на колени и нежно поцеловал мои половые губы, которые разгорячились еще сильнее. Он вновь провел влажным языком, затем нашел клитор, а затем ввел внутрь два пальца. Я схватила кудрявую голову и вжала в себя, но затем резко оперлась руками за стену: ноги подкашивались от блестящего наслаждения. Макс издавал причмокавающие и всасывающие звуки, в то время, когда я во всю извивалась от его языка. Он начал ускоряться, двигать пальцами быстрее, да так, что внутри разгорался пожар. Я почувствовала еще большее возбуждение и начала подавать бедрами навстречу парню. Несколько движений, и по телу растянулся фейерверк наслеждения, а затем я рухнула на пол, прямо перед лицом парня.

Потрепав и без того взлохмаченные волосы, я начала возвращаться одежду на свое тело, но Макс остановил меня, схватив за руку.

— Оставишь номер? - попросил он.

— Поверь мне, тебе это не нужно. - отрезала я и выскочила из подсобки, затерявшись в пьяной толпе.

***

В особняк я вернулась лишь в обед. Всю ночь и утро я отчаянно скиталась по Москве, и что странно, никто из Корыстников не звонил на телефон и не искал меня. В списке пропущенных я заметила лишь номер Андрея, которому решила перезвонить позже. За все темное время суток я обошла несколько баров, клубов, где изрядно напилась, натанцевалась, накурилась, наупотреблялась, и, конечно-же, потрахалась. Сейчас я была похожа на подобие человека. Впервые за все время жизни в особняке я вновь приняла наркотики. Впервые мне снова было настолько плохо. Голова шла кругом от употребленных веществ, смешанных с алкоголем. Раньше легкие таблетки для меня стали сильным отходом.

Я распахнула входную дверь и мой взор встретил огромное количество людей в гостиной. Появление заметил Антон, который вмиг ретировался в мою сторону.

— Алиса, выйди на улицу! - рассвирепел он.

— Что произошло? - прохрипел мой голос.

— Авреев застрелился.