Глава 14

На следующий день Гарри отправился в Тренировочный Зал сразу же после того как проснулся. Утро только начиналось и остальные обитатели замка еще спали. Спустившись по лестнице и миновав Холл, Поттер дошел до нужного помещения и, войдя туда, захлопнул за собой дверь. Юноша создал манекен, стараясь при этом сделать его как можно более похожим на Пожирателя Смерти. Ему это вполне удалось, и сейчас напротив него стояла человеческая фигура в черном плаще и белой маске. Если бы Гарри не знал что это просто манекен, то вполне мог бы принять ее за настоящего слугу Темного Лорда.

— Ну что ж, — бодро произнес Поттер, с удовлетворением разглядывающий дело рук своих. Парень поднял волшебную палочку, направив ее на мишень, и прицелился.

— Авада Кедавра! — зеленый луч Смертельного Проклятия ударил манекен прямо в центр груди. Юноша довольно усмехнулся, после чего продолжил свое занятие. Гарри использовал самые различные заклинания, начиная от обычных невербальных Оглушителей и заканчивая Высшей Магией, как светлой, так и темной. Поттеру приходилось постоянно восстанавливать свою мишень, потому что та не выдерживала силу некоторых наиболее мощных заклятий, применяемых юношей.

Когда Гарри почувствовал небольшую усталость, то немедленно прекратил осыпать манекен заклинаниями и опустил руку с зажатой в ней палочкой. Парень не знал, сколько времени он тренировался, но был уверен, что раньше он уставал значительно раньше. Выходит, что его сила несколько возросла за последнее время. В голове прозвучал ехидный голосок: "Твоя сила или же Волдеморта?".

Поттер решил доказать себе, что это могущество принадлежит ему, а вовсе не Темному Лорду. Юноша вскинул волшебную палочку и воскликнул, вспоминая момент, когда он проснулся не на ледяном полу своей камеры в Азкабане, а в теплой постели:

— Экспекто Патронум! — ослепительное сияние появившегося прямо перед ним серебристого дракона заставило Гарри на секунду зажмуриться. "А Реддл сможет это повторить?" саркастически поинтересовался у самого себя Поттер, глядя при этом на исполинского Патронуса. За его спиной раздался полный восхищения голос, принадлежащий дочери Геллерта. Обернувшись, юноша и в самом деле увидел золотоволосую девушку, которая с нескрываемым восторгом смотрела на Заступника-дракона.

— Доброе утро, Флория, — поздоровался с ней Гарри. Девушка, наконец, сумела оторвать от Патронуса взгляд и перевела его на Поттера:

— Доброе утро. Это... это твой Патронус? — юноша кивнул в ответ, довольный тем впечатлением, которое он произвел на собеседницу. Ему показалось, что серебристый дракон, расправивший свои огромные крылья, засиял еще ярче.

— Тебе нравится? — спросил Гарри у Флории.

— Очень! — воскликнула она. — Я никогда не видела ничего красивее этого!

Патронус, повинуясь воле Поттера, приблизился к девушке. Флория, слегка зажмурившись от ослепительного света, весело засмеялась, когда Заступник склонил перед ней голову.

— Гарри, а ты можешь научить меня этому заклинанию? — задала вопрос девушка, обращаясь к своему собеседнику, который с улыбкой смотрел на нее.

— Разумеется, — без малейших колебаний ответил юноша, мгновенно справившийся с удивлением, которое вызвала необычная просьба дочери Гриндевальда. — Хочешь начать прямо сейчас? — спросил он.

— Ой, нет! — спохватилась Флория. — Я же пришла, чтобы позвать тебя на завтрак. А когда увидела твоего Патронуса, то забыла. Извини, — виноватым голосом произнесла она.

— Ерунда! — отмахнулся Поттер. Он бросил последний взгляд на Заступника и тот исчез, перестав заливать помещение серебристым цветом. — Пойдем, — обратился он к девушке, и они вдвоем отправились в Обеденный Зал.

Там их уже ждал проснувшийся Геллерт. Гарри готов был поклясться, что когда наставник увидел двух молодых людей, то на мгновенье по его лицу пробежала лукавая улыбка. Флория, подойдя к отцу, поцеловала его в щеку. Поттер с наставником ограничились обычным приветствием друг друга. Юноша сел за стол и хотел было задать вопрос, но дочь Гриндевальда, сидящая напротив, опередила его:

— Папа, как ты себя чувствуешь? — заботливо спросила она.

— Со мной все в порядке, дочка, — мягко ответил Геллерт. — Я еще чувствую небольшую слабость, но через день, максимум через два, она полностью пройдет, и я буду как новенький. А теперь давайте-ка завтракать. Ни за что не поверю, что вы не хотите есть.

И Гарри, и Флория последовали совету Гриндевальда, принявшись за еду. Поттер почувствовал, что усталость, которая появилась после тренировки, исчезает. Прежде чем он успел доесть свой завтрак, его прервал тихий, но отчетливо слышный звон, исходящий от связного пергамента, что означало — пришло сообщение. Гарри достал принадлежащий ему клочок бумаги, краем глаза заметив, что Геллерт извлек из кармана свой пергамент. Когда юноша прочитал написанное, то слегка побледнел. Гриндевальд бросил на подопечного тревожный взгляд, и они оба встали из-за стола.

— Извини, Флория, мы на минутку отойдем, — обратился Геллерт к дочери, во взгляде которой легко читалось недоумение.

Оба волшебника быстро покинули Обеденный Зал и очутились в Холле. Поттер сразу же призвал свою боевую мантию и обратился к наставнику:

— Геллерт, я справлюсь один. Ты еще не до конца восстановился.

— Но я не могу... — Гриндевальд запнулся.

— А Флория? Ты подумал о ней? Вдруг с тобой что-нибудь случится? Она же не перенесет это! — привел еще один пришедший в голову аргумент юноша. Наставник, признавая весомость слов парня, кивнул, соглашаясь. Гарри облегченно вздохнул, когда понял, что сумел убедить Геллерта в своей правоте.

Тем временем мантия близнецов Уизли уже примчалась на зов своего хозяина. Гриндевальд создал портал и, дождавшись пока Поттер переоденется, протянул его своему молодому подопечному.

— Он перенесет тебя в Дырявый Котел, — сказал Геллерт, когда юноша взял заколдованный предмет. — Удачи, Гарри, и будь осторожен, — добавил наставник напоследок. Парень натянул капюшон на голову и произнес "Летус", исчезнув в ставшем столь привычным для него голубом сиянии.

Едва только появившись в баре, Поттер мгновенно вскинул палочку, готовый сражаться и убивать, но там оказался лишь бармен Том, ошеломленно разглядывающий новоприбывшего.

— Что...? — начал было Том, но юноша перебил его:

— В Косом Переулке Пожиратели Смерти. Немедленно бегите отсюда!

— Пожиратели?! — воскликнул ошеломленный бармен, но парень уже отвернулся от него и бросился к двери. Выскочив на улицу, он коснулся палочкой каменной стены, открывая тем самым проход, ведущий в Переулок. Кирпичи разошлись в стороны, и Гарри прошел через образовавшуюся арку, очутившись на вымощенной булыжником улице. Сразу же он увидел бегущих в его сторону людей, которых преследовали фигуры в черных плащах, посылая вслед своим жертвам заклинания. Никто из волшебников, оказавшихся в Косом Переулке, похоже, даже не пытался дать бой превосходящим по численности слугам Темного Лорда, которых собралось больше полусотни.

Поттер вскинул палочку, собираясь вступить в безнадежную схватку, когда произошло то, чего ни он, ни тем более Пожиратели Смерти не ожидали.

Драконы, состоящие из разноцветных искр, бросились на слуг Волдеморта, изрыгая пламя, и одновременно ракеты с длинными хвостами понеслись на темных магов, заставляя тех завопить от ужаса. Пораженный Гарри застыл, расширенными глазами глядя на развернувшийся в Косом Переулке миниатюрный Апокалипсис, который устроили с помощью своих фейерверков Фред и Джордж.

Пожиратели пытались отбиться от наседающих на них волшебных фокусов близнецов Уизли, метая в драконов и ракеты самые различные заклинания. Поттер наконец пришел в себя, выйдя из ступора, и начал осыпать слуг Темного Лорда простыми невербальными Оглушителями, пользуясь замешательством противников. Несколько темных магов навели было на юношу палочки, но фейерверки налетели на них, мешая нормально прицелиться. Гарри очередным Оглушающим заклятием вывел из строя пятого Пожирателя Смерти, когда услышал безумный женский голос, принадлежавший человеку, которого парень ненавидел почти больше всего на свете:

— Идиоты! Стреляйте Смертельными Заклятиями! Авада Кедавра! — подала пример другим слугам своего Хозяина Беллатриса Лестрейндж, метнув зеленый луч в одну из ракет, которая, ярко вспыхнув, рассыпалась дождем искр. — Убить этих осквернителей крови! — взвизгнув, отдала приказ самая верная слуга Волдеморта.

Некоторые Пожиратели бросились к магазину Фреда и Джорджа с вполне ясными намерениями, но часть улицы перед входом во "Всевозможные Волшебные Вредилки" превратилась в самое настоящее болото, где увязла по пояс целая дюжина темных магов. Похоже, близнецы добавили в свое изобретение еще и обездвиживающие чары, потому что Пожиранцы не могли пошевелить даже головой. Поттеру оставалось лишь восхищаться Фредом и Джорджем, в этот момент он полностью забыл о своей ненависти к ним, словно ее и не было вовсе.

Число темных магов, которые были в состоянии сражаться, таким образом, сократилось уже на треть. Пожиратели Смерти до сих пор пытались избавиться от фейерверков близнецов Уизли, но далеко не всем хватило мозгов последовать совету своей предводительницы и они продолжали осыпать волшебные фокусы другими заклятиями, результатом чего стало увеличение количества летающих драконов и ракет как минимум вдвое.

Но Поттер уже почти не замечал этого. Сейчас он видел лишь убийцу Сириуса, лицо которой в отличие от других Пожирателей не скрывала белая маска. Лестрейндж отделяли от парня всего несколько десятков метров.

Юноша использовал мощнейшее отталкивающее заклинание, направленное в землю, и взмыл высоко вверх, словно совершив невероятный прыжок. Беллатриса заметила новоявленного противника, несущегося к ней, и метнула Заклятие Смерти, но промахнулась, и зеленый луч унесся по направлению к облакам, а Гарри, смягчив свое падение, оказался перед палачом Лонгботтомов.

— Ардор Сфаэра! — мгновенно выпалил он, вскинув палочку.

— Фламма Валлум! — взвизгнула Лестрейндж, едва успев выставить защиту от заклятия, выпущенного противником. — Авада...

— Круцио! — опередил ее Поттер. Беллатриса, не успев полностью произнести Смертельное Проклятие, упала и закричала, катаясь по земле не в силах преодолеть адскую муку. А Гарри не собирался прекращать Пыточное Заклятие и наслаждался мучениями этого чудовища в человеческом обличии.

— БОЛЬНО, ТВАРЬ?! — взревел юноша, вспоминая невыносимые страдания, которые он перенес из-за потери крестного отца. — А МНЕ БЫЛО ГОРАЗДО БОЛЬНЕЕ, КОГДА ТЫ УБИЛА СИРИУСА! — парень совершенно не контролировал себя и не понимал, что именно он говорит, сейчас в Гарри бурлило лишь желание причинить как можно большую боль этой безумной женщине, лишившую его человека, которого он больше всего любил. Лестрейндж еще сильнее забилась в агонии — Круциатус юноши, в душе которого с невероятной силой горели ярость и гнев, был просто невыносим.

Пожиратели Смерти продолжали безуспешно отбиваться от фейерверков близнецов, и Поттер совершенно перестал обращать внимание на бой, продолжая держать истошно орущую Лестрейндж под Пыточным Проклятием. Это было его ошибкой. Один из темных магов применил Чары Кнута, целясь в одну из ракет, но промазал, и темное заклятие оставило глубокую рану на правой ноге парня чуть выше колена. Юноша вскрикнул от боли, его рука инстинктивно дернулась к ране, и он на секунду выпустил Беллатрису из-под действия Круциатуса. Лестрейндж, которая горела страстным желанием отплатить своему обидчику не замедлила воспользоваться так кстати представившемся шансом:

— Круцио!

Дикая боль пронзила каждую клеточку тела Поттера и он упал на колени: Пыточное заклятие убийцы Сириуса было таким же сильным, как у самого Волдеморта. Беллатриса издевательски засмеялась.

Как и при встрече с Дамблдором в Хогвартсе необузданная ярость охватила Гарри. Неимоверным усилием он поднял руку с зажатой в ней волшебной палочкой, и вместе с криком боли из его горла вырвалось два слова Смертельного Проклятья:

— Авада Кедавра!

С лица женщины еще не успело сойти торжество и злобная радость, но во взгляде успел отразиться дикий ужас вперемешку с удивлением, когда зеленый луч ударил Беллатрису Лестрейндж прямо в грудь. Ее глаза, в которых постоянно плясали искорки безумия, потухли навсегда. Жизнь больше никогда не вернется в них.

Боль, еще мгновенье назад причинявшая мучения Гарри, исчезла. Юноша поднялся с колен, но его поврежденная нога подкосилась, и он едва не упал, крепко стиснув зубы, чтобы не закричать.

— Резумптио! — произнес он заживляющее заклятие, указав палочкой на рану, из которой мгновенно перестала течь кровь, а боль сразу же утихла. Мантия близнецов все-таки сумела существенно ослабить темное заклинание, иначе излечить его так просто не удалось, да и повреждения оно нанесло бы более сильные, нежели сейчас.

Поттер повернулся в сторону Пожирателей Смерти, среди которых оказались те, кто заметил труп лучшей слуги Темного Лорда и убившего ее Защитника, уже направляющего на слуг Волдеморта палочку:

— ЛЕСТРЕЙНДЖ МЕРТВА! БЕЖИМ!

Гарри поднял палочку, с конца которой мгновенно сорвалось Оглушающее заклятие, попавшее в одного из Пожирателей, но остальные темные маги исчезли с громкими хлопками.

"Как они смогли аппарировать?!" — в бешенстве подумал юноша. Его взгляд упал на мертвую Беллатрису и он выругался сквозь зубы. Похоже, что именно она поставила антиаппарационный барьер, а после того как парень убил колдунью чары рассеялись.

— Не заслужила ты такой легкой смерти, Лестрейндж, — со злостью произнес Поттер, презрительно сплюнув на землю рядом с телом. — Ты должна была сдохнуть в тех же муках, которыми довела до безумия чету Лонгботтомов.

Гарри не испытывал к убитой ни малейшего раскаяния — она заслужила подобной участи как никто другой. Словно тяжелый камень, так сильно давно давивший на парня, свалился с души. Юноша почувствовал какое-то странное облегчение. Он тихо прошептал, подняв глаза к небу:

— Твоя убийца мертва, Сириус. Ты отмщен.

Парень обвел взглядом Косой Переулок. Среди оглушенных Пожирателей Смерти он заметил неподвижно лежащие тела людей, одетых вовсе не в черные плащи с белыми масками. Не было сомнений, что это были обычные волшебники, которым не повезло оказаться на волшебной улице во время нападения. Они были мертвы.

Наверное, у всех них были дети. Гарри представил, как будет плакать ребенок, узнавший, что его родители погибли и больше никогда не вернутся домой. Сердце защемила тоска. Он сам потерял отца и мать, но детям людей, которых убили сегодня слуги Волдеморта, будет гораздо тяжелее, чем ему, потому что юноша не знал своих родителей.

Зачем же ты это делаешь, Том Реддл? Почему ты заставляешь страдать ни в чем неповинных детей? Мерлин Великий, Волдеморт, ради чего ты убиваешь людей? Ты вырос в приюте, не знал ничьей любви, но у меня было точно такое же детство! Почему я стал человеком, а ты — существом, которое несет за собой лишь разрушения, страдания и смерти? Почему?"

И почему сюда до сих пор не прибыли мракоборцы? Пусть о нападениях на магглов Министерство могло узнать не сразу, но об атаке на волшебную улицу они обязаны были услышать и немедленно отправить сюда подкрепления. И, кстати говоря, здесь в любом случае должны были находиться мракоборцы-охранники, но юноша их так и не заметил. Неужели все министерские служащие настолько тупы, что думали, будто Волдеморт не осмелится напасть на Косой переулок?

А какой смысл был в самом нападении со стороны Темного Лорда? Очередная акция устрашения? Тогда почему Реддл отправил командовать Пожирателями Смерти Лестрейндж, свою самую сильную, опытную и верную слугу? Он не мог предугадать, что Пожирателям окажут такое мощное сопротивление, тогда зачем он послал Беллатрису сюда? Ее присутствие совершенно излишне. Или он хотел ее присутствием посеять еще большую панику среди людей?

Как Гарри ни старался, ни на один вопрос он так и не смог найти ответа. Поттер тяжело вздохнул и в последний раз окинул Косой Переулок взглядом, прежде чем задействовать портал, перенесший его в замок Гриндевальда.