Глава 9

С тех пор дни для них пролетали незаметно. Геллерт проводил почти все время за готовкой зелья, Гарри же часами искал в библиотеке новые заклинания, а затем тренировал их. Он довольно быстро овладел невербальными чарами, Гриндевальд в свободные минуты обучал его Высшей Магии. Нельзя сказать, что Поттеру все легко давалось с первого раза, но после усиленных тренировок у него довольно неплохо получалось большинство из этих заклятий. Впрочем, если учитывать его возраст, то успехи можно было считать просто поразительными.

Он также овладел Окклюменцией. До уровня Дамблдора, Волдеморта и Геллерта парню было еще далеко, но его защиты было вполне достаточно, чтобы никто не мог видеть принадлежащие ему мысли как на ладони. В Легилименции он тоже понемногу продвигался, правда, не такими быстрыми темпами.

Одновременно они с наставником составляли план по проникновению в Хогвартс. Решено было совершить вторжение в канун Рождества, когда у всех будет отвлечено внимание предпраздничной суматохой. Гарри сумел убедить своего друга, что справится в одиночку. Вдвоем им пришлось бы куда тяжелее, но главной причиной, почему Поттер хотел идти один, являлась Карта Мародеров, которую, он был уверен в этом, забрал себе старый маразматик. Если у Дамблдора и имелись подозрения насчет того, что именно Гриндевальд вытащил парня из Азкабана, то доказательств у него не было, а вот совместное появление Гарри и Геллерта в Хогвартсе укажет ему верность этого предположения и приведет к более активным действиям со стороны Ордена и Министерства.

Карта создавала очень много проблем и могла сорвать весь план. Оставалось надеяться, что Дамблдор не будет с ее помощью наблюдать за Хогвартсом во время вторжения, но особенно рассчитывать на это не приходилось, и полагаться на удачу тоже. Они с Гриндевальдом долго обдумывали каждую мелочь, так что в случае столкновения с дорогим директором у Поттера будет, чем удивить того.

К последним неделям декабря зелье перестало требовать постоянного внимания, теперь ему необходимо было просто настояться, после чего можно будет добавить чешую василиска и закончить приготовление. У Геллерта появилось гораздо больше свободного времени, чтобы заниматься со своим учеником, благодаря этому большую часть дня они проводили в тренировочном зале, где Гриндевальд учил Гарри все более мощной магии.

— Игнеус Мурус! — воскликнул парень, указывая своей палочкой из рябины в центр зала. Столб пламени разделил помещение пополам. Геллерт был очень обрадован такому результату:

— Ну что же, Гарри, ты просто великолепно освоил это заклинание!

— Но мне понадобилось много дней, чтобы добиться такого эффекта! — Гриндевальд засмеялся после этих слов.

— А ты думал, что одного потенциала достаточно для такой магии? Нет. Даже с твоей силой требуются постоянные тренировки, к тому же у тебя пока мало опыта. Впрочем, я могу тебя утешить — ты освоил Огненную Стену очень быстро в сравнении с другими волшебниками. Большинству попросту не хватает силенок на нее, а остальным приходится заниматься значительно дольше. Так что можешь по праву гордиться собой.

Поттеру было не до гордости, вместо этого он начал тренировать другие Высшие заклинания. Несколько из них он уже умел использовать в совершенстве, наиболее мощные пока не желали покориться ему, остальными он владел на среднем уровне. Правда, для многих взрослых волшебников такой средний уровень был пределом мечтаний.

Из защиты Гарри особенно понравилось относящееся к Высшей боевой магии заклятие Серебряного Щита — то самое, которое использовал Волдеморт во время поединка с Дамблдором в Атриуме Министерства магии, за его устойчивость к большинству чар.

За изнурительными тренировками, которые, тем не менее, приносили огромную пользу, они провели все время до Рождества, пока не наступил черед осуществления их плана.

Они продумали каждую возможность, Гарри был отлично подготовлен и экипирован соответственно. Он облачился в защитную мантию близнецов Уизли, Геллерт вручил ему парочку зелий на всякий случай, которые Поттер прицепил к поясу. Последнему пришлось признать, что он совершенно напрасно раньше не считал зельеварение важным предметом, ведь оно могло помочь там, где бессильны любые заклинания.

Потом Гриндевальд наложил на него Дезиллюминационные чары. Гарри тоже мог их применять, но эффект был значительно слабее, чем у Геллерта — сказывалось отсутствие опыта. У наставника же таких проблем не наблюдалось, его подопечного совершенно не было видно, словно он спрятался под мантией-невидимкой. Поттер не забыл прихватить с собой и парочку вещей, купленных во "Всевозможных Волшебных Вредилках". Последним штрихом стало превращение маленького колечка, которое Гарри одел на палец в портал до замка. Теперь он полностью готов.

Парень переместился другим порталом до опушки Запретного Леса, откуда через несколько минут дошел до озера. Он направил волшебную палочку на покрытую льдом поверхность совсем рядом с берегом, создавая небольшое отверстие, применил к себе Согревающее заклятие и чары Головного Пузыря, а затем нырнул в озеро.

Под водой почти ничего не было видно, но Гарри, заплыв поглубже, зажег на конце палочки свет, который освещал его путь на пару метров вперед. Как и ожидалось, вскоре он доплыл до каменной стены Хогвартса. Следуя указаниям из книги Слизерина, которые выучил наизусть, Поттер очень быстро нашел потайной проход. Когда он постучал палочкой по нужному месту, кирпичи разошлись в сторону, как и в Косом Переулке, открывая путь. Вода не хлынула туда из-за водоотталкивающих чар, а юноша без проблем проник внутрь, за его спиной проход закрылся. Гарри высушил себя, а затем заставил исчезнуть с пола воду, успевшую натечь с него. Сразу после этого он быстрым шагом двинулся к лестнице, ведущей наверх.

По пути на третий этаж он никого не встретил. Остановившись рядом со входом в туалет Миртл, он достал один из беспроводных удлинителей ушей и прикрепил к стене, второй вставил себе в ухо, чтобы узнать, если кто-то сюда заявится. Затем Поттер толкнул дверь туалета. Миртл там не оказалось, что ж, ей же лучше.

— *Откройся*! — прошипел на змеином языке Гарри, оказавшись перед раковиной. Как и тогда, на втором курсе, она исчезла, открывая зияющую дыру, в которую парень без колебаний прыгнул. Едва приземлившись, он сразу зажег свет и двинулся вперед по тоннелю, благополучно миновав завал камней, образовавшийся благодаря незабываемому профессору Локонсу, которому хватило глупости использовать неисправную волшебную палочку.

Миновав тоннель, он оказался перед стеной, на которой были вырезаны две переплетенные змеи, в чьих глазах сверкали изумруды.

— *Откройтесь*! — стена раскололась надвое, ее части разошлись в стороны, а юноша прошел в Тайную Комнату.

Здесь совсем ничего не изменилось с того момента, как Поттер покинул это место. Те же самые колонны, огромная статуя Салазара Слизерина, но особого внимания заслуживал лежащий на полу мертвый василиск, к которому и двинулся Гарри. Он сунул руку в один из множества магически увеличенных внутри карманов, доставая оттуда небольшой нож, и принялся аккуратно срезать с короля змей чешуйки. Когда юноша решил, что этого достаточно, то положил добычу в маленький мешочек, предусмотрительно прихваченный с собой, после чего вернул его в очередной карман.

Покидая Комнату, он едва не подскочил на месте, когда услышал совсем рядом голос некоей сальноволосой личности, преподающей Зельеварение и являющейся по совместительству деканом факультета Слизерин.

— Альбус, вы точно уверены, что Поттер отправился в Тайную Комнату? — до Гарри только через секунду дошло, что слышит он все это через удлинитель ушей.

— Я уже говорил, что видел его на Карте Мародеров, Северус. Он зашел в туалет, после чего пропал, — послышался голос Дамблдора, ставший настолько ненавистным для парня.

— Тогда почему мы не идем за ним, а ждем за дверью? — спросил еще один знакомый голос.

— Потому что, Минерва, если мы пойдем в Комнату, вполне возможно, что проход закроется, оставив нас там без надежды выбраться — мы ведь не змееусты. К тому же, кто знает, что Гарри понадобилось там, — терпеливо ответил директор Хогвартса. — Я уже связался с мракоборцами, они скоро прибудут.

Поттер мгновенно оценил ситуацию — его поджидают как минимум трое — Дамблдор, Снейп и МакГонагалл. Сражаться со всеми сразу бесполезно — он мог одолеть МакГонагалл один на один, возможно, Снейпа тоже, хотя не стоило недооценивать опыт зельедела и его способности к Окклюменции, которые сводили на нет одно из главных преимуществ юноши — чтение мыслей. А вот шансов на успешный исход поединка с Верховным Волшебником Визенгамота не было совершенно. Все-таки, как бы ни ненавидел Гарри Дамблдора, он признавал, что тот не зря считался величайшим магом своего времени.

Парень ускорил шаг, двигаясь к выходу из Тайной Комнаты. Дожидаться мракоборцев у него не было никакого желания — шансы и так не слишком велики, хоть у него и была припасена в рукаве парочка тузов. Подумав о них, на лице Мальчика-Который-Выжил, которого, впрочем, все равно не было видно из-за дезиллюминационных чар, появилась достойная Волдеморта ухмылка, не предвещавшая преподавательскому составу, поджидающему Поттера в коридоре, ничего хорошего.

Левитировав себя вверх через трубу, он очутился в туалете. Проход за ним сразу же закрылся.

— Он идет, — послышался еле слышный шепот директора Хогвартса. Гарри убрал удлинитель ушей, чтобы не оглохнуть ненароком, а затем совершил то, что явно не входило в планы Дамблдора, снова собравшегося исподтишка атаковать Поттера.

Дверь просто слетела с петель, направившись по направлению к противникам. Те успели выставить щиты, но на секунду отвлеклись, на что и рассчитывал юноша, использовавший Перуанский порошок мгновенной тьмы. Весь коридор вмиг поглотила непроницаемая темнота. Гарри не стал терять времени и метнул огненный шар, надеясь попасть в директора Хогвартса. Впрочем, тот факт, что коридор огласил дикий вопль, принадлежавший не ему, а грозному профессору Зельеварения Северусу Снейпу, тоже несказанно обрадовал Поттера. Последним штрихом стала взрывчатка-обманка, брошенная в сторону предполагаемого местонахождения преподавателей и начавшая издавать оглушительный шум.

Сам Мальчик-Который-Выжил, держась рукой за стену, бросился наутек. Миновав поворот, он оказался в другом коридоре, до которого действие Порошка не достало. Теперь ему надо было добраться до подземелий.

Но прямо там его поджидал невесть откуда взявшийся Альбус Дамблдор. Гарри даже не успел подумать о том, как же директор сюда попал, опередив его, когда в нем всколыхнулась невероятная ярость, сильнее которой он ничего никогда не испытывал, заполняющая все его существо, заставившая закипеть кровь и оставляющая только одно-единственное желание — УБИТЬ!

— АВАДА КЕДАВРА! — прокричал Поттер во всю силу легких.

Раньше он никогда не использовал это заклинание и не хотел его даже тренировать, думая, что еще не готов стать хладнокровным убийцей. Раньше парень не был уверен, что Смертельное Проклятие у него получится, несмотря на его силу. Раньше.

Теперь он понял, что ошибался.

С его палочки впервые сорвался зеленый луч, у которого имелось только одно предназначение — убивать, и молниеносно устремился к человеку, который предал его и бросил умирать в Азкабане. Величайший волшебник современности не успевал увернуться...

Заклятие Смерти почти настигло Дамблдора, когда перед ним появился Фоукс, целиком проглотивший луч. Птица вспыхнула, и упала на пол, превратившись в птенца. При виде феникса, Гарри как-то отстраненно подумал, что, наверное, именно с его помощью директор сумел добраться сюда так быстро. Последний же потрясенно смотрел на то место, где находился Поттер.

Дамблдор направил на бывшего ученика палочку, но его секундного замешательства хватило Мальчику-Который-Выжил. Невербально используя Манящие чары, он призвал Карту Мародеров, вырвав ее из руки Верховного Волшебника Визенгамота, и в тот же миг использовал заклятие Огненной Стены, отрезавшее директора Хогвартса от него.

В голове Гарри наконец-то прояснилось, и он бросился бежать, зная, что его заклинание задержит старика не больше, чем на несколько секунд. Дамблдор перекрыл ему тайный ход из подземелий, поэтому Поттер направился к воротам школы, через которые можно было улизнуть и использовать портал. Директор был не в состоянии его догнать, к тому же без Карты найти невидимого парня было бы не в пример труднее.

Бросив быстрый взгляд на творение его отца с друзьями, парень увидел, что возле Леса уже появились мракоборцы, и понял, что надо спешить. Спрятав Карту в свободный карман, он припустил с еще большей скоростью. Ноги словно налились свинцом, бок нещадно болел, сердце громко стучало, каждый вдох заставлял легкие гореть огнем. Вот и ворота. Гарри отворил их, а затем выскочил из замка. Стражи порядка бежали туда, но даже если бы они видели Поттера, то уже не успели бы его остановить.

— Летус! — еле проговорил юноша, почувствовал резкий рывок в районе пупка и исчез в голубом сиянии.

***************

Поттер приземлился на полу холла в замке Гриндевальда, с усилием встал, тяжело дыша, и снял с себя маскировку. Почти сразу же в появился обеспокоенный Геллерт:

— Гарри, ты цел? Удалось?

— Да, — хрипло ответил парень, держась рукой за ноющий бок. Хозяин замка создал прямо из воздуха кресло, в которое сразу же рухнул с трудом стоящий на ногах подопечный. Тот, в свою очередь, достал из кармана мешочек с чешуей василиска и протянул наставнику, чье лицо озарилось радостью.

— Дамблдор чуть не схватил меня, — после этих слов Гриндевальд слегка нахмурился.

— Из-за Карты Мародеров? Мы же все продумали!

— Да, но не учли феникса, Фоукса — с его помощью маразматик переместился в подземелья и стал поджидать там, увидев на Карте, куда я иду, — сбивчиво пояснил Поттер и на секунду прикрыл глаза, внезапно осознав, что его столкновение с Верховным Волшебником Визенгамота чуть было не закончилось смертью для последнего.

Ты станешь таким же, как Волдеморт.

Слова, произнесенные директором перед его арестом, подобно удару грома, пронеслись у юноши в голове, заставив вздрогнуть. Огромным усилием Поттер прогнал прочь тревожные мысли.

— Как тебе удалось сбежать? — задал вполне логичный вопрос Геллерт.

— Я попал Смертельным Проклятием в феникса, призвал Карту, задержал Дамблдора Огненной Стеной и покинул Хогвартс через ворота. Вот и все.

— Вот и все, — повторил за ним Гриндевальд. — Мерлин мой, какая скромность! — засмеялся он, пребывая в отличном расположении духа, вызванным успехом. Оттого, что собеседник не стал развивать тему использования худшего из Непростительных заклинаний, Гарри облегченно вздохнул. У него будет время подумать об этом потом, а пока что он достал Карту, решив посмотреть, что происходит в школе.

Дамблдор находился в своем кабинете вместе с дюжиной мракоборцев, скорее всего, рассказывал им о происшествии. Но особого внимания по праву заслуживал Снейп, обнаружившийся в больничном крыле, где рядом с ним мельтешила мадам Помфри. Это действительно было знаменательное событие — Северус Снейп, загремевший в лазарет. Интересно, как крепко досталось зельеделу? Судя по тому, насколько мощно получалось у юноши заклинание, дражайший профессор будет зализывать раны в больничном крыле еще с недельку-другую. "Так ему и надо" с мстительным удовольствием подумал Поттер, вспоминая всю историю их взаимной ненависти, инициатором которой был именно профессор Зельеварения.

— То, что Снейп валяется в лазарете — твоя работа? — прервал его размышление Геллерт, тоже смотрящий в Карту. Не дожидаясь ответа на свой явно риторический вопрос, он поинтересовался — Чем ты его так отделал?

— Огненным шаром, — злорадно отозвался Гарри. — Я хотел попасть в Дамблдора, но в темноте промазал. Впрочем, такой исход меня более чем устраивает.

Гриндевальд хмыкнул, ничуть не жалея Снейпа, о котором уже успел наслушаться рассказов от своего подопечного. Поттер же устало протер глаза.

— Если ты не возражаешь, то я пойду спать, — обратился парень к Геллерту, вставая с кресла. У наставника возражений не имелось, и, после того, как они пожелали друг другу спокойной ночи, юноша отправился в свою комнату с твердым намерением отдохнуть.