Студенческие годы. Самый странный вечер

«Триумф» нёс их по улицам, а Патрик мёртвой хваткой вцепился в бока брата, проклиная всё на свете. Сердце билось во рту, трусливые дорожки пота стекали по спине.

Зачем только согласился сесть на эту дьявольскую машину? Если врежутся во что-нибудь, это будет конец.

На них оглядывались прохожие, гудели автомобили, но седоку впереди было все нипочём. Железный конь вилял то влево, то вправо. «Тёмные облака» и средневековый ужин запросились на волю. Сжав зубы и прикрыв глаза, Патрик боролся с приступом тошноты. Наконец они остановились.

— Всё, открывай глаза, приехали, — усмехнулся Лэйк через плечо. Лицо Патрика запылало от стыда.

Они очутились в пригороде, но здесь он никогда не бывал.

— Пошли, — скомандовал Лэйк, прислонив мотоцикл к забору, за решёткой которого в просветах между кронами деревьев выглядывал двухэтажный дом.

Лэйк двинулся к калитке, и Патрику почудилось, что брат не видит перед собой ни решётки, ни ржавого замка и сейчас врежется в них. Но нет, Лэйк остановился и выругался, ощупывая проржавевшего привратника.

— Ключ забыл, — раздосадовано проговорил Лэйк.

— Понятно, — отозвался Патрик, — а зачем мы сюда приехали?

— Это мой подарок тебе, — Лэйк огляделся по сторонам и поднял увесистый булыжник.

— Эй, что ты собрался делать? — Патрик преградил дорогу брату.

— Хочу зайти.

— А это точно твой дом? Если нет, нас посадят, — обеспокоенно спросил Патрик: насколько он успел узнать брата, от него можно было ожидать любой выходки.

— Точно, я же говорю, ключ забыл. Просто давно тут не был. Я здесь редко бываю, дом простаивает без хозяина, а тебе надо где-то жить. Я как-то раньше не подумал о том, что у тебя нет дома. Поможешь?

Патрик потянул замок на себя. От ударов дужка рассыпалась. Лэйк сорвал остатки замка и бросил в кусты.

— Новый повесишь. Прошу, господин Ночь, — с шутовским поклоном брат открыл перед ним калитку. Патрик не любил это прозвище, но услышать его из уст Лэйка было приятно.

Поначалу привиделось, что они очутились в непроходимых зарослях, но нет, это всего лишь добротная работа садовника. Небольшая дорожка, выложенная камнем, привела к порогу причудливого дома. Где-то на старинных гравюрах он видел подобное, но ни один рисунок не передавал ту величественную простоту, что он видел сейчас.

Лэйк незаметно открыл дверь, и Патрик затаил дыхание.

— Улётный дом!

— Мне тоже нравится, сам создавал.

— Что?

— Ну, всё здесь сделано моими руками: от пола до потолка, с потолком родственник чуть помог... Но остальное я сам!

Патрик вошёл и обмер: за дверью не было привычных холла или коридора: жизнь в этом доме начиналась с порога, а первый этаж был одной громадной комнатой. Стены и мебель — из дерева, которое под лучами солнца казалось янтарём. Огромный камин — из зеленоватого камня, так причудливо напоминающего цветом глаза Лэйка. Перед очагом — связка дров и белая шкура.

На другом конце комнаты виднелась столешница из того же зелёного камня — длинная барная стойка.

Посреди комнаты кружилась винтовая лестница на второй этаж: тонкие доски, соединённые невесомой кованной сетью, обвивали сваю, похожую на ствол дерева — дорога в небеса.

— Нравится? — раздалось за спиной, но у Патрика не нашлось слов, чтобы ответить, он лишь кивнул. — Теперь ты будешь жить здесь, приводить сюда девчонок, они выветрят из твоей головы всю дурь о женитьбе.

Лэйку с трудом удалось оттащить Патрика от лестницы и усадить перед уже разожжённым камином. Дом пах лесом и смолой, нагретой на солнце. Хотелось трогать, разглядывать, нюхать... Огонь полыхал, и зелёные камни стали ещё больше походить на изумруды. Они улеглись на шкуре, и Лэйк протянул Патрику кружку из цельного куска того же зелёного камня.

— На, отметим твоё новоселье. Это лучше, чем эль.

— С меня уже хватит алкоголя, — отказался Патрик.

— Здесь нет ни толики алкоголя, но этот напиток согревает сердце, прогоняет дурные мысли и дарит молодость, как телу, так и душе.

Патрик опасливо отпил из кружки и уставился на огонь. Напиток не туманил голову, как эль, а растекался по телу теплом и умиротворением. Это был хороший день. Один из лучших в его жизни. Так спокойно ему ещё никогда не было после смерти матери.

— Расскажи об отце, — вдруг прервал молчание Патрик: слова, вертевшиеся на языке несколько месяцев, вдруг сорвались.

— Что? — поперхнулся Лэйк.

— Расскажи об отце. Я его совсем не помню...

— Не думаю, что это хорошая идея, — Лэйк перевернулся на спину и уставился в потолок.

— Почему? — удивился Патрик.

— Потому что всё, что я о нём знаю — это то, что он заносчивый засранец, любящий власть.

— Власть? — удивился Патрик, — ты что-то путаешь. Какая власть, он же был простым работягой на фабрике. Или я чего-то не знаю? Мать мало мне о нём рассказывала. Просто говорила, что он был неплохим человеком.

— Ну да, — отозвался Лэйк, — у каждого своё представление о хорошем. Возможно, я действительно что-то напутал. Я знаю о нём столько же, сколько и ты... Давай лучше ты расскажи, как жил без меня...

Кто-то ударил по стеклу, белый камень воспоминания ускользнул в темноту, и Патрик открыл глаза. Через сетку трещин на лобовом стекле он увидел, что четверо парней окружили машину и что-то оживлённо обсуждают. Один крутил в руках биту — заправский жонглёр. На поясе другого светился телефон: музыка из него вилась речитативом над рекой.

— Эй, чувак, ты чё, живой? — озадаченно проговорил парень в толстовке и шлёпнул пузырём жвачки.

— Мы думали ты помер, папаша, хотели...

— Хотели помочь, — вставил парень в толстовке.

— Неотложку вызвать, — кивнул первый, поглаживая большим пальцем по полным губам.

Один из парней выругался словами песни.

— Полностью с вами согласен, — хмыкнул Патрик, потянулся к зажиганию, повернул ключ и дал по газам. Машина рванула с места, колёсами разбрасывая гальку. Проехав на заднем ходу, Патрик вырулил на дорогу. Ночёвка под мостом и безопасность оказались несовместимыми вещами.

Патрику пришлось высунуть голову в окно, чтоб видеть дорогу.

Два часа пути, и он будет у себя дома. В том доме, который не осквернило вранье.

Патрик вышел из машины и хлопнул дверью. Приметный камень лежал там, где Лэйк и оставил его в прошлый раз. Патрик вложил всю злость в удар, брызги лобового стекла и дождя ринулись в салон, мириадами покрывая кожу сидений, приборную панель и руль. Он положил камень обратно и сел на капот. И без того искалеченная кисть теперь опухла и плохо гнулась — Мари того не стоила.

Трель разлетелась по ночной улице, отогнала мысли о жене. Патрик достал из кармана телефон: «Мисс Трипи» светилось на экране.

— Да, Анна.

— Мистер Нотман, вы должны были подписать бумаги, но так и не появились сегодня в офисе... Финны ждут...

Патрик посмотрел на часы и окинул взглядом разбитый автомобиль.

— Я совершенно забыл об этом. Сможете привезти мне их?

— Да, я всё ещё в офисе... Буду у вас дома минут через сорок.

— Нет, я не дома. Записывайте адрес.

-------------------------------------------------------------

"Триумф" - марка мотоцикла.