Глава 6

– Йа, йа, йа, какого черта вообще?

Громко так возмущается Джинсоль, просто чудом успев отскочить в сторону от раковины, куда секундой позже приземлилась сковорода с угольками. Совершенно точно нельзя пускать Чонгука за плиту — он же даже омлет сжег. О том, что эти самые угольки должны были быть омлет она догадался по яичной скорлупе и пустой бутылке молока.

– Ну вы бы хоть окно открыли.

Ворчит Чонин, прикрывая нижнюю часть лица рукавом кофты. Кажется, завтрак удастся на славу.

– Мы сегодня голодать будем.

Хмурится Джинсоль, грозным взглядом стреляя в Чонгука. Вот неужели было так сложно ее подождать?

– Вы последнюю еду сожгли?

Выгибает бровь Чонин. Они сейчас серьезно что ли?

– Да я вообще не причём.

Хмурится Чонгук. Зашёл, понимаете ли, за другом, тот ему сковороду в руки впихнул и побежал очередь в ванную занимать.

– Совсем ничего не осталось?

Вздыхает Кай, открывая ящики в поисках хоть какого-то пропитания.

А Лалиса только сейчас проснулась, пытаясь уложить непослушные волосы, которые она на днях покрасила в довольно вызывающий цвет.

Лалиса – единственная ее подруга у нее на потоке. Из-за того, что к Джинсоль неожиданно возросло внимание Чонгука, женская половина университета решила, что Ангелина не подходит для того, чтобы они с ней общались. Да и Джинсоль не особо расстроилась.

– Возможно, овсянка ещё осталась, но её надо сварить.

Рассуждает девушка, когда с горем пополам вытолкнула Чонгукк от плиты. Сковороду, правда, жалко очень.

– Да ладно тебе. Я помогу тебе приготовить завтрак.

Говорит Чон Чонгук, касаясь ее плеча рукой. Джинсоль цокнула языком, сбрасывая его руку со своего плеча.

– Чон Чонгук, из-за тебя мы лишились единственной нормальной сковородки, а ты говоришь мне расслабиться? Откуда ты вообще такой взялся? От тебя одни проблемы.

Не выдерживает девушка, доставая пачку с овсянкой, поставив чайник на огонь.

– Но я же знаю, что нравлюсь тебе.

Говорит он, усмехнувшись. Джинсоль обернулась к нему, еще и пальцем у виска покрутила.

– Ты дымом надышался? Мне не нравятся наглые парни. Тем более, такие, как ты.

Говорит Ангелина, снова разворачиваясь к плите. Вообще, Чонгук был привлекателен. Даже очень. У него было много поклонниц. Но Джинсоль совсем не понимала одной вещи: что сынок богатых родителей делает в их общежитии?

– Слушай, ответь мне честно. Почему ты не живешь дома?

Спросила она, когда уже приготовила всем еду.

– Я не особо в ладах со своими родителями. Они против того, чтобы я занимался танцами, поэтому я решил, что жизнь в общежитии добавит мне больше свободы. Я сам зарабатываю себе на жизнь, отказавшись от помощи родителей. Тем более, после университета я же не буду у них на шее сидеть.

Спокойно сказал Чонгук, пожимая плечами.