Возвращение или Пиз...

— А ну быстро открыл дверь!

— Ты убьёшь меня!

— Обещаю, ты будешь в сохранности.

    Послышался щелчок, и я с ноги вышибла "дверь".

— Ты же сказала, что я буду в сохранности!

— В сохранности, а не в целости!

      Фиолетыч побежал в сторону коридоров, по пути потеряв цилиндр. Я рванула за ним. Внезапно прямо перед моим носом появилась каменная стена и послышался облегчённый вздох за ней. Я отошла подальше, разбежалась и... снесла её к чертям собачьим!

     Передо мной в груде камней, металла и каких-то механизмов жопой кверху лежал Фиолетыч, который почти полгода претворялся Призраком оперы.

— С-стой! Погоди! — начал махать руками он, уже сидя. — Выслушай меня!

— Выслушать? — я застыла, а затем широко улыбнулась. — Выслушать?! Минимум, что я сделаю, это превращу тебя в коврик, вытру об тебя ноги и выкину нахрен!

    Он замолчал, а затем опустил голову. Мы оба тяжело дышали: он из-за бега, я... Ну, правильно, снести к кабадатхиной бабушке две каменные двери, как тут тяжело дышать не будешь. Ещё и рана на ноге вновь открылась. Я тяжело шлёпнулась рядом с ним, раскинув ноги и подняв голову, вздыхая.

     Воспоминания о последнем проведённом наедине с этим отвратительным человеком вечере снова дали о себе знать. Моё признание в любви, его удар ножом в живот, его жуткий смех и моя боль, распространяющаяся по телу. Я помню, как умирала на том обрыве, и если бы не Залго...

Теперь же я не знаю, что меня привлекло в нём и по какой причине захотела его спасти. Сама виновата, что доверилась Афтону. Этот обрыв, моё убийство и жуткий смех навсегда останутся в моей памяти, заставляя с каждым днём всё сильнее ненавидеть мужчину передо мной.

— Когда ты здесь появился? — намного спокойнее спросила я. — Пришёл вместе со мной? За несколько дней? Месяц? — Фиолетыч ответил только через пару минут.

— Я... был здесь с рождения...

— В смысле?

— Я прожил жизнь за Эрика до самого твоего прихода, — он чуть приподнял голову и, печально усмехнувшись, взглянул на меня. Я же в шоке уставилась на него.

    А ведь только заметила. Длинные жирные и грязные волосы. Очень бледное, почти бело-зелёное изуродованное лицо без носа. С правой стороны лица щека почти полностью отсутствовала, таким образом обнажая зубы. Один глаз больше другого, и над ним не было брови. Лишь одно отличало его от оригинального персонажа — фиолетовые глаза. Эти бесстыжие, эгоистичные, мерзкие глаза я узнаю из тысячи.

    Несмотря на внутреннее отвращение, я хотела дотронуться до его щеки, но Афтон вздрогнул и ушёл от прикосновения, сжавшись и укутавшись плотнее в плащ. Я сжала губы. Если он прожил все эти пятьдесят лет как Эрик, моя ненависть уже не будет иметь смысла. Он настрадался намного больше, чем должен был. Пусть он и убивал в итоге, но это можно оправдать всем тем ужасом, что он пережил. И его реакция на мою попытку прикоснуться — защитный механизм, почти тот же, что был у настоящего Призрака.

— Выходит... — проговорила я, заставив  его обратить на меня внимание, и усмехнулась. — Ты снова намного старше меня?

     Фиолетыч долго смотрел на меня с глазами с блюдце, а затем чуть улыбнулся.

— Ага...

     Перед нами резко возник портал и два зеркала. Я, кинув на Фиолетыча взгляд, направилась к ним.

— Ты куда? — он тут же встал и схватил меня за рукав платья.

— Домой, — как само собой разумеещееся ответила я. — Просто говоришь зеркалу, что усвоил за это путешествие и всё, — Фиалка прерывисто кивнул, но рукав не отпустил. Пришлось идти так. Вот липучка-то. Хуже того щеночка Рауля. Слава сраке Джейсона, я его больше не увижу, как и директоров.

                                   ***

     Я вышла из портала, потягиваясь, отчего хрустнул позвоночник. За мной плёлся Уильям. Кстати, как только он вышел из мира "Призрака оперы", то снова стал таким, каким я его помнила до ухода из особняка крипи. Разве что так и остался слишком высоким и широкоплечим. Больше я рассматривать не стала.

— Кира... — пробомотал он. Я обернулась. Его лицо было полно ужаса и шока. Чего это он? — Что... Что с твоей рукой? И где шрам? — я, подняв бровь, взглянула на руку.

— Откусили на одном из заданий, — уклончиво ответила я и пошла на выход, где меня ждал Залго.

— Что он тут делает? — чуть ли не рыча спросил Рогалик, кивая мне за спину.

— Без понятия, — пожала плечами. Я действительно так и не поняла, что он там забыл. Мы больше не разговаривали до самого выхода из мира.

— Кира, можно тебя на минуту? — Фиолетыч резко оказался за моей спиной, до усрачки напугав. И взгляд был такой, будто он хотел сделать в Залго две лишние дыры.

     Ничего больше не говоря, он схватил меня за здоровую руку и повёл обратно в тренировочный зал. Залго скрестил руки на груди, усмехаясь. Пока Фиолетыч вёл меня незнамо куда, мы с Рогаликом перекинулись взглядами.

«Ты всё же решила простить этого отброса?»

«От**бись, я не знаю, как он туда попал.»

«... Жду у входа. Если что, могу его прибить за тебя.»

«Ага, сейчас, чтобы ты один удовольствие получал? А вот х*р тебе.»

«Как скажешь, собственница.»

«Кто бы говорил. Уже какой день глазки Элю строишь.»

«Пошла ты...»

— Кира, — из войны взглядами меня выдернул голос Фиолетыча. Чёрт, а ведь он так и остался шикарным. — Я хочу объясниться.

— Не тяни Рейка за яйца и говори, — я скрестила руки на груди.

— Я... Я хотел извиниться ещё в том мире за свои действия весной...

— Ты издеваешься? — скривилась я. — Ты думаешь, простого "прости" будет достаточно после того, как ты чуть не убил меня? Прикалываешься?!

— Кира, послушай, я и сам не понимаю, как такое произошло, — одну руку Афтон запустил себе в волосы, а другую крепче сжал моё плечо. — Да я даже не помню, что именно произошло! То есть, я помню частично, не всё.

— Хочешь сказать, ты делал это во сне?— усмехнулась я, скидывая его руку. — Бл*ть, ты, должно быть, реально издеваешься...

— Нет, прошу тебя, выслушай! — он вновь схватил мои руки и прижал к своей груди, мягко улыбаясь, будто пытаясь меня успокоить. Однако ярость быстро заполнила мою голову, готовясь хлынуть на мужчину в любой момент. — Я люблю тебя, правда! И не собирался причинять тебе такую боль! Я лишь хотел подарить тебе бессмертие и стать твоим спутником жизни...

— ЧТО?! — взорвалась я. — СПУТНИКОМ?! Спутником, который врёт и запугивает моих друзей?! — Афтон на этом моменте вздрогнул. — Спутником, который решает за меня, что для меня лучше, а что нет, не обсудив со мной?! Ах, или ты имел в виду спутника, который сделает меня бессмертной и будет извеваться надо мной столько, сколько ему захочется?!

— Кира, пожалуйста, — мужчина покачал головой, зажмурив глаза. — Не говори так. Я хотел не этого... Я думал...

— Ты "ДУМАЛ"?! А ты вообще умеешь думать?! Я очень в этом сомневаюсь после всего, что ты натворил!

    Я тяжело дышала, а Афтон нервно сглатывал. Эмоции, копившиеся так долго, наконец хлынули неудержимым потоком, и мне было абсолютно плевать, через что прошёл этот человек, чтобы извиниться передо мной и получить прощение.

— Ты просто крысиное дерьмо, Афтон. И если ты думаешь, что после того ужаса, который ты прошёл якобы ради меня, получишь моё прощение... — я глубоко вдохнула, сглотнув. — Ты прав, — Фиолетыч поднял голову, с надеждой смотря на меня. — Я прощаю тебя. Но моё доверие ты знатно подорвал. Не смей больше появляться вот так и заявлять, что всё это было ради меня. Ты это сделал ради СЕБЯ. Чтобы твоя полудохлая совесть, наконец, заткнулась, и ты со спокойной душой продолжил убийства, — я хотела развернуться и направиться к выходу, как меня остановил ледяной голос мужчины.

— Я не убивал...

    В этот же момент по всему тренировочному залу раздался звук пощёчины. Моя ладонь засаднила, а на лице Афтона появился ярко-красный след. Он прикусил губу, опуская взгляд.

— Никогда больше. Не смей. Мне. Лгать, — угрожающе проговорила я, подойдя вплотную к нему, а затем, толкнув в плечо, направилась в сторону удивлённого Залго.

     Не обращая ни на кого внимания, я пошла прямиком в кабинет деда, разбираться. Выходной провален... Как только вернусь в комнату, напьюсь до икоты и феечек с грибочками перед глазами.

    Ворвавшись без стука и опять получив звездюлей за вырванную из петель дверь, я объяснила ситуацию Кабадатху. Тот долго не отвечал, вертя в пальцах перо.

— Ты выяснила причину, по которой он пытался убить тебя и продолжает убивать детей? — наконец произнёс он. Я растерянно замерла.

— Разве не потому что он псих?..

— Будь он тем, кто убил тебя, — перебил меня Кабадатх. — Не решился бы на столь страшные мучения. В своей ярости, будучи на эмоциях, ты не можешь различить две стороны, что приводит к такому исходу.

— Он просто хотел бессмертия, в чём тут ещё разбираться? — начала массировать виски я.

— В себе, — я вновь уставилась на деда. — Разберись сначала в себе, возьми эмоции под контроль. И реши, наконец, задачу с Уильямом Афтоном, — я ненадолго задумалась, вспоминая события рокового вечера.

    Нежное обращение внезапно сменилось убийственным тоном, и Афтон не пожалел силы, вонзив в моё тело нож. Можно подумать, что у него биполярное расстройство, но его слова...

«Не нужно так кричать. Иначе мне действительно придётся тебя убить... У нас был уговор, и я должен был это сделать ради тебя. А теперь получай то, что я приготовил для тебя, любимая Кира.»

    Разговор будто с самим собой. Упоминание о каком-то договоре с кем-то и... Самое главное — глаза. Радужка Афтона в тот вечер несколько раз покрывалась зелёной дымкой.

— Хотите сказать... Их два? — вывод сам по себе был чушью, а когда я произнесла его вслух, вообще показался полным абсурдом. — У него раздвоение личности?

— Сложно сказать, — нахмурился дед. — Я и сам не могу понять, что с ним. Ты контактируешь с этим... Этим...

— Мусором, — предположила я. — И?

— Вот и выясни, что происходит. Или так и будешь закапывать себя глубже в яму ненависти и злости? Ты однажды взяла на себя ответственность исправить его, я прав? Так не отказывайся теперь, доведи это дело до конца.

    Я промолчала и вышла из кабинета, понимая, что Кабадатх прав. Что-то здесь было не так. Тот упрямый, ворчливый и постоянно препирающийся со мной Фиолетыч не мог просто взять и стать... этим.

   Вся эта история вызвала дичайший интерес у Субару, нервный тик у Эля и истерический смех у Карая. Залго вообще, мягко говоря, был в ах*е, с глазищами с целые арбузы уставившись на меня, и я такими же глазами на него. Привела, значит, Призрака оперы, гениального инженера и "красавчика" с шикарным голосом... Ещё лет десять избавляться буду, дихлофосом пшикать да ядом от колорадского жука поливать.

     Попутешествовала, блин, по Франции... Как сказал великий Задорнов: "Ну и встрясочка для нервов"...

-----------------------------------Оп-оп, сюжетик потихоньку меняется, интрига и всё такое.По традиции, пишите в комментариях, как вам глава, и спасибо за то, что вы со мной😊