Т/И -Манул

Манул (или палласов кот, научное название Otocolobus manul) — это маленькая дикая кошка, живущая в Центральной Азии и Сибири. (Фотография персонажа не нашлась.)

Статус:симпатия

Хартслабьюл.Риддл Роузхартс.

—Он хамит мне… но делает всё по правилам. И спасает в нужный момент…*С самого начала Риддл воспринимает любое проявление неуважения как тяжкое нарушение порядка и личную угрозу. Для него каждое отклонение от установленных правил — будь то опоздание, разговор без разрешения или даже неправильно поданный десерт — становится знаком дерзости и презрения к дисциплине, которую он считает основой порядка и справедливости. Такое восприятие уходит корнями в его детство, когда мать воспитывала его в атмосфере абсолютного контроля, внушая мысль, что малейшее отступление — недопустимая слабость. Поэтому, сталкиваясь с нарушением правил, Риддл реагирует резко, порой даже агрессивно, видя в этом прямое проявление неуважения как к нему самому, так и к той структуре, которую он оберегает. Он ненавидит подобные проявления не только из-за принципиальности, но и потому, что боится потерять контроль и уважение — а вместе с ними и ощущение собственной значимости.И всё же именно этот кот — Перфект, с его нескончаемыми нарушениями — стал для Риддла особым испытанием. Сначала каждый проступок казался ему вызовом, но со временем он привык, и даже начал воспринимать грубость и дерзость Манула как своеобразный «диалект», уникальный способ общения, который раздражал, но уже не казался смертельной угрозой порядку.Большую часть времени Риддл сам старается обучать Вас правильным манерам, в ответ же Вы, словно в насмешку, но и с практической пользой, указываете, кто врёт в классе. И хотя, конечно, все иногда лгут — чаще всего это происходит по делу, когда вопрос стоит серьёзный.Риддл, разумеется, не выказывает, что симпатизирует Вам. Наоборот, всё сводится к строгим взглядам, сухому «хм» и его резким шагам прочь. Но за этой суровой маской кроется нечто большее. Узнать это трудно, почти невозможно, но иногда в его глазах мелькает тень того, что он сам не решается признать.*

Кейтер Даймонд.

—Он такой гррр, но стиль у него ультра-альтернативный! Надо заснять!*Кейтер, как всегда, не удержался от привычки делать селфи — и с Вами он поступил так же. В тот день Вы были в маске, скрывающей половину лица, и в кепке, а сам Кейтер беззаботно катался на скейте. Когда же он попытался выложить фото в свой канал, Вы тихо, но угрожающе прошептали:— Выложишь — перегрызу кабель.Однако Кейтеру этого оказалось мало. Он всё равно продолжал фотографировать Вас, накладывая на снимки фильтры в стиле grumpy aesthetic. Порой он ловил кадры даже тогда, когда Вы работали официантом в кафе. У него накопилась целая коллекция таких фотографий, и каждый раз, когда он пытался задеть Ваш хвост, за это следовало немедленное «возмездие» — щедрый удар по голове.Но именно это и забавляло Кейтера: его смешило, как Ваши уши, вместе с крепким телосложением и характерным низким их расположением, придавали Вам вид вечно «недовольного манула» — и от этого он лишь сильнее стремился поймать ещё один кадр.*

Саванаклоу.Леона Кингсколар.

—Он ворчит, как я. Даже злее. Мне это нравится.*Эти два кота… настоящая головная боль Ночного Ворона. Они часами могут дремать в одной тени, иногда — прямо в оранжерее, молча, даже не удосуживаясь обменяться словом. Порой всё доходит до смешного: стоит одному занять место, как второй непременно попытается вытеснить его. Начинается тихое шипение, ленивые удары хвостами, лёгкие укусы — словно маленький ритуал, без злобы и агрессии. Из-за последнего уголка тени или удобной подушки они готовы сцепиться, но спустя минуту уже снова лежат рядом, бок о бок, будто ничего и не произошло.Эти безмолвные часы, проведённые рядом, стали для них привычкой. Они не друзья в классическом понимании, но и не мешают друг другу просто быть. В этом молчаливом сосуществовании есть странная гармония.Разумеется, он интересуется такими, как Вы, но… разве это не кажется немного странным? В прошлый раз, из-за Грима, Вам пришлось остаться у Леоны. Он так и не понял, почему Вы отказываетесь спать на диване, упорно выбирая холодный пол. И лишь потом осознал: Вам нужен не уют, а прохлада — словно дыхание ночи, которое невозможно заменить мягкостью мебели.*

Октавинелль.Азул Ашенгротто.

—Не берёт контракты. Отказывается от сделок. Угрожает разнести офис, если кто тронет друзей…*Азул испытывает к Вам противоречивые чувства: с одной стороны, он опасается Вас из-за Вашего характера, с другой — не может не уважать за смелость перечить ему и за то, что Вы сами по себе представляете угрозу для его спокойствия. В глубине души он боится Вас, и это чувство гложет его сильнее, чем он готов признать. Азул всеми силами старается скрыть этот страх, но делает это безуспешно: малейшие жесты и взгляды выдают его больше, чем слова.Он называет Вас ласковым, но слегка насмешливым прозвищем — «манулье», при этом ставит перед Вами чай, не спрашивая, хотите ли Вы его. Ему интересна Ваша непредсказуемость, и всё же, не получая возможности подступиться напрямую, он добывает сведения о Вас через Ваших знакомых. Узнав, что Вы не особенно общительны, Азул попытался заманить Вас в клуб настольных игр, но Вы так ни разу и не пришли. Это его злит и одновременно задевает — ведь отказ невольно задел его гордость.Тем не менее, именно из-за Вас он вынужден прибегать к помощи Лич — направлять их следить за Вами и время от времени приносить ему вести. Азул не любит признавать свою зависимость, но Вы для него — словно тихая буря, от которой он никак не может отвести взгляд.*

Джейд Лич.

—Он… интересный. Его поведени непредсказуемо. Я восхищён.*Вы редко говорили с ним… Конечно, он пытался завести с Вами беседу, но все его попытки разбивались о Ваше молчание и холодное игнорирование. Однако настал день, когда Вас почти силой увели на свадебное торжество — Празднование на пляже. Кто мог предположить, что именно там Вы инстинктивно ухватитесь за него, словно коала за дерево? Ведь намокнуть в воде для кота — истинное испытание: шерсть сохнет мучительно долго, оставляя неприятное ощущение тяжести и холода. Вы бы спрятались где угодно… но выхода не было.И всё же Вы промокли. Впервые все увидели Вас по-настоящему раздражённым, даже агрессивным, пока Маллеус собственной магией не избавил Вас от воды. Но рост Джейда всё равно возвышался над Вами, и он находил эту разницу забавной, позволяя себе считать Ваше недовольство даже милым.В разговоре с ним прозвучали слова, которые застряли в памяти:— Ты змея в костюме джентльмена. Но ты не лжёшь. Редко.С тех пор Джейд иногда приносил Вам сушёных ящериц как угощение, но чаще — ароматный шашлык на палочке. В глубине души ему хотелось пригласить Вас в свой клуб, ведь в его глазах Вы были сродни существу, рожденному для суровых скалистых степей и полупустынь, где на горизонте сияет белая снежная шапка.*

Флойд Лич.

—Гррр! Он кусается! МНЕ НРАВИТСЯ!*Ты всегда отвечал ему грубостью или сарказмом, словно просто не мог подобрать иных слов. Он реально утомил тебя до невозможности, но, несмотря на это, Флойд упрямо продолжал тянуть тебя на руках, как маленького котёнка. В ответ же не раз получал по лицу — и даже во время тренировок ты неизменно давал отпор.Флойда забавляло всё, что касалось твоей природы. Манул с круглыми, а не вертикальными зрачками — редкость среди кошачьих, а его научное имя вольным переводом звучит как «уродливое ухо». Ему это казалось невероятно смешным, и он не раз дразнил тебя этим прозвищем.Не меньше его веселили твои привычки: низко подкрадываться к «добыче», а точнее к нему самому; устраивать засады у нор или в густых зарослях; не полагаться на бег, а прятаться или взбираться на скалы при малейшей опасности. От Лича убежать непросто… но твоя техника полёта — лучшая защита. Иногда именно она спасала Флойда от неприятностей, но тот, вместо благодарности, лишь ворчал:— Одно неверное движение — и будешь селёдкой. Вяленой.И что удивительно, против этого он вовсе не возражал.*

Скарабия.Джамиль Вайпер.

—Он раздражающий, но честный. Мне… проще, когда он рядом.*Вы действительно ближе, чем просто знакомые, хотя и сохраняете почтительную дистанцию — в этом ощущается особая гармония. Джамиль не любит, когда его личное пространство нарушают, а Вы охраняете свою «территорию» с почти звериной ревностью, однажды даже позволив себе зашипеть. И всё же это взаимопонимание: оба умеют ценить уединение и уважать чужие границы. Вас невозможно прижать к стене без последствий — Вы мгновенно становитесь в яростную защиту. Джамиль же действует иначе: он расчетлив, и если угроза становится слишком явной, всегда готов «ударить первым». В этой силе — в умении постоять за себя — Вы уважаете друг друга. Ни один из вас не раскрывается быстро, но когда доверие рождается, оно становится прочным, словно сплетённым узлом. Джамиль ценит верность, а Вы цените того, кто не пытается приручить силой.Ваше знакомство окрасилось особенной теплотой во время праздника Нового года. Всё было просто: Вы сидели на лавочке, спокойно поедая тонкацу с рисом, купленный у Сэма. Джамиль, уже не раз замечавший Вас раньше, решился подойти. Он сел рядом — и тут же два золотых взгляда зло метнулись на него, словно перед ним готова разорваться бомба. Но виноват оказался вовсе не сам разговор: заместитель главы Скарабии случайно сел на Ваш хвост.— Тсс… Чёрт… Прости, я не заметил… Не рычи, я не специально, — быстро произнёс он, напряжённо глядя, словно проверяя, не причинил ли вреда.— Всё в порядке? Я не хотел Вас напугать… И уж точно — не хотел наступать на Вашу «территорию».Он чуть криво усмехнулся, но в голосе звучало искреннее беспокойство.— Давайте начнём сначала… Я просто хотел поговорить.И разговор действительно состоялся — недолгий, осторожный, но оставивший после себя тёплый след. А на следующий день в столовой его взгляд снова и снова скользил в Вашу сторону. Вы, усмехнувшись, окрестили его «змеёнышем» — ведь и вправду: и взгляд, и манера, и язык его напоминали хитрую змею.Джамиль же откровенно заинтересовался Вами. Он даже узнал, что Вы не любите жирную или незнакомую пищу, и отметил про себя эту особенность. В конце концов, Вы — истинный привереда, и именно это делает Вас ещё более любопытным в его глазах.*

Игнихайд.Идия Шрауд.

—Он страшный, но логичный. Как NPC с максимальной агрессией, но пассивной добротой.*Ты стал тем, кто подтолкнул его к шагам «в люди», словно мягко толкнув в спину и сказав:— Живи. Или сгниёшь в пыльном углу, как я когда-то собирался.Орто был искренне благодарен за это.У тебя с этим мальчиком заключён своеобразный контракт — и, разумеется, не безвозмездно. Идия любит котов, и когда судьба подарила ему такую возможность, он ухватился за неё. Умен он, конечно, необычайно, но против очарования мягкого касания головы или лёгкого движения хвоста устоять невозможно. В этом было что-то уникальное, и ваши отношения стали почти дружбой — но назвать это полноценной дружбой сложно. Скорее, это простые встречи, беседы, лёгкое присутствие друг друга.Чаще всего ты ведёшь себя рядом с ним как усталый взрослый: во время фильма или игры начинаешь клевать носом, засыпая. Иногда — как никогда прежде — он заставал тебя спящим, свернувшимся клубочком, словно кот. Пару раз Идия даже фотографировал это для себя, не решаясь поделиться.В остальном ваши связи держатся на переписке. Разговоры даются тяжело, ведь часто, прямо посреди диалога, ты снова засыпаешь.*

Персонал. Дайар Кроули.

—Н-н-не п-п-приближайся! Не смотри так!*У Вас обоих золотые, хищные глаза. Иногда сам Кроули, глядя в зеркало, невольно вздрагивает — особенно в темноте, когда ему мерещится тихое шипение. Но и это ещё не самое страшное…Ходить за ним бесшумно, не выдавая ни шагов, ни дыхания, а затем внезапно оказаться прямо за его спиной — именно так Вы заставили директора в один миг вспорхнуть, словно его собственные вороны. Кроули нервно прятал растерянность за театральными жестами, но в глазах его сквозил испуг.Ваше появление через окно его кабинета стало ещё одним испытанием. Тогда Вы произнесли прямо, глядя в упор:— Ты — причина всех бед. Но я здесь, чтобы защищать тех, кто не виноват.С тех пор директор предпочитал лишний раз с Вами не связываться. И без того в общежитии уже достаточно двух котов — а с Вами даже его собственный порог переставал казаться безопасным.Первая встреча вышла поистине особенной. Когда началась торжественная церемония, все ждали верховного мага… но, зайдя на кухню, Кроули столкнулся с совсем иным зрелищем. Холодильник приоткрылся, и любопытство директора взяло верх. Заглянув внутрь, он заметил Вас.— …Ах! Вот Вы где, незваный пушистый участник церемонии! Что, позволь полюбопытствовать, делаете в холодильнике во время столь важного мероприятия? Знаете ли, этот аппарат предназначен для хранения изысканных блюд, а не… хищников с глазами, как у древнего духа возмездия! Ха-ха… Разумеется, я не испугался! Просто… забочусь о санитарных нормах!Однако все его слова рассыпались в пустоте. Вы лишь молча продолжали сидеть.— Эм-м… Уважаемый… кхм… пушистый жилец холодильника, — директор пытался подобрать слова, — быть может, Вы не в курсе, но у нас идёт торжественная церемония! Присутствие… э-э… хищных млекопитающих в отделении для десертов — мягко говоря, не по протоколу.Вы снова промолчали.— Ага… Значит, мы играем в молчаливое противостояние… Прекрасно, — выдохнул Кроули. — Знаете, я могу применить магию, чтобы Вас… э-э… мягко извлечь. Но, учитывая Ваш взгляд, предпочту дипломатический путь.Он поспешно достал кусок мяса, положил у дверцы и с натянутой улыбкой произнёс:— Вот… вкусный ужин. Приманка. Выходите… ммм? Нет?..Отступив на шаг, директор потерял остатки уверенности.— Отлично. Тогда я… просто поручаю эту миссию кому-то более подходящему. Например, Флойду. Или Джейду. Или обоим сразу.Он поспешил удалиться, бормоча себе под нос:— Я ведь говорил, что я добрый директор… А добрые директора не рискуют пальцами.С тех пор Кроули испытывал лёгкий трепет в Вашем присутствии. Но в глубине души ему даже нравилось то, что Вы, столь необычный и независимый, умели поставить на место даже его ворону.*

Дивус Круэл.

—Груб. Неопрятен. Безвкусен. Но… как он спас студента — я не забуду.*Это случилось совсем недавно — кто мог бы подумать, что тот самый спокойный, но временами резкий и даже агрессивный студент решится на поступок, достойный настоящего подвига.Ночь была тёмной, метель заволакивала весь колледж. Вам пришлось выйти из общежития, чтобы насладиться зимней погодой. Сквозь снежный вихрь Ваши жёлтые глаза заметили группу студентов, которые мгновенно бросились врассыпную, едва завидев тень. Они, вероятно, приняли Вас за кого-то из старших и предпочли ретироваться.Тихо ступая по снегу, Вы подошли ближе к месту, где они недавно толпились, и обнаружили там одинокую фигуру. Студент — избитый, с множеством ран, уже на грани обморожения. Его дыхание становилось всё более тяжёлым, и промедление могло стоить ему жизни. Не раздумывая, Вы подняли его, укрыли своей одеждой и отнесли в общежитие, где сразу сообщили обо всём Круэлу.Поначалу Вы следили за состоянием пострадавшего в одиночку, но вскоре в комнату вошёл и сам Круэл. Он расспросил подробности, а затем остался рядом, наблюдая за ситуацией. К счастью, у Вас нашлось свободное место для ночлега, так что и новый студент, и преподаватель провели эту ночь в Вашем общежитии.Круэлу доставляло удовольствие видеть, как Вы делаете вид, будто ничего особенного не произошло, но при этом совершаете поступки, говорящие о Вашей доброте. Ваше сердце чисто, хотя характер холоден и порой резок, и именно эта контрастность вызывает у него неподдельный интерес.В свою очередь, Вы никогда не упускаете случая поддеть Круэла, называя его «показушником» и утверждая, что в его волосах будто бы таится искра пороха.*