Т/И - юрэй

Юрэй- это традиционный японский дух умершего человека, аналог европейского привидения. Название буквально означает "блуждающий дух" или "затуманенная душа".

Предыстория: Т/И умер, но в момент смерти он должен был защитить кого-то - допустим, брата или сына - однако не смог этого сделать и не обрел покоя из-за неисполненного долга.Спустя многие годы он случайно встретил И/П, который был похож на сына или брата.

(Прошу читателя проверить свои заказы, так как некоторые из них автор, к сожалению, не может найти.)

Хартслабьюл.Риддл Роузхартс.

-Останки нельзя оставлять без погребения. Это не только жестоко - это противозаконно.*Сначала это было... невыносимо.Чувствовать на себе чьё‑то постоянное внимание, ощущать взгляд за спиной - Риддл и без того прожил всю жизнь под тяжестью чужих ожиданий. Но дух не осуждал. Он просто присутствовал.Молчаливый. Холодный, как вода в горном источнике.И в этой тишине заключалась сила - сдержанная, но не жестокая. Не бездушная. Такая, какой могла бы быть мать... если бы умела любить иначе.Иногда Риддл раздражался:- Я справлюсь сам, - бросал он сквозь зубы, когда чувствовал ледяное дыхание призрака у себя за плечом.Но стоило кому-то заговорить слишком сладко, с фальшивой вежливостью, - шёпот в голове звучал ясно:- Осторожно. Ложь.И Риддл гасил вспышку гнева. Отводил взгляд. Сохранял достоинство, Благодаря ему.Однажды, в особенно тревожный вечер, он шёл через лесной двор, когда что-то напало. Это было нечто - не человек. И даже не зверь. Перекрученная, искажённая магия, сорвавшаяся с цепи. Существо, вырвавшееся из зеркального пространства, полное голода и ярости.Риддл едва успел выхватить жезл, но тьма уже сомкнулась вокруг.Он закричал - не от страха, а от бессилия. Заклинание рассыпалось, пальцы дрожали, в голове с грохотом бились слова: ты слаб, ты опоздал, ты снова не справился...И в этот миг воздух взорвался холодом.Перед ним возник юрэй - не тень, не иллюзия, а почти живое существо. Свет исходил от него - тусклый, как свет перед рассветом.Он не произнёс ни слова. Просто поднял руку. Его взгляд был твёрдым. Решительным.И чудовище... растаяло.Исчезло, как мрак перед первым светом утра.Когда Риддл очнулся, всё вокруг казалось прежним. Башня, луна над шпилем, прохладный воздух - всё осталось на месте. Только юрэя не было.Он ждал.День. Другой. Неделю.Шёпот не возвращался. Тень не скользила рядом. Тишина больше не сдавливала грудь.И тогда Риддл понял: он ушёл.Может, это была плата. Может, дух просто выполнил своё предназначение. А может......он просто знал, когда пора исчезнуть.Без прощаний. Без слов, Как настоящий наставник.*

Саванаклоу.Леона Кингсколар.

- Ты прожил тысячу лет. Пережил войны, ураганы, падение королевств. И всё ещё здесь. Всё ещё помнишь, чувствуешь, страдаешь.*Солнечные лучи лениво просачивались сквозь листву раскидистого дерева во дворе общежития Savanaclaw. В прохладной полутени, словно позабытый всем миром, на траве лежал Леона. Один.Грудная клетка поднималась и опускалась в такт его неторопливому дыханию. Лицо казалось спокойным, почти умиротворённым, но даже во сне на нём оставалась тень - след утраты, незажившего воспоминания.Т/И - юрэй, прозрачная, бледная фигура, едва различимая на фоне реальности, - остановился в нескольких шагах. Он не дышал, но если бы мог - затаил бы дыхание. Этот человек...Он напоминал того, кого Т/И больше никогда не сможет коснуться. Брата.Тот тоже часто уходил прочь от чужих взглядов, искал тишину, укрывался в молчании. Вместо слов - тягучее молчание. Вместо улыбки - усталый, почти прощальный вздох. В его взгляде, как и в глазах этого юноши с львиными ушами, жили обречённость... и злость. А под ними - невыраженная доброта, зажатая в клетку, которой не дали шанса проявиться.Т/И не знал, зачем подошёл ближе. Просто... хотелось остаться рядом.Тишина между ними была густой, вязкой - как между людьми, которые боятся заговорить. Лёгкий ветер тронул волосы Леоны и пронёсся сквозь тело призрака, не коснувшись ни единой черты.- ...Хм, - пробормотал Леона, не открывая глаз. - Даже после смерти вы не умеете оставлять людей в покое?Т/И вздрогнул. Значит... он чувствует?- Тебе от меня что-то нужно, призрак? - Голос ленивый, с оттенком насмешки. В нём не было страха - лишь усталость человека, привыкшего быть чьей-то целью.Ты молчишь, но твое присутствие становится ощутимым. Не злобным. Не навязчивым. Просто... тоскливым.Леона приоткрыл один глаз и посмотрел в точку перед собой, точно зная, где стоишь ты.- Уходи. Я не твой брат. И не умер, чтобы заслужить такую верную тень.Т/И всё ещё молчит. Но не уходит. Он не пугает. Он остаётся.Леона усмехается и снова откидывается в траву, скрестив руки за головой.- Делай что хочешь, юрэй. Только если начнёшь плакать - предупреждаю, утешать не стану.Ответил за него ветер. Тихо, почти ласково.Вечер опустился на кампус, мягко поглощая краски. Мир замирал, как будто сам склонялся к покою.Тренировочная арена Savanaclaw дышала пылью, магией и потом. В воздухе витал запах заклинаний и напряжения. Среди разодранных мешков, сломанных барьеров и исцарапанного пола стоял Леона - один против троих. Студенты из другого дома, спорившие, ругавшиеся, кричащие о границах и правилах.Леона не спешил применять магию. Ленивый - да. Но не слепый. Он знал, когда игра перестаёт быть игрой.И они зашли слишком далеко.Когда вспышка атакующего заклинания рванулась в его сторону, он вдруг почувствовал, как кто-то встал перед ним.Магия рассыпалась в воздухе, наткнувшись на невидимую преграду. Комната замерла. Лёгкое дрожание воздуха. Туманная прохлада. Чуть слышный треск - как стекло, покрывающееся паутинкой трещин.- Что за... - прошептал кто-то из противников. В страхе они начали пятиться, сбившись с толку.Леона не испугался. Он знал, кто рядом.- ...Ты, - устало сказал он, глядя в пустоту.Т/И стоял перед ним. Призрачный силуэт светился изнутри, как пепел, в котором ещё тлеет искра. Его взгляд был как стекло - хрупкое, но прозрачное, за которым едва держалась последняя надежда.- Один раз, - прошептал он. Его голос не слышали другие. - Только один раз... Позволь мне защитить Вас. И я смогу уйти.Леона прищурился, тяжело выдохнул.- Тебе нужно разрешение? Дурень...Т/И опустил голову. Виновато.- ...Ладно. Только не жди, что я скажу спасибо, - буркнул Леона, отвернувшись. - Делай, что должен. Если исчезнешь... хотя бы не будешь больше стоять над душой.Т/И слабо улыбнулся. Не из триумфа. А из освобождения. Он шагнул вперёд.Следующее заклинание, сорвавшееся с чужих губ, так и не долетело. Оно разбилось, словно врезавшись в невидимую стену. На мгновение зал наполнился холодом, зовом из мира, где больше нет боли, и светом, что не принадлежал этому месту. А затем - тишина.Противники отступили в панике. Сбежали.Леона остался.Впервые - по-настоящему один.Он стоял молча. Ожидая. Секунду. Другую.- Ушёл, значит, - хрипло выдохнул он.Он посмотрел туда, где прежде ощущал чужое присутствие. Там - пустота. Лишь равнодушная трава, неподвижная и холод исчез.- Никогда не спрашивал, почему выбрал именно меня, - сказал он тише.Он сел, локтями облокотившись на колени, и долго вглядывался в пустоту.- Хотя... может, догадываюсь.И, наконец, почти неслышно:- Спасибо.*

Октавинелль.Азул Ашенгротто.

-Ты охраняешь меня - я помогаю тебе обрести покой.*Азул, как всегда, смотрел на мир сквозь призму сделок и взаимной выгоды. Впервые столкнувшись с Т/И, он не испугался - напротив, увидел в духе потенциального партнёра.- Сделка с духом, - произнёс он с привычной холодной уверенностью, - ты хранишь покой, а я обеспечу условия.Он полагал, что даже с теми, кто не из мира живых, можно вести переговоры.Но очень скоро понял: с Т/И всё иначе. Эта "сделка" не имела силы, не подчинялась правилам, не поддавалась расчёту. Ни логика, ни выгода здесь не действовали.Азул пытался отмежеваться, повторял снова и снова, что он - не его сын. Но всё было тщетно. Юрэй - дух, не ведомый рассудком, - всё равно продолжал появляться. Иногда во снах. Иногда - в дрожи воздуха за плечом. И тогда, впервые, Азул услышал правду.Семья Т/И погибла в пожаре. Старый дом охватило пламя - беспощадное и быстрое.Он тогда был на работе. Соседи позвонили, паника сдавила грудь, и он бежал, не чувствуя земли под ногами. Но не успел.Огонь уже пожирал стены, когда он добрался до места. Люди стояли рядом, кто-то снимал видео, кто-то пытался помочь - неравная борьба с яростью пламени. Кто-то таскал вёдра, кричал, звал.Т/И ворвался внутрь. Пытался найти своих. Но вскоре сам оказался в ловушке.Можно ли назвать такую смерть напрасной? Стоило ли идти в огонь? Он не спас никого. И не вернулся к ним.Юрэй приходил снова. Говорил о вине, об утрате. О том, как время не лечит, а только делает тени глубже. И однажды Азул, не выдержав, сорвался: - Ты не обязан вечно страдать... Ты ведь не бог...С тех пор дух остался рядом. Не как угроза, а как тень. Как дыхание прошлого.Азул не просил защиты, но чувствовал присутствие - тёплое, почти отцовское.Т/И, в свою очередь, видел в нём некого заблудшего сына. Талантливого, но упрямого, склонного повторять чужие ошибки.Иногда, когда Азул готов был переступить черту, Юрэй говорил негромко, почти шёпотом: - Не повторяй моей ошибки. Не защищай себя за счёт других.Азул ценил это... но тяготился. Ему казалось, будто он сходит с ума - ведь никто, кроме него, не видел духа. Однокурсники начинали перешёптываться, поглядывали с опаской.И всё же, в конце, он справился. Он выполнил задачу. Освободил Т/И.Останки духа нашли в руинах старого дома - иронично, но именно там, где некогда проходили сделки с его бизнес-партнёрами. Он вернул их покою.Когда дух прощался, он улыбался. Спокойно, по-человечески. Уходил легко, как тень, которой больше некуда спешить.И тогда Азул почувствовал: словно тяжёлый камень спал с его души. Словно можно было, наконец, не бояться. Не играть. Просто жить.*

Флойд Лич.

-Ты чё, дух? Клёвооо...Ты теперь мой личный охранник-призрак, да?*Но бывают моменты, когда он внезапно замирает. Когда Т/И, бесшумно и без слов, заслоняет его собой от опасности - Флойд перестаёт смеяться. Его глаза теряют лукавый блеск, взгляд устремляется куда-то в пустоту, и шёпотом он произносит:- Кого-то ты так и не спас... Но меня ведь не потеряешь, правда?Иногда он будто нарочно идёт навстречу риску - просто чтобы дать Т/И повод проявиться, чтобы устроить спектакль, чтобы ощутить рядом его неосязаемое присутствие.Где-то глубоко внутри он понимает: юрэй стал для него кем-то вроде молчаливого отца - тем, кого у него никогда не было. Тем, кто рядом, даже в молчании, даже в тенях.Он не хотел, чтобы Ты уходили. Но Азул настоял. Тогда Флойд просто рассмеялся - звонко, почти искренне. Особенно, когда Вы выключали свет или устраивали маленькие проделки. Он смеялся до слёз. Потому что чувствовал: Вы всё ещё рядом.*

Диасомния.Маллеус Дракония.

-Ты не один. Ты нашёл путь сюда. Значит, ты ещё можешь исполнить волю.*Маллеус Дракония - один из немногих, кто с первого взгляда понял, кем является юрэй. Его взору открыто то, что скрыто от прочих: он способен видеть духов и говорить с ними без посредников, словно сам принадлежит иному миру.Т/И почтительно относится к Маллеусу, почти как к божеству, но тот никогда не позволяет возносить себя выше. Между ними нет иерархии - только взаимное уважение. Их разговоры напоминают беседы двух древних душ: одна ищет прощения, другая - смысла.- Ты не тень, - говорит Маллеус с тихой уверенностью, - ты свет, что не угас. Ты всё ещё горишь.Но всё меняется в миг, когда ярость дракона почти выходит из-под контроля. В тот момент, когда он едва не навредил Сильверу и его друзьям, Т/И вселился в него - не чтобы поразить, а чтобы защитить. Он стал барьером, отгородившим остальных от ужаса, что рвался наружу.Маллеус ощущал вину, тяжёлую и всепроникающую, как туман. Но именно Лилия помог ему разглядеть истину: юрэй не кара - он зов. Призыв к исцелению. Необходимо не изгнать, а понять, не отвергнуть, а поддержать.Так, приняв свою ответственность, Маллеус решил помочь Т/И обрести покой. И, как бы ни был тернист путь, он чувствовал: в этом - его искупление. Он стоял на грани... и был благодарен за то, что Т/И, позволил.ему сделать шаг вперёд.*

Сильвер Ванруж.

-Ты ищешь покой? Я помогу тебе... Просто будь рядом.*Сильвер впервые увидел его во сне - бледный свет, тень, что не бросает тени, и голос, звучащий как эхо в тишине. Это был дух. Но страха он не испытал. Лишь тихое удивление и странное чувство родства.Т/И же был потрясён. С тех пор он стал рядом с ним - как невидимый страж, как ангел без крыльев. Он больше не мог уйти. Его место теперь было рядом с этим тихим юношей, что умел спать среди хаоса и улыбаться сквозь тьму.Сильвер не всегда понимал, где проходит грань между сном и явью. Порой ему казалось, что он говорит с кем-то в полудрёме - но сердце подсказывало: он рядом. Всегда рядом.- Ты как меч, которого не видно, но он есть, - прошептал однажды Сильвер, не открывая глаз. - Ты остался со мной, когда не осталось никого.Во время оверблота Маллеуса, когда страх окутал стены Академии, именно он, тот самый дух, принял человеческий облик. В глубине сна Сильвера он сражался рядом с ним - не как мираж, но как союзник, владеющий магией и мужеством. Никто не знал, кто он. Но стоило Сильверу сказать, что это «призрак колледжа», - и все почувствовали странное спокойствие.Когда всё закончилось, он не хотел уходить. Но принял свою участь - остаться тенью в жизни Сильвера. Он исполнил свою последнюю волю: защитил его. Спас. И тем самым облегчил душу - свою и его. Словно стал лёгким дыханием в вечернем ветре, светлым эхом в сердце, что больше не боится темноты.*

Дайар Кроули.

-Хо-хо-хо! Конечно же, это просто мираж! Или... иллюзия от переутомления! Да-да, ведь я так усердно работаю... Как же иначе! Хе-хе...Ты ведь не настоящий, верно? Верно?..НЕ ПРИБЛИЖАЙСЯ! Я директор! Я... Я установлю магический барьер, да, барьер! СЕЙЧАС ЖЕ!...Просто дайте мне секундочку, мой магический резерв нужно... э-э... перезарядить...Я... я вовсе не боюсь! Я просто... позволяю духу почувствовать свою свободу! Потому что я - такой добрый! Кто-нибудь, спасите меня...*Кто бы мог подумать, что всё началось в тот самый обыденный день, когда в его кабинете внезапно погас свет. Всё выглядело привычно, буднично - до этого момента. Но тьма настала резко, будто кто-то выдернул нить привычной реальности.Кроули щёлкнул пальцами, как обычно, - ничего. Ни искры, ни вспышки.- Чёрт. Чёрт побери! Почему весь мир будто ополчился на меня?! Я же такой добрый! - воскликнул он, сердито вглядываясь в пустоту.Воздух вокруг будто сжался и резко похолодел. Словно кто-то приоткрыл дверь в иной мир. Из мрака появилась призрачная фигура - мужчина с длинными чёрными волосами, в белом, будто погребальном, кимоно. Лица не было видно: его скрывала мерцающая дымка. Она приближалась медленно, неотвратимо, как сама судьба. И вот, нарушая гробовую тишину, его голос сорвался с губ - глухой, дрожащий:- Сын...Кроули нервно усмехнулся и исчез. Это розыгрыш. Конечно, розыгрыш студентов... Да?.. Но нет. Призрак не был мимолётной шуткой. Он преследовал его днём и ночью, появлялся в самых неожиданных местах, пугал даже таких стойких, как Азул - особенно в те моменты, когда тот пытался его шантажировать.Призрак стал его тенью, невидимым стражем, чья душа не находила покоя. Кроули постепенно привык к этому присутствию, к его молчаливому наблюдению, к холоду в воздухе и треску ламп. Но только он начал смиряться с его постоянством, как он вдруг исчезла. Навсегда.Это оказалось странно... непривычно. Не больно, не страшно - просто пусто. Он думал, что его сердце давно утратило способность чувствовать потерю. Люди приходят и уходят - разве не таков порядок вещей?И всё же, в глубине души, Кроули не мог не признать: его исчезновение он воспринял тише, чем следовало. Но гораздо ближе, чем хотел бы.*