Закрывай дверь

— Эй, можно поаккуратней?! Я не хочу чтобы какая-то девка прикасалась к моему лицу.

— Если будешь выебываться, макияж будет перманентным и с болевым эффектом. Так что сел.

— Да тебя уволят, если будешь со мной так разговаривать!

— Пф, не многое теряю.

— До выступления десять минут.— забежал в гримерку запыхавшийся менеджер.

— Юнги, тебя опустили. Не больно было падать на землю? — угарал Чимин.

— Ой, закройся. Ее сегодня же уволят!

— Ну это мы ещё посмотрим. — закатывая глаза сказала Бамби.

— За языком следи, сучка. Ты разговариваешь с айдолом.

— С небес спустить, петух гамбургский. Ты меня уже пугаешь увольнением второй год. Ну и где итог?

— Это было последней каплей! — не на шутку завёлся Мин.

— Пустозвон.

— Грубиянка!

— Придурок!

— Обслуживающий персонал.— с хищным оскалом сказал Юнги, окончательно выбешивая визажиста.

— Тебе хана, сахарный. Теперь я тебе точно вмажу! — с кулаками полез визажист.

— Юнги, за то будет плюс. Не нужно будет красится.— подхватил всеобщий ржач макнэ.

— Уберите от меня эту бешеную.— психовал репер.

— Ты сам виноват. Ты далеко зашёл.— оттаскивая разозленного визажиста, сказал Хосок.

— Да блин, хватит вам ругаться! — вмешался лидер группы в бессмысленный спор.— И Юнги, хватит обливать дерьмом Бамби. Она уже как часть нашей семьи, а вы до сих пор грызётесь как кошка с собакой.

— Концу нашей войны не бывать! Она меня бесит.

— Расслабься, котик, это взаимно.

— Если бы не выступление, я бы тебе вмазал!

— Ахренел на девушку руку поднимать.

— А разве здесь есть девушки?— с целью задеть высказался репер. По щеке Бамби скатилась одинокая слеза.

— Вот сейчас было обидно.

— Юнги, соры сорами, но не считать ее за девушку это перебор.— заступился за подругу Чонгук.

— Сама виновата, ведёт себя как хабалка.

— Так, живо на сцену! — влетел нервный менеджер.

— Бамби, не обижайся на него, он у нас с ебанцой. Ему когда нибудь это всё надоест. Ты главное не реагируй на него, и он отстанет.— пытался успокоить девушку макнэ.

— Легко сказать, заебал уже, этот старый пердун.

— Хах, это точно. Хён у нас сварливый. Ладно мне пора бежать на сцену и покорять сердца фанатов.

Концерт самой успешной корейской группы не мог пройти плохо. Всё как всегда. Всё было на высоте. Крики фанатов оглушали стадион. Бантаны покидали сцену под фирменную кричалку арми. Что же может быть лучше. Ребят встретил в меру уставший визажист, обязанный смыть свои ранние труды. С работой начиналась и личная пытка Бамби.

— Ой, тебя ещё не выперли в зашей?— с наигранным удивлением уточняет Юнги.

— И не мечтай, патлатый.

— Кто из нас ещё патлатый, швабра. Ты вообще голову моешь. Вдруг в твоей копне уже клопы завелись?

— Много за убийство дают?— интересуется Бамби у уставших ребят.

— Ну так лет десять, но за него могут впаять и двадцатку.

— Спасибо, Тэ. Я скажу, что это самозащита, ну или несчастный случай. Или что-то в стиле самоубийства. И приложить записку «Я устал от популярности, поэтому вернулся обратно домой, в ад. Прошу никого не винить в моей смерти». А? Хорошая идея.

— Ты вообще адекватная? Как тебя вообще подпустили к людям, ты же больная на голову?

— Ага, у меня даже справочка есть. Показать?

— Себе оставь, психопатка. Тебя вообще нужно оградить от контакта с людьми. Кто вообще знает,что у тебя, у больной, в голове.— продолжал возмущаться Юнги.

— Ооо, в моих мыслях ты умер уже пятнадцать раз. — отвечала Бамби, смывая макияж уже с пятого участника группы.

— Садистка.— но это уже визажист не услышал.

— Как же достали ваши крики и оры.— Тэхен не решил ждать своей очереди по очищению и психанув смыл все самостоятельно.

— Дед, твоя очередь.— полезла Бамби с ватным диском к озлобленному реперу.

— Убери от моего лица свои культяпки! Я сам.

— Куда сам? Ты сейчас всё по лицу размажешь! А мне потом предъявят, почему ты страшный и грязный, как кот помойный.

— Ладно, ссорьтесь, мы пошли. У нас от ваших визгов голова ещё сильнее болит. — закончил Джун.

— Юнги, мы тебя ждём в машине.— предупредил Чимин, выглядывающий из дверного проёма.

— Не оставляйте меня с этой сумасшедшей женщиной. Она меня убьёт без свидетелей.— Юнги пытался отстраниться от уставшего визажиста, который всеми силами старался смыть макияж.

— Юнги, не драматизируй. Пока, Бамби.

— Пока, ребят.— бантаны пропали за дверьми гримерки. И спустя минут пять шаги окончательно стихли.

— У нас есть где-то минут двадцать, пока они не кинулись искать мой хладные труп.

— Юнги, это не смешно.

— А я не смеюсь. Извини меня за эти все грубые слова.— репер нежно обнял горячо любимую и родную девушку.

— Ты тоже меня прости, котик. Мне просто очень не приятно устраивать эти фэйковый соры. Мне очень больно оскорблять тебя.

— И мне , моя девочка. Но так нужно. Мы не можем рассказать о наших отношениях. Ты же знаешь, для меня это черновато последствиями.

— Я знаю. Я очень тебя люблю, Юни.— Бамби отложила несчастную салфетку и уселась на излюбленные бёдра своего тайного бойфренда.

— Я так соскучился по твоим поцелуям, по твоим касаниям. Я весь концерт думал только о тебе, о том как мы останемся в гримерке одни.— Юнги нежно поглаживал тонкую талию девушки и легонько сжимал, всё ближе и ближе придвигая к себе.

— Да? А о чём ты ещё думал?— Бамби расстегнула концертную рубашку Юнги и языком очерчивала изгибы шеи, ключицы и нежно покусывала линию подбородка, виновата зализывая оставленные укусы.

— Думал, ах ммм, думал как я смету всё со стола и разложу тебя прямо перед зеркалом, чтобы ты видела, как ахуенно ты выглядишь, когда я в тебя толкаюсь, а затем кончаю, кат ты содрогаешься в оргазме.— молния на платье девушки поехала вниз, оголяя плечи и аккуратную грудь, всё ещё скрытую бюстгальтером.

— Юнгиии, я так хочу тебя.

— Господи, малышка.— Бамби поочередно вбирала подвертевшие ореолы сосков, выбивая из Юнги очередной стон.

— Ээ, ребят, я телефон оставил.— врывается в гримерную ничего не подозревающий Чимин. И застывает на пороге.— Вот это пиздец!