Разговор не по плану.

— Я надеюсь, что там нет ничего такого, что меня напугает, — я косо посмотрела на подругу, а та улыбалась своей широкой улыбкой. После услышанного, она закатила глаза и сказала, что меня ждет большой сюрприз. Какой?

Я начала открывать эту скромную коробку. Всё шуршало, и было обложено защитной тканью. Убрав её, в глаза бросился нежно розовый цвет. Это платье? Платье для выпускного? Я дотронулась до нежной сетчатой ткани и на моей руке прилипли блёстки, которые были по всему платью.

— Кейт! — возмутилась я и взглянула на подругу. — Это платье!? Для меня!?

Я достала это нежное платье и чуть не упала на грязный пол. Оно было шикарным и, как девушка, я безумно сильно хочу его надеть, несмотря на то, что я привыкла к немного спортивным вещам.

— Да! Для тебя! — подруга встала с места и подошла ко мне. Кейт поправила платье, пока я держала его в воздухе. Она осмотрела его красивую верхушку. Юбка пышная и возможно будет закрывать мне колени, а плечи будут обнаженными. Мой взгляд упал на этикетку цены, которой естественно не было напечатано, но был изображён инициал известного бренда. Боже! Это платье из Парижа! Она издевается? Зачем же делать такие дорогие сюрпризы, да ещё и тогда, когда я и не смогу его одеть на случай, для которого он предназначен. — Я так и знала, что тебе понравится! Теперь ты обязана пойти на выпускной!

Я с сожалением посмотрела на подругу. Конечно же, я сама хочу провести это время с Кельвином, но не могу быть уверена в том, что всё пойдет по плану. Вдруг папа вообще откажется от моей идеи? Или же опять? Вдруг Кельвину я действительно не нужна, ведь он меня так и не пригласил на этот вечер?

— Рейн! Обещай мне, что ты пойдёшь на этот вечер, — подруга серьёзным взглядом посмотрела на меня. Я не могу ей перечить и даже не знаю почему. Скромно кивнув головой, подруга обняла меня, когда я всё так же держала платье в воздухе.

Она отстранилась и поправила свои шикарные волосы. Кейт вздохнула и, положив руки на талию, снова взглянула на платье. Оно просто шикарное!

— Поехали в химчистку! — она начала забирать свою маленькую сумку с кровати.

— Зачем?

— Нам нужно освежить это платье и отпарить, чтобы оно смотрелось с иголочки! Думаю, ему уже самому надоело находиться в этой коробке! Оно жаждет момента, для которого предназначен! — подруга хитро улыбнулась, и я положила платье обратно в коробку, завернув его защитной тканью. Я удивлена.

***

Дело близилось к вечеру. С Кейт мы уже попрощались, и перед этим я проела ей плешь за такой дорогой подарок. Она лишь смеялась и улыбалась, но ничего не отвечала. Совсем ничего.

Платье нужно будет забрать завтра в обед, и раз я уже готовлю платье, то папу я просто должна уговорить. Чувствую, что предстоит очень сложный разговор, на который нужно будет приготовить целый спланированный текст.

Как только я села на свою пыльную кровать, я начала думать. Что я скажу папе, когда начну с ним этот разговор? Итак. Возможно, для начала я скажу, как сильно хочу пойти на выпускной и скажу, что моя лучшая подруга уже подарила мне шикарное платье. Он скажет, что у нас рейс, а я скажу, что вечер начинается в восемь, а самолет у нас в два часа ночи. Он, возможно, задумается, а потом я уже начну рассказывать свой гениальный план. Так я смогу избежать разговора о Кельвине. Если же он спросит про него, то я скажу, что... Я скажу, что... Скажу... Черт! Я не знаю, что я скажу.

Подумав о нём, я сразу вспомнила, что Кельвин тоже должен со мной поговорить. Почему тогда он не звонит? Уже семь вечера, а в телефоне даже одного пропущенного гудка нет. Что это всё значит!? Если я приду на этот выпускной, а он скажет, что уже добился чего хотел, то я опозорюсь. Мы обещали, что это не будет публично, но я не хочу даже в его глазах опускаться.

Я даже не помню, когда последний раз была с ним наедине. Последняя встреча с ним была сегодня, но мы так и не поговорили. Спасибо моей маме со своим поляроидом. Но вещь мне действительно нравится. Пока мы ездили туда и обратно, я успела рассказать Кейт, что было после того, как она ушла. Фотография, которую сделала мама, осталась лежать у меня на столе. Я встала с места, чтобы посмотреть на нее.

Я и Кельвин в выпускных мантиях, эта вещь по всей видимости не шла только мне. Мы натянули улыбки, и из-за этого фотография была смешной. Как её можно не сохранить? Я взяла тот самый альбом, который подарила мне мать на день рождение и прикрепила фотографию на липкую поверхность. Я снова размечталась, смотря на эту фотографию, и даже не заметила, как в мою комнату заходит папа.

— Рейн! Я тебя зову, а ты меня не слышишь, — от неожиданности я кинула альбом с поляроидом в рюкзак, возле которого и стояла.

— Да, я просто задумалась, — я посмотрела на папу, а он был в том же повседневном костюме. Я уже и забыла, когда он последний раз надевал обычную футболку и домашние штаны.

— На столе пакеты с гамбургерами. Если хочешь, поешь, я не голоден, — заявил он и вышел из моей комнаты. Не так я себе всё представляла. Я думала, что услышу, как он подъезжает к дому и буду уже готовая сидеть на застеленном диване в зале.

Спустившись вниз, я увидела те самые пакеты. Мой живот заурчал, и я решила перекусить. Время пролетело быстро и на часах показывало 20:29.

Я поела и убрала за собой мусор. Теперь придется идти к папе в кабинет и начинать этот разговор. Это, возможно, мои последние шаги в этом доме. Я вижу его в последний раз. Надеюсь, что это не помешает мне тут остаться.

Стучась, я открываю дверь отца и прохожу в комнату. Тут тоже уже почти всё собрано и готово к отгрузке.

— Заходи, Рейн, — говорит он, не отрываясь от какой-то бумажки. — Я помню, что ты хотела поговорить. Я тебя слушаю.

Папа убрал листок в сторону и, сложив руки на столе, посмотрел на меня. Я села и начала размышлять. Совсем забыла первые свои строки, которые продумала.

— Да, о разговоре, — я почесала лоб, чего никогда раньше не делала. — Я хочу тут остаться! — отлично. Не так я хотела начать.