Глава 8

  – Какие-то вы бледные, – заботливо заметила утром няня. – Плохо спали?«Знали бы Вы, насколько плохо», – вяло подумала я, пока воспитательница собиралась проведать малютку Кейка.Мы сидели в столовой и ковырялись ложками в традиционной английской овсянке. Знаю-знаю, далеко не все англичане подают ее на завтрак, но у Екатерины Викторовны был пунктик на нашем здоровом питании. Говоря «нашем», я имела ввиду моем и Викином, на саму няню это не распространялось. Потому что: а что скажут родители, если из Лондона мы вернемся похожие на два бигмака? Или с больными желудками?С такой атмосферой я даже не обращала внимания на даму Кук, важно принесшую нам чай с молоком. Повариха что-то прощебетала по-английски и удалилась сквозь стену, оставив нам на память поднос.– Лер, ты в порядке? – уплетая кашу, поинтересовалась Викуся. – Плохо выглядишь.Сама Вика была безупречна: легкий макияж на лице, бледный синяк замазан тональником, блестящие волосы откинуты назад обручем. В общем, все, чтобы покорить несчастное сердце Уильяма.– Кошмары замучили? – продолжала допытываться сестренка.Я покачала головой и отодвинула от себя тарелку.– Хуже. Делить одну комнату с Ванькой оказалось не лучшей из моих идей.Вика ахнула и встала со стула. Я недоуменно проследила за трансформацией ее лица из добродушного в возмущенное.– Ты оставила у себя Ивана? – схватилась за голову она. – Как ты могла! Где он, негодяй?!Я не могла понять, почему она злится.– Ты про Ваню? Лежит под кроватью, чихает от пыли и вытирает нос об мою простыню, – спокойно пояснила я, и как ни в чем не бывало, стала намазывать масло на хлеб. – Кстати, надо и ему чего-нибудь съестного прихватить.Вика затопала ногами.– Фиг ему, а не съестное! – вскрикнула она. – Еще подавится! С чего это он остался у тебя, а не у меня?Я отложила бутерброд и посмотрела на сестру.– Ты чего бесишься? Такое ощущение, что ты ревнуешь, – произнесла я.Вика стала рассерженно глотать ртом воздух. Сделав несколько вздохов, она успокоилась и уселась обратно.– Я ревную? Совсем не ревную, – якобы безмятежно опровергла близняшка меня. – Мне Уильямчик нравится.Я усмехнулась, кидая ей кусок батона.– Тогда захвати это для Ваниного голодного желудка.Викуся подняла брови, рассмотрела батон со всех сторон и засунула его в первый попавшийся пакет. Я аккуратно перелила чай из чашки в пластиковую бутылку и тоже отдала ее Вике.– Что это вы делаете? – недоумевала вернувшаяся Екатерина Викторовна.У нас Викусей синхронно поднялись брови и выпучились глаза. Мы переводили взгляд то на цветной пакет с завтраком Ивана, то на няню в строгом одеянии.– А... А мы... Ну... Это..., – попыталась выкрутиться сестренка.– Голубей во дворе покормить собрались, – пришла мне в голову отмазка.Няня удивилась.– Чаем, что ли?Я сделала умное выражение лица.– Понимаете, голуби очень любят хлеб, размоченный в английском чае. Вот мы и решили порадовать бедняжек. Им-то, поди, никто завтрак не готовит.Екатерина Викторовна изумленно всплеснула руками.– Вот до чего наука дошла! А я и не знала.Мы с Викусей захихикали, прикрывая рты руками.– Ой, – внезапно вспомнила я. – Вы не научите нас колдовству, с помощью которого мы с сестрой смогли бы понимать английский язык и говорить на нем?Няня присела на стул.– А зачем вам? – наблюдая за нашей реакцией, спросила она.Мы с Викусей переглянулись.– А вдруг мы потеряемся в городе? Как мы узнаем дорогу? – поинтересовалась близняшка.Няня покачала головой.– Не потеряетесь. Я же всегда с вами. Или вы собрались одни в город удрать? – подозрительно допытывалась она.Мы с Викой тотчас стали заверять ее, что нам такое и в голову не могло прийти.– Ну а если мы все-таки в людном месте потеряемся? Что тогда скажут наши родители? – надавила на больное место Викуся.Няня задумалась.– Да, нехорошо получится, – признала она. – Что ж, пройдемте со мной, я дам вам настойку, в которой хранится память английского языка.Я возликовала. Молодец, сестренка! Ловко справилась с поставленной целью!Мы потопали за воспитательницей. Она провела нас по коридорам, потом по лестнице вниз, и наконец, остановились прямо перед старой деревянной дверью с потертой от времени ручкой.– Отойдите, – приказала Екатерина Викторовна. Мы послушно сделали шаг назад. – И не подслушивайте!Мы слегка прикрыли ушки, сделав при этом вид глухонемых.– Волшебство идет к двери, все замки ты отопри! – пропела няня, и вдруг что-то щелкнуло, и дверь распахнулась. Мы с Викой продолжали строить из себя покорных девочек, не двигаясь с места.Екатерина Викторовна жестом показала нам, что можно слушать, и мы быстренько отняли ладони от ушей и проскользнули в помещение.Комната была пыльная, а в воздухе стоял отчетливый запах плесени. По всей видимости, сюда давно никто не заходил. Все стены были уставлены шкафами, у которых отваливались дверцы, посредине комнаты стоял большой прямоугольный стол.Няня приглушенными шагами подошла к одному из шкафчиков и достала маленькую синюю бутылку. Протерев ее своей кофтой, Екатерина Викторовна протянула пузырек нам.– Не более одного глотка, – предупредила она.Мы с Викой кивнули в знак согласия и проглотили заветную жидкость.***Днем мы незаметно протащили Ваньку на улицу и отправились в город. Как не попались на глаза няне, я просто понятия не имею. Однако воспитательница довольно легко проглотила все, что ей наплели, и даже осталась довольна. Мы с сестренкой сказали, что пойдем навещать Уильяма Хейза, и радостная няня так умилилась, что даже не стала задавать лишних вопросов, и пообещала не мешать. Вот так-то.Ваня и в помятом костюме умудрялся держаться с достоинством. Одной рукой он постоянно приглаживал волосы, а другой поправлял пиджак, и почему-то эти безобидные действия дико меня раздражали.– Куда мы идем? – спросила я.Иван посмотрел на лист бумаги, исписанный ровным почерком герцога. Секунду подумав, он сделал жест рукой:– Туда! – и указал на здание метро.Мы с Викусей с умным видом покачали головами и последовали за ним, не забыв упомянуть, что истинные джентльмены сами покупают билеты для девушек.Метро особым изяществом не удивило, но мы в этом и не нуждались. Доехав спокойно до своей остановки, мы вышли на нужной улице. И тут-то я забеспокоилась.– Ива-ан, – вкрадчиво промурлыкала я. – Ты куда меня завез?Ваня наезда не понял.– Оливер Стрит, ищем дом девятнадцать, – растерянно ответил он. – Ты чего?Я встала в позу.– А того! Что по-твоему в районе, далеко от центра, делает Биг Бен? – возмутилась я.Иван замахал головой, оглядываясь по сторонам, и только сейчас заметил постройку с часами, стоящую на перекрестке. Это его слегка озадачило, и паренек стал чесать затылок, стремясь, видимо, откопать там умную мысль.– Ну? – не уставала переспрашивать я. – И что скажешь?Ваня молчал, не веря своим глазам.– Но это точно Оливер Стрит, – после долгого молчания заверил он меня. – Сама посмотри.Я мысленно проследила вектор движения его ладони. В самом деле, к углу близлежащего дома крепилась незатейливая табличка «Oliver Street, 11». В этот момент лоб начала почесывать я.– Ничего не понимаю, – запуталась я. – Ви-ик...– Что? – испугалась сестричка.– Ну ты же вроде как умная. И что все это значит?Лицо Викуси остекленело. Она лихорадочно принялась накручивать волосы на палец.– А давайте Уильямчику позвоним? – выкрутилась близняшка. – Зайка наверняка все объяснит.Я на минутку представила, каким будет их с «зайкой» разговор, и внутренне ужаснулась.– Хорошо. Только говорить буду я, – поставила я ультиматум. – У нас нет лишних трех часов для бесполезного воркования.Викуся обиженно надула губки, но покорно протянула мне свой телефон. Я нажала на кнопку вызова. Послышалась мелодия, но трубку никто не брал. Я уже собиралась нажать «отбой», как прозвучал бодрый голос герцога.– Доброе утро, мисс Викки Лебедева.Я нахмурилась.– Кто по незнакомому городу в поисках преступников не бродит, для того, может, и доброе, – буркнула я.– О, Валери. Рад слышать, – сказал он.– Как ты узнал, что я не Викуся? – удивилась я.Донесся приглушенный смех.– Мисс, слышали бы Вы себя со стороны. Это сложно с чем-либо перепутать, – по интонации я поняла, что Уильям улыбается.Так он еще издевается. Ладно, на первый раз прощу.– Мы заблудились, – пожаловалась я. – Ехали на этот твой Стрит, а прибыли к Биг Бену. Только он какой-то маленький, я его иначе представляла. И еще тут повсюду оптические иллюзии: таблички с названиями «Oliver Street». Ты случайно не знаешь, что дама Кук в чай добавляет?Хейз вдруг так расхохотался, что я забеспокоилась.– Какие же Вы, туристы, забавные, – сквозь смех выдавил он. – Валери, неужели Вы никогда о Маленьких Бенах не слышали?Я отрицательно замотала головой, забыв, что он меня не видит.– Уменьшенные копии башни Святого Стефана, или, по-простому, Биг Бена, можно увидеть почти в каждом районе Лондона, – пояснил он. – Так что ищите нужную улицу и прекратите переживать. До связи.– Пока, – в смятении попрощалась я.Сестренка и Ванька смотрели на меня во все глаза.– Ну? – не выдержала Викуся. – И что он сказал?Я пожала плечами, ощущая себя круглой дурехой.– Ничего, – уныло отмахнулась я. – Идемте искать дом номер девятнадцать...Довольная улыбка на лице Ивана вещала «Ага! Я все-таки был прав! Я гений! Хвалите меня, хвалите!» Я закатила глаза, чтобы не видеть этого безобразия, и первой перешла дорогу.Требуемый дом оказался двухэтажным зданием с облезлой краской на стенах и временами отваливающейся с крыши черепицей. Впрочем, в подъезде было не лучше. Разбитые лампочки грустно отражали свет, поблескивая осколками. До жути грязные ступеньки пугали своими маленькими параметрами высоты и ширины. Потолок рыдал и плевался штукатуркой.Мы, крепко держась за руки, осторожно поднялись на второй этаж и остановились перед нужной квартирой.– Постучим? – спросила Викуся.Ванька нахмурился.– И что мы скажем? «Извините, мы пришли забрать кристалл обратно, ну и заодно проведать обстановку»? – представил ситуацию он. – То-то они обрадуются!Я скрестила руки на груди.– И что ты предлагаешь?– Не знаю, – честно признался мальчик и поправил сползающие очки. – Давайте подождем немного.Я хотела возмутиться. Этак и весь день прождать можно, а нам с Викусей в замок нужно вернуться как можно скорее. Но тут нужная дверь резко распахнулась, едва не поставив фирменные печати на наших бедовых носах. Мы едва успели отскочить в сторону.Из помещения быстрым шагом вышли два толстяка. Один из них был повыше, и совершенно лысый, весь из себя браток. Другой не менее объемен, однако гораздо ниже, небритый, с густыми усами. Я тотчас мысленно прозвала второго «мини толстяк». Мужчины так спешили, что даже не заметили нас.– Ты есть брать с собой вещь? – басом спросил первый, с грохотом спускаясь по лестнице.– Yes, of course, – тоненько пропищал второй.Первый огрел его сумкой по голове.– Ты есть могучий дерево дуб! Сколько раз мне объяснять, ты должен говорить русский язык! Так никто не узнать, что мы хотеть! – гаркнул макси толстяк.Мужчины, грохоча, ушли. После этого шумного эпизода тишина казалась чем-то неестественным. Я, Ванька и Викуся стояли, открыв рот, и не могли пошевелиться. Таких кадров мы встречали впервые.– Что это было? – поинтересовалась Вика.Но на наших лицах был написан тот же вопрос.– Вот теперь точно оставаться здесь не имеет смысла, – признал Иван. – Под описание герцогишки эти двое вроде подходят. Жалко только, больше ничего выяснить не удалось.Мы с Викторией переглянулись.– Закрой уши! – строго приказала сестренка.Паренек смерил ее недоумевающим взглядом, но послушался.– Ты помнишь заклинание, что няня читала утром? – спросила меня Вика.– Помню. Только мы не ведьмы, забыла? У нас ничего не получится, – ответила я.Викуся накрутила локон на палец.– Не будь такой пессимисткой. В какой-то книжке я читала, что колдовать могут все, главное знать нужные слова. Да и вообще, попытка не пытка, – уговаривала она меня.– Ну ладно, – согласилась я.Мы с близняшкой уставились на замок и хором повторили нянино заклятие. Дверь некоторое время сопротивлялась, а потом приветливо заскрипела, впуская нас в квартиру. Мы с сестренкой радостно хлопнули друг друга в ладоши и вошли внутрь.– Как вам это удалось? – терялся в догадках Иван.– Секрет фирмы, – загадочно улыбались мы.Комната похитителей оказалась не менее странной, чем ее хозяева. В разных концах покоев находились две огромные кровати (еще бы, с такими объемами животов-то), в углу ютился старенький шкаф, а ближе к грязному окну стоял стол. Все остальное пространство занимала еда. Бутерброды, гамбургеры, чизбургеры и даже комки макарон валялись повсюду.Викуся брезгливо сморщилась и предпочла далеко от порога не уходить. Видимо, находящиеся рядом объекты ей так не нравились, что она даже привстала на носочки. Я же любовью к порядку никогда не могла похвастать, а Ваня, после ночи проведенной на пыльном полу под кроватью, тем более. Поэтому мы смело направились исследовать квартиру. Иван бросился к шкафу, я же подошла к столу.– Ну? Нашли кристалл? – каждые две минуты спрашивала Вика, чем очень досаждала.– Нет еще! – хором отвечали мы.Я внимательно осмотрела стол. Но на нем ничего интересного не было, кроме нескольких газет и жирной тарелки с остатками пиццы. Похоже, мини и макси толстяки неплохо питались. Я вспомнила овсяную кашу, которую подавали на завтрак, и в животе долго и протяжно заурчало. Я подавила в себе голодный позыв и занялась изучением шуфлядок. Первые два отделения ничем не удивили, в последнем же находились бумаги, прикрытые сверху надкусанным пончиком.– Фу-у! – скривилась я и двумя пальцами откинула гадость в сторону.– Нашли что-нибудь? – не унималась Викуся.– Пока не знаю! – крикнула я.Бумаги, бумаги... И зачем я вообще сюда полезла? Я уже собиралась оставить стол в покое и пойти помочь Ивану изучать содержимое шкафа, как вдруг заметила между нескольких пожелтевших листов выглядывающий кусочек газеты. Заинтригованная, я вытянула находку поближе. Но крупные английские буквы мне ничего не сказали. Раздосадованная, я хотела развернуться и уйти, но тут буквы поплыли и чудесным образом трансформировались в русские. Вот оно, действие волшебного эликсира.«СКУПЩИК КРАДЕНЫХ ДРАГОЦЕННОСТЕЙ ИЛИ ДОБРОПОРЯДОЧНЫЙ КОЛЛЕКЦИОНЕР?» – гласил заголовок.«Пятидесятилетний миллионер Ричард Ливермор в очередной раз был обвинен в преступной деятельности. Тем не менее, ему снова удалось выйти сухим из воды! Свидетели в шоковом состоянии, а адвокат отказывается давать комментарии. Что это: случайность, или мы имеем дело с опытным преступником? Читайте продолжение репортажа на странице 5.Я оторопело рассматривала страницу. Около статьи было фото Ричарда: официальный костюм, прилизанные залысины, маленькие глаза и тоненькие усики над верхней губой.– В-ваня! – позвала я.Ванька развернулся, готовый поправить меня резким замечанием по поводу неправильного произношения его имени. В руках мальчика были гигантского размера штаны. Викуся фыркнула.– Кажется, я знаю, где искать кристалл, – выпалила я.– Ух ты, – воскликнул Иван. – Смелое заявление.Я протянула ему газету, надеясь на высокие познания мальчика в английском. Умный паренек некоторое время изучал ее, а потом его брови быстро поползли вверх.– Ну ничего себе! – воскликнул он.Вика изо всех сил вытягивала шею, стремясь оказаться в курсе событий.В «Замок Тайн» мы возвращалась уже без Иван Иваныча. Ванька сказал, что родители уже наверняка соскучились и отправился домой, попросив держать его в курсе дела. Няня, к счастью, не заметила нашего долгого отсутствия. Только столкнувшись с нами в холле, такими уставшими, но довольными, она вежливо спросила:– Ну как? Покормили голубей?– Каких голубей? – забыла Вика.Я толкнула ее в бок.– А-а-а, голубей! – сразу проснулась у сестренки память. – Конечно, покормили. Голуби так ели, что прямо за ушами трещало!Няня несказанно удивилась.– За какими еще ушами? – не поняла она.Викуся на секунду замялась.– О, я сказала за ушами? Я имела в виду за крылышками! – поспешно поправилась она.Екатерина Викторовна задумалась, представляя треск за крыльями у голубей, поедающих ломтики хлеба, смоченные в чае с молоком.