10. Глава десятая, события которой нанесут большой вред

С двух сторон — тяжёлые бетонные стены, который угрожающе смыкались. Впереди — один единственный путь, освещенный лёгкими мигающими бабочками. Они тихонько о чем-то шептались, но девушка не знала языка.

Тут Рита совсем одна. Она тяжело вздыхает, оглядывая место, в котором оказалась, а затем решает, что раз уж тут, то нужно понять зачем.

Страха девушка не чувствует, как и испуга. Все в этом месте так, как должно быть, и этого не исправить.

Бабочки, свет от которых освещает это тёмное место, ведут ее вперед, помогая разобрать путь.

Чем дальше двигаться, тем светлее становится. Стены перестают быть полными копти и грязи, открывая взору свои белые узоры, да и сам проход теперь полон света, который больше не закрывают, словно аркой.

Тут она уже чувствует счастье. Улыбка сама наползает на лицо, подсвечивая его, будто фонариком.

Девушка идет, даже не смотря под ноги. Воздух свеж, как никогда, а сердце полно невероятной любви.

Рита здесь влюблена и счастлива. Оглядывается назад, но не замечает крыльев.

Вдруг дорога обрывается. Впереди только чёрная дыра. Упадёшь — вряд ли выберешься.

Маленькие камушки падают из-под носков. Сзади — чисто и красиво, но она не может туда вернуться.

На другой стороне пропасти есть продолжение туннеля. Там так же сказочно и волшебно, и Рита хочет туда. Но шаг, и она улетит вниз.

Сердце бьётся сильнее, заставляя со страхом в глазах смотреть на пустое мрачное пространство.

Без падений нет взлётов, но будешь ли ты самовольно прыгать вниз?

Слезы подступают к глазам, когда Маргарита решает сделать шаг, ведь именно после самой тёмной ночи наступает самый яркий рассвет.

***

Лёгкие лучи падали на ее сонное лицо, заставляя проснуться. Она никогда не имела статус «соня», поэтому быстро раскрыла глаза, натягивая одеяло почти до носа.

С утра всегда было прохладно в квартире, и это заставляло девушку покрываться мурашками.

Рита томно вздыхает, ощущая приятную слабость и невероятную нежность. Девушка мечтательно закрывает глаза на пару секунд, обнимая большое и мягкое одеяло.

И тут приходит понимание. Она отдалась ему, и все прошло хорошо. Чувствовала сквозь сон, что Коля долго затем не спал, дотрагиваясь до ее лица своими мягкими пальцами.

Это заставляет сердце сжаться, а душу улететь далеко-далеко. Маргарита никогда не чувствовала себя такой воодушевлённой и мечтательной.

Главное, что понравилось Коле. А ему точно понравилось. Она чувствовала нежность в каждом его движении, в каждом прикосновении, которое парень дарил. Чувствовала, как этот тяжёлый, металлический Титаник разбился об айсберг.

Он открыл другого себя. Того, кем он был на самом деле.

Рита легко улыбается, поворачивая голову в бок, и уже почти готова пожелать парню доброго утра, однако его рядом не оказывается.

Его часть аккуратно застелена. Никакого следа присутствия.

Внутри все тяжело сжимается и падает вниз. Возможно, она ошиблась? Или он ушел и просто не стал ее будить? Может, ей вообще это все приснилось?

Но вряд ли так остро можно ощущать прикосновения через сон. Маргарита не знала, что имела настолько развитую фантазию.

Встает с кровати, медленно опуская ноги на пол. Пальцы на руках холодеют до посинения, когда в квартире нет абсолютно ничего. Николай не предупредил о том, куда ушел и зачем. Как минимум, это может означать то, что в дела его девушка никогда не будет посвящена.

На ватных ногах, почти с истерическим смехом подходит к дивану и находит телефон, чтобы набрать его номер.

Несколько протяжных, тяжёлых гудков, а затем на том конце отзывается его голос:

— Ало? — его голос тяжёлый и уставший, будто не спал совсем.

Рита вздыхает, стараясь унять животный страх.

— Коль, — девушка честно пытается выдавить из себя что-нибудь ещё, но может сказать только его несчастное имя.

— Доброе утро, — его голос достаточно нежен, однако явно напряжён.

— Ты почему ушел? — не хочет медлить. Рита сжимает руками обивку дивана, невероятно нервничая.

— Слушай, — парень словно совсем не слышит ее вопроса, — ты можешь сейчас приехать на работу и прийти в мой кабинет? Мне нужно кое-что тебе сказать.

— Ты бы лучше… — хочет предложить приехать к ней, но связь обрывается. Он сбросил звонок. Хочется расплыться в лужицу и лежать и жалеть себя.

Но Коля попросил приехать. Маргарита сама скорее всего накрутила себя, а теперь волнуется из-за ерунды.

Достаточно быстро собралась, не уделяя много времени для макияжа и выбора наряда. Сложно удержать себя в сознании и не улететь в мир страха сейчас, пока она немного припудривает лицо.

Слегка красные глаза выдают ее всегда с головой. Не так девушка представляла себе утро после ночи со своим парнем.

Скорее всего, парень просто хочет увидеть ее, поговорить с ней по душам, но почему сердце так активно стучит, словно пытается выбить лёгкие, а интуиция громко кричит о том, что если пойдёт — выпишет себе смертельный приговор?

***

Она открывает дверь кабинета, медленно проходя в комнату. Останавливается на проходе, не зная, что следовало бы ожидать, да и что ей сейчас делать.

Движется по направлению к его столу, присаживаясь на свободный стул рядом. Выдыхает, как перед самым важным экзаменом в жизни, а затем смотрит в его стеклянные, ничего не выражающие глаза.

Он снова холодный, словно лед. Не может это предвещать что-то хорошее.

Кусает губу, мысленно поднимая ногу над обрывом.

— Что случилось? — ее голос звучит хрипло в тишине комнаты. Девушка сама поражается тому, насколько он сейчас жалобный.

Сердце Николая сжимается на мгновение, а затем он выдаёт, отдавая этим словам все свое мужество:

— Я использовал тебя.

Ну, а теперь Маргарита падает в пустоту, ударяясь об камни внизу.

Слова, жгучие и мерзкие, доходят быстро. Ведь парень не шутит, и она это понимает. Видит по его опущенным глазам.

Глаза предательски горят огнём, и Рита поднимает голову вверх, чтобы не плакать, как идиотка.

Маргарита молчит, сжимая руки до побеления костяшек.

Все оборвалось. Карточный домик развалился к чертям, даже не успев порадовать глаз.

Ненавидит больше всего себя. Она могла это предугадать. Она должна была это знать.

Дура. Дура. Дура. Последняя дура.

Как можно было повестись на его жалкие уловки?

***

— Ревнуешь что ли?

— Нет, — ответит Коля. — Мне просто не нравится, когда мои идеи воруют.

***

Воспоминания ловят на крючок, заставляя прогнуться пополам, а затем закрыть лицо руками.

Какая мерзость.

— Не молчи, Рит, — вздыхает. — Пожалуйста.

Коля знает, что не прав. А девушка знает, что он сам винит себя, но от этого ни капли не легче.

— А что мне сказать? — голос дрожит, а слезы бусинами выкатываются наружу.Старается спрятать лицо, чтобы парень не видел, как далеко вонзил нож.

Не хочет, чтобы Николай знал. Знал, что Рита, честно, просто влюбилась.

— Накричи. Просто, пожалуйста, не молчи, — Николай кладет голову на руки, устало протирая лицо.

Она не может сидеть и молча плакать. Так парень будет чувствовать себя еще хуже, чем до этого. Пусть высказывается. Так всем будет легче.

И девушка выскажется:

— Знаешь, ты такой ребенок. Куча проблем, которые сам себе придумал. Куча внутренних блоков, которые сам поставил. Загнал в рамки, а теперь ноешь из-за того, будто самый несчастный на этом свете, — протирает ладонями слезы, убирая их с щек, — а я, как самая последняя идиотка, повелась на эту твою «загадочность», — хотелось посмеяться, да так весело и с придыханием, что девушка дивится самой себе. — Знаешь, мне даже показалось, что ты стал раскрываться рядом со мной. Будто тебе стало легче, — Коля на это отводит глаза. Пусть лучше молчит, — но даже это было твоей ебанной иллюзией, на которую я так успешно повелась. И, если у меня был синдром спасателя, то просто запомни, что во мне его убил ты. Не стоил того времени, которое я на тебя потратила, — а слезы все еще предательски льются из глаз, сбегая тяжёлыми дорожками по лицу. — Ты — просто гребанный мудила.

Коля знает, что она права. Каждое слово — тяжёлая правда, которую нужно лишь принять.

Николай дышит часто, а затем прерывает тираду:

— Ты мне нравишься, Рит. Ты мне очень-очень нравишься.

Девушка поднимает на него красные глаза, переходя на крик:

— Пиздец. Давай еще скажи, как любишь меня, чтобы я все забыла и бежала в твои объятия! — встает со стула и со злостью начинает двигаться на выход.

Но парень не умеет кричать, лишь тяжело бьётся его сердце.Коля не уверен, что говорил это кому-нибудь раньше, но все же повторяет:

— Я люблю тебя. Поступил неправильно с самого начала, но я искренне раскаиваюсь в содеянном. Ты стала мне действительно дорога, — смотрит на девушку отчаянно, унижаясь впервые в жизни. — Не уходи.

Рита всплескивает руками. Даже плакать больше не хочется. Есть только гнев, злость и раздражение.

— Да ты что! Пошел ты нахуй со своей любовью! Больше никогда не буду верить тебе!

Он вроде бы хочет остановить ее, схватить за руку, обнять и просить прощения, но единственное, на что хватает сил — это встать со стула в немом протесте, но даже слова сказать не может.

Желание идти в душ и тереть себя мочалкой, пока не сдерешь с себя всю кожу, гниёт в его душе.

— А я понимаю, почему ты расстроился. Тебя просто больше некому спасать, а я больше и не буду, — тыкает ему пальцем в грудь. — Я то переживу, а вот ты… Вряд ли. Будешь дальше гнить, пока наконец не возьмёшь гребанную тряпку в руки и не наведешь в своей душе порядок.

Рита уходит, захлопывая бедную дверь с громким ударом.

Вроде бы из его жизни ушла всего лишь очередная девушка, но почему так плохо, словно оторвали часть тебя.

Возможно, он не может сказать точно, но, кажется, по его сердцу впервые прошлась глубокая трещина.