Глава 13. Не вспоминай. Люби

От сильного ливня осталось лишь смутное напоминание в виде редких капель, ссыпающихся с неба и козырьков крыш в Косом переулке. По узкой улочке шёл мужчина, плотно укутанный в свою черную мантию, и слегка подрагивал от пронизывающего холодного весеннего ветра. Апрельская непогода никак не хотела пропускать солнце, поэтому вот уже какую неделю дождь не покидал территорию Лондона.

Северус Снейп явился сюда для того, чтобы зайти в Гринготтс, а также купить несколько новых перьев. Последнее время он стал их слишком часто ломать. Всему виной были письма от мисс Грейнджер. Девушка вполне официально поздравляла его с разными праздниками, но ответить ей профессору так и не удавалось. Просто потому, что когда он садился за стол, стараясь написать пару строчек, руки вопреки самоконтролю начинали трястись и, в конечном итоге он кривым почерком расписывал пол-листа. Слова лились сами собой, и порой даже те, которые он никогда бы не осмелился сказать девушке лично.

Стараясь унять этот треклятый тремор, он так сильно сжимал в руке перо, что тоненький стержень с характерным треском ломался. А лист пергамента, при повторной вычитке, подвергался нещадному уничтожению. Он выкинул Грейнджер из своей головы. Он старался не думать о ней, да и думать-то, собственно, не хотел. Лишь изредка, когда он ложился спать, в подсознании всплывали картинки.

Щемящая боль возвращалась, истязая его изнутри. Словно он вновь превратился в двадцатилетнего мальчишку с абсолютно глупыми надеждами. В его прошлом было слишком много грязи, отвратительных поступков и лжи. Северусу всегда казалось, что его жизнь, подобно замутнённому окну, никогда не будет очищена от слякоти. Но явилась Грейнджер, словно и не замечала этого стекла вовсе. Прошла насквозь, врываясь в душу. В самые тайные тёмные уголки.

Письма приходили, молчание зельевара оставалось при нём, а злость медленно зрела, так как он бы предпочёл личное поздравление с Рождеством или днём рождения. Откуда узнала девушка о последнем, первые несколько минут для него было загадкой. Но такие источники информации, как школьные архивы в лице самой Минервы МакГонагалл, давали быстро понять, что к чему.

— Ой, простите, — прямо в бедро Снейпа врезался мальчишка лет пяти.

Ребёнок поскользнулся на каменной кладке и, влетев в мужчину, свалился на спину. Посмотрев вниз, Северус увидел испуганное лицо малыша и грязную от всплеска луж мантию. Первой реакцией профессора было сильное недовольство, и он даже по привычке скривил губы, но, заглянув в огромные голубые глаза мальчика, вернул себе спокойствие.

Схватив дитя за шкирку, Снейп поставил на ноги неуклюжего и, достав свою палочку, избавил одежду от пятен.

— Спасибо, сэр, — почти беззубой улыбкой поблагодарил тот, оглядывая со всех сторон свою одежду.

— В следующий раз смотрите под ноги, молодой человек, — невозмутимо ответил мужчина.

— Кристофер, где ты бегаешь? Я не собираюсь полдня тебя вылавливать! — обеспокоенно воскликнула женщина, и, обернувшись, Северус увидел знакомое лицо.

— Мисс Ходжес, — если он не ошибался, эта студентка училась на Слизерине ещё в первые года его преподавания в Хогвартсе.

— Профессор Снейп, — приоткрыла рот молодая русоволосая женщина с такими же большими голубыми глазами, как у ребёнка. — Не ожидала вас здесь увидеть. И я уже давно не мисс Ходжес. Теперь миссис Адамс. А это мой сын – Кристофер.

Молча глядя на молодую семью, Северус лишь кивнул.

Опустившись на корточки, женщина отряхнула одежду сына от невидимой пыли и, поднявшись, пристально вгляделась в непроницаемое лицо профессора. В её глазах промелькнуло некое сожаление, но, вероятно, посчитав, что расспросы о его делах будут не совсем уместны, она остановила себя.

— Не будем вам мешать, — быстро протараторила она, — всего хорошего, сэр.

— И вам того же, миссис Адамс, — ровным тоном распрощался с ними мужчина и двинулся дальше, в сторону Лютного переулка.

Как быстро пролетели годы. Его первые студенты уже давно обзавелись семьями и растили новое поколение волшебников. Да сама Грейнджер то росла, то уменьшалась чуть ли не на его глазах. Чего уж говорить про всё остальное.

Спускаясь по старой лестнице в сторону улицы, он заметил проскользнувшую мимо знакомую копну каштановых волос. Сердце вдруг устремилось в бешеный пляс, пока он, не отрываясь, смотрел на удаляющуюся фигуру Грейнджер. Сколько раз он думал о том, что мог бы случайно столкнуться с ней здесь или в Хогсмиде во время своих вылазок на выходные. На самом деле он ради этого иногда и выбирался с территории школы.

На раздумье у него было порядка двух минут, если не меньше. Уйти в противоположную сторону и забыть всё как страшный сон или ринуться в обход? Сердце или голова? Он всегда следовал зову трезвого разума. Так какого же чёрта он прямо сейчас вдруг энергичным шагом спустился по лестнице и направился в один из закоулков. Вполне быстро, но практически бесшумно ступая по кладке, Снейп быстро вычислял, куда могла направиться невыносимая всезнайка. Какого наргла она тут забыла, он выяснит позже.

Сделав резкий шаг в сторону, он почувствовал значительный удар в грудь. А мальчишка подкинул ему неплохую идею, правда, пока неизвестно, насколько действенную.

Рыкнув свое «Будьте внимательней, Грейнджер», он чуть замер, ожидая, когда та поднимет голову и наконец-то посмотрит на него.

На лице Гермионы сразу отразился шквал эмоций. И шок, и радость, и непонятный животный страх. Она стояла, то открывая, то закрывая рот, словно рыба, в то время как Северус, подняв бровь, терпеливо ожидал от неё хоть слова.

— Простите, сэр, — выдавила из себя так неуверенно, что он не удержался и слегка улыбнулся уголком рта.

Мотнув головой, она уткнулась взглядом вниз и хотела уйти прочь, но Снейп уже не собирался отступать. Ни в коем случае. Не в этот раз.

— Мисс Грейнджер, вы даже не поинтересуетесь, почему я не отвечал на ваши письма?

Гермиона резко остановилась, словно спотыкнулась, а затем медленно повернула голову глядя на него. Глаза в глаза. Не отрываясь. Не моргая. Не дыша.

— Я думала... думала, что они до вас просто не доходят, — сглотнув подкативший к горлу ком, ответила девушка.

Сколько месяцев она тешила себя именно такими отговорками. Кормила себя завтраками, объясняя всё тем, что профессор либо занят, либо получил много писем и не может сразу ответить всем. Все варианты были смехотворны даже для самой Грейнджер. Но ей никак не хотелось верить в то, что Снейп просто-напросто не хотел ей отвечать.

— Предположение глупое даже для вас, — хмыкнул Северус.

Мог ли он предположить, что человек, который раньше его раздражал не меньше Поттера, вдруг станет столь важен. Так... дорог. От любви до ненависти один шаг, и в этот раз, похоже, барабан крутануло в другую сторону. Однако ненависть к самому себе у него осталась.

— Так зададите ли вы интересующий вас вопрос, мисс Грейнджер? — он сделал шаг к волшебнице и теперь уже смотрел на неё сверху вниз.

Она подняла голову и посмотрела на него сквозь дрожащие ресницы, не в силах собрать всю волю в кулак мгновенно. Сжав и разжав губы, волшебница чуть задрала голову, стараясь придать себе более уверенный вид.

— Да, сэр, — голос чуть дрогнул. — Почему вы не отвечали на мои письма?

Снейп смерил её тяжелым взглядом снизу вверх, внимательно рассматривая каждый изгиб её фигуры. Заметив это, Грейнджер слегка поежилась, но ни шага не сдала назад.

— Потому, что мне было нечего ответить, Гермиона, — бесшумно выдохнув, тихо сказал Северус.

В этот момент она опешила. Ведь Грейнджер ожидала, что он выдавит из себя очередную порцию сарказма или шикнет, что ему осточертела её компания. Но на какое-то мгновение ей показалось, словно у профессора опустились плечи.

— Ч-что? — часто заморгала Гермиона. — Нечего ответить, сэр? — тон приобрел нескрываемое возмущение. — Просто не написать «Вас тоже с Рождеством, мисс Грейнджер?!» — обида накрыла её с головой.

Всё это время она занималась самобичеваниям, предполагая, что Снейп холодный и эгоистичный урод, которому просто всё равно. А в итоге ему было просто нечего ответить? Что за чушь!

— Не смейте повышать на меня голос, Грейнджер! — взбунтовался он. — Или вы считаете, что, окончив школу, можно забыть про все рамки приличия?

— Это кто ещё забыл, профессор, — она уперла руку в бок. — Не отвечать на письма, вот что неприлично. Делать вид, словно вам абсолютно всё равно, вот что неприлично. Врать самому себе...

— Вы мне нотации читаете? — резко перебил мужчина. — Мелкая девчонка почти в два раза младше учит, как нужно себя вести?! Что за наглость!

— Врезаться в меня и делать вид, словно вы это сделали случайно, – это наглость! — с горящими глазами воскликнула Гермиона. — А отстаивать своё мнение, уж простите, я никогда нахальством не считала. Что вы за человек такой, Северус Снейп? Думаете, я дурочка? Или, может, слепая?

Сузив глаза, мужчина обхватил брюзжащую Грейнджер и вжал её в сырую стену ближайшего здания.

— Что вы себе позволяете? — практически взвизгнула волшебница. — Всегда подозревала, что вы именно такой. Зачем я только выгораживала вас?

— Грейнджер! — рыкнул Северус. — Заткнитесь уже, — в ту же секунду он заключил в сильные объятия брыкающуюся девушку и жадно впился в её губы.

Широко распахнув глаза, Гермиона задёргалась ещё больше, упираясь ладонями, пинаясь ногами, но хватка у Снейпа была очень крепкая, а губы, как назло, мягкие. Около пяти секунд Грейнджер пыталась вырваться, даже, словно кошка, прокусила нижнюю губу мужчины. Только вот Северус лишь сильнее прижал к себе девушку, и она в конце концов сдалась, чуть обмякнув и обвив его шею руками. Сама хотела. Сама напросилась. Вот и получила то, чего в тайне хотела. И о чём мечтала многие месяцы.