Проводы

- Гитару возьму, - в один шаг Чанёль оказался у стены, где выстроились его музыкальные инструменты. – Но какую? – шмыгнул носом. – На этой я сочиняю спокойную музыку, а на этой – взрывную. А эта малышка, - он прикоснулся к расписанной гитаре и любовно провёл по гифу, - помогает мне не утонуть в пучине уныния...

- У меня прям мурашки по коже побежали, - поёжился Бэкхён. – Какая разница? Возьми ту, что поменьше.

Чанёль недовольно зыркнул на друга из-под козырька чёрной кепки.

- Ты с собой какой микрофон возьмёшь? – бросил он Бёну, и тот без запинки выдал:

- Белый!

- Вот! А у тебя их штук десять!

- Семнадцать, - поправил Бэкхён и больше не мешал Чанёлю расстроенно висеть над гитарами и выбирать.

***

- Эти таблетки на случай, если у тебя заболит живот, - вещал по видеосвязи Чунмён. – Вот эти жёлтенькие – от головной боли, а синие капсулы...

Чанёль чистосердечно кивал головой и ничего не запоминал. Хён стопроцентно всё подписал, добавил инструкцию, совместимость с алкоголем и побочные действия.

- Разве в армии нет медпункта? – раздался голос из груды подушек на диване.

- Бэкхён? – удивился лидер. – А ты почему здесь? Тебе разве не надо работать?

- Я работаю! – из подушек сначала показалась рука с телефоном, а уж потом и его владелец.

- И чем, позволь спросить, ты занимаешься? – опасно понизил тон Чунмён.

- Продвижением в соцсетях, - простодушно ответил Бён.

- А конкретнее? Спойлеры кидаешь, мать твою?! – закричал лидер, и Чанёль отшатнулся от экрана. – А ну подойди сюда! Совсем от рук отбился!

Бэкхён оценил красного от гнева Чунмёна на экране копмьютера и решил, что надо поберечь нервную систему всех присутствующих.

- У меня же репетиция, точно! – Бён наигранно хлопнул себя по лбу. – Спасибо, хён, если бы не твоя забота, всё бы пропустил!

- А ну стоять! – но где уж виртуальному лидеру поспеть за реальным Бэкхёном.

- Хён! А есть таблетки от тоски по дому? – раздался посреди ругани грустный голос Чанёля.

Чунмён мгновенно взял себя в руки.

- Есть. Вот эту беленькую будешь пить перед сном, а по воскресеньям приезжать домой. И всё пройдёт.

- Спасибо, хён.

***

Кёнсу появился на пороге квартиры Чанёля, когда остальные уже собрались. Он ввалился в коридор, еле переставляя ноги. В руках он нёс два мини-холодильника в сумках.

- А вот и ужин подъехал! – радостно вскочил Бэкхён, но тут же сдал назад, получив предупреждающий взгляд Кёнсу.

- Это для его сослуживцев, - пояснил До, - опуская сумки на пол.

- И для меня, - расплылся в улыбке Чанёль.

- Где во фразе «для сослуживцев» ты услышал своё имя?

- Ну, хён!

- Не «хёнкай». Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. В твоём для меня уже целый город построен, так что предлагаю тебе вечером собрать с десяток новых знакомых и угостить их моей стряпнёй. Если какое-то блюдо им особенно понравится, напишешь, и я ещё привезу.

Чанёль обиженно оттопырил нижнюю губу. Ещё бы, такая забота от старшего, но какая-то косвенная.

Но когда изрядно выпившие ребята приутихли, расползлись по углам и уткнулись в телефоны, Кёнсу подошёл к Чанёлю и протянул свои армейские часы:

- Время пролетит быстро. Наслаждайся каждым днём даже там. Уверен, ты найдёшь поводы для улыбок и смеха.

- Ну, хён, - всхлипнул расчувствовавшийся Чанёль.

- О, только не «хёнкай»!

***

- А Кёнсу подарил Чанёлю свои армейские часы! – заявил Бэкхён, плюхаясь на диван рядом с засыпающим сидя Минсоком.

- М-м, круто, - меланхолично ответил старший.

- А ты что подарил любимому тонсену? – не унимался Бэкхён.

Минсок проморгался и сел ровнее.

- Мой любимый тонсен уже в армии.

- Подумай хорошенько, - Бэкхён взял лицо Минсока в ладони и приблизился. – Кто твой любимый тонсен, который сидит напротив?

Минсок скосил глаза направо и налево в поисках этого загадочного тонсена.

Бэкхён предупреждающе прищурился:

- Издеваешься?

- Честное слово, не понимаю о чём ты, - ну не говорить же этому наглецу, что он уже упаковал медальон, который был с ним на службе, и подписал «Любимому тонсену ББ».

***

- Ну и куда я в армии буду ходить с сумкой Гуччи?

- Не знаю, у меня их так много, что я не знаю, куда их девать, - ответил Чонин.

- Ты думаешь, что сумки будет достаточно, чтобы я не заметил твоё отсутствие на проводах меня в армию?! – возмутился Чанёль.

- Я стою в пробке, хён! И буду через несколько минут! Я не мог пропустить твои проводы! Должен же я удостовериться, что ты действительно ушёл, - Чонин засмеялся в трубку телефона.

- Эх, мало мы тебе ремня давали в детстве, - фыркнул Чанёль, но всё равно расплылся в улыбке – скоро все соберутся вместе.

- Моя пятая точка – достояние страны! – не остался в долгу Чонин.

- Все вы у меня – достояние страны, кого ни тронь, - засмеялся в голос Чанёль.

***

- Просто будь собой, - Чондэ сделал глоток пива и блаженно полуприкрыл глаза. – Люди быстро купятся на твоё обаяние. Только не перечь командиру, это тебе не Чунмён.

- А если приказы будут глупыми? – казалось, Чанёль каждой клеточкой впитывал мудрость отслуживших братьев. Он подался вперёд и вслушивался в неторопливую беседу Чондэ, Кёнсу и Минсока.

- Сам ты глупый, - отозвались старшие.

- Даже если кажется, что приказ совершенно идиотский, вполне возможно, что он формирует выдержку и терпение, - добавил Кёнсу.

- Просто пой и играй на гитаре, когда просят, - улыбнулся Чондэ, - и тебе не будут отдавать глупые приказы.

- Анекдоты трави, ты же умеешь, - поддержал Минсок.

- Я что-то не пойму, армия отличается от моей нынешней жизни? – пробасил Чанёль. – Расписание труда и тренировок соблюдаю, на гитаре играю, пою и улыбаюсь.

- Думаю, ты даже разницы не почувствуешь, - хмыкнул Кёнсу, и остальные засмеялись.

***

- Я с тобой, Чанёль! – эмоционально говорил по видеосвязи Исин. - Я... (дальше шла неразборчивая китайская речь), и ты! И мы! – снова китайский.

- Он же не проклинает меня? – тихо поинтересовался Чанёль у сидящего рядом Сехуна, и тот отрицательно покачал головой.

- Ты всё сможешь! Ты – настоящий мужчина! Служить Родине – это долг каждого!

- Тебе надо патриотические проповеди писать, - закивал Чанёль.

- Я как раз сейчас в студии записываю патриотическую песню для государственного праздника, - улыбнулся далёкий китайский участник.

- Но на часах уже глубокая ночь!

Исин посмотрел на наручные часы.

- Нормально, я все три дня не сплю. У меня сон по расписанию в воскресенье.

- Но воскресенье было вчера, - осторожно уточнил Сехун.

- Да? – удивлённо выпучил глаза Исин. – Вот чёрт, я отстал от графика! Пока, Чанёль! Будь здоров!

Экран погас.

Молчавший до этого Бэкхён предложил дельную мысль:

- Как Исина зачислить в корейскую армию? Он бы хоть отоспался.

***

В голове Сехуна было много мыслей. Они роились, как огромные навозные мухи, и не давали ни секунды отдыха.

Но он молчал.

Бродил по квартире за Чанёлем, улыбался на шутки старших и жадно ловил взгляды Пака.

Молчал, потому что среди всех слов, что были в нём, он хотел топнуть ногой и воскликнуть: «Нет! Ты остаёшься! Я отменяю армию! Отменяю!», и это было так по-детски.

Поэтому он ходил за Чанёлем и ждал, когда в голове созреют взрослые слова.

Слова созрели, когда все разъехались, и друзья остались наедине.

- Так ничего и не скажешь? – вздохнул Чанёль, который весь вечер видел отчаяние в глазах Сехуна.

- Скажу, - неожиданно выдал младший. – Я на связи 24/7. Мои уши, моё плечо, моя квартира в полном твоём распоряжении круглосуточно и без выходных.

Чанёль шмыгнул носом. Впрочем, в присутствии Сехуна можно было показать слабость.

***

Они обнимались и обнимались, по очереди, всей толпой, пока зажатый между Чанёлем и Сехуном Кёнсу не простонал:

- Он не иммигрирует и скоро придёт на выходные. Вы с ним прощаетесь, будто видитесь в последний раз.

- Я, может, последний раз вижу гражданского Чанёля, - ткнул друга в бок Бэкхён. – Кто знает, каким он вернётся.

- Слава богу, он больше не растёт, - буркнул Кёнсу.

- Я вернусь сильным и серьёзным! – козырнул на солдатский манер Чанёль, и ребята покатились со смеху.

- Серьёзным? Ты? – хихикал Минсок, который за 10 лет так и не дождался этого чуда.

- Эй! Знаете, какой я буду крутой в армейской форме? Как герой! – Чанёль выпятил грудь. – Чего вы ржёте?

- Не знаю, как остальные, а я представил в форме Бэкхёна, - уточнил Чонин.

Остальные посмотрели на Бёна и зашлись от смеха.

- Ума ни приложу, за что люблю вас, придурки, - фыркнул Бэкхён.

- И я не знаю, почему, - улыбнулся Чанёль. – Просто потому, что это вы. 

К                      О                       Н                                Е                                Ц

Примечание автора: я подумала, вдруг это нужно вам так же, как и мне ^_^