Часть 1

Тяпать картошку - сложное занятие. Спина затекает, жарко до ужаса, а эти комары и мошки сущие зло.

Жить в деревне здорово! Речка, рыбалка, самогон-не жизнь, а сказка. Но тяпать картошку, дайте ка подумать... НЕТ! Я всеми силами упирался: претворялся больным, прятался, убегал, все без толку. Меня кормили таблетками, находили, ловили. Когда мне надоели эти игры, я уже прямо сказал мол, не пойду и всё тут. Да куда уж там, против нашего семейного авторитета, бабушки, не попрёшь.

И вот стоим мы: я, бабушка, дед, да тётка и тяпаем картоху. Спина отнялась у меня давно, руки похожи на одну большую мозоль, пот глаза застилает. М-м-м, хорошо иметь домик в деревне.

Останавливаюсь, чтобы немного передохнуть. Спина со скрипом разгибается, а я чуть не стону от удовольствия просто стоять с опущенными руками, подставляя лицо прохладному ветерку.

Я бы сказал, что тут свежий воздух, отличающийся от городского, но это далеко не так. Несколько лет назад, недалеко от деревни бабушки, построили завод. На чём он специализируется и что изготавливает, никто не знает. Только и видно на горизонте серые трубы, отравляющие газами воздух.

А на днях вода в нашей речке стала мутная, грязная, с разноцветными разводами и рыба к верху брюхом плавает. Никогда такого не было, а после постройки этого завода всё и началось.

Сначала птицы погибать начали, теперь вот речка. Многие отсюда сбежали, в основном молодые. Старики, как моя бабушка, остались. Не хотят они уезжать. Здесь их дом, здесь они всю жизнь провели.

Ощутимый удар по попе заставил подпрыгнуть.

- Ай!- еле успел уйти от второго удара. - Ба, за что?

- Тяпку в зубы и работать.

- Дайте хоть чуть-чуть отдохнуть! - бабуля снова замахнулась. - Всё-всё, понял.

Следующие двадцать минут мне пришлось работать с удвоенной силой. Волосы растрепались, и висели перед глазами уродливыми рыжими сосульками. Из-за этих паклей, я случайно оттяпал картошке листик.

Вроде бы ничего странного, вот только куст в ответ зарычал.

Приложив ко лбу ладонь и удостоверившись, что жара у меня нет, пошёл тяпать ряд дальше. Не хочу больше получать от бабушки.

Остановился когда почувствовал, что по мне кто-то ползёт.

«Чёртовы муравьи,- думал я»

Но это были далеко не муравьи. По лодыжке, вверх, обвивая мою ногу, ползла ветка картошки, та которую я срубил.

Минута на осознание происходящего, а ветка поднялась выше колена. Я закричал, что есть мочи. К моему крику вскоре добавилось визжание тёти. Пока я избавлялся от назойливого растения, другой куст отобрал у неё тяпку и сейчас замахивался на тётю Таню. К счастью, дедушка оказался рядом и помог убить куст. Именно, что убить. После того, как он срезал зеленую верхушку из обрубленных веток потекла тёмно-зелёная жидкость, стекая вниз, окрашивая зелёным землю. Выдав нечеловеческий стон, картошка обрушилась на землю.

- Что здесь происходит?- закричал я.

Ответом мне было рычание со всех сторон поля. В ту же минуту, на всех кустах появилось нечто, напоминающее клыки. Они находились по одному на каждом листике и на кончике раздваивались, как язык у змеи.

Куст который ближе ко мне, попытался цапнуть за щиколотку. Ему бы это удалось, если бы не моя реакция.

Со стороны моих родственников только и был слышен звук воздуха рассечённого тяпкой. Я направился к ним. Отвлекаться и смотреть, куда я иду, невозможно. Приходилось отрубать всё, что было рядом.

Наткнувшись спиной на деда, я облегчённо выдохнул.

- Что это такое, дед?

- Не знаю, но оно явно опасно.

То, что я принял за кровь, оказалось какой-то кислотой. Она разъедала всё, на что попадёт.

Встав спиной друг к другу, мы вырубили вокруг себя всё живое.

Мы думали, что сможем передохнуть на освобожденной территории, но нет. Дальние кусты, вновь издав животный рык, принялись выбираться из земли.

Они вытаскивали клубни картошки и, опираясь на них, шли к нам.

Это было не вероятно. Нельзя сказать, что тогда было со мной. Шок, ужас, неверие в происходящее. Но взяв себя в руки, и посильнее перехватив тяпку, я принялся убивать ненавистную картошку.

Вскоре вокруг валялись горы кустов, истекавшие зелёной кровью-кислотой.

В момент, когда наша победа была очевидна, тётя Таня выбежала вперёд, махая над головой тяпкой и крича:

«Мы вас сделали, твари!»

Через несколько секунд её радостный крик резко умолк, руки опустились, а сама Таня начала оседать на землю.

Ничего не понимая, мы уставились на тело тёти Тани. Из её лба торчала картофелина. По лицу любимой тёти медленно стекали кровавые ручейки.

- Не-е-е-е-е-е-т, - бабушка с криком бросилась к убитой дочери, сметая всё на своём пути.

Обезумев от потери, она ринулась в самый центр, где находилось больше всего тварей. Мы не успели ей помочь.

Кусты повязали её по рукам и ногам. Тоненькая веточка пробралась в рот бабушки и разорвала её изнутри.

Слёзы запеленали глаза и я даже не почувствовал, как один из кустов прокусил стопу.

Нам с дедом пришлось отступать назад. Спрятавшись за оградой из мёртвых кустов, мы решили перевести дыхание.

- Денис, не раскисай, мы справимся, - он вытер грязной рукой слезы с моих щёк, - мы выживем.

Я так не думал. Кожа моя стала гореть. Так и хотелось разодрать всё в кровь, а место укуса на стопе стало черно-зелёным. Постепенно я начал терять связь с действительностью. Заметив моё состояние, дед стал бить меня по щекам.

Особо сильный удар, и я раскрыл глаза.

Дед сидел прямо передо мной и вдруг заговорил бабушкиным голосом.

- Вставай, давай.

- Чего?

Ещё одна крепкая пощёчина, и я вижу перед собой не деда, а бабушку. Позади стоит тётя, опираясь на тяпку, а рядом курит дед.

Покрутив головой, я понял, что лежу на земле, с тяпкой в руке. Ещё разведав обстановку, стало понятно, что никакой картошки-убийцы нет.

Я задал самый правильный вопрос в данной ситуации: «А где твари?»

Дед с бабкой переглянулись.

- Хорошо тебя пригрело-то,- дед помог подняться и повёл меня в сторону дома.

- Дед, а что случилось?

- Солнечный удар. Говорила же тебе бабка головной убор надевать.

Через несколько месяцев закрыли тот самый завод. Оказывается, человек, работающий в лаборатории при заводе, ставил опыты, связанные с мутацией.

Может это совпадение, а может нет, но больше я в эту деревню не приезжал.