.15.

— Мне кажется, вам лучше объяснить, что это была за хуйня. — с улыбкой сказал Джихун.

— А почему ты улыбаешься? — спросил Чонгук.

— Я улыбаюсь?

— ...

— Так, ладно. Этих тварей здешние называют Посторонними. Это бывшие люди, которые смешали свою ДНК с ДНК оборотня. А именно этот чуть не угробил меня один раз. Вот такая хуйня, бро. — решил сказать Юнги. — А, да, кстати, нам пиздец, Чонгук?

— Ну-у-у...

— Мин Юнги, живо ко мне! — раздался не очень добродушный голос.

— И что он мне сделает? — немного нервно спросил Юн.

— Ты просто должен постараться за десять минут не быть пойманным своим альфой. — чуть ли не ржет Чон. — Хочешь, поддержу тебя?

— Н-ну давай.

— Еще никто не мог убежать от своего альфы. Самое максимальное время было шесть минут. Это рекорд за последнее время.

Вот поддержал, так поддержал...

— Кхм, и... И кто этот рекорд поставил? — сглотнул Мин.

— Это был я, Белоснежка. — подмигнул он. — А теперь иди.

— Погоди-погоди! — встрепенулся Джи. — А нам ведь этого делать не нужно?

— Ну, лично я запаха своего альфы не имею на данный момент и ты тоже, кхм, почти, а вот Юнги... Весь провонял Алиссумом.

— О-о-о! — пропищал Пак Джихун. — Юнги-я, ты покойник!

— Ты чего радуешься, придурок?!

— Юнги, мне подойти и самому тебя притащить? — начал двигаться в его сторону Чимин.

— Вот же... Хорошо! Стой на месте! Сам подойду! — кричал брюнет. — Какие же все...

Юнги со вздохом посмотрел последний раз на друзей, которые еле сдерживали свой смех, показал им средний палец и пошел к лесу, где стоял Чимин.

— Слушай, — начал Джихун. — А правда, всё так серьёзно? Он сделает ему больно?

— Знаешь... Не думаю, что Юнги будет больно. — с хитрой улыбкой сказал Чон.

***

Пак стоял в одной футболке, опираясь на дерево, смотря на спокойного Юнги. Тот же в ответ не смотрел, а глаза его были направлены в лес. Неужели Чим и правда его так накажет? Один раз он был в лесу, и что-то ему не очень понравилось.

Тряхнув головой, тем самым смахнув с волос снег, он всё-таки посмотрел на альфу.

— Что? — не выдержал Юн, а в ответ улыбка.

— Я говорил тебе, что ты красивый?

Да, Мин Юнги смутился. Да, его щеки стали еще более красными. Да, ну, а с кем не бывает?

— Заткнись. — прошипел он. — Когда уже начнем?

— О, так не терпится? — ухмыльнулся он, отталкиваясь от дерева. — Ну так... Беги.

— Что? — нахмурился омега.

— Я дам тебе фору в одну минуту. А дальше, — он наклонился к нему, опаляя горячим дыханием слегка замершие губы. — Я начну на тебя охоту.

— Думаешь, — шепотом начал Юн. — Я не продержусь десять минут?

— О, нет, Белоснежка, я в тебе не сомневаюсь, просто я буду пытаться найти источник этого прекрасного запаха. То есть тебя.

— Чимин...

— И забыл сказать, — он отошел на шаг. — Отчет пошел.

После этих слов, омега бросился в гущу леса. Сам не зная почему, но он улыбался. Мин бежал к более крупным деревьям, стараясь быть менее замеченным.

Увидев небольшой склон вниз, он решил спуститься, прокатившись на спине, после вставая и продолжая бежать. Его дыхание стало чаще, а сердце участило свой ритм. Тут он решил опереться на дерево, но ноги не удержали, и Юнги скатился в низ.

Вот по воздуху разнесся громкий рык, от которого омега вздрогнул. Он нашел в себе силы встать, но только хотел продолжить бежать, как кое-что пришло в его голову.

Мин вынул телефон из кармана куртки и положил в карман штанов, после стянул с себя куртку и откинул, побежав в противоположную сторону. Во время погони он будто слышал за спиной его тяжелые шаги. Юн понимает, что для старшего это всего лишь игра, и наверно, как и для самого Юнги, но пойманным быть все ровно не желает.

Сколько прошло времени? По ощущениям больше двадцати минут, но он понимает, что нет. Надо бежать, запутывать. Главное не попасться.

Брюнет и не заметил, как оказался на какой-то поляне, но остановившись и осмотревшись, понял.

— Это же... То место из моего сна. Но как я мог видеть его? Я же только сейчас оказался здесь впервые! — паника начала разрастаться в нем как какой-то сорняк, проникая корнями всё дальше и дальше.

Вдруг перед глазами появилась вспышка, а дальше гром. Картина поменялась, теперь вместо снежной поляны здесь оказались трава и цветы, на которые падали тяжелые кали дождя, а вместо утра была ночь.

— Нет... Нет-нет-нет! — Юн тут же обернулся, но сердце будто бы остановилось. — Чимин...

Альфа стоял в пяти метрах от него, всё было бы ладно, если бы не его вид. Глаза налиты красным, клыки виднелись из приоткрытых губ, рот в крови, как и руки. Страшно. Очень страшно.

— Чимин... Ты... Ты же ничего мне не сделаешь? — тихо-тихо спросил брюнет, отступая назад, но оборотень будто бы не слышал. — Чимин?

После рыка омега не выдержал и ринулся прочь. Но больше десяти шагов он не сделал, падая от тяжести, а после Чим повернул его на спину.

— Нет, Чимин! Пожалуйста, прекрати! — он пытался отбиться руками, но они оказались прижаты по сторонам от головы Юна. — Чимин... — слезы ручьем текли по лицу, смешиваясь с каплями дождя.

Альфа резко занес руку для удара, но его остановила мягкая ладонь руки Юнги, которую он отпустил. Ладонь поглаживала щеку Чимина, у которого, как заметил Юнги, начало успокаиваться дыхание.

— Не лишай меня жизни, Чимин. — дрожащим голосом просит Мин. — Я не хочу так. Если ты убьёшь меня, тогда я снова буду один. Там ничего нет. Там пусто. Там одиноко. Мне без тебя не хочется туда. Как бы глупо это не звучало, но... Я хочу умереть с тобой в один день. И точно не от твоей руки. — уже чуть ли не рыдает Юнги. — Ты... Ты вообще после всего не имеешь права отпускать меня! Потому что... Потому что...

Чимин смотрел на него большими глазами, а на его ресницы падает снежинка. Вокруг светло и прохладно. Альфа был в шоке происходящего. Почему его омега вдруг начал плакать?

— Потому что я... — но не успевает омега договорить, как его губы накрывают горячие губы Чимина. Пак нежно, но чувственно обхватывает губы Мина, то нижнюю, то верхнюю, язык медленно проходит по нижней, но не врываясь в рот.

— Не говори... — тяжело дышит Чим. — Не говори ничего больше. — обхватывает ладонями лицо брюнета. — Ты станешь моей новой слабостью, Юнги.

— Н-но ведь... Слабости делают человека уязвимым, разве нет?

— Я могу позволить себе это. — улыбается старший.

Альфа наклоняется к тяжело дышащему телу, и целует нежно тонкую шею, опаляя горячим воздухом, от чего у второго это вызвало мурашки.

— Решил обмануть меня? — легкий укус, вызвавший короткий стон. — Твоя куртка пахнет тобой, но не так как ты сам. Хотя это вызвало у меня легкое недоумение, да еще эти цветы, заглушающие запахи. — поднявшись, он ударил по чужому бедру ладонью. — Раздвинь-ка ножки, малыш. Настало время наказания.

— Н-наказания? Разве я не справился? — смотрит, как расстегивают ему пуговицу на штанах.

— Тебе не хватило двух минут, Белоснежка. — стягивает с него штаны вместе с бельем, а после посмеивается с того, как пискнул омега, когдаего кожа коснулась снега. Он подхватил Мина так, чтобы тот не касался холодной земли. — Готов?

И после лёгкого кивка медленно входит в брюнета.

— Ммм... — прикусил губу Мин.

Чимин сначала коротко толкается в податливое тело, но после просьбы: «Быстрее. Хочу быстрее...» Начал вбиваться с большей силой.

— Черт, ты такой горячий внутри.

Пак двигается, одновременно кусая его шею, а тот от такого стонет, кричит, сам насаживается на член альфы.

— Аа! Чимин... Чимин! — сжимается, от чего старший шипит и кусает ключицу Юнги до крови, а после с рыком слизывает её.

— Кричи громче. Сорви голос, но кричи моё имя. — и сильно толкнулся, после чего омега под ним выгнулся в спине, открыв рот.

— Боже... Чимин, Господи, как же хорошо! Мм...

— Не могу держаться, прости. — после этих слов Юнги чувствует боль в плече, а также теплую кровь, текущую по этому же плечу вниз, окрашивая снег.

— Теперь ты мой. — шепчет Пак, осматривая картину сверху, продолжая двигаться.

Когда они оба были на пределе, Юнги обхватил руками голову Чима, притягивая к груди, и выгибаясь от вспышки оргазма, накрывший обоих.

***

Они медленно шли обратно из леса, держась за руки, переплетя пальцы.

— Никому ни слова. Если кто-то узнает...

— Да понял я. Белоснежка, ты слишком много об этом думаешь. — посмеивается старший, крепче сжимая руку. — Знаешь, надо почаще делать так.

— Как «так»? — сощурился Мин.

— Ну, ты так прогибаешься под моей силой. — ухмыляется он. – И твои крики...

— Эй-эй-эй! Всё! Понял! — захотел уйти вперед Юн, но был остановлен.

Чимин поцеловал младшего, а отстранившись, улыбнулся, увидев покрасневшие щечки омеги.

— Ты все больше и больше походишь на омегу. А каким ты был, когда только появился здесь. — прикрыл он глаза.

— Я тебе сейчас глаза выколю.

— А хотя не многое и изменилось. — прошептал он.

Они шли еще недолго, пока не достигли края леса. Из неоткуда выскочили взбудораженные Джихун и Чонгук. Чимин только посмеиваясь, покачал головой и пошел дальше.

— Ну-ну-ну, этоонделалнежноиливсётакибольно?! — прокричали они.

— Я не буду вам это говорить. — слегка улыбнулся он.

— Да ладно. Мы сами всё видим, просто думали, что ты сам расскажешь. Вон, вся шея искусана и... Так-так-так. Это что?! — припрыгал на месте Чон, а после приблизился к старшему. — Это же... Ме-е-е-етка-а-а-а! — закричала он. — Да-а-а, наш Чимин-и дозрел до этого!

— Эй-эй, а что значит метка? — спросил Джихун.

— Это знак того, что омега принадлежит своему альфе. Теперь Белоснежка будет пахнуть нашим Чимином!

— Хм, я тоже хочу пахнуть Хосоком. — выпятил нижнюю губу Джи.

— Ах, да, что между вами? Тобой и Хосоком. — прищурился Чонгук. — Я видел, как вы заходили вместе в его комнату.

— Ну, если быть точнее, я его туда занёс, но...

— Но? — протянул Юнги.

— После всего этого я к нему начал что-то чувствовать. — прикрыл щеки руками. — Понимаете, я не из тех, кто влюбляется с первого взгляда, но этот мужчина... Он такой... Такой...

— Замечательный? — подсказал Чон.

— Охуенный. — выдохнул Джихун.

***

— Усилить охрану во всех учебных заведениях, если заметите хоть одну подозрительную личность, сообщайте Ким Намджуну. Всё ясно?

Получив от всех кивок, Пак пошел дальше. Минджу после случая в школе не проронил ни слова, а Джин проплакал мужу в плечо. Как же он так просто прошёл мимо охраны? Почему никто не заметил сразу изуродованное тело? И место убийства... Оно было... Чистым? Да, именно так.

— Тебе не кажется, что убили этого ребёнка не на территории школы? — послышался со стороны знакомый до боли голос.

— Ты не имеешь к этому не какого отношения. — Чимин понимал, что их мысли схожи из-за такого близкого родства. Может даже опасался этого, думая, что чувства тоже могут иметь схожесть. А ему ведь... Нравится Юнги. — Поэтому не лезь.

— Это моё Королевство, как и твоё. Мы оба ответственны за безопасность народа! Приди уже в себя. Ты один не справишься. — уже повысил голос Чонин.

— А я не один. У меня есть...

— Да, я знаю. У меня тоже. Но также у нас у обоих есть одно слабое место, так? — как-то грустно улыбнулся он.

— Что ты...

— Если что-то случится, то пострадает и Юнги. Не поступай так опрометчиво.

Братья стояли и смотрели друг другу в глаза, пытаясь отыскать ответы на свои вопросы. Но там нет ничего, кроме старой боли доставленной друг другу.

— Я... Обещал защищать Юнги.

— Как и я, Чимин. Мы оба должны защищать его.

***

Омеги долго стояли около комнаты Минджу, но, всё же решившись, зашли. В комнате находились сам альфа и его родители.

— О, эй, Минджу, милый, к тебе пришли. — мягко сказал Джин, погладив ребенка по голове.

— Проходите, может вы поможете ему прийти в себя, если не получится, придётся обратиться к психологу. — вздохнул Намджун.

Напоследок поцеловав сына, они вышли из комнаты, оставив омег с ним наедине. Они подошли к альфе, садясь на его кровать.

— Эй, Минджу, думаю, начинать разговор с «Как ты?» не стоит, поэтому скажу сразу. Все находящиеся в этом доме понимают твои чувства. Утешить нечем, потерю мы не вернем. Просто все будут рядом. — почти шепотом сказал Мин.

— Да, Юнги прав, Минджу. Просто будем рядом, даже когда тебе станет неуютно или покажется, что мы ничего полезного не делаем. — согласился Джи.

— Нет ничего постыдного в просьбе о поддержке. Если тебе плохо, просто скажи нам об этом. — сказал Чон.

Но в ответ только молчание.

— Послушай, пидорок. Самой главной целью в моей жизни было счастье, но к сожалению, в нашем мире такое горе приходится переживать. Я и понять не мог, что это было испытание, которое я чуть было, не провалил. — грустно улыбнулся Юн. — Но рядом были люди, которые помогли мне, направили на правильный путь. И у тебя тоже эти люди есть, понимаешь?

Мальчик вздохнул и повернулся к ним лицом.

— Спасибо. Да, я понимаю. — улыбнулся Ким. — Ох, меня успокаивали три омеги. Это же...

— Эй! — и три подзатыльника. — Ты совсем? — возмущался Чонгук. — Не маловат еще?

— Да, но отец сказал, что скоро начнётся половое созревание. Может из-за этого мне так нравятся ваши формы?

— ...

— Этот Пак Чимин. Ребенку всего ничего, а он...

Вдруг с улицы послышались крики. Омеги встрепенулись и подошли к окну, через которое они увидели какую-то драку.

— Что опять-то? В этом мире, что не день, то какая-то дичь творится. — бубнит Джихун.

Чонгук быстро оказался возле двери, тут же открывая её.

— Вы сидите тут, а я пойду, посмотрю. — и вышел.

Трое сидели молча около пяти секунд, а после:

— Да, Джихун, посиди здесь с Минджу, а мы посмотрим, что там. — и хлопок двери.

— Да, Минджу, посиди здесь, мы скоро вернемся. — и также вышел.

Альфа сидел на своей кровати и не мог понять, что за фигня только что произошла.

***

На улице перед особняком собрались люди. Они кричали, посыпали проклятиями. Что всё-таки происходит?

— Тэхён, эй, что случилось? — подлетел к альфе Чонгук. — Почему народ так буйствует?

— А что вы здесь делаете? Это может быть опасно. Вам сегодняшнего не хватило? — развернулся он.

— «Вы»? — нахмурился младший и повернулся. — Я же сказал вам сидеть в комнате.

— «Вам»? — удивился Мин и отзеркалил позу Чона. — Джихун, я же говорил тебе сидеть там.

А Тэхёну оставалось только ударить себя по лицу. Бля, эти омеги...

— КАК ВЫ ЗАЩИЩАЕТЕ НАС?! — кричали голоса из толпы. — МЫ ЗАКЛЮЧИЛИ ДОГОВОР С ВАМИ, А ВЫ, ОБОРОТНИ, НЕ МОЖИТЕ СПАСТИ НАС?! УЖЕ СТОЛЬКО ЛЮДЕЙ ПОГИБЛО ЗА ЭТО ВРЕМЯ! ВЫ ПРОСТО БЕЗПОЛЕЗНЫ!

И после все крики заглушил один, громкий злобный рык, от которого все в люди замолчали, напугано смотря на появившегося Чимина и... Чонина.

— Плохо защищаем?! Если бы не наша защита, вы бы давно валялись ошметками на земле и её удобрениями! — не своим голосом кричал младший Пак, сверкая красными глазами. — Да как вы вообще посмели всё это говорить нам?! Оборотни уже много веков отдают жизни за вас, а вы так отплачиваете нам?! Не думал, что люди настолько трусливы.

Теперь на улице стояла тишина, нарушаемая только звуками ветра. Воздух, невзирая на мороз, накалился. Многие из толпы опустили постыдно головы. Неожиданно для всех, Чим опустился на одно колено.

— Я... Очень сожалею о ваших потерях. Но вы должны понять, что это война не только оборотней, а всех нас. — и тут рядом с ним опустился его брат.

— Мы с моим братом обещаем, что будем пытаться защищать вас, но и вы пообещайте тоже. — из-за толпы послышался шепот.

— Это его брат? Брат? Он вернулся? А где он пропадал? Вы слышали, что он сказал?

Толпа потихоньку начала выкрикивать имена близнецов, становясь всё громче и громче.

— Мы верим вам! Пожалуйста, позаботьтесь о нас!

***

После люди разошлись, а с Чимином что-то было не так.

— Чимин, — положил руку на его плечо Намджун. — С тобой чего?

— Я опустился на колени пред людьми... Это пиздец... — стеклянным взглядом сверлил пустую уже улицу Чим.

— Эх, гордость, гордость... — посмеивался Юнги, смотря на эту картину.

Все стояли и обдумывали эту ситуацию. Всё начинает выходить из-под контроля. Это плохо. Это очень плохо.

— Знаешь, это было забавно как вы с... — начал Тэ, то не договорив, упал на колени, схватившись за голову.

— Тэхён! Тэхён!

— Тэхён, что случилось? — присел рядом Джин. — Тебе плохо? Позовите Ч... А где Чонгук?

— Чонгук? — начал вертеть головой Юнги. — Чонгук! — он побежал в сторону заднего двора, но там его не было. Когда же он приблизился к окраине леса, то увидел... Кровь.

— Ч-что? — всё тело Юнги трясло от страха за жизнь друга. Кровь... Почему здесь кровь? Нет-нет-нет... Не может быть. Он скорей побежал обратно. — Там... Там кровь... — на глаза наворачиваются слезы.

— Посторонние! Они бегут за мной! Мне больно! Я не смогу долго бежать, их много!

— Чонгук! — тут Тэхён резко изменил свою форму, после чего сорвался в сторону леса.

— Эй, Тэ, подожди, чёрт возьми! — Чимин с Намджуном сорвались за альфой.

— Не молчи, Чонгук! Не молчи! — но в ответ была лишь тишина.

Оборотень бежал с большой скоростью, пытаясь отыскать свою омегу по запаху, но в лесу его не почувствовать. Гребанные растения. Он резко остановился, потому что стало абсолютно пусто. Ничего. От всего этого его внутренний зверь не выдержал, издал какой-то печальный вой, разлетающийся по округе леса.

Его нет... Чонгука больше нет...