Шинсо Хитоши

Юру в ярости налетела на врага. Её движения были быстрыми, почти звериными — она не просто атаковала, она охотилась. Мужчина, несмотря на свой безумный вид, оказался не так прост — он ловко уклонялся, отскакивал, бросал в неё металлические предметы, управляя ими с помощью своей причуды — магнетизм разрушения, который дезориентировал металл вокруг и превращал его в смертельно опасные осколки.

Но Юру была неудержима. Она уворачивалась, прыгала по стенам, а в какой-то момент вцепилась ему в плечо и швырнула об стену так, что та потрескалась.

— За маму! — крикнула она, бросаясь снова.

— За папу! — раздался её яростный рёв, когда она пробила кулаком его защитную броню, отбросив его назад.

В этот момент по складу раздались шаги. Из тени, словно по сигналу, вышли ещё пятеро злодеев — у каждого была маска, свой костюм и зловещая аура. Один из них щёлкнул пальцами, и от его рук пошли языки пламени. У другого из плеч выросли тёмные лезвия. Женщина с розовыми глазами развернулась и вытянула когтистые пальцы.

— Похоже, она не одна, — усмехнулась она. — Игра началась.

— Осторожно! — крикнула Момо, отступая. — Это засада!

Бакуго рванул вперёд со взрывом:

— Да хоть вся ваша шавка прибежит! Мы вас сожжём!

Киришима активировал твёрдость и встал перед Джиро и Цуей.

— Держитесь вместе! Командно!

Мина, сжав зубы, крикнула:

— Устроим этим уродам кислотную баню!

Денки включил электричество, обстреливая пылающего злодея.

— Только не снова пушистая! — пробормотал он, вспомнив, как случайно попал по Юру, и тут же получил локтем от Урараки:— Следи за боем, Болтоголовый!

Шото вышел вперёд, вокруг него закрутилась ледяная буря и волна жара:

— Разделим их. Охладим пыл. И заморозим амбиции.

Изуку, собрав всю мощь One For All, занял оборонительную позицию рядом с Момо:

— Мы справимся. Только не давайте им взять вверх!

Юру в этот момент сражалась, как зверь. Её глаза сверкали бешенством, удары оставляли вмятины в стенах, а у врага кровь уже стекала по щеке.

— Да ты, оказывается, совсем как твой отец, — хрипло сказал он. — Такая же одержимая.

— Я не как он, — прорычала Юру, — я — сильнее.

Один из злодеев метнулся к ней, но Момо метнула в него копьё из металла.

— Не тронь её! — крикнула она.

Юру едва заметно улыбнулась. Она не одна. Они сражаются вместе.

И это был только начало боя.

Псих захрипел, из его рта потекла кровь. Юру сжимала его горло, её глаза были затуманены яростью. Хвост дрожал, как натянутая струна, уши опущены, кулаки побелели от напряжения. Все затаили дыхание.

И тут раздался голос:

— Юру. Остановись.

Все обернулись.На пороге стояла Мируко. Она смотрела прямо на Юру, спокойно, но строго. В голосе звучала не сила героя — а сила семьи.

— Герой не должен быть запятнан в крови. Даже если перед тобой чудовище. Даже если боль душит изнутри. Мы должны оставаться собой.

Юру медленно повернула голову, но руки её всё ещё были на шее Психа. Глаза горели бешенством и болью.

— Он убил их… — прошипела она. — Он забрал у меня всё… Я не могу… Я не хочу оставлять его в живых…

Мируко шагнула ближе, голос её дрогнул:

— Я пообещала моей сестре, твоей матери… что защищу тебя. Что сделаю всё, чтобы ты с Кайто не страдали.

Юру застыла. Это прозвучало как удар в сердце.

— Если ты убьёшь его… — продолжила Мируко. — Ты навсегда потеряешь часть себя. Миклоша и Акира не хотели бы видеть, как их дочь становится убийцей. Чем ты тогда отличаешься от него?

Юру дрожала. Внутри словно ломалось что-то.

Вспышки памяти. Мама смеётся. Папа держит на руках. Кайто зовёт её "Юрочка".И вдруг — тьма.

Слёзы потекли по её щекам. Она медленно отпустила Психа. Тот закашлялся и отполз в сторону.

Юру упала на колени, всхлипывая.

— Мне больно… Я просто… хотела, чтобы справедливость восторжествовала…

Мируко подошла и крепко обняла её.

— Ты не одна. И ты уже стала сильнее… Потому что смогла остановиться.

Позади подошли ребята. Момо присела рядом, Каминари нервно почесал затылок, Шото опустил взгляд.Бакуго тихо пробурчал:

— Ушастая… не делай так больше. Я тебя прибью сам, если ещё раз одна полезешь.

Юру слабо улыбнулась сквозь слёзы.

— Спасибо… всем…

Мируко встала, подошла к Психу и без лишних слов с разворота ударила его ребром ладони по шее. Он захрипел, дёрнулся — и отключился, рухнув на землю как мешок с мусором.

— Готов, — хмыкнула она. — И желательно, чтобы до суда тоже был в отключке.

Юру тяжело дышала, глядя, как он валяется без сознания. Её хвост всё ещё нервно дёргался, но гнев понемногу отпускал. Она вытерла слёзы и оглянулась на подручных злодея, которых ребята связали и держали под контролем.

— А что с этими делать? — Юру кивнула в сторону связанных негодяев. — И как... Угх... Объясним Айдзаве-сенсею всё это? Чувствую, наши тренировки теперь будут... особенными...

Каминари поёжился: — Да мы уже покойники. Он нас убьёт одним взглядом...

— Сначала моральная лекция, потом адская зарядка на пять часов, — простонала Цуя. — А потом ещё и уборка всей школы...

— Или хуже — доклад на тему "Почему нельзя уходить с территории ночью без разрешения", — вставила Джиро, мрачно.

— Я могу попробовать что-то сказать, — начала Момо, пытаясь как всегда взять ответственность на себя, — но... вряд ли это сработает, он нас всех вычислит по одному выражению лиц.

Юру слабо хихикнула и выдохнула: — Ну, с другой стороны… если бы не вы, не знаю, чем бы всё закончилось. Спасибо, ребята. Правда.

Бакуго фыркнул, скрестив руки: — Ты дура, но ты наша дура. Так что если кто-то тебя и вправе грохнуть — это я, понялa?

— Ох, романтика от Кацки, — прошептала Мина, зажав рот ладонью.

Кирисима хлопнул Юру по плечу: — Мы с тобой, ушастая. И не переживай. Аизаву мы как-нибудь... переживём. Может...

— Если вы все закончите ныть, то, может, и переживёте, — добавила Мируко, кидая на плечо бессознательного злодея. — Ладно, пошли. И не болтайте слишком много по дороге. Герои, всё-таки.

Все переглянулись. Несмотря на страх перед наказанием, на лицах уже были улыбки. Они чувствовали, что стали ещё ближе.

Юру шла рядом с Момо и шепнула ей: — Спасибо, что пошла со мной.

— Всегда, — улыбнулась Момо. — Мы ведь подруги, Юру.

А вдалеке уже приближались огни патруля — герои, полиция и...

— ...Аизава-сенсей, — пробормотал Каминари, побледнев.

— Всё, пацаны, — простонал Серо. — Нам крышка...

Юру лишь поправила уши, расправила плечи и с тихой улыбкой сказала:

— Ну что ж... Понеслась.

Пока герои патруля связывали оставшихся злодеев и занимались документированием происшествия, группа 1-А стояла чуть поодаль, как провинившиеся дети. Возле них появился знакомый силуэт. Шаги были размеренными, но даже эти звуки вызывали у большинства учащихся нервную дрожь.

— О, нет... — прошептал Каминари. — Это он...

Айдзава Шота, суровый, как сама ночь, остановился перед ними, оглядел каждого из учеников долгим и пронзающим взглядом. Лицо его оставалось неподвижным, но напряжение в воздухе можно было резать ножом.

Юру вышла вперёд. Ни слова, ни вздоха от остальных. Все молчали, лишь наблюдая, как она встала перед своим учителем… и встала на колени.

— Айдзава-сенсей! — Юру громко заговорила, не поднимая головы. — Это моя вина!.. Я взяла на себя инициативу... Я поставила своих друзей под удар! Мы покинули общежитие по моей воле! Я прошу прощения за всё, что случилось!

Она сжала кулаки, хвост дёрнулся резко, как плеть. Голос её дрожал, но была в нём несгибаемая решимость.

— Я готова принять любое наказание, какое вы назначите. Лишение баллов, отстранение от уроков, дополнительные тренировки… что угодно. Только прошу... не наказывайте остальных! Это не их вина. Они... они пытались остановить меня. Это я втянула их!

Все остальные ребята — Джиро, Шото, Каминари, Урарака, Бакуго, Момо, Киришима, Цуя, Изуку, Мина — переглянулись. Кто-то хотел шагнуть вперёд, но Айдзава поднял руку, останавливая их. Он подошёл ближе, остановился прямо перед Юру. Тишина повисла, даже ветер будто стих.

— Встань, — коротко сказал он.

Юру медленно поднялась. Взгляд её был упрямым, но глаза покраснели — от эмоций и напряжения.

Айдзава смотрел прямо в её лицо. Молча. Долго.

— Думаешь, я не знал?

Юру моргнула, не понимая.

— Ты не первая и не последняя, кто рискнул ради чего-то важного. Но ты ученица класса 1-А. А значит — герой, пусть пока и в процессе становления. Это не просто звание. Это ответственность. И она должна быть разделённой. — Он окинул взглядом весь отряд. — Все, кто пошли за тобой, сделали это не по принуждению. А потому наказание получите все. Но...

Он нахмурился:

— …то, как вы сработали, как держались в бою, как справились с угрозой — это тоже нельзя игнорировать.

Ребята оживились.

— За нарушение — неделя отработок, три дополнительных контрольных, и вы будете помогать в уборке тренировочного зала. Каждую ночь.

— А… а за хорошее поведение? — с надеждой подал голос Каминари.

Айдзава перевёл на него взгляд.— Я вас не отчислил. Этого достаточно.

— Повезло, — прошептала Джиро. — Я уже мысленно паковала чемоданы.

Юру тихо улыбнулась сквозь слёзы и выдохнула.

— Спасибо... сенсей...

Айдзава повернулся:

— Ладно. Возвращайтесь. Вас ждёт длинный отчёт. И, Юру…

Она вздрогнула.

— То, что ты смогла остановиться — делает тебя героем. Продолжай идти вперёд. Ради них.

Он кивнул на ребят.

Юру сжала кулаки и поклонилась:

— Обязательно.

Прошло несколько дней. После событий с нападением, боём, разговором с Айдзавой и тяжёлых отработок — в классе 1-А наконец снова воцарилось относительное спокойствие.

Вечер. В гостиной общежития собрались девочки: Момо, Мина, Джиро, Урарака, Цуя и Юру. Они сидели на диванах, кто с подушкой в обнимку, кто с чаем, кто с маской на лице. Атмосфера была расслабленной, почти домашней.

— Ну давайте, давайте, — настаивала Мина, подпрыгивая на месте. — Нам нужен ответ! Урарака, тебе же нравится Мидория, признайся уже!

— Ч-что?! — Урарака моментально вспыхнула. — Эй! Я… я просто… он добрый, ладно?!

Все дружно рассмеялись.

— Ладно, следующий. Джиро? — хитро прищурилась Цуя.

— Проходной вопрос, — фыркнула Джиро, пряча покрасневшие уши под волосами. — Следующая.

— Момо, не отлынивай, — сказала Мина, подмигнув. — Кто тебе нравится? Каминари?

— Ч-что? Н-нет! Он... слишком... хаотичный, — Момо отвернулась, отпивая чай, но кончики ушей у неё тоже запунцовели.

Когда дошла очередь до Юру, все как по команде уставились на неё.

— А ты, Юру? Кто тебе нравится?

Юру задумчиво уставилась в потолок. Её уши слегка дрогнули, хвост обвил одну ногу. Она на мгновение замерла, будто вынырнула из мыслей в настоящую реальность.

— Знаете... — медленно проговорила она. — Я как-то... не думала об этом.

— Вообще? — удивилась Урарака.

— Ну... — Юру немного пожала плечами. — После всего, что было... вся эта боль, родители, Кайко, злодеи… Всё, о чём я думала — это как защитить своих. Найти виновного. Я даже не задумывалась, кто мне может нравиться. Словно это что-то... далёкое.

— Ммм… — Джиро кивнула, понимающе. — Логично.

— Но… — продолжила Юру, её взгляд чуть смягчился, — если бы и был кто-то… он должен быть надёжным. Кто примет меня — с ушами, хвостом, характером… и с этим грузом, что я тащу. Кто не испугается… даже Мочо в бешенстве.

Мина шутливо приложила ладони к сердцу:

— Оу, глубоко! Мне срочно нужно кто-то попроще, пока я не расплакалась.

Все снова рассмеялись, а Юру слегка улыбнулась, глядя в чашку с чаем. Где-то внутри неё ещё жила боль. Но она уже не сжигала изнутри так ярко. А рядом были те, кто помогал ей справляться. Пусть и медленно… она начинала дышать свободнее.

— Но если кто-то появится… — Юру посмотрела в окно. — Он точно будет либо очень смелым… либо очень глупым.

— Тогда, может, тебе подойдёт Бакуго? — подмигнула Джиро. — Он же идеально подходит под оба пункта.

Юру икнула от чая, который только что глотнула, и закашлялась. Все заржали.

— Джиро!! — фыркнула она, вся красная.

— Ну а что? Подумай! — хихикнула Мина.

Юру закрыла лицо подушкой, уши прижались:

— НЕНАВИЖУ ВАС!!!

Смех разнёсся по комнате.

В общежитии класса 1-А царила расслабленная атмосфера. Парни собрались в одной из комнат — кто сидел на полу, кто свесил ноги с кровати. Каминари, как обычно, подкинул идею:

— А давайте устроим "час признаний"! Кто кому нравится?

— Ох, пошло-поехало, — фыркнул Бакуго, уже предчувствуя дурное.

— Я не против! — поднял руку Киришима. — Мне Мина нравится. Она весёлая и яркая, и... просто классная.

— Я за Джиро, — сказал Каминари, слегка покраснев. — Она крутая, у неё обалденный музыкальный вкус, и... голос.

— Цуя, — коротко ответил Такаями. — Мне с ней спокойно. Она не напрягает.

— Урарака, — пробормотал Мидория, уже ожидая приколов. — Она… сильная, добрая, и… мне просто нравится быть рядом с ней.

— Момо, — сказал Шото, не раздумывая. — Она умная, рассудительная. С ней легко.

— У меня девушка из класса 1-В, — сказал Оджиро.

— У меня — из поддержки, — добавил Сато.

— Аояма, уверен, влюблён в своё отражение, — хихикнул Минета.

— Я сияю в одиночестве, — гордо вздохнул Аояма.

— Так… Бакуго? — наконец спросил Каминари, повернувшись к нему.

Бакуго угрюмо сидел, скрестив руки.

— Не ваше дело.

— Ну давай, мы же все сказали. Хватит быть занозой, — протянул Киришима.

— … — Бакуго бросил на них взгляд, будто готов был сжечь.

— Ну хотя бы намёк. Характер, внешность… кто тебе нравится?

— …Тихая. Сильная. Смешная иногда. Короткие волосы. Щёки как помидоры, когда злится… — пробурчал он, не глядя ни на кого.

Повисла пауза. Мидория медленно поднял голову.

— Подожди… Урарака?

— ЧТО?! — Бакуго взорвался. — Я НИЧЕГО НЕ ГОВОРИЛ, Я ПРОСТО ОПИСАЛ ЧЕЛОВЕКА!

— Ты описал Урараку, как будто это её анкету читал, — хмыкнул Каминари.

— Да ты на неё всегда как-то по-особенному бурчишь, — добавил Киришима. — Типа как "Она что, совсем тупая?!" — и тут же смотришь, как она уходит...

— Да вам лишь бы языками чесать! — рявкнул Бакуго, отворачиваясь. — Всё, тема закрыта!

Парни хихикали, переглядываясь.

— Хм, интересно… А что скажет Урарака, если узнает? — прищурился Каминари.

— ЕСЛИ КТО-ТО ПРОБОЛТАЕТСЯ — ВЗОРВУ! — Бакуго вскочил, и из ладоней уже вырывались искры.

— Всё-всё! Молчим! — подняли руки остальные.

И хоть разговор закончился, все поняли одно: даже у взрывного Кацки Бакуго есть сердце… и, похоже, оно тоже может "взрываться".

В гостиной общежития царила привычная болтовня и уют. Все обсуждали прошедшие тренировки и кто как нелепо упал в грязь на вчерашнем боевом упражнении, когда дверь внезапно открылась.

— Все в сборе, — глухо произнёс Айдзава, входя вместе с Шинсо. Он зевнул, почесал затылок и лениво махнул рукой. — Яойорозу, позови всех парней. У нас… пополнение.

Момо, приподняв бровь, пошла за парнями. Через несколько минут весь класс был в гостиной — кто с булкой, кто с чаем, кто с недоумением на лице.

— Это Хитоши Шинсо. Ваш новый одноклассник. — Айдзава махнул на него рукой. — Привыкайте. Всё, я пошёл спать. Не шумите, или оставлю вас без сна на тренировках.

Дверь за ним закрылась, и все уставились на Шинсо. Он стоял, немного напряжённый, с характерной тенью под глазами и лёгким равнодушием на лице.

— Эй… — подала голос Юру, прищурившись. — Ты случаем не тот парень… с причудой "Контроль разума"? Что нужно просто ответить на твой вопрос?

Шинсо хмыкнул и кивнул.

— Быстро раскусила.

Юру сделала пару шагов, внимательно всматриваясь ему в глаза, а потом неожиданно улыбнулась и протянула руку:

— Ладно, добро пожаловать в класс 1-А, Шинсо.

Он удивился, но пожал её руку. Мягко, чуть неуверенно.

— Спасибо. Надеюсь, никто не будет бояться, что я вдруг "переключу" им мозги.

— Только если попытаешься, — усмехнулась Юру. — Тогда Мочо тебя съест.

От её плеча тут же вынырнул пушистый зверёк с серьёзной мордой и прищуром будто у Бакуго. Шинсо чуть отпрянул, остальные прыснули от смеха.

— Ты привыкай, — сказала Мина, хлопая Шинсо по плечу. — У нас тут весело. Иногда… слишком.

— Особенно, когда кто-то снова щупает Юру за хвост, — вставил Каминари с натянутой улыбкой и резко осёкся под взглядом Юру.

Шинсо хмыкнул.

— Понял. Не трогать хвост. Жить хочу.

— Мудро, — с невозмутимостью кивнула Юру.

— Ну что, Шинсо, — сказал Киришима. — Пойдём, покажем тебе комнату и где прячут еду.

— Если её не съел Сато, — добавил Каминари.

Все рассмеялись, атмосфера стала лёгкой и дружелюбной. Шинсо почувствовал, что, возможно, класс 1-А — это действительно его место.