Глава 51: Окна

Ник застыл у окна. Высоко. С другого этажа. С другой реальности. Он смотрел вниз — и больше не дышал.

Там, под ним, она. В чужих объятиях. Дима держал её так, будто она — всё. Её хрупкое тело дрожало. Она вцепилась в него. Уткнулась в грудь. Пряталась. Словно искала спасение. Словно он — её дом. Не Ник. Он. Другой.

А у него — только стекло. Тонкое, хрупкое, прозрачное. И невозможное.

Ник стоял, как выбитый из времени. Словно кто-то переписал сцену — и теперь он просто зритель. Зритель пьесы, где его героиня плачет не в его акте.

Он видел, как она положила голову Диме на плечо. Видел, как они уехали. Прочь. Без него. Навсегда.

Внутри всё оплавилось. Грудь сжалась. Горло перехватило. Он отпрянул от окна. Захлопнул его. Резко. Стекло вздрогнуло. Зал наполнился глухим звуком, но никто не обернулся.

Все обсуждали проекты, цифры, новые панели. А у него внутри — крик. Молчаливый, дикий, как отбойный молоток по сердцу.

Судорога пошла по челюсти. Скулы свело. Руки дрожали.

Стыд. Ревность. Злость.

Каждая его мысль — внизу, под этим стеклом. В её слезах. В её дрожи. В том, что он больше никогда не сможет вытереть с её щёк.

Он ревновал до боли. До онемения. Но не к Диме. К моменту. К её боли, которая теперь принадлежала не ему.

Он не пошёл за ней. Но пальцы дрогнули. Он хотел. Боже, как хотел.

Но не имел права. Потому что она пришла не туда. И не к тому человеку, которым он был в этот момент.

Он стоял — каменный. На высоте, в свете, в статусе. Он — Никита Викторович. Архитектор. Публичная легенда. Мужчина без срывов. Без чувств. Без права быть просто Ником.

А она — пришла со своей болью. Со сломанной надеждой. С дрожащим голосом, который умолял:

"Просто признай, что я была. Что я есть."

И он — не смог. Потому что, если признать... Он тоже станет настоящим. А это — опаснее всего.