Глава 45: Архив

Дима не искал этот телефон. Он просто оказался в руке — как всё, что возвращается слишком поздно.

Он нашёл его случайно, когда перебирал ящик с проводами и визитками. Забыл, что не выбросил его.

Дима сидел на полу, спиной к кровати. В руках — старый телефон. Потёртый чехол, тусклый экран.

Темнело. Дождь тихо стучал по подоконнику, будто проверял, не заснул ли он.

В галерее было больше четырёхсот фото. Он не прокручивал быстро. Открывал — и смотрел. Молча.

Ева. В шапке, с развевающимся шарфом. На фоне заката. Смеётся. Смотрит не в камеру, а на него. На него — так, как будто он важен. Так, как будто ещё не ошибся.

Он нажал вперёд.

Фото из мастерской. Она держит модель здания, а он щёлкает в момент, когда она морщит нос — ей не нравится результат. Он тогда сказал: — Ты чересчур строга к себе.

Она ответила: — А ты — слишком нетребователен к себе.

Тогда он только усмехнулся. Сейчас — не смог.

Он отложил телефон. Закрыл глаза. И вдруг почувствовал, как просто больно.

Не потому, что она ушла. А потому, что он не остановил себя. Потому что говорил не то. Делал не то. Жил — будто у него всегда будет право на возвращение.

Он провёл рукой по лицу. Тишина в комнате была резкой. Как будто комната тоже знала — что всё прошло.

Он открыл окно. Ночной воздух был влажным, пахнул дымом и чем-то чужим. Он вдохнул — и выдохнул.

На экране телефона — всплывшее уведомление: Архив Google. "Воспоминания: Два года назад." Фото: Она держит коробку с кофе. Он целует её в висок.

Он не нажал.

Просто погасил экран.

Телефон снова оказался в руке. Пальцы действовали быстрее, чем он думал. Открыл чат. Её имя было первым.

Он знал, что это глупо. Знал, что она не ждёт. Что, возможно, уже удалила его номер. Но молчание разъедало.

Он набрал:

«Ты сегодня была очень красивая.»

Секунда. Две. Стер.

Написал снова:

«Извини, что тогда...»

Удалил. Это звучало, как дежурная фраза. А он не хотел быть дежурным.

Пауза.

Пальцы дрожали, когда написал:

«Помнишь, как ты сказала, что архитектура — это когда боль становится формой?..»

Остановился. Прочитал. Медленно. В первый раз — вслух. Почувствовал, как внутри что-то дрогнуло.

Палец завис над кнопкой «отправить». И в этот момент он понял: Если отправит — это будет слабость. Не признание. Не разговор. А тупиковая попытка вернуться в то, откуда его уже вычеркнули.

Он нажал «выделить всё». Удалить.

Пауза.

Телефон отложил экраном вниз.

Он встал, прошёл к окну, прислонился лбом к стеклу. На улице был снег. Мягкий, липкий. Мир двигался — без него.

Он всё удалил. Всё — кроме чувства.