Глава пятьдесят четвёртая

Громкие удары мячей об пол, постоянные крики тренера, ругань игроков – именно так встречает спорткомплекс своих посетителей, во время занятий баскетбольной команды. Прохожу пост проверки, кивнув милому охраннику, который запомнил меня с первых дней. Добродушный старичок улыбается в ответ и желает всего доброго, вновь подняв мне настроение. Если исходить из показаний настенных часов, то через пять минут должен освободиться Лаврентьев. Сажусь на скамейку в коридоре и откидываюсь затылком об стену, наслаждаясь тем, как прохлада проникает сквозь волосы. Три сотни секунд проходят как в тумане. Вот открываются и двери, и из ни толпой вываливаются друзья Егора. Многие из них приветственно кивают, запомнив меня с последних соревнований, кто-то даже дружески обнимает, а некоторые и вовсе прошли мимо, не заметив моего присутствия. Но меня напрягало только одно: среди вышедших не было знакомой тёмной макушки и широкой улыбки. Обхожу ребят, быстро пересекаю порог спортивного зала, на ходу прикрывая дверь. Как и ожидалось, Лаврентьев опять остался после тренировки, дабы в сотый раз отработать связку с броском в конце. Тихо останавливаюсь около входа и сажаю медведей прямо на пол, невольно разглядывая друга: растянутая футболка без рукавов, которую парень часто носил дома, шорты, повязка на лбу, чтобы поддержать спадающие на глаза волосы. Невольно усмехаюсь от последнего предмета гардероба, вспомнив, где первый раз его увидела. «Похоже, Егор решил добить «фанаток» (одна из которых даже принесла помпон для черлидинга), потому что в следующую секунду он достал из заднего кармана широкую белую повязку на лоб, которая неряшливо чуть-чуть приподняла его чёлку…» Хотелось снова вернуться в то время, когда можно было с лёгкостью получить прощение, выиграв одну партию в волейбол. Хотя… а ведь это идея! Выхожу из тени, сразу попадая в поле зрение баскетболиста. Невольно вздрогнув, Егор отвернулся обратно к кольцу и бросил мяч, который точно ударился в щит, а затем пролетел и через корзину. - Ты обещал, что мы поговорим, когда я вернусь, - тихо напоминаю я, но друг так и не повернулся.

С громким выдохом, направляюсь к стенду с различным спортивным инвентарём и, взяв оттуда волейбольный мяч, ударяю его об пол. Даже громкий звук хлопка не смог привлечь должного внимания спортсмена, который с невероятным упорством продолжал закидывать снаряды в корзину, не отвлекаясь ни на минуту. Недели три назад такие задержки после и без того выматывающих тренировок считались нормой.

«Он командир», - говорили мы с Лизой, когда парень в очередной раз опаздывал на ужин. Но сейчас в этом виделась другая причина. Злость. Егор был зол, иначе как можно объяснить это рвение, из-за которого щит жалобно трещал после каждого удара баскетболиста. Лаврентьев пытался выпустить пар, поэтому, сжав зубы, выбивал всю скопившуюся энергию в благое русло, показывая невероятную выдержку. От осознания этого, я загордилась другом, хотя он, возможно, не хотел меня даже видеть. - Сыграем? – спросила я и кивнула на волейбольный мяч, до сих пор находящийся у меня в руках. Спортсмен опять проигнорировал мои слова, из-за чего я пошла на крайние меры. – На желание? Или слабо? Сказанное мной и издевательский тон смогли сделать своё дело, поэтому в следующую секунду баскетбольный мяч, до этого послушно залетавший в корзину, направился прямо в стену, а сам Егор с насмешливым взглядом, встал по другую сторону сетки. - Играем до двадцати пяти, с разницей в два, - пояснил парень и чуть присел в коленях. Я лишь радостно кивнула, чувствую скорую победу, а, следовательно, и прощение. Быстрые кивки головами, ехидные усмешки, напряженные мышцы. В следующую секунду, подаю мяч, и громкий хлопок об пол разрывает последнее напряжение между нами. - Один: ноль в мою пользу, - подсказываю я и смеюсь… Продолжение следует…