Одержимость

— Я же говорил вам, а вы не слушали! А я говорил — надо было ставить забор! — проворчал старый Смит, опираясь костлявой лапой на кривую клюку. — А вы забор не поставили, и сами теперь разбирайтесь с тем, что наделали!— Так разве ж мы наделали? — оправдывался Джо Кёрк, полуразвалившийся от старости скелет в обветшавшем цилиндре. — Мы ж все... Мы ж ради!... Пугали! Выпрыгивали! А они... "Объект культурного наследия, памятник викторианской архитектуры"! Эээх...— Вот по тебе и видно, что памятник. Памятник ты и есть! — разворчалась тетушка Клара, поправляя остатки кружев на траурном тюрнюре. — Кто он хотя бы? — спросил старый Смит, заглядывая через кованную решетку, увитую плющом. — Никак очередной бездомный? Нашли ночлежку...— Да кто ж их разберет-то, по нынешней моде! — тетушка Клара оставила юбку в покое и всплеснула руками. — Кто бездомный, а кто модник — только по фотографической камере разобраться можно. И то, я слышала, отсутствие дома не повод сейчас не иметь фотокамеру. Многие и вовсе живут по друзьям, или в повозках перекатываются с место на место...— Все мы однажды в повозках перекатимся прямо сюда, — заметила Ангелина, печально вздыхая. Полуистлевшее лицо, с которого лоскутами сползала кожа, прикрывала кокетливая вуаль. Из-за кованой решетки доносились душераздирающие крики.— Все, началось, — вздохнул старый Смит. — Потеряли парня.— Как потеряли? — заволновался Джо Кёрк. — То есть как — потеряли? — Так ведь новолуние, — мелодично заметила Ангелина. — Так всегда теперь будет. Наш бедный Барни. Каким он был хорошим привидением. Таким добрым, домашним. Никогда не умел как следует напугать живого человека. Вот и результат. Тетушка столько раз предупреждала...— Тетушка предупреждала! — заворчала тетушка Клара. — Кто же в наше время слушает тетушек! Барни умер слишком молодым. В такое время все хотят жить! Цепляются за смертное прошлое и становятся легкой добычей!— Неправда, тетушка, — кротко опустила глаза Ангелина. — Я никогда не хотела жить. — Потому что была воспитана как настоящая барышня! — довольно улыбнулась тетушка Клара. — Ах, как тебе шли свинцовые белила и чахоточная утонченность...— А мальчишка слишком легко поддался новым веяниям, — проворчал старый Смит. — Не наша порода, ой, не наша.Ворсинки меха на его морде воинственно зашевелились. — Что же теперь будет с Барни? — взволнованно спросил Джо Кёрк. — Я имею ввиду... Мы же не можем... Такая одержимость — она же вредна. Он же захочет... Гулять по Центральному парку... Покупать кофе в неэкологичных пластиковых стаканчиках... Ходит на работу в банк... Платить налоги! — Возмутительная перспектива! — рыкнул старый Смит и ударил об землю клюкой.— Невозможно допустить! — засуетилась тетушка Клара.Ангелина подумала и, прижав руку к груди, картинно упала в обморок. Тетушка Клара привычно подхватила ее одной рукой.Крики тем временем стихли.Из-за зарослей плюща и терновника показался человек. Он был одет в синие рабочие штаны с потертостями на коленях и свитер цвета верблюжьей шерсти, тоже выглядящий весьма потерто. Джо Кёрк с изумлением принялся разглядывать толстостенные окуляры на его переносице. Человек тем временем потянулся, подрыгал ногами, повертелся вокруг своей оси и вдруг замер, заметив собравшихся за решеткой. Лицо его залила краска стыда. Он повернулся, словно норовя сбежать, но тело не слушалось — он прокрутился вокруг своей оси и вновь оказался лицом к лицу со старым Смитом.— Барни, — осклабился старый Смит, открывая острые зубы. — Разве тебе не говорили, что в новолуние следует держаться подальше от живых людей?— Мы здесь весьма старомодны, Барни, — поспешил добавить Джо Кёрк. — Мы всю эту жизнь никак не одобряем. Весьма прискорбно, что тебе пришлось столкнуться с такой... несуразицей. Но это поправимо. В конце концов, ты не первый, и не последний...— За вами, молодыми, глаз да глаз! — вздохнула тетушка Клара. — Шуруй-ка ты, дорогой мой Барни, в склеп господина Тайлера, эсквайра — он давно там устроил что-то вроде реабилитационного центра. Ведь его сын, юный Эдвард Тайлер, тоже однажды был одержим человеком. Ни к чему хорошему это не привело! Ангелина пришла в себя из обморока и теперь сочувственно смотрела на Барни.Барни испуганно перевел взгляд со старого Смита на Джо Кёрка, посмотрел в глаза неприступной тетушки Клары, с мольбой кинул взгляд на Ангелину — и кинулся прочь со всех плохо слушающихся ног. Споткнулся о чье-то колено, кокетливо выставленное из-под земли, кубарем покатился в высокий овраг, с влажным звуком влетел в ручей, вскочил и бросился дальше. — Пусть побегает, — сказал задумчиво старый Смит. — Ворота все равно закрыты. А вороны присмотрят.— Побегает — а там, глядишь, дух сам отыщет путь назад. Да и новолуние длится недолго. Главное, чтобы не заразился никто. — торопливо добавил Джо Кёрк.— А все-таки нельзя так с бедным мальчиком, — покачала головой тетушка Клара. — Я отправлюсь навестить старого Тайлера... Ангелина, детка, сходи, подними отца Доменика. У вас с ним, я помню, был запретный платонический роман — неужели он откажет тебе в такой малости, как экзорцизм?— Ах, — вздохнула Ангелина. — У нас был прекрасный роман. Я после него покончила с собой. Как он меня любил! Нет, тетушка, будьте уверены — он совершенно точно не сможет мне отказать!