Глава 56. Надеюсь это шутка.

Ясмина

Последний экзамен остался позади, и сердце ликовало. Особенно трогательным был момент, когда папа, распахнув объятия, произнес слова гордости. Крепко прижавшись к нему, я мысленно благодарила Аллаха за такого отца. Поцеловав его в щеку, я уже собиралась бежать к Лине, чтобы отметить это событие за просмотром фильма, но он остановил меня.

— У меня для тебя подарок, — с детской улыбкой, предвкушая мою реакцию, сказал он. Я не придала этому особого значения, просто протянув руку. С отцовской нежностью он вложил в мою ладонь небольшой брелок.

— Что это? — пригляделась я.

Это был брелок в виде индюка для ключей.

— Сейчас у нас непростые времена, после ремонта у Маркуса, а оставить тебя без подарка я не мог.

— Индюк? — рассмеялась я. — Это так мило, но почему именно индюк?

— Лина подсказала купить с индюком, когда я не знал, что тебе подарить. Хотел игрушку или что-то в этом роде, но потом подумал, что это будет лучшим воспоминанием...

— О школьных днях, — улыбнулась я. — Спасибо, пап.

Я крепко обняла его, ощущая себя маленькой девочкой, словно вернулась в детство. Задумавшись, я наконец спросила:

— А Лине что подарил?

— Брелок с гранатом, игрушечным, — подмигнул он. — У моего покойного брата и моей племянницы одинаковый вкус.

— Дядя тоже любил гранаты? — с грустью спросила я.

Он лишь коротко кивнул, не углубляясь в эту тему, и тут же сменил тон. Он достал еще брелки: тот самый с гранатом и два других.

— А кому еще? — нахмурилась я.

Он задумался, не ответив сразу, но я уже поняла, кому предназначались эти подарки.

— Я подумал, что у Алекса нет отца, который мог бы сказать ему, что гордится им, или подарить что-то подобное. Поэтому небольшой подарок достанется и ему.

Он протянул брелок для Алекса с весами, в которых был простой, но важный смысл: он — будущий адвокат. Таким образом, папа будто напоминал ему поступать справедливо, несмотря ни на что.

— Ты правильно сделал, к тому же Алекс сегодня мне помог на экзамене, — утвердительно кивнула я и принялась рассматривать другой брелок, который очевидно был для Маркуса.

Это был изящный цветок жасмина. Я даже засмущалась, стараясь не выдать своих чувств перед отцом.

— Это для Маркуса, — он как-то странно улыбнулся, будто тоже слегка смущенный моей смущенностью.

Прочистив горло, я поспешила заполнить повисшую тишину:

— Уверена, им понравится. Насчет Алекса не знаю, он в последнее время какой-то рассеянный, но будет рад получить от тебя такой подарок.

С этими словами я убежала в свою комнату, а улыбка, которую я так старалась скрыть, вырвалась наружу.

Вскоре я направилась к дому Лины, чтобы отпраздновать свою маленькую победу и, как настоящие бизнес-леди, обсудить планы на будущее. Хотя, если честно, мое будущее виделось мне исключительно в роли многодетной матери. Что может быть дороже любимых глаз, смотрящих на тебя с обожанием, маленьких ручек, обнимающих изо всех сил? Сама мысль о том, что внутри меня зародится и вырастет новая жизнь, наполняла меня непередаваемым восторгом.

Но, вернувшись к реальности, скажу – выпавшую возможность сменить рингтон Лины я упускать не собиралась. Десять мучительных минут я простояла у двери, отчаянно пытаясь дозвониться. Конечно, я стучала, настойчиво и многократно, но, поняв, что это бесполезно, перешла к плану Б – звонкам. Нормальный человек давно бы сдался, но я зафиксировала звук едва слышного рингтона Лининого телефона, доносящийся из спальни, и решила набрать в четырнадцатый раз. Подозреваю, даже у нормального и адекватного человека терпение бы лопнуло, поэтому я, импульсивная и упрямая, схватила увесистый булыжник и запустила его в окно. После этого от всей души поблагодарила создателя за его прочность, потому что в следующую секунду, заспанная и разъяренная Лина высунула голову, окинув меня испепеляющим взглядом, особенно после моего гениального заявления:

— Я тебе звонила!

Дальше, немного успокоившись, я незаметно поменяла ее рингтон на веселую детскую песенку про единорогов из нашего любимого мультсериала. У этой мелодии бешеная энергетика, и я искренне надеюсь, что никто не додумается звонить ей посреди ночи, иначе сердечный приступ обеспечен.

— Почему ты не ответила Алексу? — небрежно поинтересовалась я, разливая сок по стаканам.

Тетя Мария находилась под присмотром врачей, которые внимательно наблюдали за ее состоянием, но скоро ее снова вернут домой с новыми лекарствами.

— А зачем мне ему отвечать? — нахмурилась Лина, не отрывая взгляда от испаноязычного мультика на экране.

— Ну, не знаю, как-то невежливо.

— Он мне никто, чтобы переписываться в личке. Нет никакой необходимости.

— Согласна, — кивнула я. — Тогда и мне стоит перестать отвечать Маркусу.

— Он тебе пишет? — Лина отвернулась от телевизора.

Я взяла стаканы с соком, вернулась к дивану и протянула ей ее порцию, а себе оставила свою.

— Да так, просто спрашивает, как я себя чувствую, если выгляжу уставшей.

— Мило, — Лина улыбнулась уголком губ и, сделав глоток сока, подмигнула: — Но вы там не слишком сближайтесь. Еще успеете.

Я шумно цокнула языком, представив нашу современную жизнь и мысленно уже дошла до рождения детей. Что? Школу я закончила, и мне уже хочется создать свою собственную семью с важным для меня человеком.

— Давай поговорим о тебе, — я развела руками, привлекая ее внимание, и пристально взглянула в ее темно-зеленые глаза. — Ты влюблена в Алекса или в Тони?

Она явно была застигнута врасплох, но не подала и виду, лишь слегка моргнула и, скрестив руки на груди, холодно ответила:

— Я пока не думаю о любви.

— Алекс скоро уезжает. Может, вам стоит как-то договориться, учитывая ваши взаимные чувства? И папа с радостью проведет еще одну твою помолвку, тем более с ним, — сказала я, вызвав у Лины закатывание глаз, и более сдержанно добавила: — Ты же знаешь папу. Ни один парень ему не понравится, если ты приведешь всех, кого знаешь. Очень хорошо, что Алекс ему приглянулся...

— Почему ты так хочешь нас свести?

Я часто заморгала, будто меня поймали в капкан этим вопросом. Но ответ был прост:

— Потому что хочу, чтобы мы вместе гуляли, как друзья. Везде.

— А я нет. Если Тони вздумает просить моей руки, я скорее выйду за него, чем за Алекса.

Я ошарашенно уставилась на неё, надеясь, что она шутит, но её лицо оставалось невозмутимым, словно она поделилась общеизвестным фактом. Она казалась уставшей и какой-то обиженной, но сейчас говорила искренне.

— У нас с Алексом ничего нет, и никогда не было, — пожала она плечами. — Перестань сводить нас.

— Значит, вы вернулись к тому, что было раньше? — с грустью констатировала я.

— Будем ли мы так же язвительно подкалывать друг друга при любом удобном случае? — задала она вопрос и тут же ответила на него: — Не думаю.

— Понятно, — кивнула я, сосредоточившись на том, чтобы считать пузырьки в соке, сжимая в руках холодный стакан.

— Просто давай сменим тему, хорошо? — уже мягче, но настойчиво произнесла Лина.

Я улыбнулась и приобняла её, соглашаясь.

***

Ночью меня разбудил телефонный звонок. Я даже не заметила, как уснула. Лина спала рядом, подставив мне своё плечо, а моя голова ещё секунду назад покоилась на нём. Прочистив горло и откинув упрямые пряди волос, лезущие в лицо, я взяла трубку, готовая обрушить свой гнев на Закира.

— Ты хоть представляешь, который час?

— Приезжай домой, — в ответ прозвучал чужой, приглушенный и полный какой-то надрывной печали голос Маркуса. — И Аделину захвати.

— Что? — я часто заморгала, поднимаясь с продавленного дивана. — Зачем? Где Закир?

— Просто... сделай это, Ясмина, — прошептал он и тут же сбросил трубку.

В груди разгорелся пожар тревоги, обжигающий изнутри. Неодолимое желание – оказаться дома, узнать, что скрывается за этим внезапным, леденящим душу вызовом. Я в задумчивости закусила губу, словно погрузившись в транс, пока рядом не шевельнулась Лина, поворачиваясь ко мне с вопросительным взглядом.

— Что случилось?

Я устало выдохнула и потерла глаза, обводя взглядом полумрак комнаты, в котором мерцал лишь зловещий свет большого экрана телевизора.

— Нас зовут к моим домой.

— Кто?

— Маркус, — пробормотала я в замешательстве, увидев, как недоумение отразилось и в глазах Лины.

— Зачем?

— Не знаю... собирайся.

Мы оделись в молчании. Я, погрузившись в тягостные раздумья, машинально проводила пальцами по линии челюсти, пытаясь отыскать хоть какой-то смысл в этом необъяснимом звонке от Маркуса, прозвучавшем с телефона Закира. Почему не Закир? Что с ним случилось? Боже...

Нахмуренная Лина в последний раз окинула взглядом свое отражение в зеркале у входа и, бесшумно захлопнув дверь, повернула ключ в замке.

Около часа ночи мы мчались в сторону моего дома, терзаясь мучительными вопросами. Что случилось с отцом? Именно за него разрывалось сердце. Если бы все было в порядке, он бы прислал кого-то, чтобы мы не шли одни по темной улице ночью. Тревога не отступала, сжимая ледяными пальцами горло. Я безмолвно молилась, чтобы все это оказалось лишь кошмарной шуткой... или просто дурным сном.

Внезапно телефон взорвался трелью звонка. Это был Микаил. Прежде чем я успела ответить, гудок оборвался, и тут же пришло сообщение. Лина замерла, ее взгляд, полный тихой, всепоглощающей внимательности, обратился ко мне. Я открыла сообщение и впилась взглядом в экран:

Микаил: Отец попал в аварию. Жду вас дома, чтобы ехать в больницу.