Глава 23. Так вот ты какой, Темный Лорд...

   Осталось совсем мало времени до экзаменов, а это значит, что пора идти за Философским камнем. Так как я не знаю, в какой именно день произойдет основное событие (можно предположить, что за день до отъезда, но это не точно), придется действовать, как ребята в каноне – караулить у входа. Надо только подбить на это остальных. С другой стороны, зачем мне слизеринцы? Ведь в каноне Гарри прошел препятствия с Роном и Герми, ничего сложного для первокурсников там не было. Герми смогу заменить я, а вот Рон... Не уверена, что кто-то из моих ребят также хорошо играет в шахматы. Мы вообще этим не увлекаемся. В принципе, можно взять и Уизли, навешать ему лапши на уши и отправить сторожить коридор. Да, так и поступим. Теперь надо убедить в этом Гарри.

   Брат нашелся в библиотеке. В кои-то веки он занят домашним заданием, а не занятиями стихией, переводами и тренировками – тогда я бы его не нашла так быстро. Я подсела к брату и заговорщическим шепотом сказала:

 — Ты знаешь, что находится в запретном коридоре?

 — Ты говорила, там цербер, разве нет?

 — Да, но ты знаешь, зачем он там?

 — Зачем-то. Слушай, на тебя это не похоже – выяснять что-то, лезть в опасность...

 — Да погоди ты, — оборвала я его, — я не специально это выясняла, просто с Хагридом встретилась, ляпнула про цербера случайно, а ты его знаешь – язык, как помело. Вот он мне и рассказал кое-что. А кое-что я сама знала, из книг. Короче, там философский камень.

 — Это тот, который все в золото превращает?

 — И бессмертие дарует, ага. А еще у меня есть подозрения, что его попытаются украсть.

 — С чего ты взяла?

 — Он раньше хранился в сейфе в "Гринготтсе", откуда его Хагрид забирал с нами. Помнишь сверток? Это он был. Я вспомнила, что в начале годы его кто-то украсть пытался, но сейф уже был пуст. Возможно, тот вор попытается украсть его снова.

 — Но ведь камень в Хогвартсе, под защитой Дамблдора.

 — Волан-де-Морту это не помешает.

   Гарри ошалело посмотрел на меня.

 — С чего ты взяла, что это он? Он ведь умер... в ту ночь.

 — Больше камень никому не нужен. А у Квиррелла на ауре паразит. Я думаю, в ту ночь он не умер, а развоплотился, или что-то в этом духе, и паразитирует сейчас на Квиррелле.

 — Я уверен, Дамблдор об этом знает и это не наше дело.

 — А я уверена, что Дамблдор хочет, чтобы мы с ним сразились.

— Что?! — подскочил Гарри. Мадам пинс недобро на нас посмотрела, так что нам пришлось понизить тон и извиниться.

 — Ты с ума сошла?! — яростно шептал Гарри. — Какое еще "сразиться"? Ты вообще уже? Совсем с головой не дружишь?!

 — Дай договорить. Мы же еще перед школой договорились, что ты играешь "светлого мальчика", помнишь? А что положено "светлым мальчикам"? Сражаться со злом. Я не думаю, что директор отправит тебя на верную смерть, наверняка Волан-де-Морт сильно ослаб, а тебя будут страховать, но нам в любом случае нужно будет участвовать в планах Дамблдора, хочешь ты этого или нет. Так что ноги в руки ии бегом по-очереди патрулировать коридор, хорошо?

 — Ладно. но не пойдем же мы вдвоем, верно? Надо взять Драко и Невилла...

 — Нет, их посвящать не стоит. Невилла мне жалко, а Драко и остальные – потомственные слизеринцы, сами не пойдут и нас с тобой не пустят. Герми вообще противопоказано отвлекать от экзаменов.

 — Тогда близнецы?

 — Нет, с этими обалдуями мы далеко не уйдем. Нужен одногодка, который без вопросов пойдем грудью на амбразуру, желательно из Гриффиндора.

 — Мне в голову приходит только Рон Уизли, но он...

 — Отлично, его и возьмем!

 — Но у нас с ним не те отношения, — перебил меня Гарри.

 — Ничего, заключим перемирие.

 — Мара, он гриффиндорец, а не слизеринец, он не заключит перемирие.

 — Тогда помиримся. Идем, у меня есть план.

   Рон Уизли был в гостиной (где же еще), болтал с Дином Томасом, когда Гарри позвал его на "серьезный разговор". Рыжий напрягся, стоило ему увидеть меня, и уже собирался развернуться и уйти, но я его окликнула:

 — Послушай, Уизли... Рон. Мне кажется, мы не с того начали. Мне жаль, что мы разошлись тогда на той ноте, но нам с Гарри нужна твоя помощь.

 — Помощь? — переспросил он. — Какая помощь может быть от бедняка вроде меня таким благородным Избранным?!

 — Прости нас за тот раз, Рон, — сказал Гарри, — но нам правда без тебя не обойтись.

 — Куда же делись ваши друзья-слизеринцы?

 — Они для этого дела совершенно непригодны, — отмахнулась я. — Понимаешь, нам нужен кто-то достаточно смелый, чтобы зайти в запретный коридор.

 — И что вам там понадобилось? — спросил Уизли, пытаясь скрыть интерес, что, впрочем, у него плохо получалось.

 — Понимаешь, мы узнали, что там находится философский камень, который дарует бессмертие, и кое-кто пытается его украсть.

 — Мы думаем, что это Сам-Знаешь-Кто, — сказал Гарри, переглянувшись со мной. Эх, актеры погорелого театра... Несите Оскар, а лучше два!

 — Что?! — воскликнул рыжий.

 — Вероятнее всего, не он сам, но его сообщник в скором времени попытается выкрасть камень для него, — быстро проговорила я, опасаясь, что Уизли все же испугается пойти с нами.

 — А, — Рон выдохнул и заметно расслабился, — это наверняка Снейп! — тут же выдал он свою теорию.

 — Нет, это не Снейп, — сказал Гарри.

 — Хотя мы изначально тоже так думали! — вклинилась я.

 — Это Квиррелл.

 — Квиррелл? — недоверчиво повторил Рон.

 — Да, и нам нужна твоя помощь, — я наконец перешла к делу. — Мы по-очереди будем патрулировать тот коридор, чтобы не пропустить момент кражи. Ты с нами?

   Рон задумался. Он переводил взгляд с меня на Гарри и обратно. Я чувствовала его недоверие, интерес, азарт, готовность к приключениям и страх, что мы над ним просто издеваемся. Надежда на дружбу перевесила, так что он с готовностью воскликнул:

 — Да!

   Отлично! Теперь дело за малым – дождаться Квиррелла и придумать, что говорить Темному Лорду.

*****

   Прошли экзамены, скоро домой, а от воров ни слуху, ни духу. На улице жара, я лежу в тени большого дерева в компании брата, слизеринцы отсиживаются в замке (жарко им, видите ли), Герми ищет интересные книжки на лето, Невилл помогает профессору Стебль, где пропадают близнецы никому не известно. На страже коридора сегодня Рон, так что можно просто лежать и ничего не делать.

   Точнее, можно было бы, если бы вышеозначенный представитель рыжего семейства не несся сюда на всех парах. 

 — Гарри! Мара! — кричал он нам, — там, у коридора!..

   Я не успела его одернуть, он сам замолчал, отдышался и продолжил:

 — Там Квиррелл! Он зашел в коридор, я спрятался в нишу, чтоб он меня не заметил. Я заглянул, что он там делал, а там цербер! И арфа в воздухе, играет сама по себе! А цербер уснул. Я сразу к вам побежал!

 — Так, ясно, — командным тоном сказала я. Руководить этой операцией придется мне, чтобы все прошло так, как мне надо. — Ноги в руки и в коридор!

   До замка бежать прилично, еще по лестнице надо подниматься, так что мы дали Квирреллу приличную фору. Он наверняка уже в зале с зеркалом. Пока будем препятствия проходить, составлю себе болле подробный план действий. В любом случае я очень удачливая, так что прорвемся!

   В коридоре обнаружился проснувшийся и злой цербер. Подарка от Хагрида в виде флейты у нас с собой нет, так что пришлось импровизировать. На помощь пришла Сишша – незаметно подсказала нужное заклинание. Взмах палочкой, и цербер опять засыпает. Мы открыли люк и прыгнули. Привет, дьявольские силки! Расслабиться оказалось той еще задачей. Меня чуть не задушили, пока я вспоминала огненное заклинание Гермионы, которому она научила меня зимой во время холодов. Слегка задушенные, но в целом здоровые, мы отправились дальше. Ключи с потолка доставали мальчики, меня все еще бросает в дрожь при виде метлы. А вот шахматная партия мне понравилась. Стоит признать, Рон действительно хорошо играет. А еще он истинный гриффиндорец в самом хорошем смысле этого слова – не каждый с такой готовностью пожертвует собой ради общего дела. В следующую комнату мы заходили вдвоем. Там лежал оглушенный тролль. В комнате стоял такое ужасный запах, что мы поторопились поскорее оттуда уйти. Осталась только комната с зельями. 

   Я сразу взяла записку, не обращая пока внимания на бутыльки:

"Впереди опасность, то же позади, 

Но две из нас помогут, ты только их найди. 

Одна вперед отправит, еще одна — назад, 

В двух — вино всего лишь, а еще в трех — яд. 

Ты хочешь здесь остаться на долгие века? 

Тогда ищи — к тому же подсказка тебе дана. 

Во-первых, как бы ловко ни скрывался яд, 

Найти его несложно — от вина левый ряд. 

Второе — в крайних бутылях налито не одно и то ж, 

Но если вперед тебе надо, помощи зря ты ждешь. 

Затем ни в большой, ни в малой смерти ты не найдешь, 

А если из второй слева и второй справа глотнешь, сам убедишься — налито одно и то же в них, 

Хотя на взгляд они разные, но это уже в-четвертых."

   Эх, профессор, не быть вам поэтом. Я передала записку Гарри и осмотрела склянки. Я точно помню, что пить надо из маленькой, но из какой конкретно не знаю. Разгадывать загадки у меня нет настроения, так что воспользуемся логикой. Из какой склянки явно пили? Из вот этого, самого маленького. Во всех склянках жидкости явно на один глоток, так что возможно они зачарованы на самовосстановление. Вопрос: как долго ждать этого восстановления? Ответ: а хэ его зэ. Ладно, пусть Гарри пьет первый, он все таки самый Избранный из нас двоих.

 — Вот из этого пей, — сказала я ему.

 — Ты уверена? — с сомнением протянул он.

 — Да, отсюда явно уже пили,так что я уверена. Возможно, жидкости в них самовосстанавливающиеся, так что я пойду чуть позже.

   Гарри серьезно на меня посмотрел, взял склянку, опрокинул в себя жидкость и решительным шагом пошел в огонь. Что там происходит теперь, мне не известно. Остается надеяться, что Гарри придерживается плана "А я думал – Снейп". Минут пять спустя склянка наполнилась жидкостью, и я присоединилась к брату.

   Гарри стоял у зеркала рядом с Квирреллом и явно пытался заговорить ему зубы. Я осмотрела его с ног до головы в поисках то ли травм, то ли философского камня. Последний нашелся в кармане его штанов. 

 — "Гарри, у меня есть план", — связываться вот так было рискованно, все таки Волан-де-Морт опытный легиллимент, но он сейчас под тюрбаном и ничего не видит, так что стоит рискнуть.

 — "Тебе бы поторопиться его рассказать, а то я уже не знаю, что мне делать", — несколько недовольно ответил он.

 — "Тебе надо разозлить его".

 — "Что, прости?" — опешил он.

 — "Представь, что ты наивный одиннадцатилетка с шилом не в том месте и "истинно гриффиндорским" характером".

 — "Ты мне будешь должна за такое шоу", — пригрозил он мне.

   Пока я пряталась за колоннами, передо мной разворачивалась канонная сцена:

 — Что ты там видишь? — допытывался Квиррелл.

 — Я вижу, как я пожимаю руку Дамблдору, — ему прямая дорога в театральный, в моем брате умирает актер голливудского уровня. — Я... я выиграл для Гриффиндора соревнование между факультетами.

 — Отойди отсюда! — раскомандовался Квиррелл. 

   Эх, не так уж и интересно за этим фарсом наблюдать. Волан-де-Морт разоблачил ложь, профессор Белка гоняет моего брата туда-сюда... Квиррелл снимает тюрбан, показывает лицо Того-Самого, ругается с Гарри. Неудачная провокация на тему родителей (вот оно, отличие от канона), побег брата и совершенно неканоничное заклятие:

 — Ступефай!

   Гарри падает на пол, а я выхожу из тени.

 — Ты еще кто? — шипит Темный Лорд.

 — Мара Мортем Поттер, приятно познакомиться, — я изобразила подобие приветствия аристократов, но мне сейчас не до церемоний. — Уважаемый Лорд Волан-де-Морт, у меня есть к вам разговор.

   Пока говорила, я оттаскивала брата в сторону, чтобы ненароком не задеть его, если Его Темнейшество разозлится на меня. Но тот и не думал злиться, кажется, он вообще не понимал, что здесь происходит.

 — Мне нет дела до какой-то девчонки. Достань мне камень, и я подумаю, сохранить ли тебе жизнь! — сколько пафоса, а толку ни грамма. Вот, что с человеком делает безумие.

 — Держите, — я протянула Квирреллу камень из кармана Гарри. — Хотя с чего мне его вам отдавать? 

 — Ах ты, наглая девчонка! — завопил профессор. — Ты хоть знаешь, кому хамишь!

 — Профессор, мне кажется, вы моргнули. Я ведь уже поприветствовала вашего хозяина, конечно я знаю, с кем разговариваю. И у меня есть предложение, от которого вы не сможете отказаться, — обратилась я к затылку с улыбкой от уха до уха.

 — Я выслушаю тебя только потому, что это будут последние минуты твоей короткой жизни, — выплюнул Лорд. Что ж, мне и этого отношения хватит.

 — Видите ли, милорд, по счастливой для меня случайности я являюсь леди Слизерин, — я пригнулась, уворачиваясь от заклинания, — но это также удачное стечение обстоятельств и для вас, так как я не горю желанием возглавить этот Род, мне и других хватает.

 — Глупая девчонка, раз ты леди, то уже возглавляешь этот Род!

 — Правда? А гоблины сказали... 

 — Если ты леди, то никто кроме тебя уже не сможет возглавить Род! Чтобы это сделал кто-то другой, тебе надо сделать его своим наследником, и только тогда ты сможешь передать ему полномочия. Чему вас учат только в этой чертовой школе!

   Интересно. Мне нравится оборот "когда Магия сочтет его достойным претендентом". Значит, здесь волшебники верят, что у Магии есть разум? Я-то знаю, что это так, но откуда знают они? Или Магия тут что-то вроде Бога? Ладно, не важно. Главное, что я его разговорила. Кажется, он немного успокоился.

 — Так вот, уважаемый Лорд, я предлагаю вам сотрудничество. По мере своих сил я буду помогать вам с осуществлением ваших планов, если сочту их приемлемыми, — я разливалась соловьем, не обращая внимание на состояние собеседника, — знаете ли, я довольно сильная волшебница для своего возраста, и могу быть очень вам полезна в качестве союзника...

 — Не испытывай мое терпение! — перебил он. Кажется, я его взбесила.

 — А, не суть. В любом случае, бразды правления Родом Слизерин я отдам вам и помогу возглавить Род Гонт! — почти протараторила я, бегая от шальных заклятий спятившего волшебника.

 — Каким же образом, позволь узнать! — взревел спятивший волшебник.

 — Помимо прочего, я также являюсь леди Певерелл и леди Блэк, поэтому имею неограниченный доступ к тамошним библиотекам, — стоило мне сказать это, поток заклятий прекратился. Воспользовавшись данной мне передышкой, я перевела дух и продолжила, — у меня также есть некоторые полезные знакомства среди магических рас. Думаю, я буду вам полезна.

   Темный Лорд долго думал, прежде чем ответить:

 — Я не могу доверять кому попало. Принеси мне клятву в верности и прими Темную Метку, чтобы засвидетельствовать...

 — Воу, полегче, стоп! Я могу дать Непреложный Обет, но не более. Я не собиралась становиться Пожирателем Смерти, мне всего одиннадцать!

 — Действительно, мне не нужна такая соплячка в рядах последователей. — Чуть погодя проговорил он. — Тогда Непреложный Обет!

 — И вы мне его тоже дадите. Вы же не думали, что я доверюсь темнейшему волшебнику столетия? Я предлагаю вам сотрудничество, помощь в достижении разумных целей, поддержку и лордство, я не могу просто так поверить, что после всего вы меня не прикончите. Кто знает, может вы убьете меня в процессе!

 — Не забывай, с кем ты говоришь!

 — Но и я не так проста! Все таки я прямая наследница Салазара Слизерина, и у меня есть пара тузов в рукаве.

   Я посмотрела на плечо Квиррелла. Туда же посмотрел Темный Лорд. Почти рядом с его шеей сидела Сишша. Ее ядовитые зубы находились в миллиметрах от сонной артерии.

 — Знакомьтесь, Сишша, моя змея. Это волшебная черная мамба, так что вам стоит трижды подумать перед тем, как отвергать мое предложение.

   Темный Лорд рассвирепел. От необдуманных действий удерживала опасность около шеи. Наконец он принял мое предложение. Мы принесли друг другу клятвы никоим образом умышленно не вредить ни напрямую, ни косвенно, поддерживать обоснованные и разумные цели. Я также поклялась помочь Волан-де-Морту стать лордом Гонтом и передать (когда придет время) титул лорда Слизерина. Мы договорились встретиться на летних каникулах на кладбище у дома Реддлов. Думаю, первым делом мне придется озаботится поисками способа соединить его душу, чтобы встречи были более приятными. Философский камень ему пришлось оставить нам, так как Дамблдор заметит пропажу, да и Николасу Фламелю и его жене умирать пока рано.

   Вскоре прискакал директор, мы устроили показательное выступление, и я благополучно отключилась, приложившись головой о каменный пол.

   Очнулась я на больничной койке. На соседней лежал брат, тумбочки у обеих кроватей были завалены каким-то конфетами и открытками. Что ж, не самое плохое завершение дня.