Глава 4: Охота на волосы

Хогсмид. В 12:10 к двухэтажному магазину волшебных сладостей "Сладкое королевство" подошла женщина в серой мантии с черным блестящим зонтиком. В начале мая зачастил дождь. Она зашла внутрь.

- Добрый день, Минерва. Чем могу помочь?, - улыбнулся владелец.

- Здравствуй, Амброзиус. Вижу, на ремонт "Королевства" много времени не ушло? А как там жена?, - начала расспрашивать старушка своего старого знакомого.

- Всё прекрасно! Да, бизнес немного пострадал, но мы уже всё наладили!

- Это хорошо. А я к тебе по делу.

- Неужели? И что ж случилось?

- Да ничего такого, просто возьми это, - она положила на прилавок какой-то конверт. На нем было написано "Амброзиусу Флюму лично в руки". Не подписано. В голове у Флюма промелькнула мысль, не решила ли кокетка МакГонагалл вспомнить то, что между ними было, и пригласить его на свидание? А после... Не важно. Минерва продолжила, - Ну а мне уже пора. Загляну к тебе осенью, Мятных жаб прикупить.

С этими словами она развернулась и покинула кондитерскую. А мистер Флюм с нетерпением открыл конверт и начал читать:

"Амброзиус,Мой старый приятель. Если ты получил это письмо, значит, я уже мертв. Ты ведь знаешь, как я любил твои сладости. Но знаешь, я думаю, в твоем меню кое-чего не хватает. У маглов есть такие вкусные сладости, лимонные дольки. Добавь их в меню, по старой дружбе, своему постоянному клиенту. Ученики, да и профессора, должны попробовать это. Я как-то предлагал Минерве, но она отказалась. Зато мне больше досталось!Всегда твой друг и должникАльбус Персиваль ВулфрикБрайан Дамблдор."

Текст действительно был написан красивым наклоненным почерком Дамблдора. Как-то зимой он сказал МакГонагалл отдать письмо Флюму, в тот год, когда его убил Северус. "Минерва, ты должна будешь передать это письмо Амброзиусу, когда закончится война". "Но Альбус, почему ты думаешь, что я доживу до этого момента? И я что, сова?". "Минерва, ты же знаешь, что я так не считаю. А передашь письмо ты, потому что ты крепкий орешек. И будешь идти до конца". МакГонагалл достала из-под мантии платочек и протерла слезящиеся глаза. Больно, удар прямо в сердце. Но она выполнила обещание. И Дамблдор это видел.

- Я же говорил, что ты, Минерва, крепкий орешек, - улыбнулся Альбус, - Не стоит расстраиваться из-за старика. Я уже своё прожил. Я же вижу, что ты задумала. Я ведь тоже так делал. Повеселитесь, директор, - улыбка его стала еще шире. Но МакГонагалл не могла его слышать. Но она что-то чувствовала, возможно, даже немного и услышала, но решила, что ей показалось. Свалила все на нервы. И на старость.

Успокоившись, волшебница достала свою палочку и трансгрессировала.

***

- Ммм, давно не пила такой вкусный кофе. Сколько с меня?

- 2,5 фунта, мэм...

- Мэм?! Да какая я тебе "мэм"?

После чего МакГонагалл отпустила подзатыльник молодому официанту. Кудрявый мальчишка лет 19, все лицо в веснушках. Глаза темно-зеленые, тонкие губы и плавные черты лица. Он даже не заметил из-за некого шока, что хитрая старушка выдернула клочок кудряшек, давая подзатыльник. Он до сих пор стоял ошарашенный, немного напуганный. Но Минерва время зря не теряла, на столе уже были деньги вместе с чаевыми, а дверь кафешки закрылась, замыкая холодный воздух в помещении и распространняя его по всему пространству. В принципе, дверь открывалась ненадолго, так что никто и не почувствовал сквозняка.

МакГонагалл шла по обочине дороги. И вот она дошла до довольно-таки большой таблички "Вы покидаете Престон. Заправка в километре". Но что она забыла в этом английском городе?

- Так-с, не в ту сторону, - сказала Минерва сама себе, - но это не страшно. Надо было сразу...

Она трансгрессировала. Теперь она была в неприятном райончике в неизвестном городе. Старушка стояла за углом одноэтажного здания, где громко играла клубная музыка. В баке этого заведения была огромная куча бутылок из-под алкоголя. МакГонагалл вышла на свет. Мимо проходило достаточно людей. Минерва стояла и делала вид, будто что-то ищет в сумке, пока не увидела "идеальный экземпляр". К ней приближалась красивая хрупкая афро-американка с большой грудью, виляя своей попкой туда-сюда. Девушке было около 22. Когда она была совсем близко, МакГонагалл упала и начала задыхаться. Падая, она ухватилась за длинные черные волосы девушки, выдернув немалый пучок.

- Скорую! Скорее! Кажется, у неё инфаркт!

- Не стоит волноваться, мисс, я доктор, - вмешался низенький толстый еврей, от которого жутко несло одеколоном, - Отойдите!

"О нет. Этого еще не хватало. Ну ничего, с этим я справлюсь". Пока так называемый доктор осматривал притворяющуюся МакГонагалл, ощупывая её пальцы, засовывая палец в ухо и тыкая в переносицу. Кто-то из собравшихся вокруг людей спросил, что это он такое делает, на что тот ответил, что это "мой собственный способ". Всем сразу стало понятно, что мужчина если и врач, то вообще ничего не знает о своей профессии. Люди отшвырнули его от бедной Минервы, получившей СЛИШКОМ много внимания и тот человек, задавший вопрос, наконец-то вызвал скорую. Люди начали по-тихоньку расходиться, уже никто не обращал внимания на бездыханную претворщицу, а просто стояли и ждали прибытия машины, увидела женщина слегка приоткрыв один глаз. Воспользовавшись случаем, она вытащила волшебную палочку и взмахнула ею. В этот момент где-то в 800-стах метрах отсюда полетели красные искры. Все начали смотреть на так называемые фейерверки, потому что это было очень красиво. Через полминуты все закончилось, а МакГонагалл уже не было, потому что она трансгрессировала в новое место.