Рассказик...Просто рассказик

Полная луна озаряла дорогу уставшему путнику Диме. Темно, а ночевать в степи, страшно. И шел он не жалея себя, лишь бы добраться до села какого-нибудь. Смотрит, впереди дом стоит. Роскошный такой, весь исписанный. Только стоял он одиноко в степи. Да что тут такого. Взял, да и постучался. Долго хозяева шли к двери, наконец, открыла дверь старушка.

- Бабушка, пустите переночевать, я много не прошу...

- Чаво? – переспросила бабушка, поднеся открытую ладонь к уху.

- Переночевать, говорю, пустите.

- Кого попросить?

- Переночевать пусти, - громче сказал Дима.

- А, ну заходи.

Она старческой походкой поковыляла в дом. Дима зашел следом.

- А ты милок, откуда путь держишь?

- Я вот мир посмотреть, и себя показать.

- Кого насмерть наказать?

- Говорю, мир посмотреть и себя показать.

- А, себя покатать. Ну покатай, покатай. – Она стал возле печи, достала чугунок с кашей, поставила на стол серый, - садись, отведай каши моей. Не побрезгуй.

- Спасибо бабушка.

- Нету, хлебушка, милок.

- Спасибо, говорю.

- Кого спасти?

- Спа-си-бо, - прокричал Дима.

- А, не за что. - Она легла на лавку.

С печи, распушив хвост, спрыгнул самый настоящий павлин.

- О, - Дима удивился.

- Ты не боись, это петух мой, Васька.

- Бабушка, какой же это петух, это же павлин.

- Да не, не помре, он же в тепле.

- Павлин говорю. – Дима помолчал, потом шопотом добавил, - карга старая.

- Чаво?

- Хороший петух, говорю.

- А.

Стал кашу перебирать. Поел. А бабка ему говорит.

- Милок, ложись на печи. Там тепло и уютно.

- Хорошо.

Бабка срезу же уснула. Отодвинул Дима шторку, да чуть в обморок не упал. Сидит там гвоздь со скрепкой в карты играет.

- Ходи, - сказал гвоздь.

- Держи короля бобового.

- Не бобового, а бубнова.

- Сам дурак. – На том и порешили.

Заметив Диму, они отложили карты.

- А ты кто?

- Я Дима.

- Я скрепка.

- а я гвоздь.

- Приятно.

- А что ты тут делаешь? – Спросила Скрепка.

- Да вот, переночевать попросился.

- Да ты что, не знаешь, - зашипел на него гвоздь, - это же ведьма.

Стало страшно Диме. Смотрит, а бабка спит сном младенца, а в окне дерево виднеется. Вроде не было его. Решил он выйти глянуть. Выходит, нет дерева. Зашел в дом, посмотрел, стоит. «Что за чертовщина» проговорил Дима про себя.

- Че, че, говорят же тебе, ведьма она. – Сказал павлин.

Дима испугался и начал быстро одеваться.

- Чаво? – проснулась бабка

- Ничего, - Дима прижался к стене.

- Куда ты? Спи.

- Да не, бабушка, мне идти надо, уже светает, - а сам боком, боком, уходит.

- Че хватает?

- Светает говорю.

- А, ну с богом милок. – И снова уснула бабка.

Оделся в попыхах Дима, и бросился бежать.

- Быстрей, эй залетный.

Дима упал от неожиданности. У него на плече уселись ножницы.

- Ну чего ты, ножнец, никогда не видал что ли?

- Чур меня, чур меня, - запричитал Дима.

- Вот так всегда, вот когда скрепка или гвоздь разговаривает, эт ничего, а вот ножнец, так сразу... - Обиделись ножницы.

- Ты, не обижайся, - просто неожиданно так.

- Я не обижаюсь. Иди назад, заплутаешь а то, а утром все станет на свои места.

Поплелся Дима назад.

- Стой, кто идеть? Ик... - С бутылкой вина, стоял тюбик с клеем.

Дима уже ничему не удивлялся.

- Я иду.

- Хто я?

- Дима.

- Ик... я не... ик... Дима.

- Пусти пузатый, - Вмешались ножницы, - вот напьется, потом никого не пускает.

Дима устал от беготни, разговоров всяких, сел и прикорнул. Да не тут то было. Чувствует, его кто –то в бок толкает. Открывает глаза, а перед ним стоит маленькое чудо в очках. Лохматый весь.

- Ты кто – сонно спросил Дима.

- Домовенок. А ты?

- Дима, - он уже окончательно проснулся.

- Давно никого не видел в этих краях. А ты откуда.

- С далека.

- Да, я отсюда. Живу вот, живу...

- А я вот раньше такого не видел, смешной ты. А имя есть у тебя?

- Прошка я. Кличуть еще Мишкой. Хотя в основном только тапки кидають.

- И давно ты здесь.

- Да нет, недавно, вот как переехал сюда, - он поправил очки, - да никак покоя найти не могу. То скрепка песни поет, то гвоздь с клеем дерутся, то ножницы под ногами путаются.

- А бабушка вас не боится?

- Да нет, она же слепая, да еще и глухая.

- Как? – Дима вообще чуть не выпал в осадок.

- Молча.

За этим невинным разговором, Дима уснул. Проснулся в степи. Ну почудилось, подумал Дима. Смотрит, вдалеке деревня виднеется. Пошел туда. Приходит, а от него все шарахаются, и смеются над ним. Не понял Дима, что за народ здесь такой. Да сон из головы никак не уходит. Смотрит зеркало большое, подходит...

Стоит он в платье женском. На голове шляпка в виде домика, и торчит из нее павлинье перо. Платье в клею измазано, скрепка зацепилась за подол. Гвоздь аккуратно приклеен к рукаву, ножницы висят как украшение. Вот так он и ходил. Пошел он прочь, а за ним на веревочке ветка волочится и очки...