1 глава

1 ГлаваХейзел Смит

Интересно, а директору доплачивают за его артистично закатывающиеся глаза? Кажется, будто прошла целая вечность с тех пор, как я вошла в этот кабинет, хотя на самом деле всего лишь час.

Час. Целый час гневной тирады о неприемлемом поведении и школьных правилах. Если бы школьные стены умели говорить, они бы давно назвали кабинет директора моим вторым домом. Пожалуй, я знаю расположение каждого предмета в этом кабинете лучше, чем таблицу Пифагора.

— Ты понимаешь, что это может повлиять на репутацию школы? — раздавался гневный голос. Я молчала, глядя в окно на падающие с деревьев листья.

— Вы все еще надеетесь, что я буду следовать вашим правилам? — произнесла я наконец, обернувшись к нему.

Директор покачал головой и откинулся на спинку кресла. Он выглядел слишком молодо для своего возраста. Чёрные, уложенные волосы не выдавали ни единой седины, а глаза сияли ярким синим оттенком, словно сапфиры. Он был худым и подтянутым, и было понятно, что ведет здоровый образ жизни. Белая, чистая кожа без единой морщинки казалась почти азиатской в своей безупречности. Классический костюм тёмного цвета, дорогие очки в тонкой оправе и элегантные часы лишь подчёркивали его безупречный стиль.

Директор барабанил пальцами по столу, его взгляд был прикован к какой-то точке на потолке. Казалось, он собирался с мыслями, подбирая нужные слова. Тишина в кабинете стала почти осязаемой, прерываемая лишь тихим тиканьем настенных часов.

— Ты еще не понимаешь, что в этой жизни существуют определенные правила. Не просто так твои действия не остаются незамеченными.

Директор искал в моих словах понимания. Но в его глазах я увидела лишь усталость. Я понимала, что он ждал от меня извинений или хотя бы признаков раскаяния, но в душе у меня не было места для сожалений.

Прошлая неделя обернулась катастрофой. Моя тайная вечеринка на территории школы вышла из-под контроля. И ладно бы просто вышла – кто-то снял все это безобразие на видео. И этот компромат несколько часов гулял по соцсетям, спровоцировав скандал. Алкоголь, танцы, легкие наркотики, аморальное поведение – полный набор. СМИ, словно стая голодных гиен, набросились на эту историю, смакуя каждую деталь. Заголовки пестрели: «Элитная школа Эден в центре скандала!» и «Наследница Смит устроила разврат на задворках Alma Mater!». В общем, весело было.

Но вскоре после моего скандала в заголовках появилась новость о другой такой же элитной школе для парней — Элистон. Там разгорелся скандал, в котором фигурировали ставки на драки между учениками и тайные клубы с сомнительными развлечениями. В сравнении с этим моя вечеринка выглядела как невинный пикник. СМИ не могли нарадоваться на новый лакомый кусочек, и, слава Богу, все забыли про меня. Мой скандал был похоронен под тоннами новых сенсаций, что меня, признаться честно, весьма устраивало.

— Ты об этом не жалеешь? — спросил он, глядя на меня исподлобья. Его брови были сдвинуты, а губы сжаты в тонкую линию.

— Нет, — призналась я.

Он медленно покачал головой, словно осознавая, что разговор зашел в тупик. Меня не удивляло его недовольство. Многие были задокументированы в школьной хронике как ученицы, ставшие символами порядка и дисциплины, тогда как я превратилась в исключение, за которое стыдились. Я чувствовала, как в воздухе висело напряжение, которое можно было почти ощутить, подобно электрическому заряду.

— В этот раз я тебя прощаю, но в следующий раз исключу.

— Директор, вы который год подряд этим угрожаете? — спросила я, не удержавшись от сарказма.

Я заметила, как его рука сжалась в кулак на столе, но не почувствовала страха. Вместо этого во мне разгорелось чувство дерзости.

— Хейзел, не выводи меня из себя. Мои собственные дети и все ученики школы не достают меня так, как ты.

— Директор, я всего лишь ученица, но ваши слова звучат так, будто я враг номер один, — я выдвинулась ближе к столу. — И, кстати, я думаю, вы отлично выглядите в этом костюме, — с нарочитой теплотой добавила я, наблюдая, как директор давится возмущением. — Но давайте начистоту: вы ведь прекрасно знаете, что исключение меня станет грандиозным скандалом для школы. «Наследница Смитов вылетела из Эдена из-за вечеринки»? Думаете, спонсоры будут рады такому пиару?

Директор тяжело вздохнул, откинувшись на спинку кресла.

— Ты – исчадие ада в юбке от Prada, Хейзел. Боюсь, если я тебя исключу, мои акции у психиатра взлетят до небес.

Я кивнула, соглашаясь с ним.

— Кстати, директор, я хотела узнать, как продвигается подготовка к Осеннему гала-вечеру? Всё должно быть идеально, ведь в этом году ожидается приезд прошлых выпускников, включая даже саму леди Элеонору Кроуфорд!

Директор немного расслабился, отодвигая от себя мысли о моем «неподобающем» поведении. Его взгляд слегка смягчился.

— Всё идёт по плану, Хейзел. Мы работаем над каждой деталью, от выбора эксклюзивных вин до флористического оформления зала.

— Значит, я должна вести себя прилично? — невинно захлопала я ресницами.

— Ты, Хейзел, — директор ткнул пальцем в мою сторону, — для меня загадка. Ты умудряешься находить приключения на ровном месте. И что бы я ни говорил, ты всё равно сделаешь по-своему.

— Неужели моя репутация так глубоко укоренилась? — усмехнулась я.

— Глубже некуда. Но, между нами, подготовка к гала-вечеру действительно идёт хорошо. Организаторы постарались на славу. Тема «Эпоха Возрождения» — всё будет в лучших традициях: костюмы, музыка, изысканная кухня. Родители уже в предвкушении.

Он сжал губы, и в его глазах мелькнул хитрый огонёк.

— Конечно, я знаю тебя лучше, чем собственных сыновей, Хейзел. Я знаю, что у тебя всегда есть запасной план. Только попробуй пронести туда хоть каплю алкоголя, или… — он не договорил, но угроза витала в воздухе.

Я наигранно возмутилась, прикладывая руку к сердцу.

— Да что вы, директор! Когда я приносила куда-либо алкоголь? Это всё неправда!

— О, не приносила, говоришь? — директор приподнял бровь, и его губы тронула едва заметная усмешка. — Позволь напомнить тебе, как ты добавила текилу в пунш на Рождественском балу в прошлом году, и половина учеников бегала по саду в костюмах эльфов, распевая непристойные рождественские гимны? А как насчет Благотворительного аукциона два года назад, помнишь «газировку с секретом», которая внезапно так понравилась всем старшеклассникам? А День учителя? Помнишь, как ты заменила минеральную воду в кулере водкой?

— Это были… недоразумения! — попыталась я оправдаться.

— Недоразумения, которые привели к тому, что миссис Элин танцевала на столе в костюме королевы Елизаветы? Или как профессор биологии устроил стриптиз под аккомпанемент хора?

Я не смогла сдержать смех. В его словах было столько правды.

— Ну, может, кое-что и было, — призналась я с лукавой улыбкой. — Но только ради незабываемой атмосферы!

— Незабываемой для меня головной боли, скорее, — проворчал директор, но в его голосе уже не было и следа гнева. Кажется, я знала, как его успокоить: просто напоминала о прошлом опыте. Нужно запомнить этот прием. — Ты неисправима, Хейзел. Но в одном ты права — скучно с тобой точно не бывает. Просто, пожалуйста, дай нам возможность провести этот Осенний гала-вечер без твоих «небольших недоразумений». На этот раз на кону серьезная репутация школы и миллионы долларов пожертвований.

Я ухмыльнулась:

— Постараюсь, директор. Но не обещаю. Где веселье без небольшого риска?

Поднимаясь со стула, я уже собиралась уйти, но, не удержавшись, потянулась к тарелке и взяла шоколадное печенье. Директор взглянул на меня и покачал головой.

— Можно?

— Возьми, и иди уже, — выдохнул директор.

Я откусила кусочек сладкого печенья, позаимствованного из вазочки на столе директора, наслаждаясь хрустящей корочкой и насыщенным вкусом, и направилась к выходу. На пороге возникла фигура мужчины в строгом костюме. Он обошёл меня, словно меня и не было, и уверенно шагнул в кабинет. Я уже собиралась уйти, когда обрывок их разговора заставил меня замереть на месте.

— Сэр, ваш сын благополучно приземлился, он уже в аэропорту.

— Хорошо, пришлите за ним водителя.

Сын? У директора есть сын? Кажется, он как-то упоминал о сыновьях, но подробности тут же выветрились из моей памяти. В голове закружился вихрь вопросов, смешанных с любопытством и необъяснимым волнением: какой он? Сколько ему лет? А если он младше меня… Так, стоп. Даже не думай об этом, Хейзел! За флирт с сыном директора меня точно исключат, и, возможно, даже посадят.

Мои мысли прервал школьный звонок. Опомнившись, я быстро направилась в столовую. Я даже не заметила как печенье закончилось. Жаль, что взяла только одно.

Столовая больше напоминала изысканный ресторан, чем обычную школьную забегаловку. Высокие потолки с изящной лепниной, огромные окна с видом на ухоженный сад, мраморные столешницы и дизайнерские стулья — все это создавало атмосферу роскоши. Аромат свежеиспечённых круассанов смешивался с запахом экзотических фруктов.

Здесь можно было встретить не только чирлидерш и футболистов, но и юных лакросс-звёзд с безупречной осанкой, обсуждающих прошедший матч; пловцов с широкими плечами, делящихся впечатлениями о новых рекордах; грациозных балерин, переговаривающихся о предстоящей премьере; и теннисистов, чьи лица горели от азарта после победы на турнире. За отдельными столиками сидели хоккеисты, обсуждавшие стратегию игры, а рядом – легкоатлеты, спорившие о результатах забега. Разнообразие спортивных кружков и внеклассных занятий в «Эдене» поражало воображение: от гольфа и конного спорта до фехтования и современного танца.

Несколько пар глаз устремились на меня, и я заметила быстрые переглядывания. Слухи о моей вечеринке разнеслись по школе со скоростью лесного пожара, превратив меня и участников в предмет общего обсуждения. Заметив своих подруг за одним из столиков, я уже было направилась к ним, но путь мне нагло преградила одна из чирлидерш.

— Только утих скандал с той дракой, а ты уже придумала новую выходку? — со злобной насмешкой спросила она, закручивая прядь волос на пальце. — Никак не можешь успокоиться, Хейзел?

Столовая мгновенно замерла, словно по команде, и сотни глаз, как хищные птицы, устремились на нас. Тишина звенела в ушах, прежде чем её прорезал сдавленный смешок, а затем – шёпот, ползущий по залу, как змея.

Лилит. Одна из этих чертовых чирлидерш. Она никогда не упускает возможности вонзить свою отравленную шпильку поглубже, особенно на глазах у всей школы. Распустить грязный слух? Легко. Унизить? С удовольствием. Я, в свою очередь, не упускала случая сломать ей кости.

Я растянула губы в ухмылке, и окинула её взглядом с головы до ног.

— Не знала, что ты следишь за моими драками и вечеринками? — ответила я, наклонившись к ней. — Неужели твоя жизнь настолько скучна, что ты вынуждена следить за моей? Хотя, если тебе так нравится наблюдать за моими боями, может, выйдешь со мной на дуэль?

— Ты ведь несерьезно? — рассмеялась она, явно не ожидая такого ответа. — Думаешь, у тебя есть шанс меня победить?

— А почему бы и нет? — я пожала плечами, чувствуя, как адреналин закипает в крови. — Или ты боишься получить по лицу?

Чирлидерша стиснула губы, её уверенность начала трещать под давлением моего вызова. Я любила наблюдать, как такие, как она, теряли контроль, когда дело доходило до драки.

— Я не боюсь тебя, Хейзел, — прошипела она, и её голос дрожал, как натянутый канат. — Просто не вижу смысла тратить силы на кого-то, кто пытается привлечь к себе внимание.

— Да плевать я хотела на ваше внимание, — усмехнулась я, делая шаг ближе. — Так что, ты выходишь на бой или продолжишь прятаться за своими подружками, принцесса?

За ее спиной стояли подруги из команды, все, кроме капитана. Многие с интересом и любопытством наблюдали за нами, ожидая, что будет дальше.

— Не стоит связываться с ней. Ты знаешь, что за ней стоит Самуэль — не преминула напомнить её подруга.

Самуэль Каулитц — глава школы Эден. Он правит этой школой, и ничто не происходит в Эдене без ведома Самуэля. Кто бы мог подумать, что мальчишка, с которым я когда-то строила шалаши, а потом мы тайно пробирались на кухню, чтобы объесться шоколадными эклерами, станет королём Эдена. Помню, как мы устраивали гонки на радиоуправляемых машинках в его огромной гостиной, а потом беззаботно ныряли в бассейн, не обращая внимания на строгие взгляды дворецкого. Самуэль – не просто соседский мальчик, а мой лучший друг, с которым мы делили все секреты и мечты.

— Что здесь происходит, Лилит? — прозвучал чей-то голос, оторвав меня от воспоминаний.

Перед насми стояла Тиффани капитан группы чирлидерш. Она как всегда, была безупречна. Волосы цвета пшеничного поля под солнцем идеально уложены, ни единого волоска не выбивалось из прически, словно каждый локон был приклеен на место. Макияж, тонкий, но профессиональный, подчеркивал её точёные скулы, пухлые губы, покрытые слоем глянцевого блеска, и огромные карие глаза, которые как всегда оставались холодными.

Лилит подошла к своему капитану, схватив её за руку, и хотела уже ответить, но я её перебила.

— Происходит то, что кто-то слишком увлечен моей жизнью, чтобы заняться своей собственной, — ответила я, слегка приподняв подбородок. — И, возможно, стоит прикрыть рот, чтобы не поймать муху. Или, боюсь, в твоем случае, не выронить корону.

Тиффани обернулась к Лилит, в её взгляде читалось недовольство. Лилит, казалось, съежилась под этим взглядом. Затем Тиффани вновь повернулась ко мне, её лицо теперь выражало ледяное спокойствие.

— Мы не на арене, Хейзел, — прозвучал её голос, ровный и твердый, несмотря на повисшее в воздухе напряжение. — И, к твоему сведению, не на задворках, где обычно решают свои проблемы. Это Эден. Здесь у каждого есть своя роль, свои обязанности, и свои правила. Если у тебя есть что сказать, говори это в соответствующем месте и в соответствующее время. Уверена, Самуэль будет рад вас обеих выслушать. Но сейчас у меня тренировка. И я, в отличие от вас я, занята чем-то более важным, чем дешевые провокаци, поэтому советую вам разойтись здесь.

Не успел никто и слово вставить, как вдруг, словно вынырнув из тени, в столовой появился директор. Его взгляд обвёл шумную толпу и остановился на мне.

— Хейзел, что здесь происходит? — резко спросил директор, направив на меня взгляд, который говорил: «Ты только недавно вышла из моего кабинета, а уже хочешь устроить шоу».

В этот момент Итан подошел ко мне, положив руку мне на плечо. Я удивленно обвела взглядом его руку и лицо, но он лишь улыбнулся, игнорируя моё замешательство.

Итан — капитан футбольной команды. Высокий, с каштановыми волосами, которые всегда безупречно уложены, и карими глазами, в которых, казалось, можно утонуть. Многие девушки в школе сходили по нему с ума, восхищаясь его харизмой и внешностью. По иронии судьбы, этот объект всеобщего обожания был еще и другом Сэма. И, как будто этого было недостаточно, Итан питал необъяснимую страсть к тому, чтобы меня дразнить, превращая каждое наше общение в череду колких перепалок.

— Да ничего особенного, директор. Мы с Хейзел как раз обсуждали будущие экзамены.

Директор тоже с недоумением перевёл взгляд на руку Итана. Я попыталась отодвинуться, но его хватка была железной. Я могла бы его ударить, но предпочла избежать двухчасовой лекции.

— Удивительно слышать, Итан, — говорит директор, с нажимом выделяя каждое слово. — С каких это пор капитана футбольной команды так живо интересуют будущие экзамены? Раньше вас интересовали только вечеринки.

— Знаете, директор, время меняется, да и я вместе с ним, — непринуждённо ответил Итан, не убирая руки с моего плеча. — К тому же Хейзел, как никто другой, может дать дельный совет по учёбе. Она у нас гений, знаете ли.

— Ну раз так продолжайте в том же духе. В вашем возрасте важно общаться со сверстниками — кивнул директор, проходя мимо.

— Итaн, отпусти меня, а то я с легкостью сломаю тебе руку! — процедила я сквозь натянутую улыбку, пытаясь скрыть растерянность и гнев, следя за тем, как директор продолжает свой путь, не замечая нашей драмы.

— Хейзел, разрешаю благодарить меня за спасение твоей жизни, — заявил он, в его голосе слышалась новая волна самодовольства; его глаза блеснули, словно ему было весело наблюдать за этой ситуацией.

Я ущипнула Итана за руку, и этого оказалось достаточно, чтобы он ослабил свою хватку, и мне удалось вырваться. Я поспешила к столу, за которым сидели мои лучшие подруги: Ребекка, Эшли и Кэтрин. На столе были их подносы с едой. Я уселась на стул рядом с Эшли.

— Рассказывай, Хейзел, что случилось? Почему Итан прижимал тебя к себе?

— А что Лилит говорила? У неё такое злое лицо было!

— Тебя сильно отругал директор за вечеринку.

Вопросы посыпались на меня, словно град, подруги, как по команде, включили режим допроса.

— Девочки, успокойтесь! — выпалила я, выставив руки. — Давайте по порядку. Директор, ну как обычно, угрожал исключением. А Итан как знаете делает всё назло мне. Рано или поздно я ему как следует всыплю!

— Нет, даже не думай его бить, Хейзел! Ты хочешь, чтобы тебя исключили? — вмешалась Ребекка, её голос звучал настойчиво.

— Да, ты же не хочешь, чтобы твоё имя оказалось в списках исключённых? — добавила Эшли, рассматривая меня с негодующим ожиданием.

— Нет, я только за, чтобы она его ударила! Его самодовольная улыбка меня бесит! — вставила Кэтрин, сверкая глазами, отчего получила недовольный взгляд Ребекки.

Я, Эшли, Ребекка и Кэтрин познакомились лет десять назад. Все мы живём на одной улице, и наши дома расположены очень близко.

Особенно выделялась Эшли. С копной чёрных волос, серебристыми прядями и пронзительными зелёными глазами, с выразительными чертами лица, она всегда привлекала взгляды и завораживала обаянием. Ребекка, была обладательницей темных как смоль волос, обрамлявших её мягкие черты лица, и пронизывающих, глубоких карих глаз. А Кэтрин… Кэтрин казалась сотканной из солнечного света и морского бриза. Её длинные светлые волосы развевались на ветру, словно золотые нити. Серые глаза манили, словно безбрежный океа, казалось, в них можно утонуть, забыв обо всём на свете. Мы собирались вместе почти каждый вечер, сидя на крыльце одного из домов, болтая обо всём на свете, попивая чай и наблюдая, как солнце медленно уходит за горизонт, окрашивая небо в невероятные оттенки.

— Да ладно, девочки, забудьте о нём, я вам сейчас такое расскажу!

— Что там? Не томи! — настойчиво спрашивает Кэтрин.

— Слушайте внимательно, это бомба! Я случайно подслушала: к нам переводится сын директора. Представляете?

— Ого, интересно! — воскликнула Эшли, наклонившись вперед и подперев щёку рукой, её глаза блестели от любопытства. — Он привлекательный?

Я закатила глаза, притворяясь возмущённой их поверхностностью.

— Ну, конечно, вас волнует только это! Да откуда мне знать, привлекательный он или нет? Как я могу вам описать чью-то привлекательность, если я его в глаза не видела?! Но то, что он сын директора – это уже жесть. Наверняка такой же, как его отец! — Я скривилась, представляя себе эту перспективу.

— Не плети! Ты же у нас эксперт по мальчикам, — подколола Кэтрин, хитро прищурившись. — Вспомни, сколько раз ты нам советовала, на кого стоит обратить внимание.

— Ну, может быть, он и ничего, — неохотно признала я, — но он же сын директора! Это автоматически делает его неприкасаемым.

— А вдруг он вообще зануда в очках и вечно ходит с книжкой под мышкой? — предположила Эшли, делая страдальческое лицо.

— Не говори! – поддержала я её и, пародируя директора, продолжила: – «Хейзел, почему ты не в классе, а бегаешь по коридору?»

Мы все дружно представили эту картину и расхохотались.

— Ладно, хватит нагнетать, – сказала Ребекка, театрально вытирая слёзы от смеха. – Может, он окажется классным парнем, а мы тут уже похоронили его репутацию ещё до его приезда.

— Или… – Кэт сделала многозначительную паузу, барабаня пальцами по столу. – Он окажется таким же красавчиком, как его папаша!

Мы снова залились смехом. Наш дорогой директор, мягко говоря, не отличался модельной внешностью.

И тут мой взгляд притянул Итан, который всё ещё сидел в столовой в окружении своей футбольной команды. Он смотрел на нас с таким взглядом, что это вызывало раздражение. Не выдержав, я показала ему средний палец. Он, словно зная, что именно сейчас произойдет, ухмыльнулся и показал мне в ответ.

Я отвернулась от Итана и снова вернулась к обсуждению.

— Ладно, забудем про него. Кстати, девчонки, вы идёте на вечеринку к Джонатану?

— Ещё спрашиваешь! — пробормотала Эшли, не отрываясь от своего телефона, её пальцы быстро бегали по экрану. — Ходят слухи, сегодня там будет нечто! Полный улёт.

— Отлично! Тогда ждите, в восемь я за вами заеду, — пообещала Ребекка.