10

Сумерки - это не просто момент между светом и тьмой.Это миг, когда небо замирает в последнем дыхании света, когда ночь и день встречаются в молчаливом объятии, и в этом прикосновении вспыхивает прощальный огонь.Мир словно замирает, чтобы перевернуть страницу.

В этот час город Но-Один преображался.Днём он шумел, но в сумерках - оживал по-настоящему.На улицы выходили люди, словно пробуждённые волшебством. Повсюду слышались смех и разговоры, фонари вспыхивали как маленькие звёзды, и даже воздух становился другим - напоённый ожиданием.Праздник Шепчущих Огней приближался.

Меж ног прохожих сновали маленькие духовные звери - пушистые, сияющие, с глазами, в которых отражались огоньки. Люди не прогоняли их, а наоборот - ласково улыбались. Даже звери чувствовали приближение праздника.

Но за этим светом пряталась тень прошлого.

Много лет назад Но-Один не был городом. Тогда он был всего лишь крошечной деревней, затерянной у самого края Дальнего леса. Люди жили просто: собирали плоды, охотились, спали под звёздами. День за днём - одинаковый, как дыхание.

Пока однажды не пришла тьма.

Из леса явился зверь, способный затмить само небо.Адский Волк.Десятитысячелетний духовный зверь. Существо, покрытое чёрно-синим пламенем, с глазами, в которых горел лишь голод и кровь.С ним - стая. Молчаливая, быстрая, безжалостная.

Они не нападали. Они выжигали. Дома - в пепел. Поля - в пепел. Людей - в прах.

В ту ночь деревня была стерта с карты мира.

Среди бегущих - женщина с ребёнком.Мальчик споткнулся, упал. Мать бросилась к нему, но толпа увлекла её прочь. Её голос терялся в крике. Никто не остановился. Никто не оглянулся.

Она видела, как пасть чудовища сомкнулась.Ребёнок исчез.Она осталась жить.Но внутри неё всё умерло.

Выжившие собирались молча. Обугленные руки, обожжённые души. Остались только дети и те, кто не знал, как жить дальше. Сироты смотрели в пустоту - как волки.

- Мы должны уходить... - тихо сказал один. Его глаза были мёртвы.

- Бросим тела? - спросил кто-то хрипло.

Женщина встала.Её лицо не выражало ничего.

- Бросим наши дома?

- Ты хочешь остаться?! - закричал парень. - Ты с ума сошла! Если хочешь умереть - умри одна!

Хлоп!Звук пощёчины разрезал тишину.

- Ты бросил своего ребёнка.Ты не смеешь говорить мне, что делать. Не ты.

Все замолчали. Даже ветер затаил дыхание.

- Уходите. Если боитесь - уходите. Я пойду одна. Я... отомщу.

Она осталась.Собрала тела. Похоронила каждого. Без слёз. Без слов. Только дрожащие руки и кровь под ногтями.Детских тел не было. Их не нашли.

Она пошла за зверями.

На скалах, в логове, волки спали. Их детёныши играли среди костей. Маленькие черепа. Руки. Глазницы.Тело женщины дрожало. Не от страха - от тишины внутри.Она вернулась.Надела доспехи. Подняла меч. Взяла копьё. Все - от павших.

Она шла - не жить, а умереть правильно.Убить их всех.

На дороге её встретили другие - наёмники. Идущие на бой. Смеялись. Говорили громко.- Беги, - сказала она. - Иначе вы не вернётесь.Они смеялись ещё громче. Но в логове некоторые сбежали, увидев кости. Остальные - умерли.

Она сражалась.Одна против стаи.Кровь стекала по лицу, по доспехам, капала на землю.Ночь опускалась. Волки окружили её. Звери, ярость, пламя.Она лежала в луже своей крови. Сердце замедлялось.

Но в последний момент она улыбнулась.- Прости, сын... Не получилось... Но я почти смогла...

Слёзы. Не от боли - от покоя.

И тогда - из леса вышло нечто.

Силуэт, будто вырванный из другой реальности. Волки - замерли. Один шаг - и звери отступили. Даже вожак - дрогнул.Существо подняло руку. Волк отскочил.Огонь зашипел в траве.

Женщина закрыла глаза. Боль ушла. Она открыла их - и поняла. Она жива.А звери - мертвы.

Она слышала голоса.Шёпот пламени.Благодарность мёртвых.

Слёзы текли снова.

Так Ли Хуа выжила.Так она построила новый город. Из памяти. Из воли. Из боли.

Город Но-Один.А вместе с ним - Праздник Шепчущих Огней.

Каждый год, в этот день,люди собираются и поджигают лепестки Кровавого Плакучего Тиса - дерева с багровыми листьями и ядовитой смолой.Когда лепестки вспыхивают - они не горят. Они улетают вверх, как звёзды, не оставляя дыма.Люди шепчут желания.Шепчут боль.Шепчут имена.

- Так вот оно как, - выдохнула девочка, глаза которой блестели от удивления.Она смотрела на Шеня Юя, который уже с трудом держал рот открытым от усталости.

Сяо У молчала. В её взгляде было что-то другое.- А... могилы всё ещё стоят?

Шень Юй обомлел.Но прежде чем он ответил,Сяо У уже радостно запрыгала и замахала рукой:

- Санек! Санек! СЮДА!

....

Простите за долгое отсутствие главы.

Всё дело в поездке. После того как я сдала все экзамены, родители настояли, чтобы я поехала в деревню. Место, где я не была уже больше пяти лет. Казалось бы, отдых - но нет. Это было всё, кроме отдыха.

Дорога заняла 22 часа. Солнце палило так, будто хотело испепелить всё живое. Меня всю дорогу тошнило, не физически - душой. Ни о каком писательстве не могло быть и речи.

Когда я наконец добралась до деревни, меня встречали только мои младшие сестрёнки - семи и пяти лет. Они уехали туда на полмесяца раньше меня. И знаете, что я увидела?

Моя семилетняя сестра мыла полы, сама стелила себе постель. Младшую - пятилетнюю - тоже заставляли всё делать самостоятельно. Вечером они вдвоём ведут скотину домой. В семь и пять лет. Им не дают даже телефон в руки. Даже мультики не посмотреть. Даже просто отдохнуть.

Я приехала с четырьмя тяжёлыми сумками. И знаете кто помог? Никто. Мои двоюродные сёстры даже не шевельнулись. Просто смотрели, как я тащу вещи одна.

А вечером - сюрприз. Меня сразу же поставили у раковины: мыть посуду, убирать весь дом. И тут же начали учить, как доить коров. Нет, не учить - требовать, чтобы я это уже умела. Потому что «все умеют, а ты нет».

Я привезла вкусняшки - специально, чтобы порадовать всех. Но бабушка решила, что оставит их «на завтра»... и отдала только моим сёстрам. С одной стороны - забота. С другой - настоящий удар. Остальные дети сразу отвернулись от моих сестрёнок, начали их сторониться. А старшие сёстры, у которых уже свои дети, на меня злятся. За что - не знаю. Но чувствую на себе каждый их взгляд.

Мы должны оставаться здесь месяц. Месяц. Но я уже считаю дни. Думаю, придётся встать на колени перед родителями и умолять сократить срок хотя бы вдвое.

Это не жалоба. Это не нытьё. Это правда. Которую я больше не хочу прятать.